«Окраплённые. Если не мы, то кто? Откровения офицера Сил Специального Назначения»

Сразу отвечаю на фразы типа: «Выпускник должен уметь командовать и батальоном, и полком! А вдруг он останется единственным офицером!» Если офицер УМЕЕТ командовать (руководить, управлять) взводом, то ОН СМОЖЕТ командовать и батальоном, и полком. Основа управления везде одна. Главное, чтобы «каждый солдат знал свой маневр!» Если солдаты будут плохо обучены, то будь ты хоть Суворовым, много не навоюешь. И вот для этого НЕОБХОДИМО ОТМЕННО знать тактику солдата, чтобы его обучить.

Поэтому выпускник военного училища должен идеально знать всю тактику бойца. Нельзя обучить тому, в чем сам не разбираешься. К тому же и командир взвода, и командир роты сами действуют в боевых порядках подразделений как рядовые солдаты.

Никому никогда не понадобятся знания по Истории Политических и Правовых Учений или социологии! А вот знания по вопросам боевого и походного охранения… Об этом еще будет сказано в РЕАЛЬНЫХ примерах.

Опять же отвечу на фразу типа: «Офицер должен быть всесторонне развит!» Да, я согласен, что офицер должен быть развит. Но для этого достаточно небольшого курса по естествознанию, где освещены все вопросы «бытия». А то я больше полезного и интересного узнал из детской энциклопедии своей дочери, чем за пять лет из различных предметов. Кроме того, кто хочет, будет сам развиваться. А те, кто не хочет, все равно ничего не будут учить. Лучше провести еще занятия по походному и боевому охранению, по передвижению по полю боя, выносу раненого, оказанию первой медицинской помощи, действиям в лесу, оборудованию лагеря и др. По десять дополнительных практических занятий по каждой теме. Все основные маневры – обход, охват, отход – отрабатывать ПРАКТИЧЕСКИ, а не на карте. Чтобы даже у лентяев и двоечников это отпечаталось в голове. В первом бою страх сковывает и тело, и мозги. И действовать приходится на рефлексах, на том, что в тебя «вбили».

Кроме того, некоторые предметы имеют небольшой объем часов. И эти часы растягивают на несколько лет. По одному занятию в один-два месяца. Что там можно запомнить? Не целесообразнее ли весь объем этих знаний дать за 3—4 месяца на последнем курсе обучения? Но интенсивным курсом, чтобы все оставалось в голове к следующему занятию.

В итоге получается так, что вроде бы все изучаешь (а я старался ВСЁ изучать), а в голове только «вершки» остаются.

Хочется здесь привести пример, который я прочитал не помню в какой книге (по-моему, «Освободитель»). Автор пишет, что у нас в армии, в авиации, прежде чем сесть за штурвал самолета или вертолета, летчик ДОЛЖЕН ВЫУЧИТЬ ВСЮ МАТЕРИАЛЬНУЮ ЧАСТЬ САМОЛЕТА. Как что работает, и как это починить. А американцы пришли к разумному выводу. Если поломка серьезная, то летчик все равно не сможет устранить ее вне аэродрома. А если несерьезная, то до аэродрома дотянет. Поэтому американцы быстро обучали молодых парней рокеров, сажали их за штурвалы вертолетов, и они гоняли по джунглям, как на своих байках.

Я пишу про свое время – конец 90-х. С тех пор, наверное, многое поменялось, но наверняка таких минусов хватает.

Одно время хотел съездить в училище и провести занятия с преподавателями военных дисциплин и курсовыми офицерами. Поделиться опытом и знаниями, чтобы выпускники были более грамотными и подготовленными. Но сейчас туда привлекли преподавателей с боевым и спецназовским опытом. Так что есть кому учить. Хотя я смотрел в какой-то военной программе фильм об училище (теперь уже институт), и на мой взгляд (взгляд офицера «Витязя»), действия курсантов оставляют желать лучшего.

IV

3гсн «по-полной боевой» стояла на плацу Отряда, ожидая Егора. Над головами бойцов шпилем торчал гриф от штанги, который Съеда теперь носил в дополнение к пулемёту. Как только вышедший из казармы Егор подошёл к группе, один из бойцов подал команду:

– Группа, смирно!

– Вольно, – дал ответную команду Егор и внимательно оглядел бойцов, проверяя их наличие. – Так, а где Кирей? – недосчитался сержанта командир группы.

– Он за рациями ушёл, товарищ лейтенант, – быстро ответил Лис.

– За чем ушел?!

– За рациями, – уже не так уверенно произнес Лис.

– Значит, запомни, сынулька… Это в кино, у партизан и у Штирлица – рация. А Кирей, очевидно, убежал за радиостанциями.

– Так точно, – быстро согласился с командиром Лис.

Егор кивнул головой и добавил:

– Ага…. И не рожок, а магазин. Не курок, а спусковой крючок. Не дуло, а ствол. Ясно, да?

– Так точно, – по-прежнему быстро ответил Лис.

– Будь добр, говори, как подобает профессионалу, – назидательно закончил Егор.

В этот момент из здания Отряда выбежал Кирей с несколькими радиостанциями в руках. Сразу за ним, в дверях показался командир Отряда.

– Товарищ лейтенант, разрешите стать в строй? – обратился к Егору подбежавший Кирей.

– Давай, – по-простому ответил Егор.

Кирей сразу же отдал одну радиостанцию Егору, а остальные быстро раздал бойцам. Егор, взглянув на Лиса, поднял радиостанцию вверх.

– Как это называется, Лис? – решил закрепить материал Егор.

– Радиостанция! – четко ответил снайпер.

– Молодец… Можно просто – станция. Но не рация.

– Так точно, – снова быстро согласился Лис.

Егор слегка улыбнулся и удовлетворенно кивнул головой.

– Группа, равняйсь! Смирно! Равнение на середину! – И, приложив руку к головному убору, он повернулся к подошедшему командиру Отряда. – Товарищ подполковник. Третья группа специального назначения, для получения боевого приказа построена. Командир третьей группы, лейтенант Меньшиков.

– Вольно, – дал команду Ненашев и, опустив руку, глянул на строй.

– Вольно, – продублировал команду Егор, и бойцы расслабили одно колено.

– А что это у тебя боец с грифом стоит? – кивнул Ненашев головой в сторону Съеды.

– Прививаем любовь к оружию, – дал исчерпывающий ответ Егор.

– А-а, – понятливо протянул Ненашев. – Понял. Группа равняйсь! Смир-рно! – И, приложив руку к берету, командир Отряда отдал боевой приказ: – Приказываю! Заступить в дежурное подразделение! Задача – находиться в десятиминутной готовности к действиям в Москве и Московской области. Командир ДэПэ – лейтенант Меньшиков!

– Я. Есть, – четко ответил Егор.

– Службу нести до смены! Вольно, – закончил командир Отряда. – Командуй, Егор.

И Ненашев двинулся в казарму. А Егор стал уточнять боевой расчет Дежурного Подразделения. В «Витязе» – это еще один ритуал.

– Кто выносит трапы?

Два бойца подняли левый кулак вверх. Бойцы поднимали не просто руку вверх. Рука была сжата в кулак – как на эмблеме «Витязя».

– Ящики с боеприпасами?

Следующие несколько человек подняли кулак, известив о своей готовности к несению службы.

Все предстоящие действия были расписаны, распределены среди спецназовцев и четко усвоены ими. Поэтому в случае сигнала «Сбор!» (по тревоге) все выполнялось четко и быстро, без суеты. И уже через десять минут группа, получив боевой приказ, сидела на броне полностью вооруженная и экипированная, готовая выполнить любую задачу (абсолютно любую!).

Группа делилась на группы боевого порядка: штурмовая, куда входили группы захвата и прикрытия, блокирования и резерв. У всех бойцов проверялось знание обязанностей группы боевого расчета и порядок действий. После этого проводилось занятие по группам боевого порядка.

– Хорошо. Сейчас всё как обычно. Сдаём оружие и до ужина рукопашка. Тридцать секунд – все наверху. ТЭ!

V

– Группа, отбой! – раздался голос дневального, и во всех кубриках потух свет.

Осталось гореть только дежурное освещение. Все бойцы 2гсн лежали в кроватях, готовясь отправиться в царство Морфея. Скрипнув, открылась дверь, и в кубрик зашел раздетый по пояс старшина 2гсн Дима Шевченко. Или, как его все называли, – Шеф. Через плечо у него висело полотенце, а в руках он держал туалетные принадлежности. Подойдя к своей прикроватной тумбочке, Шеф убрал туда «мыльно-рыльные» принадлежности и, вытирая руки, кинул взгляд на Кузнецова, молодого бойца, кровать которого находилась над кроватью Шефа.

– Кузя! – строго позвал он молодого.

– Я, товарищ сержант! – моментально среагировал Кузнецов

– Помылся?

– Так точно, товарищ сержант! – искренне заверил сержанта Кузя.

Шевченко повесил полотенце на дужку кровати и, не снимая штаны, лёг на кровать. Блаженно вытянувшись, он заложил руки за голову и снова позвал Кузнецова.

– Кузя.

– Я, товарищ сержант! – по-прежнему быстро ответил боец.

– Ну, давай, Колян, – потянувшись на кровати, сказал Шеф, – расскажи, как первый раз бабу драл.

– Товарищ сержант…

– Да ладно, Колян, – оборвал его Шеф, – не ломайся. Все свои! Давай рассказывай!

Кузя, вздохнув, нехотя, начал повествовать:

– Ну, была у меня одна одноклассница. Наташка Морозова…

В кубрике моментально наступила тишина. Перестали скрипеть кровати. Все внимательно стали слушать «сладкую сказку» на ночь.

– Ну, как-то дискотека в ДэКа была. Ну, я пошёл туда. Пришёл, там пацаны с класса. Ну, мы пивка выпили, там, покурили. Потом девчонки с класса пришли. Ну, там, и Наташка с ними…

Волнительная «сказка Шахерезады» от Кузи продолжалась минут двадцать, прежде чем он начал подходить к «сути».

– Ну, на диван сели, она мне фотки свои показывает, – продолжал вещать со своей кровати боец. – Ну, а я рядом сижу. Приобнял так её. Смотрю, она вроде не против… – При этом паузы между словами становились все длиннее, а голос всё тише. – Ну, я тогда ее посильнее прижал к себе… – Пауза, – …И в шею её целую… – Пауза, – А она…– Пауза, – альбом отложила… – Пауза, – и… – Пауза, – ко мне повернулась…

И тут голос замолк. Все в кубрике замерли в ожидании кульминации, но продолжения всё не было. Шеф лежал с сосредоточенным лицом, весь во власти своего воображения. Не получив необходимой «подпитки», он «вернулся» в этот мир и поднял глаза кверху.

– Не понял, – произнес Шеф. – Уснул, что ли? – И он толкнул бойца ногой. – Кузя!

От толчка ногой и резкого голоса сержанта Кузя, резко подскочив, спрыгнул с кровати и начал быстро одеваться. А Шеф и все остальные бойцы ошарашенно за этим наблюдали.

– Колян! – окрикнул бойца Шеф.

Кузя остановился и повернулся к Шефу.

– Я, товарищ сержант!

– Ты куда собрался?

Боец, рассеянно посмотрев по сторонам, перевёл взгляд на «хэбэ», которое держал в руках.

– Да я это, – растерянно начал он, – что–то…

– Давай на исходную, – не стал дожидаться ответа Шеф.

Боец, раздевшись и сложив вещи, снова забрался на свою кровать, и в кубрике опять наступила тишина.

– Кузя! – наконец не выдержал Шеф.

– Я, товарищ сержант, – все так же быстро и четко ответил Кузя.

– Что дальше-то было?

– Где, товарищ сержант? – не понял вопроса Кузя

– В КАРАГАНДЕ!!!… – раздражаясь на непонятливого бойца произнес Шеф. – С Наташкой твоей. Чё там, как?

– А-а-а… – наконец–то вспомнил боец. – Так это… Не было ничего, товарищ сержант. Родители её пришли, и я домой пошёл.

В кубрике повисла немая пауза, а потом Кот начал тихо смеяться.

– Ну, ты ей хотя бы в трусы залез? – не мог поверить в то, что «это – всё», Шевченко.

– Нет, товарищ сержант, не успел.

«Переварив» слова Кузнецова, Шеф повернул озадаченное лицо к смеющемуся Коту.

– Нет, Кот! Ты понял?! – начал «жаловаться» другу Шеф. – Он нам тут тридцать минут какую-то шнягу рассказывал! А оказалось, что он её даже за жопу толком не подержал! – И он опять обратился к бойцу: – Ты что, прикололся над нами, Колян, или что?!

– Никак нет, товарищ сержант! – искренне заверил его Кузя. – Просто как–то это…

– Отбой, солдат! – Шеф сердито оборвал бойца.

– Есть! – четко ответил Кузя, и его голова сразу упала на подушку.

Покачав головой, Шеф разочарованно вздохнул.

– Отбой, группа!

Поднявшись с кровати, он снял штаны и забрался под одеяло.

В это время Артур и Егор, сидя в «дежурке», играли в нарды, попивая чай из железных армейских кружек. Артур сегодня заступил дежурным по Отряду. И так как Егор нес службу в ДП, то друзья вместе коротали время, кидая кости.

Егор потряс кости в руке и, кинув их, подвёл итог:

– Ну… как-то так.

– А-а, черт! – Артур без всякой горечи вздохнул, потянулся всем телом и, взглянув на часы, поднял трубку телефона.

– Вторая группа, сбор. Форма полная боевая. Построение на плацу. – Положив трубку, он взял со стола секундомер и запустил его. – Расставляй пока, – сказал он Егору и вышел из «дежурки».

Дневальный, положив трубку, продублировал команду Артура:

– Вторая группа, сигнал сбор! Форма полная боевая! Построение на плацу!

Бойцы моментально соскочили с кроватей.

– Вторая группа, СБОР! – продублировал команду Шеф.

Бойцы выбегали из кубриков, на ходу накидывая на себя бронежилеты, «разгрузки», «Маски» и РДешки (РД-54 – рюкзак (ранец) десантный). Забежав в КХО, они выбегали оттуда, держа в руках оружие, магазины и противогазы. И уже со всем этим они неслись вниз, на плац, где их ожидал Артур.

Спустя несколько минут, 2гсн «по полной боевой» стояла на плацу, перед Артуром. Артур посмотрел на секундомер и с металлом в голосе объявил.

– Ребята!.. Я собрал вас, чтобы сообщить два пренеприятнейших известия… Первое. Я проиграл лейтенанту Меньшикову в нарды. А второе… – Он остановился, взглянул на группу и поднял руку с секундомером вверх. – Вот это вот время, – закончил он фразу, как приговор. И, опустив руку, он хмуро посмотрел на бойцов. – Отбой, группа.

Бойцы сорвались с места и быстро побежали обратно в Отряд. Сдав оружие, они снова стали укладываться спать.

Артур же вернулся в дежурку, где его ждал Егор.

– И как?

– Да никак, – недовольно ответил Артур. – Тренироваться сейчас будем.

Артур был явно расстроен показателями группы. Он сел на стул и взял кости.

– Давай. – И он, кинув кости, переставил фишки.

Спустя двадцать минут, Артур выкинул из дома последние фишки.

– Ну, так уже лучше, – довольно произнес он, и, потерев ладони, снова поднял трубку телефона. – Вторая группа, сбор!

И так продолжалось полночи. После каждой партии, Артур проводил тренировку группы по «действиям по сигналу «СБОР». Бойцы вскакивали с кроватей, неслись в КХО и оттуда на плац, где их ждал Артур с секундомером в руках. Он озвучивал время, и группа снова ложилась спать. Но через 20—30 минут снова раздавался голос дневального:

– Вторая группа, сигнал сбор!

И всё повторялось. Затем Артур снова давал команду «отбой», но уже через 30 минут звучала команда:

– Вторая группа, сбор!

Кто–то может подумать, что офицер глумится над бойцами. Ничего подобного. Главная задача офицера «Витязя» – не только необходимый уровень профессионализма и боевой готовности подразделения, но и МАКСИМАЛЬНО ВОЗМОЖНЫЙ уровень. И все эти тренировки направлены исключительно на достижение этой цели. И пока спецназовец (или вся группа) не покажет необходимый, с точки зрения командира, результат, занятие будет продолжаться!

Когда я писал книгу, в Лондоне шла Олимпиада. Я как-то включил телевизор и попал на баскетбольный матч. Россия играла с Китаем. Я начал смотреть. И за три с половиной минуты наши игроки набрали всего ОДНО ОЧКО! И то со штрафного. А за всю четверть – ВСЕГО ДВЕНАДЦАТЬ! И я подумал тогда: «Как же вы собираетесь обыгрывать США, которые за четверть набирают БОЛЬШЕ ТРИДЦАТИ? Как вы собираетесь их обыгрывать, если из десяти бросков попадаете три, максимум четыре?»

Как вообще можно называть себя ПРОФЕССИОНАЛОМ, если делаешь свою работу ТОЛЬКО НА 40%? Или профессионал – это от слова «профессия»? Я всегда считал, что профессионал, это специалист высочайшего уровня. Когда «Альфа» и «Вымпел» штурмовали «Норд-Ост», то все выпущенные пули (100%) попали четко в террористов, не задев ни одного заложника. ВОТ ЭТО – ПРОФЕССИОНАЛЫ! И зарплаты у них на тот момент были примерно 10 тыс. долларов в год.

На чемпионате мира по футболу 2014 года, в матче со сборной Бельгии, наш игрок ударом головы НЕ ПОПАЛ в ворота с семи метров. И зарплата у этого игрока на тот момент была 5 млн. евро в год! В следующем матче с Алжиром он, также головой, попал в «девятку» с одиннадцати метров. Но, учитывая то, что он НЕ ПОПАЛ с семи, могу предположить, что гол был случайностью. И даже если это не случайность, то игрок с ТАКОЙ зарплатой ОБЯЗАН забивать 10 из 10 в таких ситуациях! Он ОБЯЗАН попадать в ворота из-за пределов «штрафной». Потому что это зарплата профессионала САМОГО ВЫСОКОГО УРОВНЯ!

Нет, наши баскетболисты бьются! И последующие игры с Испанией и Аргентиной это показали. КРАСАВЦЫ! МУЖИКИ! Но парни… СНОВА ОДИННАДЦАТЬ – ДВЕНАДЦАТЬ ОЧКОВ ЗА ЧЕТВЕРТЬ! «Трехочковые» 30% за игру! Это что?

А причина такой низкой реализации в игре в том, что на тренировках они недорабатывают. В одной из книг по законам успеха я читал про одного из игроков НБА. Он КАЖДУЮ тренировку заканчивал бросками. По десять бросков с нескольких точек. И уходил только после того, как ЗАБРАСЫВАЛ ВСЕ МЯЧИ СО ВСЕХ ТОЧЕК СРАЗУ! А если промахивался, то начинал ВСЕ СНАЧАЛА.

Кто-то скажет (в том числе и кто-то из баскетболистов), есть люди одаренные и у них все получается. Да, конечно, но…

В одной книге я читал такую историю. Автор истории еще мальчиком шел мимо цирка Шапито. И увидел девочку. Она сидела на стуле, стул – двумя ножками на натянутом над землей канате. Держалась она руками за другой стул, стоящий на земле. Отпустив его, она пару секунд держала равновесие, а затем начинала падать и снова хваталась за стул. Автор сказал проходившему миму циркачу, что у девочки ничего не получается. На что тот ответил: «Так она всего полтора года тренируется». Через семь лет автор увидел эту девочку под куполом цирка на канате. И она демонстрировала ЧУДЕСА на стуле.

Была ли она талантливой? НЕТ! Она всего лишь обладала некоторыми способностями. Но она развила их до уровня ГЕНИАЛЬНОСТИ. Какой секрет? ОЧЕНЬ простой – ЕЖЕДНЕВНАЯ «ПАХОТА».

ПРИМЕРЫ ИЗ СПОРТА.

Константин Цзю признает, что не обладал особыми талантами для бокса, как другие великие чемпионы. И на вопрос: «В чем же секрет вашего успеха?» – он ответил: «Пахота! Ежедневная пахота!»

ИМЕННО ТАК И ИДЕТ ПРОЦЕСС ПОДГОТОВКИ В «ВИТЯЗЕ» – «ЕЖЕДНЕВНАЯ «ПАХОТА»!

Поэтому, если баскетболист не попадает, то значит, мало работает на тренировке. И даже если на тренировке процент попаданий под 90, а в игре всего 30, то значит, все равно недостаточно работает. Ну и плюс психологический момент. Как его решать, даны рекомендации дальше.

Примерно после восьмой тренировки Артур, стоя перед строем, снова поднял руку с секундомером вверх.

– Обратите внимание, ребята. С момента первой тренировки время улучшилось на сорок семь секунд. О чем это говорит? Правильно! Надо больше тренироваться! Отбой, группа… – Он уже поворачивался, чтобы идти в Отряд, но что–то привлекло его внимание. – Стоп! – резко произнес он, и бойцы замерли. Артур внимательно оглядел бойцов, кого–то ища. – А где Кот?

А Кот в это время сладко спал в своей «люли», решив, что его отсутствие не будет замечено. И уже через несколько минут Лебедь и Кисель, насколько возможно быстро, спускались по лестнице, неся в руках кровать, на которой лежал Кот.

– Пацаны, – умолял их Кот. – Ну, дайте встану.

– Лежи, сука! – зло ответил Лебедь, и сержанты, с трудом развернувшись между этажами, двинулись дальше вниз.

Артур, уже довольный результатами тренировок, снова вошел в дежурку.

– Ну что, ещё? – предложил он Егору еще одну партию в нарды.

– Не. Хорош, – качнул головой Егор. – Пора уже и моим чем–нибудь полезным заняться. – И теперь уже Егор поднял трубку телефона и дал команду. – ДэПэ, сбор.

И запустил свой секундомер.

Спустя несколько минут, построив группу по сигналу «СБОР», Егор проверял наличие вооружения и снаряжения. По окончании проверки, дав бойцам время заправиться, он довёл до группы «оперативную обстановку» и «боевую задачу».

– Внимание, группа! – серьезно начал командир. – На территорию дивизии проникла группа террористов и захватила КэПэПэ номер один. Нашей группе поставлена задача, уничтожить террористов! В район проведения спецоперации группа будет доставлена на вертолётах. После десантирования, совершаем марш к объекту штурма, проводим его доразведку и штурм. После штурма группа отходит в район эвакуации. Вопросы?!

Как обычно, вопросов у спецназовцев не возникло. И Егор отдал команду к действиям.

– Напра–ВО! На крышу бег-о-ом-МАРШ!.. Съеда! Гриф оставь в расположении.

Группа стала забегать в здание Отряда.

– Вертолеты? – повернувшись к Кирею, удивленно спросил Фил.

В ответ Кирей только пожал плечами.

Через несколько минут 3гсн, поднявшись на крышу, собралась у края крыши, с торца здания, где уже были приготовлены (привязаны) фалы (2 конца) и лежали «подвесные».

– Надеваем подвесные! – дал команду Егор. – Готовимся к десантированию!

Бойцы быстро начали надевать подвесные, уже поняв, с каких «вертолетов» им придется десантироваться.

– Подвесные потом в эР–Дэ!

Реального вертолёта, конечно, никто не даст. Поэтому офицерам приходилось включать фантазию, чтобы хоть как-то приблизить условия к боевым… И поэтому всегда, при просмотре фильмов про американский спецназ, мы все слюной исходили от зависти, видя, как для тренировок американские коллеги получают всё, что им необходимо: от простых машин до подводных лодок и авианосцев.

Меня часто спрашивают: «Как это ты, из спецназа, ушел в ТВОРЧЕСТВО?» И я всегда отвечаю: «А спецназ – это тоже творчество!». И это на самом деле так.

Если вы загляните в Википедию, то найдете следующее определение.

Творчество – это: деятельность, порождающая нечто качественно новое, никогда ранее не существовавшее…

А спецназ – это и есть создание нового. Новые подходы и новые методики в плане подготовки и воспитания бойцов спецназа, новые разработки в сфере оружия и тактики, и так далее. И творчество – это процесс создания, напрямую связанный с воображением. О чем и свидетельствует данный пример. И такого в спецназе уйма. Спецназ всегда ищет новые возможности, которые делают его сильнее и эффективнее. Всегда ищутся возможности для занятий.

Например, для отработки действий штурмовой группы по проникновению в автобус, в коридор ставилась двух ярусная кровать, и проводилась тренировка. Трап «вгонялся» между дужками второго яруса и штурмовики «проникали в салон».

В коридоре, из стульев и кроватей создавалась полоса препятствий и проводилась эстафета, которая включала в себя различные элементы: силовые упражнения, акробатика, преодоление препятствий различными способами, отработка нормативов по огневой подготовке, элементы рукопашного боя. Придумывались упражнения по стрельбе: с передвижениями, стрельбой из-за укрытий и многое другое.

А сколько всего создано в «Витязе», что сейчас применяется во всех Вооружённых Силах.

Кстати, обложка книги выполнена в виде флага «Витязя». Черное и белое рассекается «краповой» молнией и эмблема «Витязя». Что означает: «черное и белое», «зло и добро», «терроризм и мир», и «Витязь» между ними, защищая светлое, чистое, мирное.

Такую метафору может создать только человек творческий, с прекрасным воображением.

Вот что написано по этому поводу в Кодексе Чести Русского Офицера:

«Быть личностью творческой, самостоятельной в действиях и мыслях, благородной в поступках и намерениях; «чинить дело с рассуждением, а не держаться воинского устава, яко слепой стены»; постоянно тренировать свой ум, расширять культурный кругозор; уметь распознавать и развивать таланты своих подчиненных».

Спецназовцы, одев подвесные, разбились на две группы и приготовились к «десантированию».

– Внимание! Вертолёты зависли! Фалы пошли!

И двое крайних бойцов сразу кинули фалы вниз.