Как отделаться от ведьмы за десять дней

Виктор снова качнулся… И спокойно прошел за стену, опуская руку с растворившимся заклинанием.

Через пару секунд он вышел и громко сказал:

– Нет тут никого, ошибся твой дар. Видать, все-таки спутала мальчика с зайчиком.

Прозвучало это так ехидно, но меня это не зацепило. Нет, нет, это все слишком странно.

Виктор пошел к другому дому крикнув:

– Давай осмотримся здесь, может мальчик все же где-то прячется.

Я все сравнивала то, что вижу в сознании, с тем, что наяву.

Нет, вот же этот силуэт!

Я решительно пошла по следам колдуна к этой злосчастной стене. Сначала подошла с той стороны, которую вижу. Силуэт был на месте, только явно за стеной. Я даже пощупала обгоревшие бревна. Нет, точно! Он за стеной.

Пошла по кругу, осматривая стену и нетронутый снег. Параллельно и чуть в стороне шла цепочка, оставленная Виктором.

Завернула за угол, сделала пару шагов. Силуэт в моей голове больше не отделялся от места моего нахождения. Значит, я на месте.

– Какого ахарама…, – успела пробормотать я, прежде чем подо мной громко треснуло, и я рухнула в темноту.

Темнота отчетливо пахла бочковыми огурцами, квашеной капустой и гарью. А еще рухнула я на что-то мягкое и с содроганием начала это что-то ощупывать, боясь, что это могут оказаться погибшие хозяева дома. Подо мной было что-то бугристое и лохматое.

У меня никак не получалось подняться. Было темно, как в могиле, и только неровный провал над головой лишь слабо освещал темное помещение.

Наконец, мне удалось поставить ноги и руки так, чтобы суметь вытащить свою пятую точку из какой-то мягкой ямы. Встав сначала на четвереньки, я смогла подняться в полный рост. Оглянулась. Всего лишь какие-то тряпки, наваленные во что-то непонятное. Я просто провалилась в это что-то и потому никак не могла вылезти.

Подпол. Только какой-то уж очень большой. Выше меня ростом потолок. До дыры в нем мне самой никак не дотянуться, но я все же попыталась подпрыгнуть и зацепиться за край. Нечего и думать, я даже кончиками пальцев ни разу не чиркнула по потолку.

Огляделась, но ни стен, ни чего-то похожего никак не удавалось увидеть. Более того, провал как будто тоже стал давать меньше света, и вообще тьма вокруг меня будто сгустилась.

Светляк. Надо зажечь светляк. Ведьма я или кто? Ну упала, ну испугалась, но магию-то у меня никто не отнимал.

Тусклый зеленоватый световой шарик замерцал на руке. И тут же напротив меня выросла огромная черная тень, густая и будто осязаемая. Я шарахнулась в сторону, ударилась обо что-то, во тьме блеснул красный луч, ударивший точно мне в грудь, и в голове раздалось: “Долго же вы шли”. А дальше тьма поглотила меня.

Виктор

Мальчишки не было ни в развалинах соседнего дома, ни в других. Я обошел еще несколько, прежде чем понял, что давно не слышу, да и не вижу Ирму.

Огляделся, но кроме черных остовов сгоревших домов и снега, перемешанного с пеплом больше ничего, не вижу.

– Ирма? – позвал ведьму я.

Ответа не последовало.

– Вот же ахарамова баба, – ругнулся себе под нос.

Куда она могла подеваться? Здесь и спрятаться-то негде. Подумал и сам себя обругал. Мальчишка же где-то спрятался, отчего б и ведьме не потеряться.

– Ирма?! – громче и раздарженнее позвал я.

Снова нет ответа.

Пошел обратно к тому дому, где ведьма утверждала, что видит мальчика. Обошел стену и тут же увидел неровный провал.

Кинулся к нему выкрикивая:

– Ирма? Ирма, ты жива?

Тревога забилась в груди. Местные строили довольно глубокие подвалы. Почва позволяла выстраивать настоящий подземный этаж. Многие здесь приноровились хранить под землей чуть ли не все на свете.

Спрыгнул вниз, повиснув на руках. Приземлился среди бочек с соленьями и запаха гари. Справа кучей лежали какие-то тряпки, сваленные в старое корыто.

Светляк вспыхнул ярко и осветил все просторное помещение подвала. Я здесь стоял в полный рост, и даже вытянутые руки не касались потолка. Хороший такой подпол.

Мой взгляд тут же зацепился за ведьму. Ирма лежала, раскинувшись на каком-то топчане. Поверх было навалено несколько шкур и старый тулуп. Вот на этом импровизированном ложе и разлеглась Ирма. Рыжие волосы красиво разметались, алые губы чуть приоткрыты, а одна рука изящно свесилась.

Я заподозрил неладное. Разыгрывает она меня, что ли? Мстит за то, что высмеял ее способ поиска? Оглянулся на дыру в потолке, на топчан со шкурами и ведьму на нем. Не меньше пяти шагов. Это как она так свалилась аккуратно на мягкое?

Снова покосился на дыру, на ведьму и осторожно пошел к рыжей, ожидая чего угодно, хоть проклятия, хоть громкого: “Бууу!”

– Ирма? – помимо воли голос прозвучал неуверенно.

Ведьма не отвечала и вообще не шевелилась, только грудь едва видимо вздымалась.

Склонился над ней, собираясь запустить сканирующее заклинание, как ресницы дрогнули, ведьма открыла затуманенные глаза.

– Наконец-то ты меня нашел, – томным вздохом прошептала она и с недюжинной силой вцепилась мне в шею. Губы ведьмы нашли мои, и она с таким жаром впилась поцелуем, что я только изумленно вытаращил глаза.

– Сдурела?! – рявкнул я, отдирая невменяемую ведьму.

– Вик, ты куда? – томно села рыжая, поправляя волосы. – Я так тебя ждала.

Ирма выглядела странно. Нарочитая поза, руки протянуты в молящем жесте, но главное глаза, как будто пьяные или сонные.

– Иди ко мне, – Ирма поднялась и, игриво покачивая бедрами, пошла ко мне, а я, наоборот, стал отступать.

Что, ахарам побери, происходит.

– Ну куда же ты? – хрипло спрашивала Ирма.

Она почти приперла меня к стенке, когда мне все это надоело, я быстро сплел сеть и накинул на ведьму. Серебристое заклинание мигнуло, опускаясь на ведьму и ничего не произошло.

– Не понял, – ошалело прошептал я, а Ирма почти вплотную прижалась ко мне и повела руками вдоль тела.

– Виктор, ты мне так нравишься, – с каким-то шипящим звуком прошептала ведьма почти мне в губы.

– А ты мне нет, – ответил я, опуская рукоять меча ей на голову. Постарался ударить не сильно, чтобы только вырубить.

Ирма послушно закатила глаза и упала бы мешком к моим ногам, но я удержал. Удерживая рыжую под мышки, отошел от стены, перехватил поудобнее и взвалил на плечо. Теперь надо придумать, как отсюда выбраться с бесчувственной ведьмой. Вот не было печали, подкинули боги красивую ведьму. Покосился на упругий зад, обтянутый штанами, юбкой и плащом. Подкинул на плече и пошел к провалу.

– Вот так, поспи пока, а я обязательно разберусь, что здесь происходит.

Как мы выбирались из того подвала и добирались до постоялого двора – это отдельная история.

Для начала пришлось использовать куда более энергоемкие заклинания, и я ждал, что откат меня накроет, но с удивлением понял, что не ощущаю вообще никаких отклонений в использовании резерва. Уже тогда, когда подтягивал на энергетической веревке бесчувственную Ирму, заподозрил неладное, но не сидеть же нам в этом подвале, ожидая помощи, которой вообще может и не быть.

Ехать пришлось на моем жеребце, взяв лошадь ведьмы в поводу. Ирма то и дело сползала, норовя свалиться с лошади и в конце концов, пришлось ее уложить поперек своих колен. Было неудобно, но нам и не три часа ехать.

По пути встретились деревенские, которые шли домой. Оказывается, их оповестил отец мальчика. Паренек нашелся. Он вообще не уходил из деревни. Отец нашел его за дровяным сараем в куче старой соломы. Естественно парню досталось на орехи, но горе-родитель поспешил всех оповестить, чтобы люди не бродили по лесу почем зря.

Так, ну хоть с этим разобрались. Мне же достались несколько настороженных взглядов из-за висящей мешком ведьмы, но счел, что как царский ловчий могу и не отвечать простым деревенским мужикам, почему это ведьма висит у меня на лошади.

Трактирщик тоже изумленно вытянулся за грязной стойкой, но промолчал. А я прошел до комнаты ведьмы и свалил Ирму на постель. Все дорогу я сканировал ее состояние и ничего не находил, кроме шишки на голове от встречи с рукояткой меча. И что за?

Ведьма в сознание не приходила, и это начинало напрягать. Не так и сильно я и ударил, чтобы она провела в отключке несколько часов. К тому же что это за выверт с сетью? Веревка сработала, но тогда, почему не сработала сеть? Особенности ведьмовской ауры? Что-то я не припомню таких исключений.

Снова запустил заклинание, выискивая отклонения в здоровье, но все было чисто. Похоже, пора бить тревогу и спешно возвращаться в город. Разве что… Разве что наша связь изменилась. Нить, что соединяла нас обросла какими-то соединениями, неясного свойства. Проявились наконец узлы привязки, кроме того центрального, но и они, как и главный были странными, совсем не такими, как должны были быть.

Я с интересом вглядывался в сплетение одного из узлов, когда в дверь постучали. Помянув нежить, пошел открывать.

За порогом оказался давешний родитель.

– Господин ловчий, – мужик неуверенно мялся в коридоре, – мне бы переговорить с вами.

Оглянулся на все еще не пришедшую в сознание Ирму, про себя решая, что пора связываться с Советом и боги с тем, что получу штраф, а то и судебное разбирательство из-за незарегистрированного артефакта.

– Я уже знаю, что ваш сын нашелся.

– Да не, я не про это. То есть не совсем про это, – забормотал мужик.

Вопросительно поднял бровь, выходя в коридор и прикрывая дверь от любопытного взгляда мужчины.

– Там Зимка странное говорит…

– И что же ваш сын говорит?

– Вы бы сами с ним поболтали, – попросил он, – мож он того, – округлил он глаза.

– Чего того? – не понял я пантомимы мужика.

– Ну головой тронулся, – покрутил он рукой у головы, – странное он говорит.

– Это что?

– Так пойдемте, сами послушаете, – махнул он рукой в сторону коридора.

– Послушайте, если ничего страшного не случилось, и парень в сознании и говорит внятно, то лучше покажите его лекарю, может он поможет. Я все же по другой специальности, – попытался я отмахнуться от обеспокоенного родителя.

– Так нет же, господин ловчий, в том и дело, что это по вашей части. Зимка говорит, что не сам вышел из дома, а вел его кто-то. А после приказал спать.

– Хм, – сложил руки на груди я. Все страннее и страннее. – Ну, пойдем поговорим с твоим парнем.

Оглянулся еще раз на дверь ведьмы. Кинул на всякий случай охранку, вновь удивившись отсутствию отката, и последовал за мужчиной.

Паренек сидел, сгорбившись на лавке. Мятая шапка была натянута чуть ли не на глаза. Он сжал сложенные руки между колен и смотрел в пол.

– Здравствуй, – поприветствовал вздрогнувшего мальчишку, – твой отец говорит, что ты хочешь мне что-то сказать.

Парень стрельнул взглядом на отца и неуверенно проговорил:

– Да ничего важного, – сказал он таким тоном, что я сразу же понял, что важное как раз здесь есть. Так обычно говорят, когда бояться и не понимают, что произошло.

– Ничего, я послушаю, – выдвинул я стул и присел напротив мальчика.

Было ему лет десять, нескладный, худой, с острым носом и живыми серыми глазами, сейчас испуганными и настороженными.

– Рассказывай, обещаю, что не скажу, что ты потратил мое время зря, – подбодрил паренька.

Мальчишка помялся, а после со вздохом стянул шапку, явив взлохмаченные русые кудри. Симпатичный, хоть и нескладный еще. Весь облик его говорил, что он не трус, но сейчас его что-то напугало.

– Да спал я, господин ловчий, спал и никуда не собирался, – как будто в сотый раз повторил он, – а потом во сне ко мне пришла какая-то женщина и взяла за руку. Я не хотел идти, но она не отпускала, и вообще я будто и пошевелиться не мог. Она и повела меня.

– То есть кто-то проник в ваш дом и увел тебя?

– Так нет же, – повысил голос мальчишка, – я ж говорю, что спал.

– Значит, она тебя во сне увела? – задумчиво спросил, уже прикидывая, что это за нежить может быть. Мальчик кивнул.

Всяких тварей, умеющих воздействовать на спящего человека, довольно много, но мало кто из них принимает определенный облик.

– А как она выглядела?

Иногда тварь может принимать строго определенную форму, там фигура в черном или белом без лица, или сгусток темноты, или мертвый родственник.

– Ну такая рыжая, грудастая, – парень увернулся от подзатыльника отца, когда упомянул на этот характерный признак, еще и показав руками размер, я впечатлился, – красивая.

Что-то неясное мелькнуло на краю сознания.

– Еще что-то? – подтолкнул расширить описание видения.

– Так ведьма она, – не выдержал отец мальчика, – как есть ведьма. Это ж они вот такие, – он повторил описание мальчика о выдающейся части женских форм, – и страсть какие красивые.

– Ага, – поддакнул он.

– Ведьма, – задумчиво проговорил я, сопоставив наконец то, что промелькнуло в голове с тем, что мне только что сказали. – А ну-ка, пойдем.

Мы поднялись наверх. Я снял охранку и толкнул дверь, явив взгляду все еще находящуюся в отключке Ирму.

– Она?

Отец глянул на отпрыска, а мальчик уверенно кивнул.

– Она, господин ловчий.

День седьмой

Ирма так и не проснулась. Пролежав весь остаток дня и всю ночь. Я уже серьезно начал беспокоиться, поэтому собрался вызвать магов из Совета и виниться. Пусть захватят с собой лучшего лекаря, который осмотрит ведьму, потому что я не находил в ее состоянии ничего.

Однако к утру, едва стрелки показали пять, как она открыла глаза и села, чем напугала сонного меня. Я успел задремать на стуле.

– Виктор? – хрипло позвала она. – Что произошло? Где мы?

Я с тревогой вгляделся в ее лицо, ища тот самый затуманенный взгляд. Но Ирма хоть и выглядела уставшей и болезненной, как и все последние дни, была вроде бы в себе.

– А поняла, – пробормотала она, оглядевшись, – мы опять в этом клоповнике.

Она спустила ноги с кровати и уперла руки в матрас.

– Ничего не помню, – помотала она головой, – что произошло? Как мы выбрались?

Я внимательно ее осматривал. Похоже, Ирма правда ничего не помнила, и это мне совершенно не нравилось. А еще мне не нравилось, что я больше не чувствую отката и что наша с ней связь имеет какие-то другие свойства, чем первоначально вкладывал я.

– Я привез тебя, ты провалилась в подвал и потеряла сознание, – не стал я упоминать причину потери сознания.

– Да? – почти не удивилась она. – Наверное, это из-за недосыпа, – задумчиво проговорила Ирма.

– А что тебе снится или может ты просто уснуть не можешь? Что-то беспокоит? – наконец задал я вопрос, который должен был задать еще несколько дней назад. Хреновый из меня ловчий.

– Ага, чистая совесть, – невесело пошутила она, но видя, что я интересуюсь абсолютно серьезно, Ирма все же ответила: – Ерунда какая-то снится, можно сказать, что и ничего, только сон не приносит отдыха. Я будто ложусь, а встаю еще более уставшая, чем до этого.

Я кивнул, понимая, о чем она. Вот же ахарам. Кажется, мы попали еще больше, чем думали.

– А в остальном? Магия не подводит? Тело не болит? Несварение?

Ирма удивленно воззрилась на меня, а потом криво улыбнулась.

– Нет, колдун, ем я нормально и в туалет тоже нормально хожу.

– Я серьезно, – посмотрел на нее строгим взглядом, – больше ничего не болит?

– Нет. Послушай, я же уже говорила, что плохо сплю, но тебе тогда казалось это неважным. Что сейчас изменилось? – резко спросила Ирма.

Прикрыл глаза, признавая ее претензии. Она права, я не обратил внимание, хотя первые признаки проявились почти сразу. Но меня больше волновал сам откат, чем какая-то ведьма, случайно попавшая под влияние моего артефакта. А теперь я смотрел на эту измученную женщину, и мне хотелось надавать себе по роже. Это ж надо такое упустить! А ведь гордился собой, еще и Ирме говорил, какой я профессионал.

– Тебя видел мальчик, которого мы искали.

– И что? – сложила она руки на груди, закрываясь от меня. – Я вроде не прячусь и из комнаты выходила.

– Нет, ты не поняла, – покачал я головой, – он тебя видел во сне. И это ты увела его из дома.

– Чего? – округлила она глаза. – Может, он перепутал чего?

Я покачал головой.

– Но я же все это время была с тобой или в комнате спала. Ты же сам знаешь. Да мы вообще с тобой связаны, ты первый бы узнал, что я куда-то ушла.

– А я и не говорил, что ты ушла физически. – У Ирмы открылся рот, но слов она так и не произнесла. – Ты проникла в сон мальчика и увела его во сне. А физически он спрятался за дровяным сараем.

– Погоди, – махнула ведьма рукой, прижав ее ко лбу, – ты хочешь сказать, что я, каким-то образом, хожу по чужим снам и прячу маленьких детей? Ты рехнулся? – с надеждой спросила она.

Пришлось снова покачать головой и пока она не выдвинула еще каких-то предположений, я пояснил:

– Не ты сама. В тебе дух-подселенец.

Все это время я наблюдал за Ирмой, но нужного эффекта так и не добился. На лице ведьмы так и не проявились ведьмовские знаки. Она точно поражена. Вот ахарам!

– Чтоооо?!

Ирма

– Чтоооо?! – от удивления у меня чуть глаза не выпали, причем буквально я прям почувствовала сильное давление на глазные яблоки, поэтому быстро захлопнула рот и прикрыла глаза.

Вслед за глазами голову прострелила такая боль, что я охнула и обхватила мою несчастную голову руками. Казалось, что она сейчас просто развалится на две части.

– Ирма, что? – подскочил колдун. А мне так захотелось его послать к такой-то матери. Это ведь все из-за него! Вообще все! Да будь проклят тот день, когда я взялась за этот заказ.

Головная боль выламывала кости, выдавливала глаза. Казалось, что мозг сейчас просто вытечет через уши, нос и рот.

Виктор обхватил мою голову, насильно запрокинул и вперился в мои едва прикрытые глаза.

– Оставь ее в покое, – холодным и грозным тоном не попросил, приказал Виктор, – тебе нужен я, так и забирай меня. Отпусти ее.

К собственному удивлению боль вдруг резко прошла, а мой рот заговорил без меня.

– Э нет, Виктор, она мне нравится, сильная, я смогу воплотиться в ней, а ты не сможешь ее убить.

Такой у меня был тон, что я бы сама себя ударила.

Стоп, что это я только что сказала? В каком смысле воплотиться? Это кто это собрался меня выжить?

– Кто это? – почти шепотом спросила уже я.

Это было так странно, когда одновременно своими губами говорю я и кто-то еще.

– Одара, – ответил Виктор.

Вот ахарам!

Выходит, маг ее не до конца убил. То-то он понесся сюда, значит были сомнения, хотя он и говорил, что все сделал правильно. Да и я убедилась, что деревня выжжена. К тому же Виктор и сам чуть не выгорел, а значит сил не жалел и был уверен в своей правоте. Но как же тогда эта тварь выжила? И главное, что мне сейчас делать?

Это я и спросила у Виктора. Колдун задумчиво смотрел на меня, а меня до дрожи пугало, что мои губы сами собой разъезжаются в зловещей улыбке. Да чтоб тебя! Это ужасно, когда твое тело больше тебе не принадлежит!

– Да, Виктор, что нам делать? – повторила мой вопрос одара. – А может плюнешь на нее и будем счастливы вместе?

“Что?!” – полыхнуло у меня в голове. Эта дрянь собирается вышвырнуть меня из тела и остаться с этим магом? Ну уж нет!

– Виктор, дай быстро мою сумку, – скомандовала я.

Одара – нежить высшего порядка. Прежде всего она – это оживший труп, пусть и сильно накачанный темной магией. Зелья на одару почти не действуют, тело-то мертво. Но сейчас она потеряла собственное тело, зато захватила мое. А я-то живая, и зелья на меня очень даже действуют!

Виктор, каким-то образом, понимал, когда говорю я, а когда нежить,и без промедления подал мою сумку. Я же резким движением влезла в большое пространство расширенной сумки и без ошибки ухватила пузырек.

Одара поняла, что я хочу сделать, и замедлила мою руку, не давая сделать глоток.

– Вик, помоги, – прохрипела сведенным горлом я.

Маг ухватил мою замершую на полдороге ко рту руку и с усилием надавил, второй рукой, открывая челюсть, сдавив стальными пальцами скулы.

Глоток сделать тоже оказалось непросто. Одара не желала, чтобы мое тело принимало хоть что-то, но нас в нем было двое, и я пока имела силы с ней бороться. Так что мне удалось протолкнуть отвратительную густую жидкость, которая упала холодным змеиным комком в желудок.

Секунда.

Туман начал заволакивать сознание, и я успела прошептать Виктору:

– Нужно к стабилизирующему камню, у меня есть идея.

Виктор

В голове метались заполошные мысли. Первая паника схлынула, и я признал, что Ирма оказалась догадливее и умнее меня. Она быстро смекнула, что к чему, и обезвредила тварь самым легким и безопасным способом: усыпила себя.

Чтобы добраться до дома, о чем попросила Ирма, пришлось нанимать телегу. Кареты, как предлагала ведьма в начале нашего знакомства, в придорожном трактире не сыскалось, пришлось воспользоваться крепкой телегой с кучей соломы.

Провожать нас вышли все постояльцы и трактирщик. Еще бы, такое зрелище: царский ловчий увозит ведьму в неизвестном направлении. Ведьм хоть и не боялись, но любили не очень. Все-таки их природный дар – вещь специфическая. Впрочем в народе и ловчих не больно-то жаловали.

В телегу впрягли крупную лошадь, а своих я привязал позади. На телеге дорога обратно будет длиннее, но если выедем прямо сейчас, то к ночи должны добраться. В кармане лежал еще один пузырек, найденный в сумке Ирмы, он пойдет в ход, когда действие зелья прекратится.

– Господин ловчий, – подошел ко мне отец того мальчика, – точно не надо сообщить гильдии? Вы с ней справитесь? – Он опасливо покосился на лежащую на соломе Ирму.

– Точно, – заверил я, – больше она никого не напугает, – самым честным тоном ответил и не смог не добавить, – если только никто ее поминать не будет. А вот если сплетни о себе услышит, так сразу вернется и ночью всех замучит до смерти.

Ни к чему нам сплетни. В гильдию пусть сообщает, я и сам скажу своим, как только разберусь. А вот разговоры, что ведьмы в сны приходят и детей похищают, нам вовсе не нужны. И не докажешь же, что она не сама, а одара в ее облике это делала. Для простых людей подселение – это слишком сложно.

Тронул поводья, лошадь тяжко вздохнула и пошагала, уверенно тяня телегу. Накрыл Ирму теплым одеялом, подоткнул края и уставился на уходящий тракт.

По пути я все крутил, как же я пропустил момент, что одара расщепила свою сущность и утаила кусок, а главное, где? Я ведь действительно разрушил ее физическую оболочку, связал и выжег энергетическую, но она как-то умудрилась сохранить кусочек сущности.

Тут в голове словно колокол ударил, я даже встрепенулся от внезапного осознания – кристалл записи! Кристалл я так и не посмотрел, хотя исправно таскал в кармане. Теперь я знаю почему, когда я собирался просмотреть запись своих мыслеобразов сразу после боя с одарой, находились какие-то другие срочные дела. Нежить наложила на кристалл чары.

Полез по карманам и почти сразу же нашел кристалл. Вгляделся в многогранный красный камень, покрытый символами по граням, и через некоторое время заметил тонкие, едва заметные нити магии, которые опутывали кристалл. Грязно-серый цвет магии смерти подтвердил мою догадку. Такие чары накладывает только высшая нежить.

– Вот же ахарам! – ругнулся вслух и сжал кристалл, применяя слабый импульс собственной магии. Кристалл полыхнул в очистительном огне и засветился, готовый открыть моей памяти собственные воспоминания.

Прижал руку к виску, и перед глазами замелькали сцены боя.

Пылающие избы и она прямо напротив меня. Простая девушка, о такой и не подумаешь плохого. Русые волосы, нежный румянец, курносый аккуратный носик. Длинное светлое платье и легкий полушубок. Она и улыбается нежно и спокойно.

– Зачем тебе столько марионеток? – слышу я собственный голос.

– Странный ты, Виктор, – улыбнулась одара, – потому что могу. Я сильна, могу себе позволить держать столько слуг, сколько захочу. Видишь, могу забрать жизни у целой деревни. А скоро смогу и весь город выпить. Я в отличие от вас точно знаю чего хочу.

– И чего же?

– Жить, – пожала она плечами.

– Ты же нежить, ты мертвая и живой уже не станешь.

Зачем я вообще с ней тогда разговаривал? Надо было сразу бить наверняка. Но нет, мне же было интересно. Такая уникальная нежить. Это потом пришло осознание, что эта “уникальная нежить” сожрала целую деревню, не пощадив ни детей, ни стариков. А тогда, когда я понял, что передо мной, мне и правда было интересно.

– Это ты так думаешь, – с вызовом возразила она.

– Так думает мироздание. Мертвое живым никогда не будет. А ты умерла, судя по всему, много лет назад. Наверняка уже и забыла, как это быть – живым.

Я дразнил ее, хотел, чтобы она первая ударила и завязался бой. После ее атаки мне было бы проще понять, как повести этот бой, просчитать ее.