Полукровка: Последняя из рода «Зов Крови»

– Значит, Блэйз первым понял, какую мощь ты скрываешь от всех нас. И он предпочёл об этом промолчать.

– Прости, – мой голос прозвучал непривычно томно, обволакивая пространство внутри огненного кокона. Я поймала его взгляд, не позволяя отвернуться. – Это была не его тайна.

Рой мягко коснулся моей щеки, его пальцы были горячими после недавней вспышки магии. Он властно притянул меня к себе, сокращая расстояние до минимума.

– Я никому тебя не отдам, – прошептал он прямо в мои губы, и в его голосе зазвучала стальная решимость. – Ты моя, ромашка. Просто запомни это.

Прежде чем я успела что-то ответить, он накрыл мои губы ещё одним коротким, но обещающим поцелуем и тут же растворился в клубящихся тенях. Я осталась стоять одна в затихающем огненном коконе, ошеломлённая его словами, которые теперь эхом отдавались в моей голове.

Только спустя пятнадцать минут я наконец пришла в себя и смогла развеять огненный купол, в котором сама же себя и заперла. Стены кокона растаяли, впуская прохладу комнаты, но мои мысли всё ещё были в смятении. «О чём он вообще говорит?» – вопросы роились в голове, не давая покоя. Я чувствовала, как на губах горит его поцелуй, а в ушах звенит эта странная, собственническая клятва.

Я замерла у порога, не в силах сделать и шага. В голове пульсировала одна и та же мысль: как мне теперь на него смотреть? Как вести себя рядом с ним после того, что произошло? Вся моя былая уверенность рассыпалась в прах. Я больше не понимала, в качестве кого я отправляюсь в его дом. Кем я буду там? Просто одарённой сиротой, которой нужно наставничество, или кем-то гораздо более важным и … «Неужели он только что … признался мне в чувствах?» Может, всё это лишь плод моего воображения, разыгравшегося после магического всплеска? Сомнения ледяным комом подкатили к горлу: вдруг я всё себе напридумала, а для него это был лишь мимолётный порыв, не значащий ничего серьёзного?

Окончательно запутавшись в собственных чувствах, я заставила себя переключиться на реальность. Быстрым, почти лихорадочным взглядом я окинула комнату, проверяя, не забыта ли какая-нибудь мелочь. Убедившись, что всё собрано и терять здесь больше нечего, я решительно направилась к выходу. Внизу меня уже ждала карета – мой билет в новую жизнь.

Я кожей чувствовала: именно там, за стенами дома Роя, меня ждут все ответы. Эта поездка перестала быть просто бегством или обучением – она превратилась в поиск истины. Я была твёрдо уверена, что именно в его родовом гнезде мне удастся сорвать покровы с тайны своего происхождения и наконец понять, кто я такая на самом деле.

Возле кареты меня уже поджидали Эмбер и Кэй. Они обменивались многозначительными улыбками и как бы невзначай касались друг друга, наивно полагая, что их нежности остаются незамеченными.

– Да ладно вам! Хватит вести себя как дети, – фыркнула я.

Поравнявшись с ними, я не удержалась и легонько толкнула Эмбер в спину. Она по инерции влетела прямо в объятия Кэя, который только того и ждал. Я лишь насмешливо закатила глаза и поспешила скрыться в карете, подальше от всех. Я вытянула кинжал из набедренных ножен и принялась лениво крутить его в пальцах. Узкое лезвие то и дело вспыхивало холодным серебром, ловя редкие лучи солнца, пробивавшиеся сквозь маленькое оконце кареты. Этот привычный вес стали в руке успокаивал, помогая сосредоточиться и отсечь лишние мысли о Рое, которые назойливо лезли в голову. Тишину кареты нарушил резкий щелчок: противоположная дверь распахнулась, и на пороге возник Рой. На его лице, обычно непроницаемом, теперь читалось явное беспокойство. Я невольно вздрогнула от неожиданности, перехватив кинжал поудобнее, и смерила мага подозрительным взглядом.

– Планы меняются, – отрезал он, и в его голосе я отчетливо уловила вибрирующее напряжение. – Ты едешь со мной.

– В чём дело? – я выбралась из кареты под его тяжелым, пронизывающим взглядом.

Моё внимание тут же переключилось на лошадей, которых уже приготовили к галопу. Эмбер, бледная от страха, сидела в седле вместе с Кэем, крепко вцепившись в его плащ на груди. Она посмотрела на меня с нескрываемым испугом, и это заставило моё сердце биться быстрее.

– В чём дело, Рой? – снова спросила я, требуя ответа. Его молчание и эта внезапная суета пугали меня больше, чем перспектива долгой дороги.

– Неподалеку от дворца, в пределах земель Донброеса, заметили ведьм, – произнес Рой, и его голос стал жёстким, как сталь. – Не представляю, что привело их сюда, но эта карета, – он кивнул на лакированный бок экипажа, – слишком заметная цель. Мы будем слишком уязвимы.

Он на мгновение замолчал, оценивая обстановку.

– Чтобы не привлекать лишнего внимания, разделимся. Поедем по отдельности и встретимся только тогда, когда пересечём границу этих земель.

– Ты действительно хочешь, чтобы мы разделились? – я в упор посмотрела на Роя, чувствуя, как внутри закипает возмущение. – Оставишь Эмбер и Кэя одних, наедине с этой угрозой? — Я кивнула в сторону друзей, которые уже приготовились. Мысль о том, что мы разлетимся в разные стороны по лесу, кишащему ведьмами, казалась мне безумием.

– Тебе не о чем беспокоиться, – Рой пристально посмотрел мне в глаза, призывая довериться его решению. – Кэй защитит её. Он доказал свою верность и силу не один раз. Эмбер в надежных руках, и сейчас нам обоим нужно сосредоточиться на том, чтобы ведьмы не обнаружили наш след. Я не представляю, какие цели они преследуют, и сколько их тут, – Рой помрачнел, и в его голосе прорезались властные нотки, – но ведьмам совершенно не за чем знать, что мы покинули стены дворца. Наш отъезд должен остаться для них тайной, по крайней мере до тех пор, пока мы не окажемся в безопасности.

Я молча кивнула, принимая его план, и мы направились к его вороному коню. Рой легко подсадил меня в седло, устроившись позади. Он прижал меня к себе уверенным, собственническим жестом, давая короткий знак Кэйю. В ту же секунду мы сорвались в галоп. Обернувшись на лету, я успела заметить Алана – он стоял у входа во дворец и провожал нас взглядом. Принц лишь едва заметно улыбнулся мне на прощание и скрылся за тяжёлыми дверями.

У самой кромки леса наши пути разошлись: Кэй свернул на короткую тропу, а мы с Роем углубились в самую чащу. Он больше не гнал коня галопом; мы продвигались медленно, почти бесшумно, вслушиваясь в каждый шорох. Я сидела, натянутая как струна, и вздрагивала от любого скрипа старых деревьев. Иногда Рой замирал, словно улавливая невидимую угрозу, и в эти моменты он ещё крепче прижимал меня к себе, давая понять, что он настороже.

– Рой … – едва слышно прошептала я, боясь потревожить чуткую тишину леса, но тут же замолчала, захлебнувшись внезапным предчувствием.

– Да, ромашка? – мгновенно отозвался он.

Я не ответила. Меня неодолимо потянуло в сторону, словно невидимая нить натянулась в глубине чащи. Я медленно повернула голову туда, откуда, как мне показалось, доносился призрачный шёпот, и впилась взглядом в сплетение ветвей.

– Ты это слышишь? – мой шёпот сорвался на выдох.

Рой проследил за моим взглядом, напряженно вглядываясь в сумрак, но его лицо осталось бесстрастным.

– В чём дело? Я ничего не вижу, – тихо ответил он, и в его голосе проскользнуло беспокойство за моё состояние.

– Там что-то есть … или кто-то, – я вглядывалась в лесную чащу до рези в глазах, пытаясь разглядеть источник странного шёпота. Рой же, как ни старался, по-прежнему ничего не замечал.

Внезапно в груди остро кольнуло, словно ледяная игла прошила сердце. Инстинкт сработал быстрее мысли: повинуясь внезапному импульсу, я резким, нечеловеческим рывком сбросила Роя с коня на землю. В ту же секунду я сама едва успела пригнуться к шее жеребца. Воздух с противным свистом разрезала стрела – она пролетела точно в том месте, где мгновение назад находилась голова мага.

Рой вскочил на ноги в то же мгновение, и вокруг него густыми клубами вскипела первородная тьма. Его вороной конь проявил поразительную выдержку: он не шелохнулся и не отступил ни на шаг, оставаясь преданной тенью своего хозяина. Рой резким, но точным движением стащил меня с седла и буквально вжал в ствол ближайшего дерева, закрывая собой.

– Стой здесь, поняла? Ни шагу в сторону! – он лихорадочно осматривал меня, ища возможные раны.

– Я цела, – выдохнула я, вжимаясь в шершавую кору. – Поняла. Стою.

Рой мгновенно растворился в лесной чаще, оставив меня под защитой дерева. Но навязчивый шёпот не умолк – он преследовал меня, заставляя то и дело испуганно оглядываться. Звуки становились всё отчетливее, напоминая тревожное предостережение. Сами собой кинжалы скользнули в мои ладони; я приготовилась. Шёпот нарастал, превращаясь в нестройный гул голосов: десятки людей будто пытались перекричать друг друга в моей голове.

Внезапно воздух снова прошила стрела, едва не задев кончик моего носа. Я резко обернулась к источнику угрозы и замерла. В тени ветвей стояла … Онора?

В руках она сжимала небольшой лук. Её огненно-рыжие волосы, обычно рассыпавшиеся по плечам, теперь были стянуты в тугой, строгий пучок. На смену привычным платьям пришёл чёрный облегающий костюм – наряд, совершенно ей не свойственный. Но больше всего меня поразило её лицо: через всю щеку тянулся свежий, ещё багровый шрам. Казалось, кто-то намеренно и медленно выжигал её кожу, оставляя это жуткое клеймо.

– Ну, раз ты меня всё-таки заметила, нет смысла прятаться дальше, – язвительно бросила она, выходя из тени деревьев.

В каждом её движении сквозила чужая, хищная грация.

– Твой защитник тебе не поможет. Сейчас он … немного занят, – она многозначительно кивнула куда-то вдаль.

Я осторожно выглянула из-за ствола и похолодела: Рой был окружён. Он отчаянно сражался с мужчинами в масках, которые, как и Онора, были облачены в облегающее чёрное. Их волосы, тёмные как смоль, развевались на ветру, создавая жуткий контраст с бледными масками.

– Познакомься, Лина, – Онора разразилась безумным смехом, от которого по спине пробежал мороз. – Теперь это моя настоящая семья. Ах да, ты ведь наверняка сгораешь от любопытства: как же я сбежала из того проклятого дома? – Онора задумчиво постучала длинным угольно-чёрным ногтем по подбородку, словно вспоминая приятный сон. – Всё просто: я убила директрису Клэрк. В её глазах вспыхнул первобытный азарт.

– Я долго шла по твоему следу, Лина, пока добрые люди не помогли мне. Ты ведь ещё не забыла Таллин? Именно она указала мне путь.

– Ты … ты убила директрису Клэрк? – я посмотрела на неё с нескрываемым ужасом, отказываясь верить своим ушам. – Что с тобой, чёрт возьми, стало, Онора?! – прошипела я, крепче сжимая рукояти кинжалов.

Холодный металл в ладонях помогал сохранять остатки самообладания. Я кожей чувствовала, что бой неизбежен, и любая заминка будет стоить мне жизни. Она намеренно тянула время, упиваясь моим замешательством, и я приказала себе отбросить все чувства. Сейчас передо мной был враг

– С того самого дня, как ты переступила порог нашего приюта, я мечтала лишь об одном – избавиться от тебя, – Онора начала медленно кружить вокруг, словно хищник, присматривающийся к жертве. – До твоего появления королевой в этом доме была я, но ты … ты каким-то образом притягивала к себе всех подряд. Ты никогда не должна была выйти на свободу! Эта проклятая Лилит размягчила сердце директрисы, хотя твоё место было в могиле ещё в тех стенах.

– Ты сумасшедшая, – выдохнула я, не сводя с неё глаз.

– Ох, совсем вылетело из головы! – Онора притворно всплеснула руками, и её голос стал приторно-сладким. – Хочешь послушать ещё одну захватывающую историю? Твой Люк … Ах, прости, твой мёртвый Люк. Это я оборвала его жизнь, — её улыбка растянулась так широко, что стала похожа на жуткий оскал.

Внутри меня всё перевернулось: холодный ужас мгновенно сменился обжигающей, первобытной яростью. Кровь зашумела в ушах, заглушая лесной шёпот. Вся моя выдержка рухнула. В груди, там, где Рой пытался залечить рану, снова вспыхнуло пламя, но на этот раз – чёрное и мстительное. Ошеломляющее признание Оноры на мгновение выбило почву у меня из-под ног, и эта секундная слабость едва не стала роковой. Она ринулась в атаку, используя лук не для стрельбы, а как ближнее оружие. Я едва успела уклониться и с ужасом заметила: на концах древка хищно поблескивали острые шипы.

Начался наш смертоносный танец. Несмотря на всю ту ярость, что кипела во мне, часть моей души всё ещё отказывалась верить в происходящее, и я медлила, не желая наносить смертельный удар. Я использовала деревья как щиты, искусно уходя от её выпадов, но Онора не умолкала. Она в красках расписывала нападение на Камелот, смакуя подробности своего союза с ведьмами – и всё ради того, чтобы стереть меня с лица земли. В какой-то момент внутри меня будто что-то с треском лопнуло. Жалость сгорела в огне праведного гнева. Я перестала прятаться. Выскочив из-за укрытия, я резким, выверенным движением метнула кинжал. Сталь со свистом рассекла воздух и вонзилась ей точно в ногу. Онора взревела, её крик огласил лесную чащу, и она рухнула на землю, отчаянно хватаясь за рану.

– Ты мелкая стерва! – прошипела я, медленно надвигаясь на неё и вращая в руке второй кинжал.

Азарт в глазах Оноры мгновенно потух, сменившись неподдельным, ледяным ужасом. Она лихорадочно озиралась, пока её взгляд не замер на моих глазах.

– Ты … – запнулась она, пятясь по земле. – Ты не человек … Как это возможно?

Вокруг меня вихрем закружились искры лазурного пламени. Магия, которую я так старательно училась сдерживать, вырвалась на свободу, подпитываемая моей болью. Воспоминания о Люке, о моём Люке … о том счастье, которое он обещал мне в письме и которое она так жестоко растоптала, жгли изнутри. Горячая слеза обожгла щёку, когда я нависла над ней. Разум затуманился, в груди всё вибрировало от первобытной пустоты, будто сама тьма поглощала мой свет. Резким движением я вырвала кинжал из её ноги, заставив её снова вскрикнуть, и опустилась перед ней на одно колено.

– Кто убил Лилит? – мой голос превратился в змеиное шипение.

– Это не я! – Онора в ужасе пятилась, пока не упёрлась спиной в шершавый ствол дерева.

– Кто?! – выдохнула я, и мой шёпот, полный ярости, казалось, заставил лес содрогнуться.

– Ведьмы … – запричитала она, захлебываясь слезами. – Лилит не должна была умирать, это не входило в мои планы! Но у них свои цели … они завоёвывают земли!

– Что значит «завоёвывают»? – я придвинулась ближе, чувствуя, как в груди разрастается ледяная пустота. Она тянула меня за собой, в бездну, которой я боялась, но больше не могла сопротивляться.

– Я не знаю! – взмолилась Онора. – Мне ничего не говорят! Мне просто пообещали помочь избавиться от тебя, и всё!

Моё голубое пламя выплеснулось наружу, выжигая траву в радиусе нескольких метров. Онора жадно глотала слёзы, глядя на бушующее вокруг нас призрачное сияние, которое я уже не могла контролировать.

– Лин! – донёсся до меня отчаянный крик Роя, заставив на мгновение вырваться из плена ярости.

Я резко обернулась и увидела их: Рой и Кэй пробивались ко мне, но моё внимание приковало другое. Неподалеку ведьма прижала Эмбер к стволу дерева, приставив к её горлу острое лезвие. Ни секунды не раздумывая, я вскинула руку. Кинжал со свистом рассёк воздух, точно поразив цель. Ведьма издала утробный рык и медленно осела на землю, выпуская мою подругу из своих когтей. Я видела, как Рой тщетно пытается пробиться сквозь стену моего пламени. Моя магия, словно живое существо, заперла нас с Онорой в непроницаемом круге, отсекая весь остальной мир. Я медленно повернулась к Оноре и хищно оскалилась, глядя на её бледное лицо.

– Передай своей новой семье: я приду за каждым из них, – мой голос вибрировал от скрытой угрозы.

Голубые искры начали медленно таять в воздухе, и я сделала шаг назад, разрывая кольцо.

– Я отпускаю тебя только ради этого послания. Но запомни, Онора Астер: я за тобой вернусь, Ты ответишь за смерть Люка. Не оборачиваясь, я оставила её одну в лесной глуши и направилась к Эмбер, чувствуя, как внутри затихает буря.

Рой мгновенно преградил мне путь, едва барьер из голубого пламени окончательно растаял. Он лихорадочно оглядывал меня с ног до головы, пытаясь найти следы крови или ожогов.

– Ты не ранена? Лина, отвечай! – в его голосе звенело неприкрытое беспокойство.

Я молчала, чувствуя, как внутри всё ещё вибрирует остаточная сила. Медленно переведя взгляд в сторону, я увидела Эмбер – Кэй буквально смял её в своих объятиях, не желая отпускать ни на секунду. Глядя на них, я ощутила странный укол горечи: их мир снова стал прежним, а мой – изменился навсегда. Рой молча и по-хозяйски вернул мой кинжал в ножны на бедре. Его уверенные движения немного привели меня в чувство. Он помог мне сесть в седло, и направил коня вперёд. Стоило нам покинуть мрачные своды леса, как магическое пламя внутри окончательно угасло, оставив после себя лишь опустошение. Меня накрыла запоздалая паника; тело пробил неконтролируемый озноб. Почувствовав мою дрожь, Рой крепче прижал меня к своей груди, делясь теплом.

– Рой … она мертва? – едва слышно прошептала я. Мне не нужно было называть о ком я говорю – он и так это понял.

– Да, ромашка, – так же тихо отозвался он, и его тёплое дыхание коснулось моего виска. – Послушай меня: не бери в голову, ладно? В тот момент другого выхода не было. Выбор стоял жестко: либо она, либо Эмбер. Ты просто спасла ту, кто тебе дорог.

Слова Роя звучали здраво, но холод в груди от этого никуда не исчезал.

– Я убила … – эхом отозвалось в моей голове, и этот шёпот казался громче топота копыт. – Я лишила жизни человека. Пусть она была ведьмой, пусть она была врагом, но она была живой. А теперь её нет. Дрожь во всем теле стала невыносимой. Весь мой мир, где я была просто человеком, рассыпался. Теперь я была той, кто способен убить. Пустота в груди, которую я так боялась, теперь казалась бездонной пропастью, поглотившей остатки моей невинности.

— Эта тьма … она просто поглотила меня. Я убила её, Рой. Убила, даже не задумавшись ни на секунду. Рука сама метнула сталь, сердце даже не дрогнуло. Чёрт, кто же я теперь такая? Я вцепилась в его руки, ища в них хоть какую-то опору, пока мой собственный мир рушился, погребая под обломками прежнюю, добрую Лину.

На протяжении долгого пути Рой хранил молчание. Он не пытался вызвать меня на разговор, давая возможность самостоятельно примириться с собственными мыслями. Оглянувшись пару раз на скакавших позади Кэя и Эмбер, я увидела, что подруга уснула в его объятиях, а Кэй лишь печально поглядывал в мою сторону, явно сопереживая моей боли.

Наконец, когда сумерки сгустились, мы остановились на ночлег в небольшой деревушке: коням и нам самим требовалась передышка. Рой не поскупился на оплату, обеспечив животным хороший корм, а нам – скромный, но уютный кров и горячий ужин. Нам выделили две смежные комнаты: в одной устроились Эмбер с Кэем, а вторую заняли мы с Роем. Парни единогласно решили, что оставлять нас одних после лесного нападения слишком рискованно. Каждый из них взял на себя роль защитника, решив лично следить за обстановкой в течение ночи. Присутствие мужчины в каждой паре казалось самым разумным решением – так мы могли чувствовать себя в относительной безопасности под их неусыпным контролем.

Ужин прошёл в тягучем молчании, после чего мы разошлись по своим комнатам. Приняв горячий душ, который лишь ненадолго унял дрожь в теле, я бессильно опустилась на кровать. Сон не шёл. Я просто лежала, не мигая глядя в окно, где в холодном ночном небе застыла бледная луна. Её призрачный свет заливал комнату, выхватывая из темноты силуэт Роя, и я снова начала прокручивать в голове события этого бесконечного дня.

Слёзы снова обожгли мои щёки, и я не пыталась их остановить. Внезапно матрас рядом со мной прогнулся под чужим весом, и я почувствовала у самого уха горячее дыхание Роя.

– Лин? – негромко позвал он.

Его рука скользнула по моей талии, властно и в то же время бережно притягивая меня к себе. Я не сопротивлялась – у меня просто не осталось сил бороться ни с ним, ни с собой. Рой жадно вдохнул аромат моих волос и уткнулся в них лицом, словно находя в этом запахе свое собственное спасение.

– Всё пройдёт, ромашка … – шептал он, и его голос вибрировал от невысказанной нежности. – Слышишь? Всё обязательно пройдёт.

Я медленно развернулась в его кольце рук, оказываясь лицом к лицу с магом. В полумраке комнаты я принялась внимательно изучать его черты, пока рука сама собой не потянулась к его шраму. Рой мгновенно напрягся, пытаясь отстраниться и вновь возвести привычные стены, но я не позволила ему закрыться. Накрыв ладонью его израненную щёку, я заставила его встретиться со мной взглядом.

– Знаешь, Рой … – тихо произнесла я, чувствуя биение его пульса под пальцами. – Помнишь, я говорила, что шрамы есть у каждого, просто не все из них на виду? Мой – глубоко в сердце. И я не могу его излечить. Смогу ли я когда-нибудь полюбить, если моя душа так истерзана? – мой голос сорвался, едва я задала этот пугающий вопрос.

Рой бережно коснулся моего лица, стирая большим пальцем очередную солёную дорожку с щеки. Его взгляд в этот миг был непривычно открытым.

– Я бы очень этого хотел, Лина … – выдохнул он.

Прильнув губами к моей влажной коже, он замолчал, понимая, что слова сейчас бессильны. Рой прижал меня к себе с такой силой, словно пытался закрыть от всего мира, и я наконец позволила себе расслабиться в его руках.

– Спи, малышка, – прошептал он в самую макушку. – Завтра нас ждёт ранняя дорога.

Какое-то время я прислушивалась к его мерному, спокойному дыханию, пока не почувствовала, что его железная хватка постепенно ослабла. Рой погрузился в сон, но стоило мне шевельнуться, пытаясь устроиться поудобнее, как он тут же, не просыпаясь, прижимал меня к себе ещё крепче. Я оставила попытки выбраться из этого плена. Позволив ему притянуть меня ближе, я уложила голову на его широкую грудь и под размеренный стук его сердца наконец уснула.

Проснулись мы на рассвете и, не теряя времени на долгие сборы, двинулись дальше. На этот раз Рой решил не рисковать и не разделять отряд, поэтому оставшаяся часть пути прошла на удивление спокойно. Спустя несколько дней переходов, коротких привалов и ночёвок под открытым небом, мы наконец достигли цели. Перед нашими взорами выросла суровая скалистая гряда, на вершине которой возвышался огромный дворец из антрацитово-чёрного камня.

– Добро пожаловать в мой дом, Каталина Эртон, – Рой улыбнулся в хищном аскале. Он пришпорил коня, и наш вороной понесся галопом прямо по каменистой тропе, навстречу распахнутым воротам.

Едва мы достигли массивных ворот, Рой бережно помог мне спуститься на землю. Я невольно задрала голову к небу и замерла: над шпилями дворца, словно живой чёрный ковер, кружили сотни воронов. Их слаженный полёт завораживал. Я ахнула, и на моих губах сама собой расцвела улыбка – это зрелище казалось мне не пугающим, а величественным.

В ту же секунду в груди разлилось странное тепло, закончившееся резким уколом. Я непроизвольно прижала ладонь к сердцу, пытаясь унять внезапную боль.

– В чём дело? – Рой мгновенно оказался рядом, его взгляд сканировал моё лицо.

– Да так, ерунда … – отмахнулась я, не желая признаваться, что само присутствие этого места вызывает во мне такой мощный отклик.

То, что произошло в следующую секунду, не поддавалось никакой логике. Один из воронов отделился от чёрного круговорота в небе и начал стремительно снижаться. Словно в трансе, я протянула руку навстречу птице, и огромный ворон уверенно опустился на моё предплечье, вцепившись когтями в кожаную куртку. Рой непроизвольно отшатнулся, словно я внезапно превратилась в ожившую легенду. Его глаза округлились до предела, а на лице застыла смесь шока и суеверного страха.

– Какого … – начал он, но слова застряли в горле, так и не превратившись в ругательство.

Он переводил взгляд с меня на невозмутимую птицу и обратно, пытаясь осознать масштаб происходящего. Ворон лишь плотнее прижал крылья к телу, будто насмехаясь над замешательством хозяина замка.

Я перевела взгляд на птицу, вглядываясь в её иссиня-чёрное оперение. Ворон был огромен – настоящий вожак стаи, древний и мудрый. Внезапно он моргнул, и в моё сознание ворвался мощный импульс. На долю секунды реальность померкла: я увидела себя со стороны, застывшую у ворот замка, словно смотрелась в живое, пернатое зеркало. Ошеломлённая, я уставилась на него, не в силах осознать случившееся. Ворон издал громкое, торжествующее карканье и, взмахнув мощными крыльями, взмыл обратно ввысь к своим сородичам.