Взломай сердце поджигателя

Криста Раэль

Взломай сердце поджигателя

Взломай сердце поджигателя

Криста Раэль

Плейлист

Chase Atlantic – Phases

Jann – Gladiator

Deorro, Tess Marie – Cayendo Original Mix

Halsey, Quavo – Lie

Astyria – Burn

Two Feet – Tell Me The Truth

Black Lab – This Night

KALEO – Way Down We Go

Bea Miller, mike. – to the grave

Bryce Savage – Slayer

Предисловие

Мы живем всего один раз – поэтому не бойтесь критики, осуждения, ошибок и безрассудства!

Когда мы молоды, все кажется значимым, а с возрастом, увы, это меняется. Перестает быть волшебным и сказочным. Мы начинаем, порой, забывать, что такое счастье и прелести жизни. Не потеряйте свой шанс! Не отвергайте его и не гоните! Наслаждайтесь жизнью!

Мы всего лишь – созвездия прошлого, настоящего и будущего. И лишь осознав это – мы начинаем ценить жизнь и начинаем сиять ярче звёзд.

p.s.: Кто в себе не носит хаоса, тот никогда не породит звёзд

Глава 1. Желанная свобода

Эллисон Ведсон

Вернувшись из университета, тихо захлопываю дверь и быстро поднимаюсь по лестнице в свою комнату. Запах с кухни – запеченная картошка и свежевыжатый сок – впиваются в меня. Шаги отдаются в тишине дома, и я стараюсь не издавать лишних звуков. Не хочу, чтобы кто-то заметил мое присутствие. Мысль о том, что день наконец-то закончился, приносит облегчение, но гнетущая усталость всё ещё не отпускает.

Всё, чего я хочу, – это тишина. Закрыться в своей комнате, спрятаться от всего мира.

Перекинув сумку через стул, я останавливаюсь у окна. Солнечные лучи мягко касаются оконного стекла, но даже их теплота не может пробить холод, что поселился внутри меня. Всё идет не так. День тяжёлый – лекции, напряжение, бесконечные вопросы от преподавателей. Голос одного из них до сих пор стоит в ушах, хотя уже час прошел, как я ушла из университета. Б-р-р. Не хочу даже вспоминать.

И вдруг, среди всей этой серости дня, как звезда в ночи, воспоминание: меня пригласили на вечеринку. Обычное событие, но сейчас – луч надежды. Мысленно я уже начинаю представлять, как звуки музыки заглушат ураган мыслей, как люди и яркие огни дадут хоть и временное, но ощущение легкости.

Стою у двери ванной, готовая погрузиться в привычный ритуал подготовки, когда слышу тихий стук в дверь своей комнаты.

– Пап, я не хочу разговаривать, у меня нет настроения. – говорю в закрытую дверь.

– А это и не папа, малышка. Ты так пронеслась, что я даже не успел тебе ничего сказать. – ответил голос из-за двери, который сразу поднимает мне настроение.

– Адам, ты вернулся! – открыв дверь, взвизгиваю я и прыгаю в объятия своего брата.

Мой старший брат учится в Массачусетском технологическом институте на факультете менеджмента. Из-за этого мы видимся с ним очень редко, так как приезжать у него не всегда получается. Да и он нашел еще какую-то работу, которая отнимает больше времени. Адам ничего про неё не рассказывает. Зато мы каждый день общаемся с ним по телефону.

– Ну привет, Эллисон, я тоже очень соскучился по тебе! – все с той же ласковой улыбкой отвечает Адам, обнимая.

– Ты надолго вернулся или на несколько дней? – расспрашиваю брата, попутно собирая все необходимое для вечеринки.

– На пару недель точно, у нас начались каникулы и я сразу взял билеты сюда, чтобы побыть с тобой, а ты куда собираешься?

Я уже нахожусь в ванной комнате и начинаю краситься. Знаю, что могу ему доверять, и также знаю, что отцу он не расскажет, поэтому без раздумий отвечаю.

– Меня Кейтлин пригласила на вечеринку… в честь скорого окончания семестра. – протягиваю, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, хотя сердце бешено колотится. – Если хочешь, пошли с нами?

Вопрос повис в воздухе, и я замираю в ожидании. Действительно хочу провести с ним время, увидеть, как его глаза светятся в шуме музыки и людей. Он смотрит на меня, чуть прищурившись, как будто взвешивает что-то в голове. Даже дышать перестаю. Потом Адам тихо выдыхает.

– Прости, малышка… – его голос звучит мягко. Он не хочет меня разочаровывать. – Мне ещё нужно по работе пару дел доделать.

Пытаясь скрыть свое разочарование, улыбаюсь и киваю, хотя внутри всё дрожит. Он всегда такой ответственный, всегда выполняет обещания – это я и люблю в нём. Но иногда мне кажется, что эти обязательства отдаляют нас, оставляя меня где-то на втором плане.

– Но… – его голос прерывает мои мысли, и я снова гляжу на него с тонкой ниточкой надежды. – Если хочешь, я могу потом вас забрать.

Эта простая фраза заставляет меня чуть расслабиться. Он не оставляет меня совсем. Мои мысли метаются между желанием провести с ним весь вечер и пониманием, что хотя бы в конце ночи он будет рядом. Я киваю снова, уже с чуть более искренней улыбкой.

– Это было бы здорово. – отвечаю я, чувствуя, как тревога понемногу отступает. – Я точно не хочу садиться за руль после вечеринки.

Его губы трогает едва заметная улыбка, и я понимаю, что Адам не просто предлагает помощь, а действительно хочет быть рядом. И это дает мне ощущение, что даже несмотря на все дела и обязанности, он по-прежнему рядом, и этого мне сейчас хватает.

Когда Адам выходит из моей комнаты, я смотрю в зеркало, разглядывая свою прическу и макияж. Вроде бы всё получилось так, как я хотела, но всё равно склоняюсь ближе к зеркалу, присматриваясь к мелочам: волосы аккуратно уложены, не выбивается ни одного лишнего локона, а макияж – в меру лёгкий, но подчеркивающий глаза и черты лица. Внутри поселяется удовлетворение от того, как всё выглядит, но ещё слишком рано одеваться. До вечеринки остается целых два часа, и чувствую, что времени более чем достаточно.

После нашего разговора напряжение потихоньку отпускает, и мне хочется просто побыть в тишине. Направляюсь вниз в столовую.

Когда я оказываюсь на кухне, Донна, наша домработница, как обычно, хлопочет у плиты. Ее теплая улыбка и заботливое отношение всегда приносят ощущение уюта и спокойствия в дом. Подхожу к ней.

– Донна, сделай мне омлет и кофе, пожалуйста.

Она, не раздумывая, сразу начинает готовить. Всегда такая отзывчивая и внимательная, Донна не просто домработница для нас. Она что-то большее – что-то родное, как старая добрая подруга, которая всегда рядом. Я могу приготовить сама, и готовлю действительно неплохо, но сейчас… сейчас мне не хочется этого делать. Внутри меня поселяется что-то вроде лёгкой усталости после всех сегодняшних забот, и возможность передать кому-то эту простую задачу приносит облегчение.

Сажусь на высокий барный стул у стойки, вытянув ноги, и открываю ленту соцсетей на телефоне. Палец лениво скользит по экрану, а мысли блуждают где-то между постами друзей и предстоящей ночью.

– И куда это ты такая нарядная собралась? – слышится сзади голос отца. Судя по интонации, он уставший.

Энтони Рой Ведсон – глава семьи, уважаемый человек в обществе, бизнесмен, имеет сеть автосалонов, рестораны по всему миру и несколько дорогих клубов. Ему важнее репутация, чем семья, а я устала от этого.

Хочу почувствовать жизнь. Почувствовать страсть, что захватывает тебя целиком и любовь, что проникает в самое сердце, заполняя его до краёв. Мне нужно что-то большее, чем эта рутина, чем рамки, в которые меня загоняют с самого детства.

Да, моя семья богата. Денег у нас хватает на всё: на самые дорогие вещи, лучшие путешествия, роскошные ужины. Но чем больше этого – тем хуже я себя чувствую. Это как жить в золотой клетке – красиво, но бездыханно. Деньги не могут дать того, чего я жажду. Они не могут заставить меня почувствовать себя живой.

К чёрту всё это. К чёрту правила. К чёрту отца и его строгий голос, звучащий в голове каждый раз, когда я пытаюсь выйти за рамки. «Делай, как я сказал», – эти слова словно кандалы, сковывающие каждое моё движение. Но я больше не хочу жить по чужим указаниям, не хочу быть той, кого направляют, как марионетку, тянут за ниточки.

К чёрту. К чёрту и ещё раз к чёрту.

Я хочу дышать полной грудью. Устала прятаться за маской послушной дочери, устала оправдывать чужие ожидания. Знаю, что должна быть благодарной за всё, что у меня есть. Но не могу.

Мечтаю оказаться там, где я буду просто Эллисон. Не дочь Ведсона. Не студентка с идеальной успеваемостью, а просто девушка, которая танцует в прокуренном, затхлом клубе и ей плевать, кто на нее смотрит. Хочу чувствовать ветер на лице, целовать того, кого хочу, любить так, как захочет моё сердце, а не так, как будет угодно другим.

Мне хочется быть свободной.

Отец все еще стоит за спиной. Делаю глоток обжигающего и сладкого кофе, возвращаясь в реальность.

– Меня Кейтлин позвала к себе с ночёвкой, а перед этим мы собирались сходить в кино. – отвечаю, заранее придумав отмазку, чтобы у него не было лишних вопросов.

– Ну, хорошо, может тебя Роберт подвезет, пока я его не отпустил? – от голоса холодеют пальцы.

Не хочу, чтобы меня на вечеринку подвозил наш водитель, потому что он может рассказать всё отцу. Поэтому отмахиваюсь и говорю, что меня заберёт Кейтлин.

– Держи, приятного аппетита, Эллисон. – Подает мне тарелку с омлетом Донна.

– Спасибо, пахнет очень вкусно.

Донна улыбается и возвращается к плите. Отец уходит в нашу столовую. У него всегда один и тот же рацион. Быстро уминаю омлет, пока ему что-нибудь еще не приспичило спросить.

В комнате я останавливаюсь у шкафа, раздумывая, какой наряд выбрать для вечера. Пробегая пальцами по одежде, взгляд задерживается на коротком мини-платье ярко-синего цвета. Оно всегда казалось мне особенным – смелое и выразительное. Его насыщенный оттенок напоминает мне о той энергии, которую я сегодня хочу чувствовать – дерзость и свобода. Решаю, что именно это платье станет идеальным выбором для вечеринки.

Белые туфли с тонкими ремешками подчеркивают элегантность и завершают образ. Их лёгкость и изящество придают мне ощущение уверенности. Я выбираю накидку такого же оттенка – весна ещё прохладная по вечерам, и её мягкая ткань приятно согревает. Накинув на плечи, осматриваю себя последний раз взглядом в зеркале.

Телефон на столе вибрирует, и я беру его в руки.

Кейтлин: «Я уже жду возле дома»

Волнение переходит в приятное томление. Наконец-то.

Спустившись по лестнице, я мельком смотрю на брата и отца, сидящих за столом. Подхожу ближе, целую Адама в щеку – лёгкий, почти привычный жест, но в этот момент он дает мне ощущение стабильности.

Отец бросает на меня взгляд, который сразу всё говорит. Его брови слегка приподнимаются, а на лице появляется та напряженная маска, которую я знаю слишком хорошо. Он не одобряет мой выбор наряда – короткое платье, туфли на высоком каблуке. Его осуждение витает в воздухе, даже без слов, и это ощущение колючими иглами впивается в мое сердце. Но нет. Не останусь и не переоденусь.

Сегодня хочу забыться. Не думать, не оглядываться назад, не искать чужого одобрения. Пусть он думает, что хочет. Я не маленькая девочка, которую можно контролировать.

На улице Кейтлин уже ждет, прислонившись к своей машине. Ее глаза вспыхивают, когда замечает меня, и мы крепко обнимаемся, как и всегда. Её поддержка тот якорь, что держит на плаву, когда весь мир кажется слишком сложным и непонятным.

Усаживаюсь на пассажирское сиденье, хлопнув дверью. Уже мысленно настраиваюсь на расслабленный вечер, но как только Кейтлин заводит машину, её лицо становится серьёзнее. Она мгновение медлит, прежде чем заговорить.

– Слушай, нам надо поговорить… – начинает она, тяжело вздохнув.

Моё сердце сразу сжимается. Внутри поднимается волна раздражения.

– Только не сейчас…

– Нет, сейчас, – ее голос твёрдый, без намека на улыбку, которая обычно всегда сопровождает наши разговоры.

Кейтлин продолжает, глядя прямо на меня:

– Что у тебя случилось в универе?

Смотрю в окно, не желая встречаться с ее настойчивым взглядом. Ком встает в горле. Не хочу говорить об этом. Даже с Кейтлин, с которой мы всегда всё делим.

– Ты про что? – стараюсь говорить как можно более безразлично, надеясь, что она отступит.

Словно это просто вопрос. Словно его можно пропустить мимо ушей.

Кейтлин не купилась.

Она слегка хмурится и снова начинает говорить, не отводя от меня взгляда:

– Ты не подождала меня, хотя мы всегда вместе возвращаемся домой.

Голос спокойный, но в нем слышится нечто большее. Обида. Разочарование.

Она права. Мы действительно всегда возвращаемся домой вместе. Это наша маленькая традиция – мы болтаем в машине, смеемся, обсуждаем лекции и людей вокруг нас. Но сегодня я просто сбежала, не оглянувшись.

И сейчас, когда она напоминает мне об этом, чувство вины медленно поднимается внутри. Но почему-то это лишь усиливает мое желание защититься.

– Мне пришлось ждать Рона с тренировки, чтобы он меня подвез домой, – продолжает она, и в её голосе появляются нотки упрека.

Рон… Я представляю, как она стоит одна, возможно, нервно перебирая телефон, пока он не освободится. Это так на неё не похоже – зависеть от кого-то. Знаю, как она ненавидит ждать.

Моё сердце сжимается лишь сильнее. Глубоко вздыхаю, пытаясь найти слова, чтобы объясниться, но ничего подходящего не нахожу. Внутри меня бушуют эмоции, но я никак не могу решить, стоит ли делиться ими сейчас. Сказать правду? Рассказать, каким тяжелым был сегодняшний день? Или снова скрыть всё за маской безразличия?

Кейтлин ждет ответа. Ее глаза выражают непонимание, и я знаю, что если сейчас не скажу что-то, что сможет объяснить мой поступок, она почувствует себя преданной. А я не могу позволить себе потерять ее доверие. Закрываю глаза и вдруг снова слышу этот пугающий голос.

«– Эллисон, ты самая умная в этом университете, – проговорил Мистер Гроссман, отчего по коже пошли мурашки.

Молчала. Слова застряли где-то в горле, запутавшись в страхе. Он снова что-то сказал, но я почти не слышала. В ушах стучала кровь, а перед глазами всё начало слегка расплываться.

– Подойди ко мне, – его голос звучал спокойно, даже слишком.

Как будто ничего не происходило, как будто это было чем-то обыденным. Я сжала руки в кулаки, чувствуя, как внутри нарастает тревога, но послушно шагнула вперёд, не понимая, что делать.

Подошла к нему, и в этот момент всё изменилось. Он схватил меня резко. Неожиданно. Его руки крепко сомкнулись на моих запястьях, и прежде чем я успела что-то понять, он усадил меня к себе на колени. Так тихо, что слышала только, как кровь шумит в ушах. Внутри всё сжалось в тугой узел – страх окутал меня с головой, словно холодная вода, захлестнувшая все мои мысли и чувства.

Не могла двигаться. Казалось, что время замерло. Его руки – такие сильные, такие взрослые, – держали меня крепко, и этот момент показался бесконечным. Что он собирается сделать? Мысли метались в панике, каждое движение казалось опасным.

Он намного сильнее меня. Знала это. Понимала с болезненной ясностью. Мне с ним не справиться, не было шансов на победу, если дело дойдёт до чего-то худшего. Моя беспомощность захлестнула меня, и я чувствовала, как внутри нарастает ужас.

Не успела открыть рот, как его рука, влажная от пота и грубая, скользнула под мою юбку. Перестала дышать. Совсем. Наверное, на несколько секунд. А когда воздух все-таки ворвался в легкие, он обжег, как кислота. Густой ужас парализовал меня, каждую клеточку моего тела. Не могла пошевелиться, не могла даже дышать нормально. Словно все мои силы, воля и даже способность мыслить исчезли в этот момент.

Его рука такая чужая, неприятная, липкая. Я чувствовала, как мои ноги ослабели, как будто они больше не могли меня держать. Хотелось кричать, но ком застыл в горле. Слова, крик, всё, что должно было спасти меня, не смогло пробиться сквозь страх. Только тихие всхлипы, которые предательски начали вырываться из моей груди, сопровождали этот ужас.

На глаза начали наворачиваться слёзы. Они жгли, расплываясь перед глазами, но я старалась их сдержать. Пыталась бороться с этим, хотя борьба была внутри: тихая, невидимая. Всё во мне кричало: «Это не должно происходить! Стой!». Но я как парализованная.

Страх настолько заполнил всё пространство внутри, что мне казалось, он сейчас задушит меня.

– Не надо, пожалуйста, – начала умолять его, когда рука добралась до моего нижнего белья.

Но он не слушал меня. Мне хотелось разреветься от несправедливости и собственной слабости. Его пальцы начали массировать меня между ног и я почувствовала, что в меня что-то упирается. Желудок сжался в спазме. Сейчас меня вырвет. Прямо здесь. Прямо на него.

Внутри всё переворачивалось. Чувствовала каждый удар пульса – в шее, в висках, в кончиках пальцев, крепко сжимающих сумку. Я знала, что должна собраться, хотя страх и отвращение сжимали мою грудь в железные тиски. Дышала коротко, с каждой секундой становясь все более напряженной, и в какой-то момент поняла: пора действовать.

Собрав всю силу, которая оставалась во мне, я резко толкнула преподавателя рукой. Это больше инстинктивное движение, чем осознанное решение. Его удивлённый вздох резонировал в воздухе, и в этот момент неожиданно руки отпустили меня. Быстро встала и выбежала из кабинета, не оглядываясь, с чувством, будто за мной гонятся. Солёные капли стекали по щекам, и я не могла остановиться, несмотря на то, что старалась.

Как же мне противно! Я злилась так, что сводило челюсть. И одновременно хотелось лечь и умереть. В голове крутилось: «Почему это произошло? Почему я не могла сказать или сделать что-то?» Каждый шаг по коридору трудный, но все же заставляла себя двигаться вперед, в надежде покинуть это ужасное место.

Ощущение стыда и унижения преследовало меня, как тень. Я никогда не думала, что окажусь в такой ситуации, и это чувство глубоко ранило. Бежала, пряча лицо от всех, чтобы никто не увидел.»

– Прости, что оставила тебя в универе, просто…

Помолчав некоторое время, все же решаю рассказать ей, что произошло.

– П-преподаватель по гражданскому праву, Мистер Гроссман, попросил остаться и о-обсудить успеваемость и оценки… Я осталась, а когда… когда в-все вышли, он сел за свой стол и… И попросил подойти к нему. О-он посадил меня к себе на колени… Н-начал залезать под юбку… п-приставать ко мне… – замолкаю на миг. – …постаралась оттолкнуть его со всей с-силы, встала и у-убежала…

Она отвечает лишь спустя пару минут.

– Обалдеть… – снова молчание. – Значит слухи и сплетни были правдой.

– Какие еще слухи? – непонимающе смотрю на нее.

– Говорили, в прошлом году он изнасиловал какую-то ученицу, после чего та повесилась… Не смогла с этим жить. – Я в шоке гляжу на Кейтлин, – Да-да, я тогда в это не поверила, думала бред полный.

– Боже, в тот момент мне хотелось только плакать, но от страха я даже пошевелиться не могла. Лучший университет называется. Просто класс.

Оставшееся время в дороге мы проводим под звуки музыки, смеясь и весело общаясь. Мы больше не затрагиваем эту болезненную и неприятную тему. Кейтлин включает плейлист, и в машине раздаются знакомые ритмы. Я закатываю глаза от радости, когда звучит песня «Chase Atlantic – Phases».

– Помнишь, как мы первый раз орали её на вечеринке? – спрашиваю я, вспоминая ту ночь. – Ты сорвала с себя комбинезон, нацепила ковбойскую шляпу и пела в чью-то расческу на столе.

– Конечно! – кивает подруга, закатывая глаза. – Ты вообще-то сама не лучше! Разбила вазу Киннов, схватила лилии и начала ими бить девушку своего бывшего!

Я хихикаю, вспоминая это забавное зрелище. Мы обе начинаем подпевать. Смех смешивается с нашими голосами, когда мы кричим строки припева:

– Чувствую, что схожу с ума, я прохожу эти этапы. – мы обе подтанцовываем на своих местах, подпевая и стараясь повторить энергичные движения, словно на сцене.

– Вещества разъедают мой мозг, я прохожу эти этапы! – кричит подруга, добавляя громкости.

Она глядит на меня так, словно мы сорвали джекпот, а после продолжает ритмично качаться в такт музыке. Не могу удержаться от смеха.

Кейтлин Салован – моя лучшая подружка с детства, и сейчас, сидя рядом с ней, я понимаю, как же мне повезло.

В университете к нам присоединилась Шеррил, которая быстро стала нам как сестра. И скорее всего, она уже злится на нас за то, что опаздываем. Всегда злится, а через пять минут забывает.

Подъехав к клубу, который арендовал на эту ночь один из студентов, я замечаю яркие огни и слышу гул музыки, доносящийся снаружи. Поправляю невидимые складки на платье и вдыхаю аромат кожи. Мы выходим из машины, где на парковке нас встречает Рон – парень Кейтлин. Он с ней уже несколько лет, и их отношения всегда вдохновляют меня своей искренностью.

Он подходит к Кейтлин, обнимает её, а затем начинает целовать, словно вокруг никого нет. Это мило, и я не могу не улыбнуться, наблюдая за ними. Они такие счастливые вместе. Я же просто здороваюсь с ним в ответ, чувствуя, как теплые волны счастья накатывают на меня.

У меня были отношения всего два раза. И оба раза – даже до постели не дошло. Потому что чувствовала: им нужно только это. Первые отношения: в мои шестнадцать, но… потом рассказали, что парень поспорил со своими друзьями на секс со мной. Узнав это, я сразу порвала с ним. Вторые отношения оказались в разы хуже. Первые месяцы – сказка, а потом… Он следил за мной. Угрожал. Однажды прижал нож ко мне. Начал водить им по моей коже. Думала, что все. Позже извинился, плакал и обещал, что больше никогда не обидит. И я поверила. Глупая. Потом чуть не убил.

А позже я, после расставания, сидела в парке и плакала от обиды и боли. Ко мне тогда подошла девушка, Моника. Она работает в полиции, но в тот день была просто человеком, который решил поддержать незнакомца. Мы подружились. Жаль, что у нее смена сегодня.

– Привет, Шерри, – здороваюсь с подругой, – Выглядишь потрясающе.

– Спасибо, Элли, ты тоже, – немного смущается она.

Так называют меня только Кейтлин и Шеррил. Не знаю почему именно эта форма имени, но мне нравится как оно звучит. Есть в этом что-то милое.

– Вы готовы к вечеринке? – интересуюсь у друзей.

– Абсолютно! – Кейтлин светится от радости. – Мы же собираемся оторваться по полной!

Я тоже чувствую, как внутри меня зажигается искорка надежды. Этот вечер становится для меня не только возможностью развеяться, но и шансом почувствовать, что всё ещё могу быть счастлива, даже после всего, что случилось.

Мы заходим вчетвером в клуб, и атмосфера сразу захватывает меня. Ночной клуб «Lust» – место, где разрешено почти все. Его вход обрамлен яркими огнями, а изнутри доносится музыка, которая рвет пространство на части, маня нас в свой ритм. Чувствую, как волнение разливается по венам, вытесняя остатки страха. Это именно то, что мне нужно – место, где можно выдохнуть и раствориться в звуках.

Когда мы входим, мне становится видно, как стены клуба играют цветами, меняя оттенки от яркой фуксии до глубокого синего. Пульсирующие огни освещают лица людей, которые уже танцуют, словно они – часть живой картины. Запах пота, парфюма и адреналина смешиваются в воздухе, создавая ощущение полной свободы. Я не могу не улыбнуться, чувствуя, как энергия клуба проникает в меня.

Здесь есть все: подземный танцпол, будка диджея под потолком, 3D-мэппинг на стенах. На втором этаже – отдельные комнаты. Вряд ли там просто спят. Да и стриптизерши уводят туда некоторых парней прямо сейчас… Ближе к сцене виднеется огромная закрытая дверь. Интересно, что за ней?

– Смотрите, как здесь классно! – кричит Кейтлин.

Она сразу тянет меня за собой. Шеррил, иногда готовая к приключениям, подмигивает мне.

Мы танцуем, не обращая внимания на время, увлеченные атмосферой и друг другом. Я ловлю взгляды случайных людей, и они кажутся такими же счастливыми, как и мы.

– Давайте закажем что-то выпить! – предлагаю я, когда закончилась песня.

Кейтлин кивает, и мы направляемся к бару, где свет переливается в ритме музыки.

Забрав коктейли, мы все вместе направляемся к танцполу, поглощенные атмосферой этого места. Вокруг нас всё как в замедленной съёмке – разноцветные огни переливаются, лица людей мелькают, но музыка, исходящая из колонок, захватывает все мое внимание. Из динамиков доносятся первые ноты «Jann – Gladiator», и я чувствую, как мелодия буквально проникает в моё тело, подчиняя себе каждый мой вздох.