Лунная тень

– Вайс, прошу Вас, опустите подробности, которые не имеют прямого отношения к Вашему делу.

– Да-да, – рука Вайса нырнула по полу пальто и извлекла тубус для документов с гербом клана Кертов, – мне удалось сторговаться и приобрести поместье Кертов, Лунную тень. Это бумаги, которые подтверждают покупку и владение.

Джон нацепил на нос очки и погрузился в чтение. Документы были составлены безупречно, из них следовало, что поместье было отчуждено в казну, а потом было продано Иссайе Дэдауну, рхоеру, за семнадцать с половиной миллионов гератов. Малая королевская печать подтверждала законность покупки. Джон Кэвендиш ещё раз проверил бумаги и под аккомпанемент несмолкающего Вайса сделал необходимые записи о смене владельца. Эта новость грозила стать новость месяца, если не сезона.

– … и бедная госпожа Алисия, да прибудет с ней милосердие Близнецов, благословила…

– Я закончил, – резко сказал Джон, захлопывая гроссбух и сдёргивая очки, морщась от подступающей мигрени от назойливого жужжания голоса Вайса, – бумаги останутся у меня для проверки магом и копирования, забрать их можете через неделю. Вот расписка. Честь имею.

Выйдя из стола, Джон проводил Вайса до двери, сдёрнул с вешалки шляпу и сунул её в руки посетителя. Почти вытолкав мужчину за дверь, мэр обозначил кивок и захлопнул дверь, не дав Вайсу опомниться.

– Хорошего вам дня, господин мэр, – крикнул сквозь дверь слуга, надел шляпу и направился на выход.

С формальностями было покончено, осталось только вернуть вкус к жизни одному незадачливому графу. Вайс помрачнел. Задача была практически безнадёжной.

Джон вернулся на место и достал из ящика стола экстренную фляжку и сделал большой глоток. К чёрту чай. Домой, к любимой жене и уютному креслу. На сегодня работы было достаточно.

Глава 6

Поместье напоминало дворец из сказки о проклятом короле, который уснул на долгие сто лет, пока его поцелуем не разбудила принцесса-озорница. Сад одичал и разросся. С трудом прикрыв ворота и закинув в кузов экипажа раскуроченный навесной замок с цепью, Вайс осмотрел особняк, видневшийся вдали. Левое крыло глядело на мир пустыми чёрными окнами, крыша обвалилась, по закопчённому фасаду вились стебли растений, между кирпичами кладки зеленел мох. Правое крыло, хоть и такое же заросшее, выглядело лучше, тускло блестя грязными окнами. Нечего было и думать, что он справится с этим хозяйством в одиночку.

Мужчина усмехнулся, надвинул шляпу глубже и взобрался на козлы. Подъехав к главному входу, он с трудом смог открыть боковую дверь рядом с главным входом и вошёл внутрь. Мебель, накрытая белой тканью, пыльный пол со следами лап, сырость от непрекращающегося дождя, создавали мрачную обстановку. Вайс помнил этот дом другим, наполненным светом, разговорами и смехом. Он поднялся по искусно украшенной парадной лестнице, открыл створку приёмного зала и посмотрел внутрь. Здесь он танцевал с Мод, лёгкое имперское вино будоражило кровь, а Орсон ещё умел шутить и смеяться.

Это время безвозвратно прошло. Орсон тенью сидел в экипаже на улице, капитан Мод Уинтерборн была в войсках в предгорье, а впереди была шерпова куча дел и неизбежные проблемы с королевской семейкой, со злюкой Этель и его папашей-королём так точно. И ладно бы они признали право графа на месть, особенно по горячим следам, но Этельстан был как минимум в курсе о готовящемся убийстве жены Орсона, если ни был инициатором всего этого. И если Георг прознает об этом…

Где-то справа кто-то тихо чихнул. Вайс бесшумно скользнул в проём двери, присел и аккуратно выглянул в зал. Быстро осмотрев полутёмный зал, мужчина вытащил револьвер и взвёл курок.

– Кто здесь? Выходи на середину зала или я буду стрелять, – крикнул он.

Справа послышались быстрые удаляющиеся шаги, в другом конце зала мелькнуло размытая рыжеватая тень. Скрипнула дверь напротив главного входа. Быстрым шагом Вайс пересёк зал и, приоткрыв дверь, осмотрел коридор. Сделав шаг вперёд, он остановился и прислушался. Было тихо. Поисковое заклинание уже готово было сорваться с руки, но в последний момент Вайс передумал. Даже если это и осколок, то небольшой и слабый, явно не ровня ни ему, ни господину. Играть в салки в полуразрушенном старом особняке было бы весело, но сейчас его ждали более насущные дела. Вернув револьвер в кобуру на поясе, он вернулся в зал. Облегчённый вздох из-за поворота справа он не услышал из-за протяжного скрипа, с которым закрылась дверь.

Поиски жилых комнат увенчались успехом. Вайс присмотрел гостевую на первом этаже недалеко от кухни. Раньше она была дворницкой, но пока выбирать не приходилось. Приведя комнату в относительный порядок, он вернулся к экипажу.

– Эрр, мы можем идти, – сказал Вайс, открыв дверь экипажа.

– Что-то случилось, Хадсон?

– Зовите меня Вайс, эрр Иссайя. В доме завёлся гость. Позже я им займусь. Следуйте за мной.

Мужчины в тишине прошли по глухим пустым коридорам особняка к выбранной Вайсом комнате. Вайс удалился на кухню, а эрр Иссайя Дедаун, он же граф Орсон Керт, осмотрел своё жилище, снял слегка промокшие шляпу и плащ и кинул на стоящую тут же вешалку. Опустившись в кресло, он стянул сапоги и кинул их к двери. Вытянув ноги, он с удовольствием потянулся.

Когда в дверь комнаты постучали, граф уже спал. Заглянув в приоткрытую дверь, Вайс вздохнул и бесшумно проник в комнату. Осторожно приподняв мужчину, бывшего в полтора раза больше его самого, пепельноволосый уложил своего господина в кровать и накрыл пледом. Бледное заострившееся лицо подходило скорее мертвецу. Задумчиво взглянув на графа и тихо вздохнув, Вайс забрал верхнюю одежду и вышел, тихо прикрыв дверь.

Глава 7

Утром Вайс не обнаружил графа в комнате. И на кухне его тоже не было, хотя часть оставленной еды исчезла. Внутренне порадовавшись этому факту, пепельноволосый отправился на поиски. Обойдя сверху донизу всё правое крыло особняка, мужчина задумался и отправился в левое, разрушенное.

Граф обнаружился в гостиной, в которой более десяти лет назад произошло убийство его родителей, а его сестра бесследно исчезла при загадочных обстоятельствах и её больше никто не видел. Он сидел в кресле, завернувшись в плед, и бездумно смотрел на дыру в потолке, через которую можно было увидеть неторопливо бегущие облака. Рядом стояли несколько бутылок вина, непочатые и уже пустые. На появление Вайса он не отреагировал.

– Доброе утро, эрр Иссайя, – поклонился слуга, – Я отправляюсь в город, чтобы нанять людей для того, чтобы привести дом в порядок.

Мужчина в кресле никак не отреагировал на это. Прождав около минуты и убедившись, что ответа не последует, Вайс тихо вышел из гостиной. Сначала нужно было решить насущные проблемы, а потом… А потом можно было задуматься о будущем.

Взяв экипаж, Вайс отправился в город. Расспросив прохожих, он отправился на рынок, где нанял конюха и по совместительству садовника, двух слуг и кухарку. Купив пару рабочих лошадей и телегу, он отправил их всех в поместье, а сам зашёл в магистрат.

Эрра Кэвендиша на месте не было, но был его помощник, который, проявив недюженное рвение в желании как можно быстрее выпроводить посетителя, порекомендовал в экономки эррари Кармен Столмор, вдову, поселившуюся на днях неподалеку и упоминавшую, что как раз занималась чем-то подобным.

Не испытывая терпения юноши, Вайс направился по адресу, который ему дали. На громкий стук в ворота вышла невысокая женщина, возраст которой приближался к сорока годам, загорелая и энергичная, с поджатыми губами и ярко голубыми глазами, оглядывающими мужчину с подозрением и немым вопросом. Рабочее платье, перчатки и соломенная шляпа с широкими полями, прикрывающая буйную копну тёмных волос, говорили о том, что эррари была занята и не настроена на долгий разговор. Вайс приподнял шляпу и кивнул.

– Добрый день, эррари. Эрр Кэвендиш в лице своего помощника подсказал мне, что лучшей кандидатуры чем вы для управления бывшим поместьем Керта не сыскать в Аквиле, если не во всём королевстве. Поэтому я пришёл нижайше просить внести в дом несчастного эрра Иссайи, моего благородного хозяина, толику женского уюта и железной дисциплины.

– Мне льстит подобные рекомендации со стороны уважаемого мэра, но я не нуждаюсь в работе, мне хватает моего сада, книг и чая с подругой по вечерам.

Вайс склонил голову, улыбнулся тепло и уважительно, понимая, что нужно найти правильные слова, чтобы завоевать доверие эррари Кармен Столмор. Он снял шляпу и приложил её к груди в знак глубокого уважения.

– Эррари Столмор, я полностью понимаю вашу позицию. Ваш дом и сад, вероятно, обеспечивают вам умиротворение и удовольствие, которых может не хватать зачастую в нашем суетном мире. Однако позвольте мне изложить несколько причин, по которым ваше участие в управлении поместьем Керта может принести пользу как вам, так и нашему благородному хозяину эрру Иссайе.

Женщина вопросительно подняла бровь, ожидая продолжения.

– Эррари Столмор, ваше увлечение садоводством, ваша любовь к книгам и искусству, а также ваше умение создать уют – именно те качества, которые жизненно необходимы моему хозяину. Поместье обширно и запущено и вы можете не только преобразить местный пейзаж, но и создать новые сады, которые станут предметом восхищения и источником вдохновения для всех, кто их увидит. Графская библиотека имеет долгую и благородную историю и полностью будет в вашем распоряжении. В архивах сохранились древние рукописи и редкие книги, которые, возможно, могут быть вам интересны. Наконец, я уверен, что эрр Иссайя будет крайне признателен за ваше участие. Он нуждается в человеке, которому сможет доверить своё поместье и спокойствие его обитателей. Взамен вы обретете не только уважение и благодарность, но и достойное вознаграждение.

По мере того, как Вайс произносил эти прочувственные слова, в глазах женщины недоверие сменилось сначала на лёгкий интерес, а в конце она внимательно впитывала каждое слова, подавшись немного вперёд. От неожиданности она вздрогнула, когда мужчина взял её руки в свои и сжал на уровне груди, но не стала вырываться.

– Кармен, простите что обращаюсь к вам столь фамильярно, но на это есть причины. Мой господин недавно пережил утрату. Эррари Алисия, жена моего хозяина, вернулась в лоно Матери. Великая Мать не дала им детей и он остался совершенно один. Удалившись из столицы в провинцию, эрр Иссайя надеется найти смысл дальнейшего существования, но, Лунная Тень запущена и разрушена и, боюсь, моих усилий будет недостаточно. Я лишь бывший служака, я умею убивать, а господин нуждается в теплоте и уюте, которое способна дать только женщина. Такая как вы.

Вайс умоляюще смотрел в глаза женщины, на скулах которой разгорался румянец то ли смущения от неожиданной близости мужчины, то ли от сострадания к эрру Иссайе, которого постигли лишения и несчастья в самом расцвете сил.

– Так каков будет ваш ответ, эррари? Вы готовы взяться за столь сложную, но благородную и важную задачу? – тёплые ладони мужчины слегка сжали ладони женщины.

– Да! – сказала она и сама удивилась хриплости своего голоса и вздымающейся от волнения груди.

– Тогда не будем медлить и отправимся в путь!

– Но мне необходимо собраться…

– Берите только самое необходимое и в дорогу, – воскликнул Вайс, – завтра я дам вам повозку и человека, который поможет вам с переездом.

Входя в ворота, Кармен победно улыбнулась, убедившись, что мужчина её не видит. Попасть в поместье получилось проще, чем она ожидала.

Глава 8

Следующим утром поместье наполнилось жизнью. Слуги приводили в порядок спальню старого графа в правом крыле, с кухни доносились соблазнительные запахи еды. Эррари Столмор, по приезду впечатлённая масштабом владений, с головой погрузилась в хозяйство. До темноты она осмотрела правое крыло особняка, составила подробный план работ по подготовке жилых помещений и с утра предоставила Вайсу примерный бюджет на месяц. Мужчина внимательно его изучил, задавая вопросы и практически без изменений одобрил, после чего выдал необходимую сумму на закупку и одобрение на наём слуг и временных работников. Быстро перекусив на кухне, эррари со слугой уехала в город за покупками и новыми работниками.

Вайс ещё вечером нашёл эрра Иссайю в той же гостиной. Его господин спал в кресле, укрывшись пледом, в окружении десятка пустых бутылок. Пепельноволосый слуга осторожно, почти нежно, отнёс мужчину в спальню и уложил в кровать. Забрав пустые тарелки, он вышел, тихо прикрыв дверь за собой. Поселившимся в особняке нахлебником следовало заняться вплотную, пока на него не наткнулся кто-нибудь из слуг.

Утром комната эрра оказалась пуста. Вайс вздохнул, и, балансируя с подносом с едой в одной руке, отправился в гостиную в левом крыле. Эрр Иссайя обнаружился в том же кресле в окружении непочатых бутылок.

– Доброе утро, эрр Иссайя.

Рука с бутылкой дрогнула и чуть-чуть поднялась. Вайс подумал, что, возможно, это добрый знак. Безучастность Орсона приводила Хадсона в отчаянье. Уверенный в себе, решительный, жизнерадостный мужчина в одночасье постарел на десять лет, превратившись в тень самого себя. Хотелось рявкнуть и вытряхнуть всю дурь, воззвать к самолюбию, но на это была способна разве что Хильд и капитан Уинтерборн, но первая превратилась в пепел вместе со столичным домом Кертов, а вторая была с войсками в предгорье, до сих пор ожидая возвращения своего командира. Не оставалось ничего, кроме как ждать и по мере сил заботиться о нём. И, может быть, что-нибудь придёт в голову.

– Если у вас не будет ко мне никаких приказов, то я займусь домом, – скрытый вопрос повис в воздухе и растворился в шуме листвы и пении птиц.

– Я приду позже и принесу обед, – сказал Вайс, не дождавшись ответа.

Ответом ему была неподвижность и молчание. Мужчина поклонился и покинул злополучную гостиную. Он придёт позже, а сейчас его ждали повседневные дела. Нужно было вернуть былой уют знаменитой когда-то Лунной Тени, поместью рода Керт.

Глава 9

В какой момент всё покатилось к шерпу? Тринадцать лет назад пик величия графского рода Керт был далеко позади. От некогда большого семьи остался лишь его отец, мать, младшая сестра да семья младшего брата отца. Дядя Торн приехал в Лунную Тень со своей семьёй отпраздновать Ночь Хрустальной Тишины, самую длинную ночь в году, праздник ярко пылающих каминов, горячего хорвайна и зимних забав. Вайс, а вернее Хадсон, был таким же, как сейчас, а Мод была пажом-новиком леди Хэмиш и еле вырвалась в отпуск на Тишину. Сам же Орсон в свой двадцать один год был переведён с границы с Империей, где он командовал ротой, в столицу в генеральный штаб, где должен был начать службу сразу после зимних праздников.

В тот вечер на бал в Лунную Тень съехались все сколько-нибудь значимые аристократические и деловые семейства округи. Зал был полон людей, в непринуждённой атмосфере обменивавшихся последними новостями и горячими сплетнями. Мужчины постарше уединились в отдельной комнате, важно дымили сигарами, пили сандовальский маур и играли в сампу. Молодёжь веселилась отдельно.

Орсон стоял перед зеркалом и наводил последний лоск. Хадсон стоял рядом и придирчиво осматривал лейтенантский мундир своего господина. В дверь его комнаты деликатно постучали.

– Орсон, ты одет? Я вхожу!

В комнату ворвался вихрь кружев и оборок и кинулся на шею молодому человеку. Поймав на лету девушку, Орсону пришлось сделать полный оборот вокруг себя чтобы не упасть.

– Пуговка! – сказал молодой человек, подняв девушку в воздух, что она радостно взвизгнула, – Как ты выросла! Как же я по тебе скучал!

– Большой О, ты не представляешь, как я ждала этого дня! Каждый день думала о том, когда ты вернёшься. С тобой всё в порядке?

Орсон поставил Серафину на пол и с нежностью посмотрел на неё. За два года его отсутствия сестра расцвела, превратившись из нескладного подростка-сорванца в молодую женщину. Сложно было представить, что они брат с сестрой. Зелёные глаза девушки смотрели на него из-под ниспадающих до плеч волос цвета спелой пшеницы. Её нос, аккуратный и чуть вздёрнутый, уже нельзя было назвать пуговкой. Светлая, тонкая и почти прозрачная кожа светилась молодостью и изысканностью. Орсон был полной противоположностью. Его голубые глаза, светящиеся умом и молодостью, обрамлённые густыми чёрными волосами, которые завивались в естественные кудри, придавали ему романтический и в то же время загадочный облик. Тонкие черты лица, обрисованные точной линией скул, выразительный греческий нос оставляли впечатление классической гармонии и элегантности. Военная выправка, тёмно-зелёный мундир лейтенанта гвардии короля и высокий рост резко контрастировали с изящной как цветок девушкой.

– Да, сестрёнка, всё хорошо. Было трудно, но я вернулся. Рассказывай, что здесь произошло без меня?

– О, столько всего! Помнишь нашего старого пса Гавра? Он уже совсем старенький, но всё ещё охраняет двор. Папа и мама много работают, но всегда находят время для нас. А как дела у тебя? Ты изменился, стал таким сильным и смелым. Папа сказал, что ты – настоящий герой.

– Герой? Ну, я просто делал свою работу, Пуговка. Но да, было много интересного. Мы прошли через множество испытаний, и это сделало меня сильнее. Но сейчас я хочу забыть обо всём этом хотя бы на время и насладиться праздником с нашей семьёй.

– Я так рада, что ты здесь. Мы отпразднуем Тишину как следует. Пойдём уже к гостям, мама и папа так ждали этот бал. А твоё возвращение – лучший подарок на праздник.

– Да, я тоже рад быть здесь, особенно в такой день.

– Тогда пойдём, покажем всем, что наша семья снова вместе!

Глава 10

Зайдя в главный зал, Орсон был ослеплён ярко сверкающими электрическими люстрами. Эту новинку пока можно было встретить лишь в богатых домах королевства, но поговаривали, что в Империи каждый бедняк мог позволить осветить своё жилище электрической свечой. Верилось в это с трудом, как и в то, что столице Империи, Сильвенгарде, ездят вагоны с по рельсам, движимые этой силой.

Как только глаза привыкли к свету, он увидел своих мать с отцом. Они стояли посреди зала и встречали приходящих гостей, уделяя каждому хотя бы несколько минут. Серафина потянула его за руку и они спустились вниз в праздничное жизнерадостное столпотворение. Ловко лавируя между группками людей, непринуждённо здороваясь с знакомыми, они направились к родителям. Дождавшись пока граф с графиней закончат разговор с бароном Дельвье и его супругой, Орсон подошёл и нежно обнял мать. Вьющиеся чёрные волосы и черты лица достались ему как раз от неё, тогда как голубые глаза – от отца, в остальном на него не похожего. Высокий утончённый блондин, с короткой стрижкой и френче без знаков различий, широко улыбнулся, увидев своего сына.

– Папа, Большой О приехал!

– Серафина, перестань виснуть на руке брата, ты её оторвёшь, – сделав серьёзное лицо, сказал Вернон Керт, восемнадцатый граф Керт, но смеющиеся глаза выдавали его с головой.

– Ты повзрослел, – сказала леди Катрин, прикоснувшись рукой в перчатке к щеке сына и ощутив встречное движение, – никогда бы не подумала, что у меня вырастет такой суровый сын.

– Эти два года были непростыми, но захватывающими.

– Может быть, ты вернёшься с поля брани в скучные бюрократические коридоры, – поинтересовался граф со плохо скрытым интересом, – ты подавал большие надежды и товарищ министра финансов интересовался твоими планами.

– Это большая честь, отец, но нет. Моё место на границе. Надеюсь, моя служба в генеральном штабе не затянется. Сильных магов всегда было мало, а среди мужчин подавно. Может, когда мы добьёмся мира на границе…

– Тогда я передам лорду Теккельберри, что ты не сможешь применить свои таланты на ниве финансов, предпочтя пополнять казну засчёт наших врагов.

– Я всегда предпочитал увеличение доходов скрупулёзной экономии.

Мужчины улыбнулись друг друг и пожали руки.

– Сын, я всегда буду ждать тебя и поддержу в любых начинаниях, но не забывай навещать своих мать и сестру. Они скучают и требуют надавить на Его Величество, чтобы он почаще давал тебе отпуск.

– А не то я вырасту, стану воительницей и не отстану от тебя, Большой О! – сказала с суровым лицом Серафина.

Орсон попытался потрепать сестру по голове, но она ловко выскользнула и спряталась за спиной у отца, показав язык.

– Орсон, это ты? Возмужал, прямо не узнать, – послышался голос за спиной.

Орсон обернулся и увидел своего дядю, Торна Керта. Тот был всего чуть старше сорока, и напоминал старшего брата лишь цветом густых волос, которые носил до плеч и обычно стягивал в хвост. В остальном они были полной противоположностью: дядя выглядел дородным, с аккуратной бородой и витыми усами, одетый по моде столичных придворных. Серафина, выглядывая из-за плеча отца, скривилась, словно попробовала что-то кислое, но заметив предостерегающий взгляд Орсона, поспешила сменить гримасу на вежливую улыбку.

– Дядюшка, рад видеть тебя в полном здравии, – склонился голову в поклоне Орсон, – как здоровье тётушки и двоюродных сестёр?

– Благословением Матери, всё хорошо. Саломее уже скоро рожать и она не решилась ехать сюда и ждёт меня в нашем доме в Аквиле. Талия и Элиза не захотели бросать свою мать в таком положении и остались с ней, чтобы она не скучала. Надеюсь, у меня наконец-то родится долгожданный наследник. Девушку без хорошего приданного даже из самой лучшей семьи пристроить тяжело, а я лишь скромный чиновник на таможне с границе с пустошами. Еле свожу…

Семейство Кертов с холодной вежливостью слушало младшего брата графа. «Скромность» не мешала дядюшке Торну ни брать взятки с контрабандистов, доставляющих через пустошь караваны редких товаров как с материка нелюдей, так и из Империи, ни при каждом удобном случае прикрываться именем графа Вернона.

– …вот и попросил баронессу Соур сопровождать меня.

Только сейчас все заметили молодую женщину в красной изящной полумаске, которая скромно держалась за локоть дяди, стоя чуть позади него. Орсон вздрогнул, потому что такие трюки с ним проходили редко, нужно было быть очень искусным во владении иллюзией, чтобы быть настолько незаметным. Вот если бы здесь был Хадсон… Но его здесь не было. Молодой человек внимательно осмотрел спутницу дядюшки. Это была невысокая стройная женщина, между двадцатью и тридцатью годами, в скромном тёмном, но элегантном, платье, контрастирующим с её бледной кожей. Когда их глаза встретились, она не отвела взгляд. Её льдисто-голубые глаза смотрели в его небесно-голубые, и на несколько мгновений время остановилось. Лишь когда она присела в реверансе, поклонившись, он моргнул и понял, что всё это время не дышал.

В этот момент дядюшка заметил кого-то из своих знакомых, с которыми ещё не поздоровался и, раскланявшись, отошёл. Все облегчённо выдохнули. Серафина утащила Орсона танцевать, после чего пришёл Хадсон и Мод Уинтерборн. Орсон был рад видеть свою подругу детства, которая смогла стать пажом у леди Хэмиш, знаменитого рыцаря королевской гвардии. Хадсон был очарован алым воздушным платьем Мод и он пригласил её на танец, а брат с сестрой перекусили, потанцевали снова и вышли с бокалами на балкон подышать свежим воздухом.

Снаружи звуки из особняка были практически не слышны. Поставив бокал на парапет, Орсон опёрся на него, впитывая тишину ночи и наслаждаясь звёздной симфонией, раскинувшейся над головой. Серафина обняла его за руку и прижалась щекой к его плечу.

– Ты скоро уедешь? – глухо спросила она.

Молодой человек промолчал, наслаждаясь минутой затишья в его бурной и временами жестокой жизни. Когда пальцы сестры впились в его рукав чуть сильнее, он пришёл в себя от боли. Повернувшись к ней, он наклонился и посмотрел в её изумрудные глаза, в которых блестели слёзы. Сердце пронзила боль и он в порыве нежности погладил девушку по голове.

– Ну что ты, Пуговка, я буду навещать тебя и родителей при первой же возможности. Да и ты скоро окажешься в Хавенгельмской академии и мы будем встречаться каждый день на ужин, пока моё лицо не остошерпеет тебе хуже горькой тауры.

Острый кулачек ударил по груди молодого человека и девушка зарылась лицо у него на груди.

– Большой О, у меня предчувствие, что сегодня мы видимся в последний раз и я тебя больше никогда-никогда не увижу, не знаю, что случиться, что-то ужасное, непоправимое, – её голос звучал глухо, быстро и неразборчиво, – и мы никогда больше не увидимся, не представляю, что должно случиться, но это неизбежно, неотвратимо и ничего уже не поделаешь.

Орсон слушал её голос, гладил её мягкие волосы и не знал что сказать. Женщины рода Керт славились ощущением будущего, но что могло случиться сейчас, когда всё было так спокойно, радостно и празднично?.. Ночь Хрустальной Тишины вместе они не встречали очень-очень давно и неизвестно, когда получится вновь, так что оставалось слушать свою обожаемую маленькую сестрёнку, обнимать и гладить по волосам. И надеется, что всё будет хорошо.