Тонкий лёд

– Мне тоже пора.

По лицу Игорька Аля видела: ему тоже очень хочется проводить Дарину, но гостей не бросишь. Не на бабку же их оставлять, которая иногда шуршала в глубине люксовой квартиры осторожной мышью.

И вот они «гуляют» по вечернему городу. Если честно… Красивую девочку провожает нескладный молодой человек. А подружка-дурнушка, как ни бодрится, томится неказистой своей ролью фигуры сопровождения.

Проникновенным, заботливым тоном айтишник вещал:

– Очень много мошенников. Могут это… страницу «ВКонтакте» украсть. Никогда по подозрительной ссылке не переходите. У меня так у знакомой из смартфона все персональные данные хапнули. И копию паспорта, и СНИЛСа… В общем, раздели девушку подчистую.

– А зачем она их в телефоне хранила? – спросила Алина.

Во-первых, она и вправду удивилась. Во-вторых, не могла и дальше плестись просто безмолвным болванчиком.

Лозинский повел в ее сторону головой, но не повернулся по-настоящему.

– Ну, по работе посылала документы через вотсап. – Голос его утратил теплоту и проникновенность.

Алька приотстала на шаг. Как пели в какой-то старинной песне, «отряд не заметил потери бойца». Лозинский продолжал журчать на тему, интересную только ему. Надеялся посредством нее стать интересным Дарине.

– Вот мы сейчас беседуем. А возможно, кто-то нас подслушивает…

Ага! Больше мошенникам делать нечего, как слушать трепотню мальчишки, желающего понравиться девчонке!

– У меня знакомый парень-айтишник после универа так раскрутился. Пишет по ночам это… программы и продает американцам, китайцам. За раз миллион заработать может. По-любому мир уйдет в телефон все больше. Повседневные вещи уходят в гаджеты.

С каждым шагом Алька ощущала себя все пакостнее. Фонари утратили чарующее свечение – горели неохотно, тускло. В воздухе повысился процент выхлопных газов и бензина. Умом она понимала: эту парочку надо оставить с их компьютерно-проникновенными разговорами. Лишняя она здесь. Но Алька не знала, как сбежать, не теряя лица. Выручила ее Дарина.

Неожиданно Холодова остановилась на углу. Мягко, но так, что спорить было бы нелепо, сказала:

– Спасибо, Паш, что проводил. Дальше мы сами.

Алька выступила из тени. А Лозинский в нее шагнул:

– Календарь с твоим портретом я сделаю. Ночью сброшу…

– Уморил со своими информационными системами! – с облегчением затрещала Алька. – Через пять лет все уйдет в гаджеты! Прямо туда! Пророк из средней школы!

– Да, он в этом деле соображает, – задумчиво произнесла Дарина. – Со временем, может, будет приличные деньги получать.

– Кто? Лозинский?

– Он уже сейчас что-то зарабатывает, хоть у него в семье этого добра хватает.

– И все-таки он зануда.

Дарина рассмеялась:

– Как посмотреть! Вообще, пока ты в школе, надо себе площадку для взрослой жизни готовить. Способности свои развивать. Вот меня пригласили в музыкалку. Просят концерт ко Дню матери провести. Внешние данные у меня…

– …налицо! – зазвенела смехом снова обретшая хорошее настроение Алька.

– Платье в пол есть. Вести себя на сцене я умею.

– У тебя здорово получится!

– Конечно. Зал в школе искусств классный. Гостей приглашают много. В общем, мероприятие на уровне будет. Кстати, у них еще оригинального сценария нет. Может, ты написать попробуешь?

– Я?! Я бы хотела… очень! Но я сценариев никогда не писала. Даже не знаю, как это делается! – беспомощным голосом призналась Алька.

– В Инете образец посмотри. По нему и напиши.

– А почему они сами в Интернете взять не хотят?

– Ну я же сказала: им нужен ори-ги-наль-ный сценарий! Кто что хорошее бесплатно в Инет выставит? Ты что, Лозинского не слушала? Дураков нет. И потом, преподы хотят, чтобы все сделали одаренные дети. Сами.

Слово «одаренные» оглушило Альку. Она залепетала:

– Я попробую… Это нужно быстро написать?

– Чем скорее, тем лучше. Чтобы мы уже репетировать начали.

– Я прямо сегодня начну… – заторопилась Алька, боясь, что энергичная Дарина найдет по-настоящему одаренного и смелого сценариста. А кто-то словно тянул ее за язык: – Но честно… Не знаю, получится ли у меня?

– Ой, ты почитай, что в Инете выкладывают. Сразу самооценка повысится. Рифмуешь-то ты складно… – Не поднимая глаз, Дарина поворошила ногой листья. Вдруг посмотрела на Альку в упор. Словно на невзрачном ее лице пыталась отыскать туманные следы одаренности. – Вон Софийка твои опусы одобрила. А она-то в этом кое-что соображает. – И после паузы: – Да, мне кажется, ты даже Никиту своим стихом зацепила.

Алька вздрогнула. Краска залила ее лицо.

– А он придет на концерт? – умоляющим тоном выпалила Алина и тут же устыдилась и вопроса своего, и голоса.

Но Дарина улыбалась покровительственно:

– Не знаю. Наверно. Он ведь тоже в музыкалке учился. И вот что. Когда сценарий сочинишь, первой мне сбрось. Я хочу без посторонних порепетировать. Чтобы себя абсолютно свободной чувствовать.

Аля влетела в квартиру как метеор.

– Ну, где ты была? – встретила ее встревоженная мама.

– Я же писала: у Игоря Фищенко! Мы там тусили! – Глаза Альки излучали сияние.

– Сейчас макароны разогрею.

– Нас Игорькова бабка покормила. Сообразила чай, кофе, соки… А к ним кучу бутербродов.

– Алька! «Бабка», «сообразила»… Где ты этих репьев набралась?

– Ну, Игорек ее так зовет. И все за ним.

– Ты же не все.

– Ма! Ну, я же не могу выделяться.

– Выделиться иногда неплохо.

– Вот именно! Именно! Дарина… Ой! Да ты же ничего еще не знаешь! Я теперь с Дариной Холодовой дружу!

– С Дариной? – как-то растерянно протянула мама.

Ее растерянность немного смутила Алю, но она продолжала тараторить как заведенная:

– С самой Дариной! И она мне предложила сценарий ко Дню матери написать. Представляешь? В музыкалке открытый концерт будет! Зал там – чудо! Гостей приглашают – море: и родителей, и выпускников бывших. И все для праздника только дети делают. Одаренные! А за мной – сценарий. Представляешь, мамочка?! Я, пока домой шла, стих для пролога сочиняла. Вот послушай.

Алька закрыла глаза. Резко открыла:

– Выходит Ромео.

Алька опять опустила ресницы. Минуту помедлила. Прочитала по памяти:

Как много в этом дивном зале света!Взмывает чудной музыки волна!Мы к вам пришли – Ромео…

Альке пришлось опять «вернуться» в реальность.

– Здесь появляется Дарина – ну, Джульетта, короче, – и отзывается:

…и Джульетта.Сквозь зло людей – в иные времена.

Алька набрала воздуха. Скороговоркой пояснила:

– Опять Ромео:

Пришли сказать: любовь не умирает!И тот, кто в сердце свет ее несет,Джульеттою девчонку называет,С которой вместе в школу он идет.

Алька открыла глаза. Улыбка растянула губы до ушей:

– Все! Дальше пока не сочинила. Хорошо?

– Ах, Алька, Алька! Милая моя выдумщица! Но при чем тут День матери?

– А при том… При том! Я в конце пролога подведу зал к мысли: все – и Македонский там, и Шекспир, и Ньютон – лежали на руках у матери, у женщины. И она учила их говорить главные слова! Хорошо же? Я когда писала, о тебе думала.

– Ах, Алька, Алька… – покрутила головой мама. Голос ее звучал одновременно растроганно и грустно.

– Сейчас дописывать сяду.

– А уроки? – осторожно напомнила мама. – Ты ж сегодня…

– Да-да, мамочка! Я сегодня домашнюю школу прогуляла. – Алька крепко-крепко обняла мать. – Но я сегодня такая счастливая! Может, самая счастливая на земле! Ты не переживай! Я нас не подведу. Не нахватаю плохих оценок.