Эта странная жизнь…

***

Ноябрьским вечером, накануне праздника Великой Октябрьской социалистической революции, родители Агриппы и Ларисы собрались в магазин, за продуктами к праздничному столу – и в помощь, позвали с собой дочерей. Агриппа быстро откликнулась, но Лариса прикинулась захворавшей: она уже прикинула в уме, что скоро должен прийти Никита – ей захотелось, воспользоваться удачным стечением обстоятельств – и попытаться, отбить у сестры перспективного кавалера…

***

Все сложилось так, как и рассчитывала коварная Лариса: Никита пришел к ним в дом в отсутствии родителей и главное – Агриппы не было…

– Никита, проходите, проходите: Агриппа ушла с родителями в магазин, но с минуты на минуту должна вернуться… А, вы, снимайте с себя верхнюю одежду: смотрю вы, изрядно промокли под дождем…– и присаживайтесь на диван! – младшая сестренка Агриппины – Лариса источала дружелюбие – и Никита, замерзший и уставший, за день…, с удовольствием присел на мягкий диван.

Лариса объявила ему, что пошла ставить чайник на плиту, но так и «застряла» на кухне, а между тем Никиту в тепле разморило – он и не заметил, как задремал…

Молодая, но весьма лукавая девица приступила к выполнению своего плана: в комнате, где вздремнул Никита, предприимчивая Лариса выключила свет, но оставила включенным свет в коридоре. Когда раздались шаги на лестничной площадке, Лариса, потихоньку, прилегла на диван, положив свою голову на колени сонного Никиты – и сама притворилась спящей…

Родители были потрясены видом, почивающих на одном диване: их невинной Ларочки и «прожженного искусителя» Никиты…– разразился грандиозный скандал!!! Спросонья, Никита не понимал: почему на него кричат, обзывают совратителем невинных девственниц, ведь, он просто уснул, сидя на чужом диване?! Но Лариса пустила слезу и принялась лгать, что между ней и Никитой возникло серьезное чувство…– и это ее откровение взбесила главу семьи еще больше: отец Агриппы и Ларисы орал, с пеной у рта и грозил Никите парткомом, и всеобщим порицанием…

Никита, наконец, сообразил, в какие «силки» его загоняет Лариса – и попытался оправдаться, откреститься, от связи с беспринципной нимфеткой, но Лариса уже, ухватисто, вцепилась в свою добычу…– не вырваться!

– Любимый, не отрекайся от меня, как честный человек ты, должен на мне жениться! – все твердила и твердила младшая сестрица Агриппы, изредка пуская скупую и лживую слезу. И родители Ларисы, поостыв, стали напирать на Никиту – и требовать от него, чтобы тот поступил как мужчина…

Агриппа слишком хорошо знала своих близких…– она сразу раскрыла коварную ложь своей сестрицы, но она и знала о другом: если Ларисе что-то взбрело в голову, она не отступиться, а родители «в лепешку» расшибутся, лишь бы угодить своей любимице! Интересы старшей дочери Агриппы в семье никогда не брались в расчет, а Никиту они постараются «вывалять, замазать грязью», если тот пойдет против желания Ларисы…– об этом Агриппа и поведала Никите, при их следующей встрече.

– Никита, мне так больно и обидно, но тебе придется, жениться на Ларке! В противном случае, мой отец дойдет до парткома, исполкома, обкома…– и повсюду, с праведным гневом, он будет бить себя в грудь и поносить тебя!!! Еще может и в милицию заявление написать: Ларке только через неделю исполняется восемнадцать…– вполне, смогут и в тюрьму упрятать!!! – Агриппа не стерпела, расплакалась – и пошла от Никиты прочь…

Никита все же предпринял еще одну попытку, чтобы расстроить брак с паскудной Ларисой – и попробовал поговорить с ней «по душам»…:

– Лариса, не тебя я вижу своей женой, а Агриппину, а ты, молода – и наивно полагаешь, что твоя юность и красота служит достойным оправданием твоему, мягко говоря, подлому поступку?! В своей жизни я познал немало красавиц…– и я научился ценить истинную красоту женщины: чистые помыслы и душевную красу… Не принесет нам счастья брак, начавшийся с обмана! Не возникнет промеж нас любви – не видать счастья ни мне, ни тебе!

– Ты, ошибаешься: я буду счастлива, непременно…– и ты, тоже…, если приложишь усилие…– беспринципная Лариса не собиралась отступать, от задуманного…

***

Свадьба Никиты и Ларисы состоялась, но это празднество больше походило на похороны… Впрочем, траурный вид ее жениха, а тем более Агриппы, не смутили душевного покоя новобрачной, лишь добавили ей чувства триумфа: увела-таки она жениха у Гриппки презренной…!!!

***

После брачной ночи, Никита бросил в лицо своему тестю простынь, испачканную кровью:

– Вот вам доказательство того, что я и пальцем не коснулся, тогда, вашей лживой мелкой сучки!!! Подыхать будите, вспомните, что вы, мою жизнь и жизнь вашей дочери Агриппы смяли, словно газету – и подтерли нами сральники свои!!! Нет вам прощения!!! – от бессильного бешенства, Никиту трясло…

Из комнаты показалась Лариса, она прежде потянулась, словно сытая кошка, а затем «промурлыкала» …

– Дорогой! Ты, радоваться должен: тебе досталась в жены красивая и молодая, и цветущая девушка, а не сушеная старая дева Гриппка… Я, ведь, лучше ее в сотни раз!!! И я моложе тебя на шестнадцать лет!!! Радуйся!!!

– Сомнительный ты, подарок судьбы! Повторюсь Ларочка, в моей жизни было немало таких смазливых и тупых бабенок, вроде тебя?! Вот, такую, как Агриппа, я встретил впервые! Ты, своей сестре и в подметки не годишься! Молодостью своей козыряешь, красотой…, но это все товар скоропортящийся, а за душой у тебя пустота!!! – устало махнув рукой, Никита пошел собираться.

– Ты, куда?! – поинтересовалась Лариса и услышала в ответ: – На работу!

***

Лариса, став женой Никиты, не пожелала, покидать отчий дом…– пришлось Агриппе переселяться в двухкомнатную квартиру Никиты. Не так представляла себе Агриппа, жизнь в данной квартире…– обливаясь слезами, она наводила уют в холостятской берлоге бывшего, но своего любимого…

***

Совместная жизнь у Ларисы с Никитой не заладилась с первых дней: Никита с трудом переносил свою супругу – и, забеременев, Лариса отыгралась на муже…

Февральской морозной ночью Никита позвонил в дверь Агриппы:

– Агриппина, не прогоняй меня: я промерз до костей, а Ларка домой не пускает, без арбуза… Этой гадине захотелось «подснежников», среди зимы! Порой, убил бы…, но она беременна…– возможно, материнство сделает ее человеком?! – посиневший, от мороза и постаревший, от семейных неурядиц, любимый Никита стоял у ее порога – и Агриппа широко открыла входную дверь, давая пройти, внутрь, желанному гостю.

Вслед за тем, она накормила Никиту и напоила горячим чаем – и он разомлевший, от тепла и сытости, сперва, молча держал Агриппу за руку – после, принялся, страстно, целовать любимую женщину…

Рассвет они встретили в одной постели…, но наступивший день все вернул на свои круги. Только суровой действительности были не подвластны ее мысли и воспоминания – и долгие годы Агриппа была благодарна судьбе, за ту ночь любви…– и лелеяла в своей душе память, о кратком миге счастья… Порой, Никита ей снился во сне – и, вновь, словно наяву, она ощущала запах любимого мужчины и его прикосновения, страстные поцелуи…– пробуждение, после этих снов, было невыносимо горьким и болезненным…

***

Родившийся мальчик, которого Никита назвал в честь своего отца – Глебом, ни на йоту не поспособствовал, укреплению брака младшей сестры Агриппы, но Лариса и не думала унывать: благодаря своему недотепе-мужу, на одном из праздничных вечеров, она познакомилась с руководителем Стройтреста…– и стала любовницей, этого состоявшегося мужчины.

После трех лет совместной жизни с Ларисой…– Никита осознал, что находится на грани нервного заболевания – и он пошел на прием к любовнику своей жены, и своему непосредственному начальнику. Конечно же, Никита не жаловался ему, на свою неудавшуюся личную жизнь, а лишь попросил: направить его на работу в другой город…– исключительно, из-за того, что основательно притомился, жить вместе с родителями своей жены.

Анатолий Борисович, тайный соперник Никиты Глебовича, пообещал ему помочь, при первой же возможности, но сам, главным образом, действовал из своих интересов и с учетом пожеланий его пассии Ларочки…

– Милый, оправь этого хлюпика подальше…, сделай мне одолжение!!! Этот упертый Никита еще пожалеет, что посмел, пренебречь моей милостью! Но не думай…, я не собираюсь следовать за этим придурком: меня не прельщают лавры декабристок! – такова была реакция Ларисы, на услышанное от «сладкого душки» – Борюси.

***

Незамедлительно, руководитель Стройтреста вызвал прораба Никиту Глебовича на аудиенцию…

– Вы, замечательный работник – и вас жалко отпускать…, но учитывая ваши пожелания, предлагаю вам длительную командировку в Казахскую республику: там наметилась очередная стройка века – требуются специалисты вашего класса! – начальственный Анатолий Борисович смотрел, в упор, на своего соперника, но ни один мускул не дрогнул, на лице сурового прораба:

– Я согласен: Казахстан, так Казахстан…– твердо ответил Никита…

– Отлично! Оформляйте свою командировку, командировочные деньги получайте в бухгалтерии – и в добрый путь!!! По приезду, вам будут положены еще и «подъемные»…– Анатолий Борисович потер свои ладони и углубился в чтение бумаг, что, в беспорядке, лежали на его столе.

***

Лариса, проинформированная любовником о планах мужа, спокойно восприняла известие о длительной командировке Никиты в Казахстан…

– Не нравиться тебе климат средней полосы…, поезжай в свой Казахстан, но и сына своего забирай с собой!!! Да, да! Сына своего забирай с собой! А, на что ты, рассчитывал?! – с потрясающим хладнокровием, изрекла Лариса, а ее двухлетний сын Глебушка, что в тот момент, находился рядом с матерью, и не почувствовал: его, пока еще, краткая жизнь тоже сделала «крутой вираж»…

***

Агриппа провожала обожаемого Никиту на вокзал: неудобно одному управляться с маленьким ребенком и объемным багажом…– он и попросил о помощи у нее. Разложив свой багаж в купе вагона, Никита вышел на перрон, держа на руках сына…– некоторое время эти двое, молча, смотрели друг другу в глаза…:

– Позови меня с собой! Я готова все бросить, лишь бы быть с тобой!!! – молили Никиту глаза Агриппы.

Женский голос в репродукторе объявил, об отправлении поезда с третьего пути…– и Никита, на краткий миг, крепко прижался своими губами к губам Агриппы – затем поспешил, заскочить в свой вагон.

***

Всю дорогу, от вокзала до дома, Агриппа не позволяла себе заплакать, но дома она дала волю своим слезам. Внезапно, прозвенел дверной звонок – и Агриппа открыла входную дверь…, на пороге ее квартиры стояла Лариса…

– Выходит, Никитка не такой дурак…– и не взял тебя с собой, как ты, не просила!!! Жаль, лишили меня возможности: написать на вас заявление в милицию…, в связи с кражей моего сыночка Глеба!!! Ладно, живи убогая, но знай: Никите не быть твоим никогда!!! – зло и презрительно усмехнувшись, Лариса отвернулась от Агриппы и пошла своей дорогой, так и не заглянув в жилище сестры.

***

Потянулись годы однообразной жизни одинокой женщины: по ночам Агриппа плакала в подушку, а днем, с усердием, погружалась в работу – вечером, уставшая, возвращалась к своему «холодному очагу».

По прошествии десяти лет, после отъезда Никиты, к 38-летней Агриппе посватался 60-летний вдовец: этот Аким работал мастером, на стройке…

– Агриппина, давно приглядываюсь к тебе: ты, баба серьезная, а не хабалка какая…, но одной небось невмоготу жить…? Давай сойдемся: на пару жить все веселей, чем холостячкой! – и уставшая от одиночества, Агриппа приняла предложение Акима – и он переехал от своей замужней дочери на квартиру Агриппы. Они и в загс сходили, чтобы узаконить свои отношения…

Агриппа, первое время, недоумевала: зачем Аким женился на ней? Проживая на одной жилплощади вместе с семьей дочери, от одиночества Аким явно не страдал…– и, как мужчина, он в женщине похоже не нуждался!?

С появлением Акима, в жизни Агриппы произошли незначительные изменения: холодильник и телевизор, что Агриппа взяла из пункта проката, Аким вернул в тот пункт…, на их место определил свой холодильник и свой телевизор – и еще любил посмеяться, что пришел к Агриппе с приданным.

Агриппа, по-прежнему, спала в своей постели одна… Аким занял вторую комнату: там стояла раскладушка, и, еще в бытность Никиты, на ней спали его гости – и для них же…– пара стульев, чтобы было куда повесить одежду. Просыпаясь среди ночи, Агриппа прислушивалась к могущему храпу Акима, раздающегося из соседней комнаты, и убеждала себя, что муж все-таки нужен:

– И правда, на пару жить не так тоскливо: живая душа совсем рядом, в соседней комнате спит…– перевернувшись на другой бок, вскоре Агриппа засыпала: интимной близости, именно с Акимом, ей тоже не хотелось…

По выходным дням Агриппа и Аким вместе занимались стиркой, готовили еду, а откушав стряпню своего приготовления, отправлялись, с визитом, к дочери Акима. Но в том доме, надолго они не задерживались: слишком много шума производили два внука Акима – и их родители не отставали от детей…– постоянно были заняты выяснением отношений… Покинув беспокойное семейство, Аким и Агриппа шли в кинотеатр, а после просмотра фильма гуляли в парке – домой возвращались лишь к вечеру. В общем, более насыщенной жизнью зажила Агриппа, рядом с Акимом…

***

По истечении двух лет их супружеской жизни, суровые и трагические обстоятельства нарушили привычный ритм жизни Агриппы и Акима. Все началось с того, что от дочки Акима все же муж ушел – и та угодила в клинику с нервным расстройством – и пока его дочь находилась на излечении, Акиму пришлось вернуться в свою квартиру и взять на себя, заботу о внуках.

В отсутствие ее мужа, и болеющей ангиной, Агриппе пришло печальное известие: в результате несчастного случая, погиб на стройке Никита Глебович! Перед самой смертью, тот пришел в сознание и успел продиктовать адрес Агриппы своему другу, что дежурил возле него…: умирающий Никита вверял, именно Агриппе, опеку над его несовершеннолетним сыном Глебом…

***

Управляющий Стройтрестом, Анатолий Борисович почти сразу оказался в курсе случившегося – и свою любимую Ларочку он поспешил, известить по телефону, что отныне она – вдова! Лариса пришла в ужас от мысли, что, теперь на ее плечи ложиться забота о сыне-подростке, которого она почти не знала…– да, и по прошествии стольких лет, и знать не хотела!

– Успокойся Ларочка, твой Никита, перед своей смертью, просил друзей разыскать Агриппу, чтобы, именно она, взяла опеку над его сыном Глебом! – осведомленный любовник успокоил свою пассию.

– Борюсечка, срочно, вызови с больничного… эту Гриппку чертову, извести ее о просьбе Никиты и пусть твоя секретарша поможет ей, собрать все необходимые документы, для оформления опекунства над Глебом!!! Лично я, нахожусь в «неведении», случившегося с Никитой – и отбываю на курорт, по горящей путевке: сегодня нашему ЖЭКУ одну…предлагали… Когда вернусь домой, надеюсь Гриппка уже выполнит волю покойного – и Глеб будет жить при ней! – Лариса, капризно, скривила губы и повесила телефонную трубку…– затем, она ринулась в профком, за «горящей» путевкой.

Анатолий Борисович сделал все так, как и повелела ему «пушистик»-Ларочка: вызвал к себе Агриппину, чтобы выразить сочувствие, в связи с гибелью ее близкого родственника; предложил помощь, в срочном сборе всех необходимых справок – для оформления опекунства над несовершеннолетним племянником Глебом; отдал распоряжение бухгалтерии, чтобы Агриппине выписали материальную помощь…

Покуда хворающая Агриппина собиралась в дорогу, личный секретарь Анатолия Борисовича выяснила: какие справки необходимы Агриппе – и к трем часам дня все документы, необходимые для оформления опекунства над Глебом, были готовы, а в бухгалтерии Агриппу ждала материальная помощь…

Агриппа, в спешке, забыла дозвониться до мужа, но в последний момент вспомнила о нем – и написала Акиму коротенькую записку, извещая его, что ей пришлось, срочно, вылететь в Казахстан, за осиротевшим племянником…

Забежав на минутку, чтобы проведать хворую жену, Аким не нашел своей Агриппы, а лишь записку…, что привела его в тихое бешенство! Ранее, ему казалось, что он все рассчитал до мелочей: одинокая и скромная, и непритязательная Агриппа была рада и такому мужу, каковым был для нее Аким. И правда, Агриппа тихо смирилась с тем, что ее муж не спал с ней, совсем: они жили, как брат и сестра. Его жена не возражала – и каждую зарплату Аким относил дочери, а Агриппе ежемесячно перепадала лишь часть его пенсии, на расход… Неприхотливость жены внушила Акиму уверенность, что со временем, основную часть забот о его внуках, можно переложить на Агриппу: его психически неустойчивая дочка, все чаще ложилась в больницу! Он немолод…– и в случае его смерти, нестарая Агриппа оформит опекунство над его внуками: все-таки она приходится женой Акиму… И, вот, вам…– какой-то осиротевший племянник Агриппы нарисовался…– и позабыв о своем недомогании, жена помчалась «к черту, на куличики» – вот, как не вспылить?!!

Угрюмый Аким поплелся в психиатрическую больницу, к дочери: подошло время приема посетителей в том, скорбном учреждении, а дома его ждали внуки, которые тревожились за свою мать и за свое будущее…

По возвращению, у подъезда дома, Аким повстречал одинокую соседку, которая когда-то дружила с покойной женой Акима – ей пожаловался он, на свою теперешнюю жену, которая, не спросясь Акима, уехала за сиротой-племянником! Соседка его утешила, как могла: предложила себя в жены…

Эта знаковая встреча, у подъезда, закончилась тем, что Аким вывез из квартиры Агриппы свой телевизор и холодильник – и подал заявление на развод! И, с того вечера, вместе с соседкой, Аким приглядывал за своими внуками, а когда он был на работе, его новая жена-пенсионерка занималась воспитанием и уходом за внуками Акима. Эта идиллия продлилась недолго: крановщица Зина, прознав, что ее любовник – Аким, снова сошелся с какой-то бабой, пришла к нему домой и устроила грандиозный скандал:

– Как свою мужскую нужду справлять…, так я хороша для тебя, а как семью создавать…, то и такая старая кошелка сгодиться, лишь бы не я?!!! – орала разгневанная Зина, да так громко, что и на улице ее было слышно…

Бочком, бочком… и по-тихому, ушла от Акима «старая кошелка» – бывшая подруга его покойной супруги: эта женщина была оскорблена тем обстоятельством, что Аким использовал ее как домработницу и няньку, а сам, гад, на стороне забавлялся с молоденькой любовницей! Добилась своего разбитная Зинка: женился на ней пожилой Аким…– а, где бы он нашел себе еще такую, молодую и заводную возлюбленную?! И неважно, что в постели страстной Зины перебывали почти все мужики данной стройплощадки: Аким должен благодарить Зину, что она на нем остановила свой выбор!?

***

Лариса позвонила Анатолию Борисовичу из санатория – и он успокоил свою симпатию: документы нужные собрали, деньги на дорогу выписали…– и Агриппина отбыла за племянником в тот же день…

– Как славно мой Борюсик, что на тебя можно положиться!!! – ворковала Лариса в трубку, а перед Анатолией Борисовичем, внезапно, предстало лицо Агриппины: залитое слезами и искаженное болью невосполнимой потери, каковую она даже не попыталась скрыть…– так дорог ей был Никита!

– Две родные сестры – и такие разные: одна полна любви и сострадания к дорогому ее сердцу, а вторая любит и сострадает лишь себе… Но не беда: с Ларочкой детей мне не крестить, а любовница, из этой стервы, отменная! – после разговора с Ларисой, у него поднялось настроение: через неделю его чаровница возвращается…

***

Почти месяц ушел у Агриппы на то, чтобы оформить опекунство над племянником Глебом. За это же время, при помощи приятелей почившего Никиты, Агриппа отправила на свой домашний адрес, контейнером, мебель, посуду…– все то, движимое имущество, что принадлежало покойному Никите и его здравствующему сыну Глебу. Ей захотелось, чтобы несчастного сиротку, на новом месте жительства, окружали привычные вещи…– сама-то Агриппа жила в спартанских условиях: минимум мебели и прочих вещей!

***

Глеба, после смерти отца, сразу отправили в детский дом – и, даже приезд Агриппы ничего не изменил – поэтому поводу она очень переживала: при каждой их встрече, Агриппа отмечала, что Глеб не пришелся «ко двору» коллективу, состоящему из сирот… – и ее племяннику приходиться тяжко!

– Тебя избивают? – как-то, без обиняков, спросила Агриппа, Глеба…

– Нет! – последовал короткий ответ, но его затравленный взгляд, полный печали и непролитых слез, говорил об обратном, лучше всяких слов…

Впрочем, встречались Агриппа и Глеб нечасто: его отпускали из детского дома лишь на пару часов…– помянуть отца на третий день и девятый день…– и на один выходной… У Агриппы создалось впечатление, что кто-то, умышленно, тормозит рассмотрение ее дела, с оформлением опекунства над Глебом: возможно, некто, из местных, желал усыновить парнишку, хотя бы для того, чтобы завладеть жилплощадью покойного Никиты… Похоже, так мыслила не только Агриппина – и в ее застопорившееся дело, вмешался влиятельный друг покойного Никиты!

Наконец, делу осиротевшего подростка Глеба, был дан «зеленый свет…: с учетом того, что гражданка Агриппина приходится родной тетей сироте – Глебу; она имеет высшее образование; достойную профессию и работу; среди коллег, в быту характеризуется отлично; является замужней женщиной… И законный супруг гражданки Агриппины имеет среднее специальное образование; трудиться мастером строительного участка; имеет положительную характеристику… Супруги обладают стабильным и хорошим доходом, своей жилплощадью – и метраж позволяет, проживание третьего члена семьи… С учетом всех этих фактов, было удовлетворено ходатайство Агриппины – и дозволено получить опеку над несовершеннолетним Глебом.

Под бдительным присмотром все того же влиятельного друга…, за два часа были оформлены все документы, подтверждающие опеку Агриппины над Глебом – и еще не верящие, в положительное решение…, Агриппина и Глеб вместе покинули детский дом! Далее, их дорога привела на местное кладбище: Агриппа и Глеб, перед своим отъездом, пришли проститься с любимым ими, Никитой, на его могилку…

– Ах, Никита, Никита, что же ты, так далеко уехал от меня?! Теперь, мы с твоим сынком возвращаемся в родные края, а ты, остаешься здесь – и уж не прийти нам к тебе, когда душа пожелает!!! – Агриппа, не стесняясь Глеба и влиятельного лица, запричитала, расплакалась у могилы Никиты. Потом, достала из своей сумочки целлофановый пакетик…– в него положила горсть земли, что взяла с могилы обожаемого, но покойного Никиты.

Поздно вечером, на своей служебной машине, влиятельный друг… проводил Агриппину и Глеба в аэропорт – и до тех пор, пока не объявили посадку на их рейс, он находился, неотлучно, с ними…

***

Только, в самолете Агриппина окончательно поверила, что, отныне, Глеб предоставлен ее заботам…– и, с облегчением, выдохнула!

Глеб, сидя в кресле самолета, вспомнил детский дом: отвязанных ребят, что приняли его, папенькиного сынка, в штыки – и при всяком удобном случае, задирали его и били… Он, с наслаждением, закрыл свои глаза: теперь, рядом с тетей, ему не угрожают ни озлобленные сиротки, ни вредные воспитатели… Такое освобождение и счастье, Глеб испытал в тот миг!!!

Влиятельный друг, вернувшись к себе домой, сел перед фотографией покойного приятеля Никиты и налил себе водки, полный стакан – немного помедлив, выпил до дна и заплакал…

– Мой дорогой товарищ, на кой тебе нужно было: отталкивать работяг, от летящей на них, строительной «люльки» – ведь, сам угодил под ее жуткий удар??!! Ответь?!!! Осиротил Глеба и меня!!! Не сомневайся, я сгною того, кто эту «люльку» так скверно закрепил, сгною!!! Но, как тошно мне, без тебя!!! Хорошо, что похоронили тебя здесь, а не увезли на твою малую родину – ныне, в утешение, твоя могилка осталась мне!!! – полночи он пил горькую… и не пьянел.

***

Вернувшись домой, первое, что бросилось в глаза Агриппе – из квартиры исчез телевизор и холодильник – затем, она обратила внимание на записку: Аким в ней выражал свое возмущение, безрассудным поступком Агриппы, ее самовольством…– и грозил ей разводом!

Немного поразмыслив, Агриппа поняла, что развод со сторонним Акимом был бы благом: за два года их странного брака, они так и не стали родными друг другу! Теперь, в ее жизни появился Глеб, сын любимого мужчины – и этот мальчик нуждался в ней…

***

Прошло некоторое время – из почтового ящика, Агриппа достала письмо, которое подтвердило, серьезность намерений ее мужа: в конверте лежал документ, свидетельствующий о расторжение брака между Акимом и Агриппой…

***

Вскоре, прибыл и контейнер с вещами Глеба, и покойного Никиты… Вся мебель была в разобранном виде – и Агриппа позвонила своему отцу:

– Папа, прибыл контейнер…, но почти вся мебель находиться в разобранном состоянии – не поможешь мне и Глебу собрать ее: в воскресенье ты, не свободен?!