Эта странная жизнь…

Удовлетворенные своей победой…, Андрон Семенович и Никитка сели в служебную «Волгу» – и машина, мягко, тронулась с места…– вернувшись в квартиру, озлобленная Ольга заявила Глебу:

– Ну, что муженек, понравилось тебе, торговать моим сыном?!

Ошалевший, от такой постановки вопроса, Глеб смотрел на Ольгу и не знал, как реагировать на подобный выпад жены…, потом заговорил:

– Ольга, Андрон Семенович не меньше твоего любит своего правнука Никиту! И, что плохого в том, что твой Никита побывает на море? Лично я, даже затрудняюсь, назвать число и год…, когда смогу вывести вас к морю! Не того мужа ты, выбрала себе! – изрек Глеб, чай он пить не стал…– отправился в спальню.

Когда за Глебом закрылась дверь, Вера Ивановна решилась высказаться:

– Ольга, какая муха тебя укусила?! Зачем ты, обижаешь Глеба, ведь он прав?!

Ольга ничего не ответила матери, но спать пошла в зальную комнату: там стоял скрипучий диван… Этой ночью, она впервые задумалась – а, стоило ли выходить замуж, именно, за Глеба? Услужливое сознание, моментально, напомнило ей о Стасе, и как Ольга его боготворила, но тот оказался монстром! Глеб же, относиться к ее сыну с любовью…– и это немаловажно! Потом, Ольга вспомнила молодых врачих и медсестер, что работают с Глебом в одном госпитале… Нет, лично Ольга, не желает работать ни врачом, ни кем-либо: ей нравится быть домохозяйкой…– и Глеб не корит ее…, хотя на одну зарплату, в нынешних реалиях, выживать трудно… Она осознала, что обидела Глеба напрасно: пока он жил один…, не брезговал питаться тем, чем кормили больных в госпитале… Подношениям Андрона Семеновича он обрадовался, но, лишь затем, чтобы его беременная Ольга питалась слаще! На самом деле и она была не против того, чтобы Никитка побывал на море…– ее напугала мысль, что ее сын привяжется к Андрону Семеновичу – и станет любить его сильнее, собственной матери! Этого… Ольга не перенесла бы!

Убедившись еще раз, что она не прогадала, с выбором мужа – и, что Глеб всегда будет стараться, чтобы его любимые жили в достатке…– на этой мысли, Ольга решила, «не валять дурака»: на скрипучих диванах, пусть другие неудачницы спят – и вернулась в супружескую спальню… Глеб уже спал, или притворялся спящим – неважно: Ольга растормошила его:

– Глеб, обними меня, я была немножечко неправа…

***

Вера Ивановна и Кирилл Дмитриевич уезжали домой со спокойной душой: размолвка дочери с зятем быстро сошла на нет…– и между Глебом и Ольгой, вновь воцарилось взаимопонимание и нежное отношение друг к другу…

Разлом в стране и в судьбах…

С тех пор, как прежнего директора медицинского училища, эту милейшую старушку и знающего свое дело специалиста, отправили на пенсию, Вера Ивановна ходит на работу, как на казнь, а, ведь ей только 48… – до пенсии еще работать и работать… Еще, было непонятно, с чего теперешняя директриса и ее помощница пакостно и пренебрежительно относятся к ней?! Без скандалов и склок Вера Ивановна оставила свою должность: заместителя директора по учебной части, а, ведь могла и побороться за себя…, но не стала! Получается…– хорошо, что в этом году у нее будет ставка 18 часов – и в медицинском училище она будет находится, в среднем, три часа – в день… Как-нибудь переживет этот учебный год, а там время покажет…: так успокаивала себя Вера Ивановна, направляясь в учительскую, где должен был состоятся педсовет…– через четыре дня начало нового учебного года…

Педсовет прошел, на редкость, спокойно: коллектив училища недавно вышел из отпусков – преподаватели берегли свои нервы…

После педагогического совета, педагоги разошлись по своим кабинетам: далее, директриса должна была пройтись по всем учебным классам, чтобы оценить, готовность медицинского училища к новому учебному году.

Вера Ивановна вошла в кабинет, который был приписан за ней…– и ахнула: на учительском столе и под столом, на стуле, где она обычно сидела – повсюду была рассыпана земля, которой пару часов назад не было и в помине?

– Боже! Пока я была на педсовете…, кто-то не поленился, сбегать к вахтеру за запасным ключом, от моего кабинета – и так нагадил, и именно, на моем рабочем месте?! Кто же это был?! – задавалась вопросом Вера Ивановна, сметая в совок остатки земли: – Неужели, все только для того, чтобы директор имела очередную возможность: высказать мне, свое презрительное «фи…»!?

В кабинет Веры Ивановны вошла уборщица…

– Верочка Ивановна, уже успела отовсюду убрать землицу? Я, как вошла, так и обомлела…– и с тех пор думаю: не кладбищенской ли землице тебе набросали?! Завистников, ноне развелось, как грибов! Только и смотришь объявления в газете: наведу на соперницу порчу…– и, как жить?! Давай, протру под твоим столом сырой тряпкой, чтобы директриса не кудахтала…

***

Вера Ивановна напрасно уповала, что более трех часов в день в училище ей не придется находиться: ей составили расписание с «окнами» – и с восьми утра до двух часов дня, стены медицинского училища она не покидала…

В начале ноября, она почувствовала свою болезнь. Первоначально, Вера Ивановна списывала свое недомогание, на едва выносимую психологическую атмосферу, что на работе образовалась вокруг нее… Кирилл Дмитриевич заставил ее пройти полное медицинское обследование в клинике своего хорошего друга. Результаты обследования потрясли и друга Кирилла Дмитриевича, и его самого, и Веру Ивановну…– у нее диагностировали трудноизлечимое заболевание крови!

– Кирилл, не проговорись о моей болезни Ольге с Глебом, умоляю тебя! Ольге скоро рожать, перенервничает…– не дай Бог, выкидыш будет или роды с осложнениями…– исхудавшая Вера Ивановна, при этом, бессловесно и так трогательно плакала, что Кирилл Дмитриевич не смел, противиться ее воле, хотя и понимал, случись что…, Ольга не простит ему замалчивания… – и, как медик, понимал волнение Веры, из-за беременности Ольги…