ТРОМ

Все сходилось.

У входа во дворец стояла стража: два эльфа. Это были первые эльфы, которых Дарет лично увидел, хотя и издалека. Он решил обойти замок, чтобы не попасться на глаза часовым, но, как только он сделал всего несколько шагов, кто-то сзади схватил его и закрыл своей рукой ему рот. Хватка была слабой, и Дарет без труда в одно мгновение развернулся и приставил к горлу обидчика нож, который он захватил из дома. Напротив него стоял некто в черном плаще с капюшоном, подобно тому, что был надет и на самом Дарете.

– Ты собиратель? – спросил шепотом Дарет, не убирая нож.

– Нет, а ты? – ответил женский голос.

Дарет снял капюшон с незнакомки и постарался не выказывать своего удивления, когда рассматривал ее: перед ним, что ожидаемо, стояла эльфийка. У нее были длинные черные волосы, которые в темноте, казалось, сливались с ее накидкой в единое целое, светлая кожа, аккуратные, острые ушки, за которыми шел ободок, сдерживающий волосы, а еще весьма уверенный и отчасти недружелюбный взгляд темных глаз.

– Ты следила за мной? – спросил ее Дарет.

– Достаточно долго, чтобы убедиться, что ты здесь впервые, – ехидно ответила девушка. – А, значит, ты не один из тех людей.

– И что ты будешь делать? Позовешь их на помощь? – Дарет кивнул в сторону стражи, стоявшей у замка.

– Смотря для чего ты хотел туда попасть. Да и нож сейчас у моего горла, а не у твоего. Ты явно выигрываешь. Однако мне стоит лишь подать голос… – девушка ухмыльнулась. – Ты хотел здесь кого-то убить?

– Нет, – ответил Дарет.

– Хм-м, а жаль, – все с той же ухмылкой ответила эльфийка. – Так зачем же ты сюда пришел, если не планируешь никого убивать?

– Мне нужны ответы. От Корона, – сказал Дарет.

– Весьма заносчиво с твоей стороны, хотя и до безумия глупо. Ну, возможно, я и смогу тебе помочь, вот только нож свой убери от меня, будь так любезен, – хитро улыбнулась девушка.

– Почему я должен тебе верить? – спросил Дарет, виновато опуская руку.

– А почему я должна верить тебе? – девушка чувствовала, что становится хозяйкой положения. – По тебе сразу заметно, что ты впервые видишь эльфа, зря пытаешься спрятать свое удивление. Вряд ли какой другой эльф решит помогать простому человеку, – она снова ухмыльнулась. – Кстати, я Рика.

– Своего имени я тебе не хочу говорить, – ответил Дарет и спрятал нож.

– Пойдем отсюда, пока тебя не заметили, – сказала ему Рика и направилась к воротам, ведущим к выходу, – к Корону тебе все равно не попасть, и не мечтай. Разве что в качестве пленника, который уже никогда не увидит свободу. Да и то: вряд ли Корон лично будет допрашивать лазутчика.

Дарет пошел за ней, хотя и сомневался, правильно ли он поступает:

– Откуда мне знать, что ты меня не отведешь сейчас к охране?

Рика остановилась, развернулась, подошла ближе к Дарету, сняла с него капюшон, внимательно с деловитым взглядом рассмотрела лицо парня и сказала шепотом:

– У тебя голова, на первый взгляд, такая же, как и у нас… Но вот думать ею ты совсем не умеешь, – негромко рассмеялась эльфийка и дважды легонько стукнула кулачком по лбу Дарета. – Если бы я хотела сдать тебя им, – она указала пальцем на дворец, – ты был бы уже заперт в темнице. Идем.

Рика вывела их на дорогу и свернула за одним из домов. Там оказался лес, и девушка повела Дарета в его сторону. Этот лес существенно отличался от садов, в каких перед этим побывал Дарет: деревья росли беспорядочно, траву под ними никто не состригал, тропинок и клеток со спящими птичками не было. Пройдя пару минут, Дарет и Рика вышли на небольшую поляну, ярко освещенную луной, где парень, наконец, смог лучше рассмотреть эльфийку. Несомненно, она была еще очень юной. Рика, что необычно для эльфов, не была слишком высокой – Дарет был значительно выше ее. Длинные и прямые черные волосы девушки были подобраны белым ободком, оголяя изящные тонкие, острые ушки. Утонченный подбородок, прямой, небольшой носик, бледная кожа и благородный взгляд карих глаз: именно такими себе Дарет и представлял эльфов. Именно такой была и она.

– Сколько тебе лет? – спросил Дарет.

– Ты о бессмертной жизни эльфов? – улыбнулась Рика. – Моя жизнь еще не исчисляется сотнями лет, если ты это имеешь в виду. Я еще не достигла совершеннолетия, и именно поэтому здесь, – она указала пальцем на свою милую головку, – еще достаточно легкомыслия, чтобы позволить себе ходить с незнакомым человеком в лесу, спасая его от наказания за проникновение в Верхнюю Долину.

– Почему ты решила помочь мне? – спросил Дарет, надеясь, что Рика действительно помогает ему, а не ведет его в руки собирателей или кого похуже.

– Нет, так дело не пойдет! Не забывай – ты на моей территории, – эльфийка остановилась и строго пригрозила парню своим указательным пальчиком. – Сперва ты расскажи мне, зачем пришел к замку Корона, а потом уже я решу: стоит ли мне тебе что-то говорить или нет.

– Я уже и сам не знаю, зачем сюда пришел, – опустив голову, ответил Дарет.

– А ты действительно не умеешь использовать ее по назначению, – эльфийка снова стукнула своим кулачком Дарета по лбу, после чего рассмеялась, но уже громче, не боясь, что здесь они будут кем-то замечены.

– Нет, вернее будет все же сказать, что я знаю, зачем пришел, – попытался оправдаться Дарет. – Мне нужны сведения. Мне нужна информация весьма необычная, за интерес к которой, я уверен, можно и вовсе лишиться головы… Но я до последнего не представлял себе, каким образом и от кого мне узнать то, что я хочу узнать, потому доверился судьбе, – он посмотрел прямо в глаза Рике. – Я хочу узнать все о тромах.

Улыбка исчезла с ее лица. Она присела на землю у дерева и, глядя снизу вверх, спросила парня:

– Зачем тебе знать о тромах?

– А вот этого я уже не могу тебе сказать, – ответил Дарет, присев рядом с ней. – Прости, но мне необходимо знать, где они.

– Ты хочешь их найти?

– Да, хочу, – сказал он.

– Чтобы вернуть их сюда?

– Возможно, я не знаю.

– Ты хочешь, чтобы они свергли Корона и заняли свое место в Верхней Долине? – Рика посмотрела на Дарета.

– Ты знаешь об их правах на Верхнюю Долину? – удивился Дарет.

– Так все же знают, – невозмутимо ответила Рика, пожав плечами. Она поднялась на ноги и подошла к деревьям. В темной чаще зашумела листва. Дарет вскочил и ухватился за нож, но Рика остановила его:

– Убери. Он тебе здесь ни к чему. Просто смотри.

Из-за деревьев вышел большой белый конь. Дарет не верил своим глазам: это был не просто конь, это был единорог. Он слышал о них от учителей, но даже представить не мог, насколько это животное прекрасно. Единорог подошел к Рике и грациозно поклонился ей, а она поклонилась в ответ.

– Прекрасное создание, не правда ли? – спросила Рика Дарета, поглаживая могучую белую шею. – Его зовут Ветер. Не будь таким невежливым, – эльфийка недовольно посмотрела на молодого человека, – поздоровайся и представься ему, – она указала на единорога.

Дарет с опаской подошел к ним, неловко поклонился перед жеребцом и сказал:

– Меня зовут Дарет.

Услышав его имя, Рика снова рассмеялась:

– А я думала, что тебя зовут Дубина!

Дарет выпрямился и удивленно посмотрел на нее. Ситуация казалась неловкой, к тому же он проговорился, назвав свое имя.

– Он не понимает твоих слов, и твоего имени тоже не понял, – Рика снова погладила единорога. – А ты опять не думаешь своей пустой головой: ты назвал свое имя, хотя и не хотел этого делать. Шпион из тебя никудышний, хочу заметить.

Дарет чувствовал себя нелепо. Попытавшись оправдаться, он сказал:

– Но я же видел, как он поклонился тебе!

– Ветер поклонился мне, потому что я могу говорить с ним. Я умею общаться со всеми животными, а они со мной. Это мой дар, – мило улыбнулась Рика. – Посмотри на него, – она снова погладила коня, – его имя символизирует свободу, но он ни разу в своей жизни не несся, как ветер. Он вынужден жить здесь, в лесу. Я прихожу сюда по ночам, разговариваю с ним и другими животными.

– Так вот, как ты меня заметила? – спросил Дарет.

– Да, – ответила Рика, – я видела, когда ты еще шел по улице. Если бы я не выследила тебя, и мы бы не встретились, ты бы уже был пойман, а наутро тебя передали бы собирателям. Им позволено убивать.

– Эльфы больше не убивают? – спросил Дарет.

– Если ты знаешь о тромах, то должен знать и о том, что эльфы больше не убивают, – сурово ответила девушка. Немного подумав и лукаво улыбнувшись Дарету, она добавила: – Я помогу тебе.

– Ты знаешь, где находятся тромы? – удивился и, казалось, обрадовался Дарет.

– Нет, я не знаю, – ответила эльфийка, – но я знаю, кто знает.

– И кто же?

– Сестра Корона, – сказала Рика.

– Зарина? – удивился Дарет.

– А ты все-таки не настолько уж и глуп, как мне показалось сразу.

– Зарина жива? Она в Долине?

– Да, она жива, и нет, она не в Долине, – спокойно ответила Рика.

– Где же она, как ее найти? – спросил Дарет.

– Я тебя отведу. Я не была никогда в том месте, но я думаю, что смогу найти его. Мне помогут.

– А что ты хочешь взамен?

– Дарет, – улыбнулась Рика, – ты все-таки не дубина! За час общения со мной ты научился использовать свою голову по ее прямому назначению – ты стал думать!

Они оба улыбнулись, затем Рика продолжила серьезным тоном:

– Я хочу бежать. Бежать из Долины.

– Бежать из Верхней Долины? Но зачем? – удивился Дарет. – Ваша жизнь здесь – это беззаботное вечное существование среди такой красоты, – он погладил жеребца по гриве. – Это же рай.

– Причину такого странного, на первый взгляд, моего желания я тебе скажу только тогда, когда ты скажешь, почему именно ты хочешь найти тромов. К тому же подобно Ветру, я желаю ощутить свободу, которой никогда всецело не обладала.

– А твоя семья? – спросил Дарет.

– Семья?.. – печально ответила Рика. – У меня ее отняли…

– Хорошо, будем считать, что меня не интересует причина, по которой ты хочешь покинуть Долину, – рассудительно сказал Дарет. – Но почему ты сама не можешь этого сделать? Зачем тебе нужна моя помощь? – спросил он.

– Я много раз хотела спуститься по тем ступеням, – девушка печально опустила взгляд. – Я простояла около них не одну ночь, но ни разу так и не рискнула сделать первый шаг. Я не знаю, что меня там ждет, у меня там никого нет, но и здесь я не могу находиться. Мне нужен проводник и помощник, чтобы отыскать Зарину. Я уверена, что она жива, но я знаю наверняка, что она не здесь. Кстати, скоро наступит рассвет, – Рика посмотрела в небо сквозь густые кроны деревьев.

– Терек, – воскликнул Дарет.

– Кто такой Терек? – с интересом спросила Рика.

– Это мой младший брат, и он ждет меня внизу. Я боюсь, что его могут поймать. Людям запрещено приближаться к лестнице, что ведет в Долину. Хорошо, я помогу тебе: я выведу тебя отсюда, только скажи мне, когда.

– Через три дня. Ночью. На этой самой поляне я буду тебя ждать, – ответила она.

– Ты понимаешь, что обратного пути не будет?

– Именно поэтому я и прошу у тебя три дня. Я должна успеть попрощаться здесь кое с кем. Но в назначенное время я буду ждать тебя на этом самом месте. Обещаю, – сказала Рика.

– До встречи, – ответил Дарет, накинул капюшон и поспешил к брату. Он вышел на мраморную дорогу и, словно вор, крадучись, бесшумно побежал между домами к воротам, за которыми были каменные ступени, ведущие вниз, на землю.

Пока Дарет спускался, на востоке горизонт уже озарялся красным заревом. С такой высоты рассвет выглядел неописуемо красиво. Однако Дарету некогда было любоваться небом – он должен был спешить к Тереку.

Когда он дошел до земли, то нигде не увидел брата. Дарет хотел было его позвать, но услышал топот копыт. Он спрятался за скалу, из которой была высечена лестница, когда понял, что к ней подъехало несколько всадников. Это были собиратели. Дарет хотел выглянуть, чтобы рассмотреть их, когда кто-то схватил его за руку. Обернувшись, он увидел Терека, который, приложив к губам указательный палец, призвал брата не шуметь. Но Дарета уже не заботили собиратели: рядом с Тереком стоял высокий, крепкий мужчина в старом, не раз штопаном кожаном плаще и накинутом на голову капюшоне. Терек снова подал знак брату, чтобы тот молчал, и повел его за собой. Пригнувшись, братья бесшумно отбежали в сторону и укрылись в кустах, а тот человек, который был с Тереком, не страшась, вышел к собирателям. Дарет успел разглядеть в его руке лук, а на спине колчан со стрелами.

– Кто он? – тихо спросил Дарет у Терека.

– Он охотник, – ответил Терек, – и этой ночью он спас мне жизнь. Сюда забежал одинокий волк, которого он убил.

– Терек, не надо было тебе идти со мной! А если бы его не оказалось рядом в тот момент? В твоей смерти был бы виноват я! – возмущался Дарет, говоря полушепотом.

– Дарет, но все ведь обошлось, – улыбнулся Терек, понимая, что брат ругает его весьма справедливо, – главное, что ты вернулся. Я уже, признаться, сомневался в том, что смогу тебя дождаться. Охотник сказал мне, что идти в Верхнюю Долину – это полное безумие и самоубийство. Так ты узнал там, что хотел?

– Не совсем, – ответил Дарет, – но я нашел того, кто мне поможет. Я позже все тебе расскажу, я обещаю.

В этот момент к ним подошел охотник.

– Можете выходить, они ушли наверх, – сказал он братьям, глядя по сторонам. Низкий и серьезный, грубоватый и немного печальный голос говорил о том, что перед ними стоит немолодой мужчина. Братья вышли из укрытия. – Собиратели всегда оставляют здесь своих лошадей. Обычно волки редко сюда заходят: их лес, как раз тот, в котором я и охочусь, находится далековато отсюда, а волк, что забрел сюда этой ночью, скорее всего, был изгнан из своей стаи, вот и блуждал вдалеке от привычных ему мест.

– Я хотел поблагодарить тебя за то, что ты спас моего брата, – сказал Дарет и протянул мужчине руку.

– Потом поблагодаришь, – ответил охотник, подав все же свою огрубевшую руку в ответ. – Идем, – сказал он.

– Но наш дом в другой стороне, – возразил Дарет.

– А мой – в этой, – невозмутимо ответил незнакомец, указав рукой в сторону, в которую и направился. Отчего-то спорить с ним никому не захотелось.

– Дарет, – тихо сказал брату Терек, – мы должны пойти за ним. Ты должен кое-что увидеть.

Дарет согласился и пошел вместе с братом за охотником. Шли они молча, и через какое-то время подошли к небольшому дому, который находился за чертой города вдали от всех остальных и больше напоминал заброшенную хижину. Зайдя в тот дом, Дарет увидел множество шкур различных диких животных, висевших на стенах. Охотник поставил лук в углу комнаты и предложил братьям присесть за стол. Не оборачиваясь и ничего не говоря, он заварил на всех травяной чай, поставил три больших деревянных кружки на стол и сел напротив Дарета и Терека.

– Меня зовут Дугир, – сказал хозяин дома и скинул с головы капюшон.

Дарет, набрав перед тем полный рот вкусного, ароматного чая, так с ним во рту и замер, когда увидел, что перед ним сидит стареющий эльф. Длинные светлые волосы, поседевшие у висков, были небрежно собраны в высокий хвост, неглубокие, но вполне заметные морщины покрывали загорелое лицо, которое, видимо, не так давно подверглось возрастным изменениям и оставалось молодым. Грубая и местами седая щетина густо поросла на щеках и бороде, само же лицо, несомненно, некогда имело весьма благородные черты, которые терялись теперь за неопрятностью. Дарет взглянул на брата, которого внешность их нового знакомого уже не удивляла, затем снова на эльфа.

– Что, сынок, – улыбнулся Дугир, – не ожидал увидеть здесь старика-эльфа?

– Не ожидал увидеть здесь эльфа, – поправил охотника удивленный Дарет.

– Дарет, – обратился к брату Терек, – он хочет помочь.

– Что-то все эльфы, каких я сегодня встречаю, хотят мне помочь, – недоверчиво сказал Дарет, – с чего бы это?

– Значит, кого-то все же встретил… – как бы сам себе сказал эльф. – Зачем ты ходил наверх? – спросил он Дарета, спокойно попивая горячий чай.

– Хотел кое-что узнать, – ответил тот.

– О тромах? – снова спросил Дугир.

Дарет недовольно посмотрел на брата.

– Не ругай его, он толком ничего мне не рассказал, – спокойно сказал Дугир. – Мне достаточно лишь взглянуть на тебя, чтобы понять, что тебя интересуют именно тромы, причем я уверен, что этот интерес не вызван простым и бессмысленным изучением истории о межрасовой вражде.

– Что ты хочешь этим сказать? – спросил Дарет у эльфа. Тот склонился над столом, чтобы быть ближе к братьям, и тихо проговорил:

– Судя по всему, у вас с братом не больше пяти лет разницы, – охотник указал пальцем на Терека, – при этом ты на две головы выше его. К тому же он ненароком мне упомянул, что прошлым утром ты завел с ним неожиданный разговор о тромах, а тут еще и тот факт, что ты тайком пробираешься наверх… Совпадение? Не уверен в этом.

Дарет задумался. Отступать уже было поздно. Либо он идет на риск и узнает больше подробностей о тромах, чего он изначально и хотел, либо рано или поздно о его перемещениях узнают собиратели, что грозит бедой для всей его семьи.

– Почему ты здесь живешь? – спросил он Дугира.

– А ты как думаешь? – с ухмылкой ответил тот.

– Ты кого-то убил? – переспросил Дарет.

– Ты весьма наблюдательный, – снова ухмыльнулся охотник, отпивая из кружки чай. – Да, я убил. Это было двадцать лет назад. За это эльфы изгнали меня из Верхней Долины, и не скажу, что я сильно был огорчен по этому поводу.

– За всю свою жизнь я видел всего двоих эльфов, к тому же обоих сегодня, и оба они рады покинуть Долину, – задумчиво пробормотал Дарет. – Почему?

– Оттуда еще кто-то хочет уйти? – удивился Дугир.

– Да, мне довелось пообщаться сегодня кое с кем, кто мечтает бежать из Верхней Долины.

– Могу предположить, – перебил его, ухмыляясь, старый эльф, – что он не менее древний, чем я.

– Как раз наоборот, – ответил Дарет. – Судя по всему, тот эльф не достиг вашего совершеннолетия. А ты долго прожил до того, как?..

– Как убил? – перебил его Дугир. – Сынок, я не буду говорить, сколько мне лет. Да я и сам уже этого не помню. Но я скажу тебе, что я своими глазами видел тех, кто тебя так интересует, и на то время я отметил уже не одно свое совершеннолетие…

– Ты видел тромов? – удивленно воскликнул Дарет.

– Тише, парень, тише, – успокоил его эльф, – запомни: повсюду уши… Да, я видел их. Это было очень, очень давно… И, насколько я понимаю, ты хочешь знать, где они сейчас?

– Что? – удивленно спросил Терек. – Что значит: «где они сейчас»? Тромы живы? И ты собираешься их искать? – обратился он к брату. Дарет взглянул на него, потом опустил глаза вниз. Он не хотел все рассказывать Тереку при таких обстоятельствах, да еще и при свидетелях. – Зачем тебе это нужно? – не успокаивался Терек.

– Да потому что он – тром! – не выдержал эльф, махнув рукой в сторону Дарета и рассмеявшись. – Хоть и полукровка. Извини, сынок, не сдержался.

– Что за бред? – сказал Терек. – Он мой брат, мы всю жизнь росли вместе. То, что он выше меня, не делает его тромом. Он такой же сын наших родителей, как и я.

– Не такой же, – нервно ответил Дарет. Затем он взглянул на Терека и очень тихо, словно раскаиваясь, стал пояснять тому: – Брат, мой родной отец был тромом. И это правда. Я узнал об этом после смерти мамы. Об этом рассказал мне наш отец, когда мы уходили с ним для… для погребения мамы. Или, если быть точным, твой отец. И, поверь, он смог мне это доказать.

– Я не верю в это, – замахал в разные стороны головой Терек. В его голосе были слышны злость и отчаяние.

– Терек, я тоже поначалу отказывался верить, – спокойно сказал Дарет, положив руку на плечо брату, – но это так. Именно поэтому я не хотел тебе этого рассказывать. Я боялся, что ты не сможешь этого принять и понять меня. Я хотел уберечь тебя от этой правды, потому что даже на мои плечи она легла тяжким грузом.

Терек молчал. Пустой взгляд был направлен на полную чашку чая, из которой уже не шел пар. Дарет повернулся к Дугиру, что молча наблюдал за не совсем обычной беседой двух братьев.

– Теперь ты знаешь правду, – сказал Дарет. – Ты можешь сдать нас собирателям или другим эльфам. Если ты это сделаешь, прошу, умолчи о моем брате, о моей семье. Они не имеют к родству с тромами ни малейшего отношения. Лишь я. Но все же я надеюсь на твою помощь, какой бы она ни оказалась.

– Зачем мне сдавать тебя тем, от кого я сам же и ушел? – с ухмылкой ответил охотник. – Я прожил слишком длинную жизнь, и в ней было немало событий, за которые мне по сей день стыдно. Здесь, – он показал пальцем на свою голову, – и здесь, – указал на сердце, – слишком много больных воспоминаний, которые мне хотелось бы забыть. Я всего лишь одинокий старик, который с каждым годом теряет свою силу и приближается к естественной смерти. Поэтому я хочу сделать что-нибудь достойное, например, помочь тем, у кого мой народ однажды отнял все.

– Терек, – снова обратился Дарет к брату, – я сегодня расскажу тебе о тромах все, что знаю. Но чуть позже. А сейчас прошу, просто забудь то, что ты о них слышал ранее. Принять истину возможно лишь тогда, когда ты выбросишь из головы то, что называл ею до этого часа. Тебе нужно осознать, что навязанное тебе мнение – это лишь одурманивание. Одурманивание тех, кто должен уметь думать. Со временем это умение мы теряем, потому что за нас постоянно думает кто-то другой. Однако правду можно увидеть, только если действительно захотеть ее увидеть, взглянуть на все с чистым сознанием, понимаешь? И не всегда то, во что верит большинство, является правдой. Просто кому-то выгодно, чтобы у всех было одно мнение, чтобы мы даже не допускали мысли, что что-то здесь не так.

– В нашем случае, этот кто-то – это Корон, – дополнил слова Дарета Дугир.

– Я совершенно ничего не понял, – озадаченно ответил Терек.

– Поймешь, обязательно поймешь, – подбодрил его брат. – Но чуть позже.

– Какие у тебя планы, сынок? – спросил эльф у Дарета, невозмутимо допивая свой чай.

– Я выдвигаюсь на поиски через три дня. Ночью, – сказал Дарет. – В поисках мне поможет тот эльф из Верхней Долины, о котором я говорил.

– Ты в нем уверен? – спросил Дугир.

– Не более, чем в тебе, – улыбнулся Дарет. – Но у меня нет другого выбора.

– Я пойду с вами, – сказал охотник. – Лишняя помощь тебе не помешает, а для меня это хороший повод очистить совесть.

– Я тоже с тобой пойду, – сказал Терек, не поднимая глаз.

– Нет, – резко ответил ему Дарет. – Терек, ты должен помогать отцу, заботиться о сестре. Я иду в неизвестность, брат. Я не могу взять перед отцом ответственность за твою жизнь. Если с тобой что-то случится, как я потом покажусь ему на глаза?

– Он прав, – сказал Тереку Дугир.

Терек встал из-за стола и вышел во двор. Он был обижен на брата, но понимал, что тот прав. Ответственность взрослого мужчины, каким он хотел стать, и жажда к приключениям мальчишки, каким он на самом деле еще являлся, боролись внутри него. Но эти мысли увлекали его от размышлений о тромах.

Дарет договорился с эльфом выйти вместе через три дня. Они обговорили, что им необходимо с собой взять, уточнили время и место встречи, затем вышли во двор. Терек сидел на крыльце и всматривался в даль – в сторону Темного леса.

– Вам же туда нужно, верно? – спросил он.

– Да, брат, – Дарет сел рядом с ним. – Я не знаю, что нас ждет в том лесу, я никогда не был даже близко возле него, и уж тем более я не знаю, что нас ждет за ним, но если не я, то больше никто и никогда не пойдет на это.

– Сперва мама, теперь все это. Я не хочу потерять еще и тебя, – печально сказал Терек.

– И я не хочу потерять вас, – улыбнулся Дарет и приобнял брата за плечи, – но я должен туда пойти. Нам пора…

Дугир проводил братьев до города так, чтобы им не пришлось идти мимо каменной лестницы, но сам заходить в город не стал. Они попрощались быстро, не привлекая ничье внимание.

Днем братьям было нечего опасаться в городе, поэтому они спокойно дошли до своего дома через оживленные улицы. Шли они молча, так как осознавали, что разговоры на актуальные для них темы в людных местах лучше не вести.

На пороге дома их ждал встревоженный отец.

– Где вы были? – рассерженно спросил он. – Я знал, что уйдешь ты. Но Терек!..

– Отец, прости, это моя вина. Я все тебе объясню, но давай сначала зайдем в дом, – спокойно ответил ему Дарет.

Отец хотел накричать на сыновей, но сдержался, лишь грозно и разочарованно посмотрел на них. Все трое вошли в дом. Ширин готовила обед, и Терек тут же вызвался ей помочь, нарочно оставив старшего брата наедине с отцом для разговора.

– Дарет, она еще ребенок, – сказал отец, – она все утро проплакала, когда узнала, что вас нет дома.

– Отец, я был в Верхней Долине, – с тем же невозмутимым спокойствием ответил Дарет.

– Я знал, что ты решишься, я этого боялся, хотя понимал, что это неизбежно, но зачем ты взял с собой брата?