The best of

— Ва-а-ау! — вторила она девкам.

Багровый Серж не знал, куда деваться от стыда.

— По-моему, вы совсем засмущали парня, — заметила мать. — Смотрите, он красный, как рак!

— Это он нас застыдил, — нагло сказала дочь. — Разделся, секса домогается.

— Это ложь!! — в отчаяньи выкрикнул Серж, обращаясь к родительнице. — Они сами попросили меня раздеться!

Стоять голым среди трёх одетых незнакомых баб — верх неловкости, неприличия и идиотизма! Серж проклинал всё на свете. Вдобавок, его орган непостижимым образом начал возбуждаться. У Сержа даже слёзы выступили на глазах.

— Дайте мне халат! — надсадно воскликнул он. — Или ещё что-нибудь!!

— Глядите, у него встаёт! — хихикнула Саша, захлопав в ладоши и доставая смартфон. — Можно с ним селфку сделать?

— Уйди на хуй! Убери телефон!!

Мать Маши решительно взяла его за руку и отвела в другую комнату. Закрыла дверь на щеколду, достала из шкафа халат — такой же, как на ней, только красный, и протянула его Сержу.

— Выпить хочешь? — спросила она.

— Да! — он поспешно запахнулся в халат.

Машина мама открыла бар в мебельной стенке, налила треть низкого барного бокала виски для гостя, и полбокала «Бейлиса» себе.

— Я Наталья. Наташа.

— Серж.

Он выпил одним духом, она сделала небольшой глоточек ликёра.

— Так что у вас там с девками вышло? — спросила Наталья.

— Я приехал к вашей дочери как бы на свидание. А с ней эта хихикающая Саша. Они попросили меня раздеться, и я сдуру согласился. Вот и всё.

— Да, Сашка девка придурковатая, — задумчиво протянула Наталья и сделала глоток побольше. — Потрахаться надеялся?

— Не без того…

— Машка тоже дурная. И девственница, насколько я знаю, — сказала Наталья. — А со мной не хочешь попробовать?

— Попробовать с вами что?.. — Серж опять начал краснеть.

— Можешь мне «ты» говорить, — она хлебнула ещё «Бейлиса». — Со мной потрахаться не хочешь?

Серж искоса взглянул на женщину. Какая, однако, раскрепощённая маман! Мать, на его вкус, была куда пригляднее дочери. Молодая ещё дамочка, и вообще хорошо сохранилась — видимо, тщательно следит за собой.

— Что, вот так просто? — неуверенно спросил Серж.

— Я не девочка уже, зачем усложнять? У меня никогда в жизни не было члена, даже близкого к твоему. Мне интересно попробовать. К тому же ты вполне симпатичный парень.

— Да я не против, конечно… но как-то неловко…

Наталья поставила бокал и скинула халат, под которым ничего не оказалось. Фигурка превосходная. Гигант сразу же отозвался, приподняв полу халата. Несмотря на обилие лубриканта, лингам входил очень туго и с большим трудом; Наталья испугалась.

— Извини, Серёжа, не получается, — сказала она, запахивая халат. — Очень больно. И боюсь покалечиться. Прости.

Чтобы не рисковать, обратно Серж поехал на яндекс-такси.

Перекусив двумя бутербродами с чаем, включил компьютер. Поставив подборку попсы 90-х, ввёл в строку поиска «уменьшение пениса» — он давно собирался это сделать, но как-то не хватало духа. Как Серж и предполагал, это оказалась очень дорогостоящая операция, даже дороже, чем увеличение — таких денег в ближайшие годы ему не собрать.

Зазвучали первые нотки губинского хита, и у него по старой памяти сразу же встал. Серж с унынием посмотрел на свой невозможный фаллос, головка которого провоцирующе покачивалась на уровне его подбородка. Мастурбировать Сержу было неудобно — он мог охватить член пальцами меньше чем наполовину, а дрочить сразу двумя руками выходило совсем уж не в кайф. Неизбывно тяжело вздохнув, Серж чуть пригнул вперёд голову и попробовал взять залупу в рот, но та не влезла; салазки подозрительно громко хрустнули. Ну да, в завершение этого мудацкого дня осталось только челюсть сломать!

Серж высунул язык — на войне, ёб твою, как на войне! — и лизнул головку. А что, неплохо!.. Лизнул ещё раз, ещё и ещё. Эякулировал неожиданно, и густая струя мощно выплеснулась за левое плечо — он едва успел отклонить голову в сторону.

Лиза, где же ответ? Счастье — было и нет…

С облегченьицем, блять!..

Молодость

Заиграю, заиграю сама да заплачу,

Свою прежнюю молодость а я вспоминаю…

Из колонок CD-проигрывателя щемяще-тоскливо льётся заунывный старушечий голос в современной аранжировке, и Анна Ильинична Ивлева делает звук погромче. Она покачивается в такт мелодии, смежив веки. Хмель медленно и блаженно начинает накрывать её сознание. Ей хорошо. И песня хорошая — печальная, но душевная. Бередит душу — по-хорошему бередит.

Вспоминаю, как ушла молодость — она не сказала,

Не сказала, а пришла же старость — она да не спросила…

Ах, молодость, молодость — самое ценное, что есть в жизни! Единственное, что есть в ней ценного. Мудрость, знания, опыт — говно всё это, никому не нужное! Здоровье, свежесть восприятия, чудеса первых открытий, наслаждение от плотских утех — а потом… потом убогое прозябание в ожидании смерти.

Жизнь Анна Ильинична прожила насыщенную и бурную. Пока была возможность, горела как комета. Пять раз замужем, любовникам счёт потеряла. Любила она мужиков, ох как любила!.. А сейчас ей 81 год.

Заиграю, заиграю сама да заплачу, а вспоминаю,

Вспоминаю, как ушла молодость — она молодая….

Ивлева смотрит на полупустую бутылку водки — теперь только это удовольствие и осталось. Наполняет стопку до краёв. Откручивает трек назад и включает ту же песню. Ну, за молодость! Выдыхает в сторону и осушает рюмку. Закусывает кружочком малосольного огурца.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Это было давно, очень, очень давно,

В королевстве у края земли,

Где любимая мною дева жила, —

По имени Эннабел Ли…

Я был дитя, дитя и она,

В королевстве у края земли,

Но любовь была больше, чем просто любовь —

Для меня и для Эннабел Ли…

Эдгар Аллан По