The best of

Щёлк.

– …Гриша Пердун и группа «Песни плюс», Эльвира Базланова и многие другие. «Конец Света на НТВ». Проведите последние минуты с нами. А пока, для разогрева, ансамбль «Педик Кроль». Не кажется ли вам, любезные, что из-за подобных **в мы и погибли? Впрочем, какая теперь хуй разница! Илюша Залупенко, аплодис…

Щёлк.

– …ит-парад «Последняя десятка», и с вами в последний раз ваша распроперетраханная Маша Мессалиновская. Проведите оставшиеся часы жизни так, чтобы не было стыдно перед лицом вечности. Лично я собираюсь сегодня трахаться, трахаться и трахаться. И принять смерть с тремя чл…»

Щёлк.

Христос выключил телевизор, оставшись в полной темноте. Отложил пульт. Вздохнул. Откинул голову на спинку кресла и закрыл глаза.

Уговор

– Мадам, а позвольте вам впердолить! – задорно раздалось позади.

У девушки было крайне раздражённое настроение – вчера она не смогла оргазмировать, хотя очень хотела, а сегодня у неё внезапно, не по графику началось женское недомогание. Она остановилась, обернулась и внимательно осмотрела озорника. Лет двадцать с небольшим, может быть двадцать пять, ниже среднего роста, щуплый, коротко- и кривоногий, лицо невнятно-смазливое, жидкая тёмно-русая эспаньолка – совсем не её тип.

– За такое можно и по морде получить, – сказала девушка без выражения.

– Но можно и впердолить! – визгливо расхохотался парень. Голос у него был высокий, неприятный, манерный; вдобавок, ощутимо чувствовался ростовский говорок.

– Знаешь этот анекдот? Молодчица!

– А за какие заслуги я должна позволить тебе впердолить? – поинтересовалась девушка.

Парень смешался:

– Ну…

– Ты некрасивый, коротыш. Голос у тебя неприятный. Может быть, ты умный?

– Не особо…

– Эрудированный, начитанный?

– Не…

– Трахаешься, может быть, как Приап?

– Трахаюсь норм! – оживился парень. – А кто такой Приап? Порноактёр?

– Забудь. Почему-то у меня большие сомнения по поводу твоих любовных талантов. Интуиция меня редко подводит.

Парень опять стушевался:

– Ну, минут семь выдержу… – его осенила какая-то мысль и лицо его посветлело: – У меня член 20 сантиметров!

Интуиция у девушки и в самом деле была прекрасная – она клитором чувствовала, когда люди лгут.

– Что ж, хороший член, – сказала она рассудительно. – Если ты не врёшь, отсосу…

Парень даже подпрыгнул от радости.

– …а если врёшь – получишь по морде, – закончила девушка. – Конкретнее, я сломаю тебе челюсть. Идёт?

Парень сник.

– Идёт… – опустил он глаза.

– Ты уверен? Я не шутки шучу, всё будет согласно уговору.

– Ну… может, 19… – промямлил парень.

– А может ещё меньше?

– Нет! 19 точно!

– Хорошо. Если половой член у тебя 19 см и больше – я делаю тебе минет с заглотом, – сказала девушка твёрдо. – Если меньше 19 – я ломаю тебе челюсть. Всё верно?

Они зашли в туалет в ближайшем «Макдоналдсе». Девушка сняла и повесила на крючок вельветовую куртку и синтетическую толстовку, под которой не было бюстгальтера. Грудь девушки оказалась выше всяких похвал – большая, высокая, упругая и загорелая.

Девушка положила ладонь на ширинку джинсов парня – у него уже полноценно стоял. Она присела на корточки, расстегнула ремень, молнию на ширинке и спустила джинсы до колен, вместе с трусами. С первого взгляда ей стало понятно, что член не более 14 см. Девушка посмотрела на парня снизу вверх и необычайно сексуально облизнула накрашенные губы длинным ярко-розовым языком.

– Ну, давай уже, – парень предвкушающе сглотнул слюну.

– Челюсть ломать? – Девушка выпрямилась. Она была выше почти на полторы головы.

– Какую челюсть?! Минет давай!

– У тебя хуй – 14 см с небольшим. Я тебя два раза переспросила. Даже три.

– Чё ты лепишь! 19 у меня!! Соси давай!

– Ты меня совсем за лохушку держишь, гондон?

Она вынула из сумочки связку ключей и отстегнула от неё брелок в виде мини-рулетки; парень изменился в лице.

– Я по-твоему хуй в первый вижу?

Девушка по всем правилам, от основания до кончика головки замеряла член и поднесла полотно рулетки с зажатым пальцем отрезком к лицу парня.

– 14.2, и это с запасом, – сказала она спокойно. – Ты на что надеялся, интересно? Когда четверть себе накинул?

Парень покраснел и потупил взор, но пенис его непоколебимо торчал.

– Я его не мерил никогда…

– Опять лжёшь? Может, тебе ещё колено сломать? – сказала девушка грозно. – На что ты надеялся, когда соглашался на уговор?

– Что ты не знаешь, какой член двадцатисантиметровый, – пролепетал парень. – Откуда ж я знал, что у тебя рулетка…

– Что ж, будет тебе наука.

Расстояние было идеальным – девушка стремительно нанесла круговой удар локтем в челюсть. Парень рухнул как подкошенный, ударившись головой о стульчак; член его продолжал стоять.

Девушка невозмутимо оделась, взяла сумочку, проверила в зеркале макияж, вышла из туалета и прикрыла за собой дверь.

Лето 2023

Кринж

Эрегированный член Якова был очень длинным, не меньше четверти метра, и очень тонким, и пятидесятитрёхлетнее, трижды рожавшее влагалище Натальи Викторовны не всегда принимало его охотно. Это был совсем не её любимый размер – она всегда предпочитала короткие, не длиннее пятнадцати сантиметров, и толстенькие. Впрочем, за сорокалетнюю половую жизнь Наталья Викторовна испробовала не так уж много членов – 7 или 8 (на двадцатитрёхлетие она напилась до беспамятства, наутро проснулась в постели с голым мужиком, и оба не помнили, был у них секс или нет). Наталья Викторовна трижды выходила замуж, и от каждого супруга у неё осталось по ребёнку.

Первый брак был явной ошибкой. Второй раз она вышла замуж по большой любви, за богатого, статного, красивого молодого мужчину, сколотившего приличное состояние на оргтехнике в баблорубские девяностые. От второго мужа, убитого вначале 2000х, Наталье Викторовне остался миловидный сын, роскошная силиконовая грудь четвёртого размера, трёхкомнатная квартира в центре Москвы и дача в Бутово – остальное отсудила сестра покойного. Третье замужество тоже не задалось – супруг, будучи моложе её на десять лет, в неполный сорокет слёг с инсультом, после чего начисто лишился мужской силы.

В юности, молодости и даже в зрелости Наталья Викторовна была сногсшибательно, пронзительно красива и стройна. После климакса, который настиг её в сорок девять лет, в организме что-то разладилось – появился лишний жирок, выросла жопа, кожа пошла прожилками и пигментными пятнами. Она тяжело и редко оргазмировала и до менопаузы, после же – кончать перестала вообще. Слабое, едва тлеющее желание секса ещё теплилось, и она завела молодого любовника. С Яковом они встречались на бутовской даче раз в неделю, обычно в субботу.

Сегодня юноша был в ударе и эякулировал уже три раза. Голый, с полустоячим пенисом он подошёл к огромному, во всю стену, окну. Наталья Викторовна подтёрлась маленьким полотенцем, надела белый сатиновый пеньюар и легла на кровать, накрывшись по грудь пустым пододеяльником. Поставила на живот квадратную стеклянную пепельницу, закурила тонкую ментоловую сигарету и стала наблюдать за своим юным партнёром, голышом красующимся перед окном. Она уже давно и безуспешно пыталась решить для себя, нравится он ей вообще, или нет. Яков был довольно высок, болезненно худощав, с большим количеством родинок на незагорелой коже; светло-русые вьющиеся волосы до плеч, которые он редко мыл и причёсывал. На её взгляд, юноша был не очень умён и удручающе неначитан.

– Почему ты так любишь вертеться перед окном голышом? – поинтересовалась Наталья Викторовна, глубоко затянувшись, запрокинув голову назад и выпустив густую струю дыма в потолок. – Надеешься, что кто-то тебя увидит?

– А что? – отозвался Яков и повернулся к любовнице. Его член совсем расслабился, и головка болталась почти на уровне колена. – Писюн у меня большой, есть чем похвастаться!

– Он у тебя не большой, а длинный, – заметила Наталья Викторовна.

– Какая разница!.. – сказал Яков слегка обиженно.

– Большая.

– Ну, как скажете.

– Слушай, Яков, мы с тобой трахаемся уже почти полгода, а ты мне до сих пор говоришь «вы». Тебе не кажется это странным?

– Кринжово мне вам тыкать, Наталья Викторовна. Вы мне в матери годитесь.

– Кринжово?.. Что это значит?

– Ну, стыдно… неловко.

– Вот как? – она тщательно затушила тонкий окурок в пепельнице и поставила её на тумбочку. – А трахать тётку, годящуюся тебе в матери, тебе не кринжово? Что там в матери, я тебе скорее в бабки гожусь.

– Ну, с бабкой перебор. Вы моей мамке ровесница. Вам же 53?

– Да.

– Ну во. А мамке 52 недавно исполнилось, – он опять повернулся к окну, смотрящему на пустую улицу, и вильнул бёдрами, на манер стриптизёра.

– Хм, странно, – протянула Наталья Викторовна. – Я почему-то всегда думала, что твоя мать гораздо младше.

Яков заметил кого-то на улице и снова дрыгнул бёдрами, чтобы член закачался. Тётка прошла мимо, не обратив на голого парня никакого внимания. Яков немного расстроился.

– Я, кстати, вас познакомить хотел, – сказал он.

– Кого «нас»?

– Вас с мамой. Как вы на это смотрите, Наталья Викторовна?

– Это зачем ещё?.. – изумилась та.

– Ну как, вы же моя девушка, почему бы и нет?

– 53летняя девушка, ха-ха! – искренне расхохоталась Наталья Викторовна, отчего её могучие перси затрепыхались. – Развеселил старушку, от души!

– А чо?.. – обиделся Яков.

– У нас с тобой развнедельные потрахушки и ничего более. Я намного старше тебя и у меня три ребёнка, если ты забыл, – сказала она. – Вот уж поистине кринжово было бы знакомить меня с твоей матерью, которая младше меня. Что это за слово вообще? Новомодный сленг?

– Кринж? Испанский стыд, когда стыдно за кого-то.

– Испанский какой-то… а обычный русский стыд чем тебя не устраивает?

– Хэзэ, все сейчас так говорят.

– Ну-ка, дай-ка загуглю, – Наталья Викторовна взяла с тумбочки смартфон. – Так… «Чувство стыда за чьи-либо действия. То, что вызывает это чувство». Это что же, тебе за меня стыдно?

– Да нет… так говорится просто!

– Как бы там ни было, знакомство с твоей роднёй в мои планы не входит, – вздохнула Наталья Викторовна. – Это совершенно неуместно и даже глупо, Яша… Яков – всё время нашего знакомства хотела спросить – почему у тебя такое странное имя? Ты еврей?

– Почему странное и почему еврей?.. – не понял он.

– Потому что сейчас так редко кого называют и потому что это иудейское имя, – сказала она. – Так ты еврей? Вроде, совсем не похож.

– Хэзэ. Вроде нет. Не интересовался как-то.

– Ты не знаешь, кто ты по национальности?!.. – изумилась Наталья Викторовна.

– А что такого?

Женщина медленно, потрясённо покачала головой.

– Если вам интересно, могу у мамы спросить.

– Мне интересно? – усмехнулась Наталья Викторовна. – Меня удивляет, что тебе это не интересно.

– Ну, спрошу, – нагой Яков лёг на спину рядом с ней и заложил руки за голову. Лобок и подмышки он не брил ни разу в жизни. Впрочем, как и лицо. – Меня мамка однажды за дрочкой спалила.

– И что?

– И предложила помочь.

– Ты согласился?

– Кто ж от такого отказывается?

– Ты врёшь, наверное? – спросила Наталья Викторовна с сомнением.

– Вру, – хмыкнул Яков.

– Зачем?

– Само как-то получилось, хэзэ,

– А мать у тебя красивая?

– Трудно сказать, она ж моя мама. Раньше вроде ничего была. Так, обыкновенная.

– Я красивее?

– В разы!

– Спасибо… Ещё лет десять тому назад я вообще как фотомодель выглядела. Красивая, стройная… – молвила Наталья Викторовна печально. – Как миг жизнь проходит. Дай сигареты, пожалуйста.

– Вы и сейчас ничего! – Яков передал ей пачку и зажигалку. – И сисяндры у вас зачётные!

– Они искусственные.

– Я знаю. А какая разница? Главное, что красивые.

– Разница есть…

– Кому как, по-моему.

– А я тебе вообще нравлюсь, Яша? – женщина закурила. – Только честно, я не обижусь.

– Что вы, Наталья Викторовна! Нравитесь, конечно! Я же с вами девственность потерял, и я вам очень благодарен! – Яков повернул голову, посмотрел на массивные груди под полупрозрачной тканью пеньюара, и его ужик зашевелился. – Нравятся мне ваши сиськи, Наталья Викторовна, спасу нет!

– Я заметила, – усмехнулась она.

Длинный и тонкий орган стремительно выпрямился.

– Сегодня ты на кураже, Яша, как я погляжу. Четвёртая палка наизготове, – сказала женщина. – Дай пепельницу.

Юноша поставил пепельницу на кровать, перевернулся на бок и ладонью левой руки охватил великолепную грудь немолодой подруги.

– Яш, я больше не хочу сегодня, – сказала она. – Извини, вообще охоты нет.

– Эх, жаль! Я что-то в настроении сегодня!

– Извини. Не совпали мы сегодня в азарте, – Наталья Викторовна сделала глубокую затяжку и ввинтила тонкий окурок в пепельницу. – Вообще знаешь, Яков, наверное, мы видимся в последний раз.

– Это почему?.. – расстроился он.

– Кроме секса нас ничего не связывает. Тридцать пять лет разницы, это не шутки. А секс меня окончательно перестал волновать, сейчас я чётко это осознала. Я не получаю ни малейшего удовольствия.

– Уж ни малейшего?..

– Именно так, Яша. К сожалению.

– Печалька.

– Не такая уж и печалька. Я и в молодости не ахти какая охотница до этого дела была. Так что в моём возрасте это нормально и закономерно.

Длинный юношеский кий не расслаблялся.

– Наталья Викторовна, а может, напоследок всё-таки?.. – с робкой надеждой осведомился Яков. – Последний разочек?

Женщина тяжело и печально вздохнула.

– Ну хорошо. Давай лубрикант.

Наталья Викторовна откинула пододеяльник, задрала до пояса пеньюар и обильно смазала апатичное влагалище…

* * *

Яков, грустный и непричёсанный, уехал через час. Вечером Наталья Викторовна выпила две бутылки недорого крымского сухого вина и осталась ночевать на даче.

Февраль 2023.

Big dick

Всеядное чрево автобуса набито битком. Пассажиры, словно шпроты в банке, с трудом могли пошевелиться. Пробраться к выходу из середины автобуса казалось почти невозможным.

– Мужчина, прекратите немедленно! – вдруг громко раздался молодой женский голос. – Прекратите, я вам говорю!

– Да что он делает? – произнёс кто-то рядом.

– Он ко мне прижался и у него стояк!

Прозвучало несколько смешков.

– Расслабьтесь и попробуйте получить удовольствие!

– Да у него хуй, как у слона!

Хохот.

– Девушка, следите за языком! – протрещал старушечий голос. – Здесь дети!

– Так чем ты недовольна? Пользуйся, ёпта! – иронически пробасил низкий прокуренный мужской голос с другого конца автобуса.

– Мужчина, хватит, я вам говорю!!

– Да что вы пристали ко мне?!

– Я пристала?!! Это ваш хуй мне в жопу упирается!

Смех.

– Меня прижало к вашей жопе, что я поделаю?! Невольная эрекция! Я даже пошевелиться не могу!

Автобус встрял в пробку. Серж побагровел как переваренная свёкла. Он был в отчаянии.

– Это ваши проблемы!

– Нет, блять, это ваши проблемы! – вдруг разозлился Серж. – Не надо было ко мне жопой пристраиваться!

– Вы совсем охуели?!! – возмутилась девица. – Мне вот сейчас делать нечего, кроме как к вашему слоновьему хую пристраиваться!

– Молодёжь, кончай лаяться!

– Бабка, отъебись, ради Христа! – грубо воскликнула девушка.

– Халда! Сука бесстыжая! – возопила старушка.

Автобус двинулся. Когда двери раскрылись, Серж беспардонно ломанулся на выход, хотя ехать ему нужно было ещё три остановки.

– Ого, и правда слоновий! – пожалуй что восхищённо воскликнул мужик, которого случайно зацепил Серж.

В первый раз с ним случился такой казус в общественном транспорте. На людях он вообще практически никогда не возбуждался, слава богу – лишь единожды такое произошло на свидании, но та девушка уже знала о его габаритах, а от прохожих бугор удалось скрыть.

С половыми компаньоншами у Сержа имелись серьёзные проблемы. Будучи по характеру робким, стеснительным и необщительным, для него являлось затруднительным просто познакомиться с девушкой; когда же доходило до интимной близости… потенциальные партнёрши банально пугались его размеров, и из шести попыток сексуальным контактом окончилось лишь две.

В последнее время Серж стал знакомиться через ВК: перво-наперво сообщал кандидатке размер своего полового органа (36.6 см длина, 5.6 диаметр) и по мере необходимости прикреплял фото (расслабленного и эрегированного). Одна барышня не поверила, что это его член, и потребовала фото с лицом и газетой, где была бы видна дата. Серж сделал селфи с «Московским комсомольцем» (пришлось прогуляться до киоска), но всё равно получил отказ.

Единственной его постоянной половой подругой была неухоженная, нечистоплотная тётка под полтос. Она жила в Чертаново и звали её Лизой. Обладательница бездонной, вхлам раздолбанной волосатой манды, обвисших ушами спаниэля сисек и неделями небритых ног и подмышек (усы ей тоже побрить не мешало бы). Лиза имела низкий, громкий, прокуренный и пропитой, каркающий, крайне неприятный голос. Смех же её был поистине сатанинским, и от этого грохочущего гогота Сержу каждый раз становилось не по себе. Помимо этого Лиза была туповата и алкоголичка.

В их первую встречу она сразу же сообщила Сержу, что с мужчинами не кончает и испытать оргазм может только с душем.

– Отвинчиваю лейку душа и струёй массирую клитор, – ответила Лиза на немой вопрос Сержа. – Только так и кончаю.

В комнате Серж снял просторные брюки (все штаны он покупал максимального размера, в онлайн-магазине для толстяков) и трусы (ХХХХХL).

– Вот это ХУЙ!.. – своим громким гнусным паскудным сипатым голосом восхитилась поддатая Лиза и тоже разделась, обнажив спаниэльевы титьки и жёсткую, ни разу в жизни не бритую лохматку.

И хоть Лиза уже давно была совершенно неебабельна, Сержин фаллос отреагировал согласно природе, за какие-то секунды из висящего удава трансформировавшись в торчащий баклажан.

– Да это не хуй! Это ХУИЩЕ!!

И тут Серж содрогнулся, впервые услышав раскатистый дьявольский апокалиптический смех.

Несмотря на бездонность заросшей пещеры (как тут не вспомнить Платона!) могучий лингам вошёл меньше чем наполовину. Акт продлился минуты четыре, став первым полноценным сексуальным контактом Сержа.

Он приезжал к Лизе раз или два в неделю и они несколько минут сношались под аккомпанемент губинской «Лизы» (перед соитием она всенепременно включала на ноутбуке эту песню на непрерывном воспроизведении), а потом пили баклажечное «Жигулёвское», и Серж стоически выслушивал бурно пенящиеся потоки несусветной хуйни, извергаемой полупьяной или совершенно бухой вонючей волосатой тёткой.

Побудь со мной еще немного, Лиза,

Как жаль, что расставанья час уже так близок…

Час расставанья и действительно наступил быстро: Лизу скоропостижно накрыл климакс, бессмысленный и беспощадный, и она перестала общаться даже с душем. Серж первое время скучал по каркающему голосу и шерстистой лоханке, но потом смирился.

Помимо секса гипертрофированный пенис причинял Сержу и массу других неудобств, типа бытовых. Чего стоило одно то, что ему между ног приходилось повсюду таскать лишние полтора килограмма (1119 гр. член, 433 гр. тестикулы, взвесил на кухонных весах)!

В кого он пошёл такими габаритами, оставалось загадкой. Отец Сержа имел стандартный, 16сантиметровый; у деда, по его утверждению – примерно такой же. Мать говорила, что у её отца, которого она пару раз видела голым, и вовсе был крохотный; про своего деда она ничего не знала.

Прикрываясь рюкзаком, Серж отбежал от остановки и сел на газон, обхватив колени руками.

Блять! Блять!! Блять!!!

Приап, обтянутый эластичной тканью бриджей, долго не расслаблялся. Хорошо, что жарко, и он не надел трусы и джинсы – тогда неизвестно, чтобы ещё приключилось, член вполне мог покалечиться.

Серж направлялся на свидание: девушка из ВКонтакте позвала его к себе домой. Он открыл на смартфоне навигатор и побрёл по указанному маршруту. Вскоре залагал инэт. Серж заплутал и чудом нашёл нужную улицу и дом.

Дверь открыла высокая дама средних лет в белом банном халате.

– Простите, – сказал Серж. – Я, видимо, ошибся квартирой.

– Нет, нет! Вы же к Маше?

– Да.

– Проходите. Я её мама.

Ну и ну, подумал Серж. Весёленькое обещает быть свиданьице! Но это был не последний сюрприз – в комнате оказалось две девушки.

– Салют! – сказала одна. – Я Маша!

– А я Саша! – сказала другая. – Её подруга. Привет!

– Здравствуйте… – юноша слегка сконфузился. – Серж…

– Серж – это Сергей? – уточнила Саша.

– Разумеется, – сказал Серж и зачем-то добавил: – А Саша – это Александра?

– Разумеется, – хихикнула Саша.

Обе барышни были невзрачны и не накрашены. Маша оказалась гораздо хуже, чем выглядела на фотографии.

– Может быть, я что-то не так понял, – обратился к ней Серж. – Но у нас вроде как свидание, разве нет?

– Типа того.

– А что тогда здесь делает… Саша? Вы планируете секс втроём? Или как?

Саша захихикала.

– Или как. Я секс вообще не планировала, – сказала Маша. – Ни втроём, ни вдесятером. Ни вдвоём.

Серж плохо понимал, что происходит.

– Я вообще-то на твой писюн посмотреть пришла, – сказала Саша.

Ситуация начинала вырисовываться; Серж покраснел – отчасти от злости, отчасти от неловкости, отчасти от рухнувших надежд на половое общение.

– Это вообще нормально, по-вашему? – проговорил он сердито. – Я вообще-то трахаться сюда приехал!

Саша опять захихикала – видимо, она была очень смешливой.

– Я тебе ничего не обещала, – заметила Маша. – Ты написал, давай встретимся, я написала, давай. Так что давай, показывай своего богатыря.

Серж покраснел сильнее:

– Я вам клоун в цирке? Экспонат в анатомическом музее? Или стриптизёр?

– Тебе жалко, что ли? – обиженно произнесла Маша.

– Покажи, покажи! – заканючила Саша.

– Дадите если, покажу! – выпалил Серж и покраснел пуще прежнего.

– Покажи сначала, а там посмотрим, – сказала Маша.

– Ты фоты видела!

– Фотки не то. Надо вживую.

Серж подумал, что хуже уже не будет, и спустил бриджи ниже колен, а потом снял их и вовсе, оставшись в футболке и носках.

– Вау!.. – в один голос проговорили девушки.

Насчёт того, что хуже не будет, Серж ошибся, потому что дверь без стука открылась и в комнату вошла Машина мама.

– Ва-а-ау! – вторила она девкам.

Багровый Серж не знал, куда деваться от стыда.

– По-моему, вы совсем засмущали парня, – заметила мать. – Смотрите, он красный, как рак!

– Это он нас застыдил, – нагло сказала дочь. – Разделся, секса домогается.

– Это ложь!! – в отчаяньи выкрикнул Серж, обращаясь к родительнице. – Они сами попросили меня раздеться!

Стоять голым среди трёх одетых незнакомых баб – верх неловкости, неприличия и идиотизма! Серж проклинал всё на свете. Вдобавок, его орган непостижимым образом начал возбуждаться. У Сержа даже слёзы выступили на глазах.

– Дайте мне халат! – надсадно воскликнул он. – Или ещё что-нибудь!!

– Глядите, у него встаёт! – хихикнула Саша, захлопав в ладоши и доставая смартфон. – Можно с ним селфку сделать?

– Уйди на хуй! Убери телефон!!

Мать Маши решительно взяла его за руку и отвела в другую комнату. Закрыла дверь на щеколду, достала из шкафа халат – такой же, как на ней, только красный, и протянула его Сержу.

– Выпить хочешь? – спросила она.

– Да! – он поспешно запахнулся в халат.

Машина мама открыла бар в мебельной стенке, налила треть низкого барного бокала виски для гостя, и полбокала «Бейлиса» себе.

– Я Наталья. Наташа.

– Серж.

Он выпил одним духом, она сделала небольшой глоточек ликёра.

– Так что у вас там с девками вышло? – спросила Наталья.

– Я приехал к вашей дочери как бы на свидание. А с ней эта хихикающая Саша. Они попросили меня раздеться, и я сдуру согласился. Вот и всё.

– Да, Сашка девка придурковатая, – задумчиво протянула Наталья и сделала глоток побольше. – Потрахаться надеялся?

– Не без того…

– Машка тоже дурная. И девственница, насколько я знаю, – сказала Наталья. – А со мной не хочешь попробовать?

– Попробовать с вами что?.. – Серж опять начал краснеть.

– Можешь мне «ты» говорить, – она хлебнула ещё «Бейлиса». – Со мной потрахаться не хочешь?

Серж искоса взглянул на женщину. Какая, однако, раскрепощённая маман! Мать, на его вкус, была куда пригляднее дочери. Молодая ещё дамочка, и вообще хорошо сохранилась – видимо, тщательно следит за собой.

– Что, вот так просто? – неуверенно спросил Серж.