Triangulum

Владислав Баринов

Triangulum

О книге

Перед вами – не просто история о подростках, наделённых необычными способностями. Это тонкое, умное и удивительно тёплое повествование о том, как в самом обычном городе, среди привычного гула техники и тишины уличных фонарей, может скрываться целая вселенная. Вселенная, которая говорит. Шепчет. И просит о помощи.

Трое друзей – Алиса, Тим и Эд – случайно открывают дверь в этот мир. Их дар начинается с малого. Но очень скоро они понимают, что стали «Слушателями» в огромной, невидимой Сети, где бытовая техника обменивается новостями через провода, а уличное освещение хранит память города.

Автор мастерски балансирует на грани жанров: здесь есть и добрая научная фантастика, и детективная загадка, и глубоко личная история взросления. Герои не просто учатся управлять своей силой – они сталкиваются с этическими выборами: можно ли списать на тесте с помощью говорящего компьютера? Имеют ли право вмешиваться в жизнь города, став его «незримым голосом»?

Сердце романа – не в красивых спецэффектах, а в искренних отношениях между героями. Логик Тим, ищущий системный подход во всём, даже в магии. Чувствительный Эд, уставший быть «антенной» для техники. Отважная Алиса, которая первой решается действовать. Их дружба, проверенная странными обстоятельствами, становится тем самым «треугольником силы», который оказывается ключом ко всему.

А в центре сюжета – тихий городской сквер, который хотят снести. И именно его защита становится для героев экзаменом на зрелость, смекалку и человечность. Смогут ли они, используя свой странный дар, достучаться до сердец горожан и спасти не просто клочок зелени, а живой архив общих воспоминаний?

Эта книга – о том, что магия может скрываться в самом обыденном. О том, что технологии – не бездушный металл, а ещё одна форма жизни, которую мы просто разучились слышать. И, конечно, о том, что самое большое чудо – это не способность слышать голоса фонарей, а умение быть верным другом и не оставаться в стороне, когда кто-то или что-то кричит «SOS».

Роман затягивает с первых страниц, заставляя взглянуть на окружающий мир новыми, внимательными глазами. После него уже не захочется проходить мимо старого сквера или мигающего фонаря без лёгкой, щемящей мысли: а что, если и он что-то хочет сказать?

Глава 1

В каждом городе есть место, где встречаются друзья. У нас это – широкая, вытянутая площадь с фонтаном, из которого струи бьют прямо из земли, будто пробуждая что-то старое. С одного края – театр, куда обещаешь сходить «вот-вот», но чаще просто глазеешь на афиши, спеша мимо. Напротив – унылое административное здание, скучное, как домашнее задание. Лавочки, фонари, редкие деревья – всё как во многих городах. Иногда здесь устраивают ярмарки, иногда фестивали. Но сегодня вечером всё просто: шепот шагов, обрывки фраз, никто не играет на сцене, зато пахнет мокрой плиткой и сладкой ватой, да и сцены никакой уже нет.

Дружба Алисы, Тима и Эда началась задолго до этого вечера – в обычном дворе спального района, где в тени старых лип и тополей растворялись голоса детворы, лай собак и звуки автомобильной сигнализации. Именно здесь, среди качелей, скамеек и газонов, начиналось то, что потом стало по-настоящему важным для каждого из них. Возможно, это было что-то особенное. А может быть – это было просто детство.

Тим и Алиса знали тот двор с малых лет – знали каждый угол, каждую лужу и все тайные тропки между гаражами и кустами. Они привыкли к знакомым лицам на лестницах, к запаху нагретого солнцем асфальта и местным котам. А вот Эдик вместе с родителями появился позже и долго оставался для двора загадкой: таинственный мальчишка с рюкзаком, который был чуть ли не больше его самого. Эд редко засиживался на одном месте: всё разглядывал, задавал вопросы, иногда исчезал, чтобы потом вернуться с очередным «трофеем дня» – и каждый раз уверял, что его находка необыкновенна.

Долго они были просто знакомыми, здоровались на улице и встречались у булочной, но настоящая дружба началась в школе.

Однажды в театральном кружке затеяли большой спектакль, где им всем троим достались роли – не главные, но заметные. Совместные репетиции, поиски потерянного реквизита и смешные приколы с декорациями сблизили их сильнее, чем все годы соседства. После этого они стали проводить вместе всё больше времени: не расходились по домам сразу после уроков, а оставались во дворе, где каждый вносил свою «особую ноту» в общую песню дружбы.

Тим мог часами возиться с найденными во дворе деталями – старым пультом, разобранным фонариком, горсткой разноцветных проводков. Он будто собирал свой собственный мини-музей странных вещей, а потом удивлял друзей: то соберёт «детектор луж», который на самом деле только мигает лампочками, но не реагирует ни на какие лужи, то наскоро починит чей-то электронный будильник. Алиса лихо каталась на велосипеде, могла взобраться на любое дерево быстрее всех и первой предлагала новые игры. А Эд, казалось, умел слышать не только друзей, но и странные звуки, которые другие не слышали: то выключенное радио вдруг забормочет, то утюг прошипит что-то очень похожее на слова… Правда, об этом он пока предпочитал молчать. Но чаще всего он был самым обычным мальчишкой: запускал бумажные кораблики в лужах после дождя, придумывал новые правила для привычных игр и с азартом участвовал в гонках на самодельных «картах» с Алисой и Тимом.

А сейчас Алиса и Тим сидели на скамейке у самого фонтана и ждали Эда. Алиса, откинув голову, ловила руками редкие брызги, летящие по ветру. Её кроссовки нетерпеливо барабанили по плитке.

– Ну вот, опять! – она посмотрела на фитнес-браслет, который упрямо мигал, продолжая отсчитывать несуществующие шаги.

– Опять я забыла тебя отключить, – сказала она браслету. – Напомни, когда должен был прийти Эд? – обратилась она к Тиму.

Тим взглянул на свой телефон.

– Прошло ровно семнадцать минут после назначенного срока. Статистически вероятность его появления в ближайшие пять минут падает на…

– Тим, ну ты… справочник! – Алиса махнула в его сторону рукой. – Может, опять навигатор его подвёл? Помнишь, как в зоопарк мы ехали три часа вместо сорока минут?

– Да. И приехали на вокзал, – подумал про себя Тим, а вслух сказал: – Старый телефон. Даже не удивлюсь, если у него снова батарейка села. Надо ему новый подарить на День рождения.

В этот момент Эд как раз вышел из трамвая на другом конце города. Вокруг – незнакомые дома, угрюмый забор с облезлой краской, чужие люди, спешащие по своим делам.

– Ага, – вздохнул Эд, – или я устал за лето, или… город изменился. Ладно, попробуем без подсказок.

Он зашагал, вглядываясь в вывески. Вывески сообщали: «СВЕЖИЕ ПЫШКИ!», «ПИРОЖКИ С ВИШНЕЙ», «ШАУРМА – ДВА ПО ЦЕНЕ ОДНОЙ!». Живот предательски заурчал. Эд тихо спорил сам с собой – что важнее: спешить к друзьям или сначала перекусить? В конце концов решил: идти голодным – так себе идея, но и опаздывать – не вариант. Он вздохнул и ускорил шаг.

– Интересно, где его носит? Может, в какую-то дыру времени провалился? – Алиса нервно пощёлкала ногтем по фитнес-браслету.

– Вероятность провалиться в такую дыру крайне мала, – заметил Тим сухо и серьёзно. – Скорее всего, он просто…

И в этот момент словно из ниоткуда возник Эдик. Он был слегка взъерошен, футболка с невнятным космическим принтом съехала на бок, а в руке он зажал свой смартфон, зачем-то тряся им.

– Ребя-я-ят! – его голос перекрыл шум фонтана. – Я тут! Почти! Точнее, был рядом… но этот… чёртов навигатор опять меня подвёл!

Он подбежал запыхавшись и продемонстрировал безжизненный экран своего телефона. На тёмном стекле отражалось его расстроенное лицо.

– Видите? Полный кирпич! Сперва завис, потом карта поплыла, и всё – приехали. Я кружил, кружил, пока наконец-то не увидел вас.

Эд с надеждой нажал на кнопку питания. Телефон безмятежно молчал.

– Хотел фото с каникул показать, – грустно проговорил он и развёл руками.

– Остались только в голове. – Эд постучал себя по макушке и неуклюже плюхнулся на скамейку между ними, едва не сбив Тиму очки.

Алиса улыбнулась:

– Эх ты, космический странник! Ладно, главное – добрался.

Тим поправил очки и внимательно посмотрел на злополучный гаджет:

– Интересно, он опять перегрелся или просто глючит… Или… – он замолчал, словно высчитывая что-то в уме.

– Или он просто устал от моих приключений! – закончил за него Эд и сунул телефон в карман. – Ладно, чего сидим? Мы же на набережную собирались? Отлично! Я знаю прекрасную кафешку по дороге!

Алиса и Тим удивлённо переглянулись.

– Кафешка? – подняла бровь Алиса. – Ты же из дома ехал вроде, а уже голодный?

– Завтрак был сто лет назад! – Эд драматично потер живот. – И навигатор сожрал все мои силы. Идти голодным и болтать о чём-то хорошем – я отказываюсь!

Тим кивнул:

– Ну, если перекусим, ты точно не будешь ныть всю дорогу. Идёмте!

Они поднялись со скамейки и двинулись вдоль площади, растворяясь в потоках вечерних горожан. Смартфон Эда, бесполезным грузом лежащий в кармане, кажется, переживал собственную маленькую драму. Тогда ещё никто не знал, что даже у техники бывают неожиданные повороты судьбы.

Кафе «Бутерленд» уютно расположилось на углу двух улиц, подмигивая прохожим витриной с пирожками. Внутри пахло корицей, жареным хлебом и чем-то неуловимо домашним. Эд потянул друзей к столику у аквариума, в котором золотая рыбка лениво шевелила плавниками и совсем не интересовалась гостями заведения.

– Здесь делают лучшие тосты в городе! – заявил Эд, сбрасывая рюкзак. – В начале лета тут курьером подрабатывал: развозил заказы. Один раз даже мэру бутерброды возил с чёрной икрой.

Алиса прыснула со смеху:

– Если бы не довёз – до сих пор мыл бы полы в мэрии!

Тим удивился, но ничего не сказал – было неясно, то ли Эд шутит, то ли нет.

Он принялся изучать меню, взгляд зацепился за название кафе:

– «Бутерленд»… Кириллизация английского «Butterland». Фонетически почти точно, но орфографически… – он вздохнул, как будто привык мириться с несовершенством этого мира.

Подошла официантка.

– Нам три тоста с ветчиной и сыром, пожалуйста, – первым попросил Эд.

– Мне чай, – добавила Алиса.

– А нам два кофе, – сказал Тим, указывая на Эдика и себя.

– И да… Можно ещё омлет с ветчиной, – поспешно добавил Эд.

Официантка кивнула и удалилась. Алиса задумчиво смотрела на аквариум, Тим водил пальцем по краю чашки, Эд вертел телефон в руках, раз за разом нажимая на кнопку, надеясь оживить чёрный экран.

– Ну! Ну! Ну, пожалуйста! – мысленно подбадривал он свой мобильник.

Вдруг в дальнем углу что-то щёлкнуло. Всё кафе будто замерло на мгновение. Потом – хлопок, второй, третий: по стойке прокатилась дрожь, лампочка на потолке моргнула, раздался странный электрический треск.

Три тостера, как по команде, вспыхнули красными лампочками и задрожали. На секунду они замолкли, словно в нерешительности, а затем один за другим с глухим "тук-тук-тук" начали выбрасывать горячие тосты, будто мячики.

Первый тост с силой вылетел из аппарата и, не раздумывая, упал в тарелку к пенсионеру. Второй пролетел по стойке, сбил салфетницу. Другой – преодолев звуковой барьер, вылетел в окно, оставив за собой шлейф крошек и возглас “Ого!” от двух официантов.

Кто-то из гостей резко вскочил, кто-то ахнул, кто-то крепче обхватил чашку.

Алиса замерла в оцепенении. Её растерянный взгляд метался по залу – тостеры… официантка… аквариум… окно… снова тостеры… Эд… Эд! Он сидел, крепко уперев ладони в стол, взгляд был пустым, а губы что-то беззвучно повторяли и повторяли, будто заклинание.

И тут Алиса внезапно вспомнила. Одновременно пространство вокруг неё сжалось. Время застыло. Она ощутила, как проваливается в бездну – шум вихря закружил сознание, а прошлое и будущее слились в бесконечный туннель света и теней. Вспышка. И вот она на детской площадке, совсем ещё ребёнок. Рядом маленькие Тим и Эдик спорят о том, кто из них «круче».

Эдик с вызовом говорит Тиму:

– Я вот умею лазить по деревьям.

Тим, не отставая:

– А я могу подтягиваться на турнике целых десять раз!

Эдик усмехнулся и шёпотом заявил:

– А я вообще знаю, что твой пылесос думает.

Снова вспышка. Сцена будто смазалась и растворилась в воздухе. На её месте появилась новая картина – её комната, они втроём болтают о школе, о сериалах. Вдруг Эд говорит:

– Алиска, духовка уже сто раз пожаловалась, что двадцать раз нагрелась. Положи уже в неё пиццу.

И добавляет, словно оправдываясь:

– Ну да, я слышу технику. Я ж говорил.

Ещё одна вспышка… и воспоминания начали отдаляться. Реальность вместе с привычными звуками и мягким светом ламп вернулась.

В этот момент Эд поднял голову. Их взгляды на мгновение встретились.

В голове Алисы мелькнула ясная мысль:

«Точно, он не врал…»

Алиса машинально вскочила со своего места.

– Внимание! Магнитная буря! – выкрикнула она. – По телеку предупреждали! Вспышки на Солнце! Техника сходит с ума! Смотрите! – она указала на лампу, которая действительно моргнула раз-другой для убедительности.

Эд вздрогнул всем телом, крепко прижал пальцы к вискам. Сердце бешено колотилось. «Это опять…? Опять…? Но почему они… ожили?!» – пронеслось в голове. Он боялся пошевелиться. Всё вокруг стало очень резким – шум, свет, даже запах кофе.

– ГОТОВО! ГОТОВО! ГОТОВО! ВЫНИМАЙ! – слышал Эд так, словно кто-то и шептал, и кричал одновременно из каждого угла кафе.

Он чувствовал, как дрожат пальцы, а гул в ушах перекрывал все остальные звуки. Сердце продолжало бешено стучать. Он почти выкрикнул:

– Хватит! Ну не сейчас! Пожалуйста! Успокойтесь все!

Его пальцы прошило еле заметное покалывание, экран смартфона на мгновение вспыхнул короткой синей полоской – и только тогда в всё стихло.

– Спокойствие! – наконец выдохнул администратор. – Всё под контролем… технический сбой! Просто перегрев…

И в этот момент последний тост, вылетев откуда-то из-за угла, перевернулся в воздухе и шлёпнулся рядом с администратором.

Повисла пауза. Даже рыбка в аквариуме, казалось, замерла.

Бледный администратор пробормотал:

– Ваши тосты… улетели, – проговорил он, явно не понимая смысла собственных слов. – Омлет будет чуть позже…

Потом, словно очнувшись, уже увереннее проговорил:

– Простите. Хотите другие, с грибами и сыром? Они уже готовы, – он протянул бумажный пакет с тостами. – Если что-то не так – можем предложить другой столик, например, у окна, – и он указал рукой на тот самый стол, через которое мгновение назад вылетел тост. Администратор поморгал, понял, что это неудачная идея, и замолчал.

Эд очнулся от оцепенения и, стряхивая крошки с одежды, в растерянности посмотрел на друзей.

Алиса оглядела ребят и прошептала:

– Нам, наверное, пора. Второй тост в окно – это уже будет перебор.

Эд встал, взял пакет с тостами и направился к выходу.

Когда они уже выходили, им навстречу неспешно подошла официантка с подносом, на котором она несла только что приготовленный омлет. По её спокойному лицу было ясно: она ничего не знала о произошедшем в зале.

– Вы не дождались омлета? – спросила она вежливо.

– Ага, а омлет не улетел, – непонятно для неё прокомментировал Эд.

И чуть громче добавил:

– Да, есть мне что-то перехотелось. – он сунул телефон в карман и, напоследок окинув взглядом заведение, быстро вышел вслед за остальными.

На улице было прохладнее, чем в кафе, и дышать сразу стало легче. Они стояли, прислушиваясь к своим мыслям и к отголоскам только что пережитого.

Эд достал теплый тост из пакета, а затем внезапно подбросил его вверх:

– Зато бутерброды клёво летали! Как самолётики! – попытался пошутить Эд.

Алиса поправила рюкзак и взглянула на него с интересом:

– Ничего не хочешь сказать? Так было раньше? Или это впервые?

Эд пожал плечами:

– Не знаю, обычно не так. Так не было. И это странно.

Тим молчал и смотрел куда-то в сторону, словно стараясь спрятать свои мысли.

Эд перевёл взгляд на Тима и тихо добавил:

– Сегодня не будем об этом. Лучше давайте прогуляемся. – и направился в сторону набережной.

Через мгновение Алиса поспешила за ним. В этот момент Тим аккуратно взял её за локоть, наклонился и прошептал:

– Я… слышал. Тостеры. Они говорили: «Готово! Вынимай!». – его голос немного дрожал.

– «Готово… вынимай…?» – спросила она шёпотом, словно пробуя эти слова на вкус.

Алиса замерла, глядя на Тима. Потом оглянулась на кафе, затем кивнула в сторону уходящего Эда, словно спрашивая: скажем ему?

Тим покачал головой, посмотрел на Алису и сказал:

– Лучше не сегодня. Не сейчас. – И, не дожидаясь ответа, поспешил за Эдом.

Алиса на мгновение задержалась. Потом улыбнулась про себя с лёгкой иронией: «Ну конечно, и этот туда же – «не сегодня», – и поспешила догонять друзей.

Набережная была совсем близко.

Они шли по вечернему городу. Витрины уже зажглись мягким светом, а где-то над домами лениво летали птицы. Воздух был прозрачный, в нём ещё чувствовалось лето, но по тротуарам уже скользила лёгкая осенняя прохлада.

Мимо проехал троллейбус, и на табло замигала электронная надпись: “Осторожно!” – они переглянулись.

– Н-да, – многозначительно сказал Тим.

– Согласитесь, мы заслужили что-нибудь вкусное, – сказал Эд, стараясь немного разрядить обстановку.

– Это точно, – согласилась Алиса, первой заметив тележку с мороженым у входа в сквер.

Они подошли. За стеклом лежали десятки шариков всех цветов и вкусов: фисташковое, клубничное, шоколадное, мятное – и какие-то ещё, о которых они могли только догадываться.

– Мне шоколадное, пожалуйста, – заказал Тим.

– А мне – клубничное и в вафельном стаканчике, – попросила Алиса.

– А мне… – Эд задумался, глядя на витрину, – …пожалуйста, вот то – самое необычное! Хотя бы узнаю, что это.

Продавец протянул каждому мороженое – и внезапно подмигнул Эду:

– Только аккуратнее, чтобы не улетело.

Эд удивлённо поднял глаза на продавца. На мгновение он задумался – то ли продавец что-то знает, то ли это была просто случайная шутка. Остальные, кажется, даже не услышали этой странной фразы, занятые разговором между собой.

Они пошли дальше. Несколько минут шли молча, каждый в своих мыслях. Эд машинально облизывал мороженое. Иногда стараясь поддерживать разговор – кивал, вставлял короткие “угу”, но почти не слушал, о чём говорят друзья. Тим тоже время от времени хмурил лоб, словно боялся вновь услышать тот странный «шёпот». Ему тоже было немного не по себе.

И тут вдруг мимо них с диким свистом пронёсся кто-то на самокате и едва не сбил Эда с тротуара. Эд отступил, мороженое чуть не выпало из рук.

– Всё, хватит на сегодня приключений! – Сказал Тим.

Все засмеялись. И тревожные мысли незаметно растворились, уступая место прежнему настроению. На волне этого смеха снова вернулись их обычные разговоры: теперь они спорили, чей вкус мороженого самый “летний”, и вспоминали, в каком дворе летом прятались от грозы.

– Помните тот дождь? – спросила Алиса. – Когда за пару минут залило весь двор, и даже лавочки поплыли.

– Конечно! Я вымок до нитки и ещё умудрился потерять кроссовок, – пожаловался Эд.

– Да, мы прятались на детской площадке у “корабля”, ели арбуз и смотрели, как сказочно блестят лужи, – вспомнил Тим.

– Знаете, – сказала Алиса, – и всё-таки лето – это маленькая жизнь.

Фонари в сквере загорались один за другим, словно отсчитывая дни уходящего лета. Где-то играли уличные музыканты, возле дорожки кто-то запускал мыльные пузыри – они вспыхивали в лучах заката и тихо лопались, ложась на траву.

– А ещё этим летом мы устраивали челлендж “день без телефонов”? – напомнил Эд.

– Как не помнить, – улыбнулся Тим, – ты продержался ровно час, а потом попросил Алису проверить, сколько лайков набрала твоя новая фотка.

Алиса засмеялась:

– Ага, тогда мы ещё набрели на тот заброшенный дворик.

– Да, это было почти приключение! – тоже улыбнулся Эд.

Их разговор периодически стихал – каждый наслаждался вечерним городом по-своему. Тим смотрел на узорные тени от деревьев, Алиса слушала, как где-то гремят трамваи и шумят деревья, а Эд просто ловил каждое мгновение этого вечера.

– А ещё каждый день – это немного чудо, – неожиданно сказала Алиса, глядя на своё мороженое.

– Ну, если считать сегодняшние тосты за чудо, то да, – проговорил Эд.

Они вышли на набережную. Захотелось остановиться и просто смотреть: как в реке отражаются фонари и как исчезают в небе последние отблески заката. Они замолчали и просто стояли, чувствуя, как шум города становится фоном их маленьких приключений.

– Смотри, – сказал Тим, указывая на знаменитую надпись, – счастье не за горами!

Эд усмехнулся:

– Ага! Оно в летающих бутербродах.

Алиса улыбнулась и добавила:

– Нет, оно в мелочах.

Они переглянулись – и, не сговариваясь, все трое сели на край набережной, свесив ноги к воде. Никто не говорил ни слова – просто смотрели, как плывут отражения городских огней. В такие вечера счастье казалось совсем простым и почти бесшумным. Никому не хотелось уходить. В этот вечер, посреди большого города, они вдруг почувствовали, что быть вместе – это и есть главное счастье, даже если впереди непонятное, шумное и немного загадочное завтра. Ведь «завтра» всегда другое.

Глава 2

Над городом медленно вставало солнце, пробиваясь сквозь тонкие занавески окон. Утро последних дней августа выдалось мягким, словно лето решило передохнуть перед прощальным поклоном. На подоконнике еще лежали капли дождя, напоминавшие о ночной грозе. Слышался лай собак, задорный чирикающий спор воробьев, едва заметный гул транспорта и редкие шаги прохожих.

Тим проснулся задолго до будильника, который постепенно начинал напоминать о себе тихим мелодичным сигналом. Он потянулся, ощущая лёгкую усталость после вчерашнего вечера. Вставать пока не хотелось. Но воспоминания о том, что случилось накануне, медленно и уверенно возвращались. – «ГОТОВО! ГОТОВО!» – зазвучали слова в голове. Картина летающих тостов яркими, отчётливыми штрихами рисовалась в сознании.

В дверь его комнаты постучала мама:

– Проснулся? Вставай, – произнесла она с легкой настойчивостью. – И иди завтракать.

Он протер глаза и сонно кивнул:

– Скоро встану.

Тим встал и подошёл к окну. Мысли путались: вчерашний вечер – летающие тосты, шепот техники, его признание Алисе – всё это навалилось тяжёлым, нелогичным грузом. «ГОТОВО! ГОТОВО!» – эхом продолжало отдаваться в памяти.

Он ещё толком не понимал, что с этим делать. Но одно казалось ясным – сначала стоит попытаться поговорить с Алисой. Сперва только с ней. Так будет проще, легче. А разговор с Эдом – уже позже, когда станет чуть понятнее. Если, конечно, станет.

Тим набрал ей сообщение и теперь ждал ответа.

– Кстати, ты не забыл, что вечером у нас гости? – услышал он мамин голос из кухни.

– Помню. Помню, – ответил он вслух, а про себя подумал, что меньше всего ему сегодня хочется видеть каких бы то ни было гостей.

Из кухни доносился приятный запах яичницы с помидорами. Спокойствие и тепло этих простых моментов немного отодвигали тревогу в уголок.

– Как классно пахнет, – сказал он, заходя на кухню.

– Ты сегодня добрый или только притворяешься? – с улыбкой спросила мама.

– Как всегда – притворяюсь, – улыбнулся Тим, усаживаясь за стол.

– Вечером к нам придут папины друзья. Дядя Миша, дядя Серёжа… ну, ты их помнишь, – сказала мама, наливая себе кофе.

– А, да. Конечно, помню, – отозвался Тим, машинально поправляя очки. – дочери дяди Миши я в прошлом году делал проект по биологии. Про миграцию птиц. В смысле помогал делать.

– Вот-вот. Так что давай комнату свою прибери, – мама улыбнулась уголками губ, словно заранее зная, что он скажет.

– Но там и так всё в порядке! – запротестовал Тим, но тут же осёкся под её взглядом. – Ну хорошо, я хотя бы книги разложу… снова.

Он вздохнул театрально, будто принимая на себя непосильное бремя ответственности: – Ладно, договорились. Уберусь перед тем, как уйду.

– Куда убегаешь? – спросила мама уже мягче.

– С Алиской встретимся, – ответил Тим.

Позавтракав, Тим вернулся к себе и, вспомнив обещание маме, не спеша оглядел свою комнату: книги стояли ровными рядами по темам и авторам (фантастика отдельно, детективы отдельно), модели спутников и старые пульты аккуратно пылились на полках, блокноты с наблюдениями лежали стопкой в углу стола. Даже носки были аккуратно свернуты и убраны в ящик шкафа. Мамино «навести порядок» было скорее ритуалом, способом приобщить к домашним делам.