СМЕРТЬ В ОКЕАНЕ 2

– Элис! —крик, полный безысходности и агонии, вырвался из его груди, разрывая ткань сна в клочья.

В ответ – едва слышный шёпот, дуновение ветра из другого мира:

– Папа… спаси меня!

Её тело медленно падало во мрак бездны, а он… он лишь мог бессильно наблюдать, как она исчезает во тьме, пока его не обступили тени…

Женский голос в его голове прозвучал холодно и отстранённо:

– Тебе не спасти её – она принадлежит нам… она принадлежит Рахиму.

Неведомая сила придавила его к земле и в этот момент тени вокруг него стали плотнее, их хохот превратился в пронзительный визг.

– Нет! – прорычал он, стиснув зубы. – Она моя дочь! Я не позволю забрать её!

– Ты не знаешь, с чем связался… – прошипел один из призраков, выступая вперёд. – Она уже наша. Её душа принадлежит нам.

Внезапно воздух вокруг него задрожал, тени отпрянули, обожжённые невидимым пламенем. В его груди разгорался огонь – древний, первобытный, неподвластный тьме, а в ушах стоял издевательский хохот, раздирая остатки воли.

Стив, сдирая с пальцев кожу, вцепился в острые камни, будто они были его последним шансом на спасение. Он должен встать и броситься в пропасть за ней – своей дочерью! Но призраки хватались за его одежду, за руки, пытаясь оттащить от края бездны.

Стив чувствовал, как холод проникает в его тело, как силы покидают его, но отчаянный крик дочери где-то внизу придавал ему новые силы. Он боролся с этими потусторонними существами, которые, казалось, были порождением его собственного страха и бессилия.

В тот момент, когда борьба между реальностью и кошмаром достигла своего апогея, он почувствовал, как что—то тёплое и светлое коснулось его сознания – слабый отголосок надежды, последняя искра веры, которая могла изменить всё.

Голос… такой знакомый и родной:

– Стив, остановись…

Он увидел её – женщину с фотографии… Цель, которую Фархад приказал уничтожить. Её лицо, казалось, излучало мягкий свет в темноте, но в глазах читалась такая боль, что у Стива перехватило дыхание…

Ночь прошла в мучительном кошмаре. Едва первые лучи рассвета коснулись горизонта, Блэк вскочил с постели и сразу устремился к кофейному автомату. Три чашки крепкого кофе – и он был готов к новому дню. Одевшись, он вышел наружу.

Несмотря на ранний час, солнце уже нещадно палило. Его первые лучи заливали ярким светом обширное поместье Фархада, скрытое за витой оградой из кованого железа, что создавала ощущение приватности и безопасности – настоящая крепость роскоши, достойная влиятельного олигарха.

Вдоль извилистых аллей гордо высились стройные пальмы. Газоны, безупречно ровные и ухоженные, источали пьянящий аромат свежести, а между ними, как драгоценные камни, сверкали россыпи цветущих кустов, разбросанных по всей территории. По саду то и дело сновали садовники, напоминая трудолюбивых эльфов – они стригли, поливали и подрезали растения. У морского причала величественно покачивалась белоснежная яхта «Al Safir» – гордость хозяина, которую нежно ласкал утренний бриз.

Но Блэк, казалось, не замечал всего этого великолепия – его взгляд изучал систему безопасности комплекса. Он оценивал расположение камер, датчиков движения – всё то, что обычный человек пропустил бы мимо внимания. Сам того не осознавая, он уже составлял в голове план побега на непредвиденный случай, ощущая себя пленником Фархада.

Он по достоинству оценил все технические ухищрения: имение представляло настоящую крепость, защищённую многоуровневой системой безопасности с избытком заполненную охраной. Витая ограда, окружавшая территорию, была буквально нашпигована современными датчиками движения и тепловизорами. Каждое движение фиксировалось камерами видеонаблюдения. А в ночное время территория утопала в ярком свете мощных прожекторов, установленных на крыше особняка.

Здание имело продуманную планировку с чётким разделением зон. Подземные этажи вмещали в себя прекрасно оборудованный фитнес—центр и профессиональный тир. На первом этаже раскинулся величественный холл. Стены украшали старинные полотна. Высокий сводчатый потолок усиливал любые звуки, разнося их по всему помещению и делая приватные разговоры практически невозможными.

Второй этаж представлял собой гостевой сектор, оборудованный всем необходимым для досуга: просторными залами для отдыха, бильярдной и несколькими уютными террасами с панорамным видом.

Третьим этажом безраздельно властвовал Фархад. Его кабинет был крепостью внутри крепости. Массивные стены, звукоизоляция, бронированные окна – всё говорило о том, что хозяин серьёзно относится к вопросам безопасности.

Дверь в его кабинет была оснащена биометрическим замком с распознаванием отпечатков. «Волкодавы» в черных костюмах с наушниками неусыпно несли вахту, готовые в любой момент отразить малейшую угрозу. Каждый из них прошёл жёсткий отбор и специальную подготовку.

По коридорам третьего этажа ходили только те, кому было позволено – доверенные лица Фархада, проверенные временем и обстоятельствами. Здесь царила особая атмосфера – атмосфера власти, силы и непререкаемого авторитета.

Фархад редко покидал свои владения без особой на то необходимости, но, если она возникала, он мог исчезнуть в любой момент – в помещении имелись тайные ходы, о которых знали лишь единицы. Имелись и две вертолётные площадки – запасной маршрут для экстренного побега, расположенные на крыше здания и во дворе виллы.

Весь дом функционировал как единый организм под управлением интеллектуальной системы, которая управляла всеми процессами, автоматически включая и выключая системы жизнеобеспечения.

Но главная жемчужина всей этой коллекции – гордость Фархада, располагалась не здесь. В самом сердце поместья, подобно бриллианту в ювелирной коллекции, расположился главный шедевр – бассейн, достойный самых роскошных владений, каждая деталь которого кричала о безупречном вкусе и безграничном богатстве его владельца.

Все взоры невольно устремлялись к его бездонным лазурным глубинам, где, играя солнечными лучами, сияла изысканная мозаика в стиле древнеримских мастеров, украшенная легендарным логотипом «Versace».

Центральным шедевром композиции выступал монументальный барельеф Медузы Горгоны – настолько правдоподобный, что каждый невольно отшатывался, словно опасаясь каменного взгляда мифического создания. А когда в игру вступала гидросистема бассейна, создавалось впечатление, будто змеи на голове чудовища оживали в причудливом танце.

Но истинное волшебство начиналось с наступлением темноты. Тогда глаза Медузы загорались рубиновым огнём, будто бы наполняясь жизнью. Они мерцали таинственно и маняще, погружая пространство в атмосферу древнего проклятия, от которого веяло дыханием древнего мифа.

В тёмное время суток бассейн превращался в портал в иное измерение: стены и дно озарялись неоновым светом, имитируя северное сияние. Этот водный храм предназначался для избранных, самых искушённых гостей, устраивавших здесь незабываемые вечеринки. А после их ухода, команда уборщиков проводила очередную дезинфекцию, вылавливая одежду красоток длинными сачками.

Блэк равнодушно скользил взглядом по изысканным интерьерам. Хрустальный замок, которого он не помнил, заказные убийства и его собственное участие в них – всё это не складывалось в единую картину, в центре которой был Фархад, которого, кстати, он тоже не помнил.

Он не чувствовал себя хладнокровным убийцей. Да и зачем ему убивать? Ключом к разгадке был вопрос – кто он на самом деле?

Блэк заперся в своих покоях и тяжело опустился в потёртое кожаное кресло. Его пальцы коснулись фотографии, лежавшей на полированной поверхности стола. Лицо на снимке казалось одновременно чужим и знакомым, он вернул снимок на место и достал папку с делом первой жертвы.

Прокурор производил впечатление безупречного государственного служащего: статная фигура, решительный взгляд, безукоризненная репутация. Но Блэк знал – грязь всегда можно найти, даже в самых прозрачных историях всегда найдётся тёмный уголок. Он не верил в абсолютную чистоту.

Он вновь погрузился в изучение досье, и его взгляд зацепился за строки с координатами и временем встречи. Он достал телефон и запустил приложение «Google Maps». Введя координаты, Блэк внимательно изучил возникшую на экране точку. Обычная автозаправка на окраине города – место, где каждый день останавливаются десятки людей, идеальное прикрытие для тайной встречи.

Его профессиональный взгляд быстро оценил местность: расположение камер, возможные пути отхода, ближайшие полицейские посты. Блэк мысленно прочертил маршруты эвакуации, просчитывая каждый возможный вариант развития событий.

Заправка – далеко не лучшее место для расправы. Слишком много глаз: камеры наблюдения, случайные свидетели, персонал. Да и сам автомобиль с телом внутри – лишь вопрос времени, когда его обнаружат. Максимум через пару дней Блэк окажется в полицейском участке, в наручниках.

Фархад настаивал на несчастном случае – что ж, он его получит. Блэк устроит ему именно такой «случай», но не здесь, не на заправке.

На рассвете третьего дня Блэк опустился на сиденье старого неприметного «Ford Fusion» – одной из тысяч таких же машин, ежедневно теряющихся в городском потоке.

В этот раз он оставил свой обычный арсенал вооружения. Его пальцы уверенно обхватили руль, двигатель мягко завёлся и автомобиль бесшумно тронулся. Соблюдая все правила дорожного движения, машина взяла курс к месту встречи с прокурором.

В салоне стояла тишина, нарушаемая едва заметным гулом мотора и шуршанием шин по асфальту. Блэка было не узнать: густая борода с усами и тёмные очки скрывали от посторонних глаз его лицо, а шляпа рейнджера и номера штата Техас на его машине говорили о том, что дорога была длинной.

Стояла невыносимая жара – асфальт плавился и Блэк, включив кондиционер, наслаждался прохладой, лениво разменивая милю за милей. Наконец, проехав нужное расстояние от города, он свернул с дороги и взяв в руки бинокль стал ожидать…

Ричард тем временем мчался по прибрежной полосе шоссе. Погруженный в мысли о предстоящей встрече с Фархадом, он прогонял в голове возможные сценарии из разговора, и каждый раз приходил к неутешительному выводу – дело дрянь. Что бы он ни делал – ему не изменить новый порядок.

Изнуряющая жара настойчиво требовала включить кондиционер, однако Ричард предпочитал опущенные стекла окон. Прохладный ветер нежно ласкал его лицо, унося прочь тревоги и наполняя душу надеждой.

«Мир не так уж плох…» – подумал он, – «Нужно лишь отыскать в нём своё место». Он был тем редким счастливчиком, которому улыбнулась удача – он его нашел, но вот сможет ли он его удержать – этого Ричард не знал.

Внезапно – мир вокруг взорвался ослепительной вспышкой. Мощный удар швырнул машину в безумный круговорот. Автомобиль, словно игрушка, слетел с дороги и устремился вниз, прямо в объятия бушующего океана.

Голова Ричарда с силой ударилась о стойку. Сознание померкло… Подушки безопасности сработав – раскрылись, намертво зафиксировав его беспомощное тело. Сквозь открытое окно солёная вода тут же хлынула в салон, жадно поглощая последние пузырьки воздуха. Машина медленно погружалась во тьму, унося с собой Ричарда и его проблемы…

В нескольких метрах от места трагедии остановился все тот же «Ford Fusion». Блэк неторопливо вышел из машины и осмотрелся по сторонам. Убедившись, что свидетелей нет, он приблизился к краю обрыва.

Подсознательный расчёт, подсказал ему идеальное место для удара: правый угол бампера – словно мишень на полигоне. Именно здесь, в этой уязвимой точке, сила удара, заставит машину потерять сцепление с асфальтом.

Двигатель взревел, отзываясь на нажатие педали. Металл встретился с металлом – глухой, точный удар…

Неугомонный ветер трепал полы его куртки, а в глазах читалось удовлетворение. Волны внизу продолжали свой беспечный, хаотичный танец, стремясь скрыть следы трагедии. Блэк стоял неподвижно, глядя на них, будто наслаждался моментом. Наконец, отвернувшись, он поправил ворот куртки и направился к своей машине.

Он завёл двигатель, вжимая акселератор в пол. Мотор взревел, унося машину с места аварии. Через десяток километров он притормозил у похожего обрыва. Выйдя, он влажной салфеткой, обтёр все места, которых касался. Окинув дорогу взглядом, он снова завёл двигатель. Включив вторую передачу, он до упора вдавил педаль газа. Автомобиль, послушно рванулся вперёд и, перелетев через край обрыва, исчез в воде. Сжигать машину было глупо – дым от пожара мгновенно привлёк бы внимание. А так… пусть покоится на дне – шансы, что её когда-нибудь найдут, были ничтожно малы.

Он замер у обрыва, наблюдая за тем, как исчезают последние следы на воде. Не теряя времени, Блэк направился к заправке, чей силуэт вырисовывался вдали. Там, в самом конце автостоянки, его ждал запасной автомобиль.

Блэк вернулся на виллу, проделав обратный путь по знакомому маршруту. В своей комнате он подошёл к столу, на котором в строгом порядке лежали фотографии его целей. Пальцы машинально нащупали зажигалку, лежавшую рядом со снимками. Выбрав ту, что хранила образ Ричарда, он поднёс к ней пламя. Бумага мгновенно вспыхнула, озарив полумрак комнаты танцующими огненными языками.

Блэк заворожённо смотрел за тем, как огонь пожирает изображение. Когда от фотографии остались лишь тлеющие фрагменты, он смахнул пепел на пол. Тот, едва коснувшись ковра, рассыпался в пыль. Его взгляд упал на следующий снимок.

На него смотрело невозмутимое лицо Брайна Мерфи, директора отдела УНР, но в этот раз, Блэк лишь перевернул фотографию лицевой стороной вниз, откладывая решение.

Глава 8 Тайный союз: клятвы в темноте.

– Ты одна такая ненормальная?

– Неё, у меня ещё подруга есть…

С того рокового дня, когда жизнь Кэтрин едва не оборвалась от рук наёмных убийц, Николь не знала покоя. Тревога за жизнь подруги не отпускала её, держа в постоянном напряжении. Сейчас, сидя у окна и наблюдая за беззаботно парящими в небе птицами, она остро ощущала собственную беспомощность. Как же ей хотелось обрести их свободу – расправить крылья и умчаться прочь от всего этого кошмара, оставить позади бесконечную череду забот и тревог.

Глубокий вздох вырвался из груди, когда она потянулась за телефоном. Пальцы сами набрали знакомый номер. В комнате всё ещё витал нежный аромат пионов – подарок от Мерфи, свидетельство того, что где—то там, в другой жизни, существовали радость и счастье. Теперь они казались недостижимыми миражами в пустыне.

– Николь, привет! Ты в порядке? – встревоженный голос подруги раздался в трубке.

– Привет, Кэт… Все нормально, а как там Элис? Я волнуюсь за неё. Обещай, что не отпустишь её одну никуда!

– Обещаю, – мягко ответила Кэтрин. – Не переживай, лучше сосредоточься на своём выздоровлении. Мы с Элис заглянем к тебе вечером, и я принесу твоё любимое манго.

Лёгкая тень улыбки тронула губы Николь.

– Кэтрин… всё ужасно… Настолько ужасно, что мне нужна твоя помощь. Приезжай, пожалуйста.

– Что случилось? Николь, объясни! – в голосе Кэтрин звучала неподдельная тревога.

Но телефон уже молчал. Не теряя ни секунды, она бросилась к машине.

Дорога до больницы показалась бесконечной: красные огни светофора, пробки, заснувшие водители… Наконец, впереди показались знакомые очертания больницы.

– Кэтрин, у меня был Мерфи, – выпалила Николь, как только подруга переступила порог палаты.

– Мерфи? Ну и что в этом такого? – Кэтрин окинула взглядом помещение, заметив роскошный букет пионов на столике. – Это от него?

– Да при чём тут цветы?! – Николь резко села на кровати, её глаза сверкнули от волнения. – Мерфи приходил не просто так!

Кэтрин наконец—то обратила внимание на подругу.

– Ладно—ладно, не кипятись. Рассказывай.

– Я ему и рассказала, – Николь опустила голову, теребя край одеяла.

– Что именно? – в голосе Кэтрин зазвучала тревога.

– Всё, – Николь с трудом сглотнула, её голос предательски дрогнул. – Кроме…ну, ты поняла – Элис не впутываем.

Кэтрин вдохнула аромат пионов и опустилась на стул, пристально изучая лицо подруги.

– Что еще я не знаю?

– Кэтрин, прости…

– Ничего, – произнесла она примирительным тоном, – я ему тоже… всё рассказала.

Николь резко подняла голову, её глаза расширились от удивления.

– Ты? Ему? Всё рассказала?! Я ушам не верю…

Кэтрин кивнула, доставая из пакета спелое манго.

– Ну да… Как и ты, все – кроме Элис. Вот, держи, – она протянула фрукт подруге. – Свежий, из Таиланда, сорт «Кат Чу». Один из самых нежных и ароматных видов манго, абсолютно без волокон.  Хочешь, почищу?

Николь взяла манго, но её мысли, казалось, были далеко. Она всё ещё не могла поверить в услышанное. Две подруги, две тайны и один человек, которому они обе открылись… Что теперь будет?

– Потом… Лучше расскажи, как у вас с ним всё прошло, – осторожно попросила Николь, готовясь к самому худшему сценарию.

– Ты не поверишь… – Кэт начала свой рассказ, с трудом сдерживая эмоции.

Она поведала ей о встрече с Мерфи с самого начала. Рассказала о своих сомнениях и страхах, о том, на сколько он был убедительным и когда закончила, Николь не выдержала:

– Ну ты даешь подруга… А почему ты не сказала мне про стрельбу?

– Тебе этого мало? – удивилась та.

– Кэтрин! – укоризненно произнесла Николь.

– Ладно, слушай… Я ведь почти убедила Мэйсона, и, честное слово, он уже был готов сделать мне предложение. Он был такой милый, такой внимательный и заботливый… А потом появились эти… ковбои на своей идиотской машине!

Николь подалась вперёд, ловя каждое слово.

– И что же? – не выдержала она.

Кэтрин вздохнула.

– Он пошёл за мороженым…

Николь недоверчиво подняла бровь.

– Кэтрин!

– Ладно! – развела руками собеседница. – Они начали стрелять в него, а я смотрю – он бежит, но без мороженого… кто же знал, что там за ним очередь. Вот и вся история.

– И это всё? – недоверчиво переспросила Николь. – А я слышала иную версию.

– Да брось…

– Говорят, стреляли в девушку, которая лежала, зарывшись в песке, а её парень едва не перестрелял всех, кто был рядом. Нападавшие скрылись, но, Кэтрин… Ты хоть представляешь, что могло произойти? Это в новостях – весь город про это знает!

Кэтрин не знала, что сказать. Николь на мгновение задумалась, её взгляд стал серьёзным.

– Ты ведь понимаешь, что завтра они могут подготовиться, и тогда ни Мейсон ни …– её осенила внезапная догадка. – А если бы Элис была с тобой рядом?

– Николь, хватит. Ты только наводишь панику.

– Ну конечно у тебя же всегда есть план… – покачала головой Николь и тут же с сомнением добавила. – У тебя ведь есть план? Как ты собираешься действовать дальше?

Кэтрин на секунду замешкалась, но быстро взяла себя в руки:

– План… Конечно есть – найду их и сделаю всё как надо!

Николь снова покачала головой:

– Отличный план подруга…

В дом Кэтрин они вернулись уже вдвоём. Николь, не скрывая эмоций, бросилась обнимать оцепеневшую от неожиданности дочь. Элис, впрочем, как и сама Николь, всё ещё не могла осознать, что они действительно сбежали из больницы.

Кэтрин, внимательно осмотрев комнаты и окна, поняла: необходимо срочно принять меры безопасности. Теперь под каждой подушкой лежал заряженный пистолет, а в руке она постоянно держала телефон, чтобы в любой момент связаться с Мэйсоном или ФБР.

Когда наступила ночь, она плотно задёрнула шторы на всех окнах и выйдя во двор набрала номер Мэйсона.

– Мэйсон, спишь? – спросила она шёпотом боясь разбудить Элис.

– Кэт? Что случилось?

– Дело есть, приезжай…– прошептала она. – Я соскучилась…

Глава 9 «Вторая мишень: игра без правил».

«Цель не обязательно должна достигаться. Порой это просто направление двигаться дальше»

Брюс Ли.

Блэк выбрал идеальную позицию для ликвидации второй цели – Мерфи. Неброский отель, притаился в тени здания, где располагался отдел УНР.

Войдя в номер, он аккуратно положил пластиковый кейс на кровать. Достав из сумки бинокль, он навёл его на здание и стал просматривать этаж за этажом, пока не нашёл нужный. Затем он осмотрел все окна на этаже и наконец нашёл то, что искал. Мерфи, погружённый в партию, даже не подозревал, что сам стал фигурой на чьей-то невидимой шахматной доске.

Наблюдая за ним через оптику, Блэк ощущал странное дежавю. Всё это – линии здания, очертания кабинета, даже стол, за которым расположился Мерфи – казалось до боли знакомым. Словно кадры из полузабытого сна, фрагменты прошлого пытались пробиться сквозь пелену настоящего, намекая на какую-то важную связь, которую он пока не мог уловить.

Блэк убрал бинокль в сумку и открыл кейс. Движения его были неторопливыми и почти бережными, когда он извлекал части снайперской винтовки. Разложив детали в строгом порядке, он приступил к сборке.

Его пальцы привычно скользили по металлическим поверхностям, собирая винтовку почти автоматически. Каждый элемент вставал на место с характерным, знакомым щелчком. Никаких лишних движений – годы тренировок выработали в нём безупречную точность даже в деталях.

Части снайперской винтовки M2010 ложились в руки как родные. Ствольная коробка из алюминиевого сплава, регулируемый приклад, оптическая система Leupold Mark 4 – всё это было знакомо до мельчайших подробностей.

Он проверил ход затвора, убедился в плавности хода механизма и аккуратно установил быстросъёмный глушитель.

Винтовка весила чуть больше семи килограммов, но в его руках казалась почти невесомой. Пятизарядный магазин, продольно-скользящий затвор, калибр 300 Winchester Magnum – всё это делало её идеальным инструментом для работы на больших дистанциях. Прицел Leupold давал чёткую картинку, а кучность в пределах одной угловой минуты позволяла уверенно поражать цели на дистанции до 1200 метров.

Он ещё раз проверил сборку, убедился в надёжности креплений и положил оружие на стол. Всё было готово к работе – винтовка ждала своего часа, как и он сам.

Блэк провёл рукой по холодному металлу ствола, с удивлением осознавая, что мысли о Мерфи больше не укладываются в привычные рамки – он не казался больше целью, скорее кем—то близким…

Он невольно задался вопросом: почему у этого человека нет семьи? Ответ пришёл сам собой, когда он провёл параллель между ними. Отдавая всего себя работе, на семью просто не остаётся времени.

В памяти Блэка всплыли обрывки сна: маленькая девочка, падающая в пропасть…

Память снова подкинула новую загадку – имя «Элис» эхом раздалось в его голове, будто кто-то бесконечно повторял его в пустом соборе. Она звала его папой… Что, если это не просто сон? Что, если она – его дочь?

Он отчаянно пытался собрать воедино осколки своей памяти, но они тут же ускользали. Разум таял, словно пелена тумана, не давая добраться до истины. Он опустил голову разгоняя тревожные мысли и взгляд вновь упал на винтовку – пора завершить начатое.

Взяв оружие в руки, он посмотрел на соседнее здание через оптический прицел. Расстояние до цели было не большим – думать о толщине и материале стекла, за которым находилась его цель, не приходилось.

Номер в отеле тоже был выбран не случайно: выстрел перпендикулярно стеклу меньше влияет на траекторию пули, а номер Блэка, находится точно напротив кабинета Мерфи. Блэк сделал поправку на ветер и снова прицелился. Крупная фигура едва помещалась в его прицел, казалось – протяни руку и дотронешься до неё.

Блэк медленно и глубоко вздохнул. Затем на выдохе, превратившись в единое целое с винтовкой, сосчитав до двух, он плавно нажал спусковой крючок…

Время остановилось для Кэтрин и Мэйсона. Они стояли посреди двора, тесно прижавшись друг к другу, не в силах разорвать объятия. Наконец, он первый нарушил молчание:

– Кэтрин, ты даже не представляешь, насколько сильно я люблю тебя!

Она приложила палец к его губам, мягко шепча:

– Тише, пожалуйста… Николь и Элис спят.

Внезапно за их спинами раздался тихий смех.

– Уже нет, – с улыбкой произнесла Николь, обнимая Элис.

Кэтрин обернулась, в её глазах промелькнуло удивление.

– Великолепно, – протянула она с усмешкой. – Вся «банда» в сборе, что может пойти не так?

Компания расположилась в уютной гостиной. Кэтрин приготовила всем кофе, и вскоре воздух наполнился приятным ароматом свежесваренного напитка.

Николь первой нарушила молчание, неожиданным признанием:

– Приходится согласиться, Мерфи во многом был прав…

Мейсон вскинул бровь, изображая искреннее удивление:

– Мерфи? И в чём же, позволь узнать, он оказался прав?

– Да во всём… Он тут недавно приходил ко мне в палату. Поболтали с ним немного о том, о сём…

И Николь вкратце рассказала суть их, с Мерфи, разговора.

– Ну убрали мы Рахима и что с того? – как итог той встречи, заметила она. – Теперь на его место пришел Фархад – его брат…