До того, как всё изменится

— Ты заманила парня в сторожку, убила и выпила его кровь. Забрала Дар.

— Я просто защищалась, — ровным голосом возразила Айанна. — Он напал на меня в лесу. У него был нож…

Рэйвен отвернулся от окна, шагнул к ней.

— Не было ни ножа, ни нападения. Тебе нужен был его Дар. Как прежде — Дары других. А потом понадобился бы мой.

Она вздрогнула. Плечи её дёрнулись.

— Я бы никогда… Я… Как ты можешь меня обвинять?! Я люблю тебя!

Граф покачал головой.

— Не любишь.

— Ты мне нужен! Только ты!

— Нужен только мой Дар, — сказал он, присаживаясь на кровать.

— Нет, Рэйв…

Рэйвен смотрел на неё. Золотистые волосы, пепельные глаза. Та же девушка, что смеялась в саду. Та же, что целовала у камина. И совершенно чужая.

— Ты была со мной ради этого? — спросил он тихо. — Я доверял тебе. А ты охотилась на мой Дар.

— Нет…

Айанна вжалась в стену и не ответила.

Дальше граф помнил только фрагменты.

Меч в руке.

Её лицо.

Айанна широко распахнула глаза за миг до удара, вскинула руку.

«Рэйв…»

Лезвие резануло шёлк, прошило грудь, вспороло перину и вонзилось в доски кровати.

«Рэй… вен…»

Воздух из лёгких вышел розовой пеной.

Он убил её.

Потом стоял над телом, повторяя себе: она убила. Она убила бы ещё. Ты всё сделал правильно.

Наклонился. Припал к ране…

С её кровью к нему перешли Дары, отнятые у прежних жертв: звериные обличья и власть над стихиями.

* * *

Рэйвен не помнил, как добрался до дома Фариса. Не помнил, как вошел и что говорил. Только:

— Я убил её...

Фарис усадил его на стул, налил воды. Не спрашивал. Ждал.

Когда он смог говорить, рассказал о сторожке, книге Никласа и о том, что сделал после убийства.

Фарис выслушал. Долго молчал.

— Ты правильно сделал, малой. Она бы убила тебя.

— Я знаю.

— Но ты всё равно будешь винить себя.

— Я знаю.

Друг ничего не добавил. Просто остался рядом. И это было единственное, что помогало.

* * *

За год Рэйвен научился обращаться в волка и ворона, управлять стихиями и скрывать случившееся от посторонних.

Но Айанна почти каждую ночь приходила во сне.

Граф не знал, было ли это проклятием или мольбой о прощении. Но он знал: если есть хоть один шанс вернуть её — он пойдёт на всё.

Глава 8. Ночные бдения

Ночь опускалась на Ристар быстро, как всегда в октябре. Ещё час назад солнце висело над горизонтом, а теперь в окна лезла сырая темнота. Редкие факелы на стенах разгоняли её всего на несколько шагов.

Рэйвен не спал.

Четвёртую ночь он поднимался на смотровую площадку и стоял, глядя на восток. За далёкие горы, за границы герцогства. Туда, где, если верить Ксимару, жила душа Айанны.

Слова мага не шли из головы. «Старый мир. Оттуда пришли наши предки. И туда уходят души тех, кто умер не своей смертью». Он повторял их, как молитву. Имя Айанны звучало в такт ударам сердца.

Фарис и слуги уже разошлись спать.

Рэйвен опёрся на ледяной парапет и смотрел, как в Ристаре одно за другим гасли окна. Ветер наверху был злее, чем внизу, задувал под плащ.

Позади шоркнуло. Из тени выступил дворецкий с фонарём в руке.

— Ваше Сиятельство.

— Я думал, ты спишь.

— Я думал, Вы спите. Мы оба ошиблись.

Он встал рядом с хозяином. Помолчали.

— Слуги уже делают ставки, — сказал наконец Никлас. — Пока лидирует версия о грядущем штурме.

— Пусть боятся. Это дисциплинирует.

— Есть ещё версия о женщине. Но на неё ставят меньше.

Рэйвен покосился на дворецкого. Тот глядел на горизонт, стараясь избегать взгляда хозяина.

— И что говорят?

— Что граф влюблён, а дама его отвергла. Я не стал их разубеждать.

— Спасибо.

— Но я знаю, что это не так.

Рэйвен ничего не ответил на это.

— Никлас.

Дворецкий обернулся не сразу. Сначала помолчал, будто раздумывая, стоит ли.

— Да, Ваше Сиятельство.

— Ты читал хроники. О том, как наши предки пришли из старого мира.

— Читал… — старик чуть склонил голову к плечу. — Давно. Очень давно. Ещё когда Ваш дед был жив.

— Там сказано, как они переходили? Как открывали порталы?

Дворецкий вздохнул.

—