До того, как всё изменится

Женька склонилась над подругой:

— Спи. Завтра он проводит к остановке. Сегодня автобуса уже не будет.

— Ты не уходи... Я боюсь...

Инна хотела сказать что-то еще, но сон уже овладел ею.

Женька укрыла ее, тряхнула рыжими кудряшками и вышла.

Старик сидел за столом и, тихо напевая песню, слов которой девушка не смогла разобрать, перебирал какие-то травки.

Женька на цыпочках прошла по коридору и замерла в дверном проеме.

Хозяин поднял голову и мягко произнес:

— Проходи, садись. Чего же ты в дверях стоишь?

Она несмело шагнула вперед, присела на краешек стула.

Взгляд невольно упал на пучки трав.

— Это для лекарств? — спросила она, пытаясь завязать разговор. — Вы будете варить из них отвары?

— Да, — кивнул тот. — Подсобишь мне? Просто находи одинаковые травки и вяжи ниткой.

Женька перебирала травы, но украдкой поглядывала на Ивора.

— Вы как будто не отсюда, — тихо сказала она. — И песни у вас такие...

Старик усмехнулся:

— Старые песни. Их еще мой дед пел.

— А Вы здесь давно?

— Давно. — Он помолчал, потом добавил, глядя в темноту за окном: — Но не всегда я жил в этой деревне.

Женька замерла, не решаясь спросить дальше. Ивор вдруг сам заговорил, медленно, будто собирая слова по одному:

— Когда-то в одном краю стоял огромный лес. Не такой, как здесь. Настоящий, древний. Деревья выше домов, травы по пояс, цветы, от которых кружилась голова. Мы жили там большой общиной, растили детей, хранили традиции...

Девушка слушала, затаив дыхание.

— Но появились чужие, — голос старика стал глуше. — Сначала они приходили как ученики. Смотрели, слушали, просили показать. А потом начали считать, что лес, который кормил нас сотни лет, должен принадлежать им. Началась борьба. Мы пытались защитить свой дом, но силы были неравны. В ночь, когда решено было уйти, на нас напали. Погибли многие, в том числе моя жена.

Он замолчал, опустив взгляд на свои руки. Женька почувствовала, как к горлу подступает комок.

— Вы остались один? — тихо спросила она.

— Да. Дети и внуки уехали, а я не смог покинуть место, где прошла вся моя жизнь. Где осталась она.

Ивор сглотнул.

— Но я не жалею. Каждый день вспоминаю их, храню память о том, что было. И травы, что собираю — тоже часть той памяти.

Пауза затянулась.

Девушка молча кивнула, не зная, что сказать. Ей вдруг стало стыдно за навязчивость.

— Спасибо, что рассказали, — прошептала Женька. — Это очень важно.

Ивор поднял глаза и слегка улыбнулся. По-настоящему, тепло.

— Ты добрая душа, Женя, — сказал он. — И любопытная. Это хорошо. Любопытство ведет к познанию. А теперь иди отдохни. Завтра будет новый день, и вам пора возвращаться домой.

— Хорошо, — она встала со стула. — Спокойной ночи, Ивор.

— Спокойной ночи, девочка, — отозвался старик.

Когда девушка вышла, он снова принялся перебирать травы.

Но песня больше не звучала.

***

Утром Ивор напоил гостей вкусным чаем и проводил до автобусной остановки.

Шли не спеша, обходя лужи.

Трава и увядающая листва блестели на солнце, словно отполированные лаком.

За всю дорогу старик не проронил ни слова. Девчонки, слегка озадаченные его молчанием, только изредка перешептывались.

Когда же подошел автобус, они поблагодарили хозяина. Тот, в свою очередь, пожелал счастливого пути, крепко пожал руку сначала Женьке, потом Инне.

Отойдя на несколько шагов, тихо, будто себе самому, сказал:

— Она сохранит секрет.

И стремительно зашагал вглубь деревни.

— Чего это он, интересно, так сорвался? — глядя вслед мужчине, поинтересовалась Женька.

— Кто знает, — тихо проговорила Инна, разжимая руку.

На ладони у нее лежал небольшой овальный камешек прозрачно-голубого цвета.

— Какая интересная безделушка! — проговорила подруга слегка обиженным голосом. — А мне ничего не подарил!

— Хочешь, забери себе, мне оно без надобности.

— Э, нет. Его тебе дали.

— Ну, как хочешь, — Инна пожала плечами. — Вообще, мужик этот, конечно, крайне необычный...

— Необычный? — Женька задумчиво поглядела в окно. — Может, он контуженный? Он на войне был.

— На какой войне?

— Не знаю, на какой, — развела руками Женька. — Он мне про события рассказывал, в которых участвовал. Ты знаешь, Инка, а ведь у него тогда жена погибла, и дети уехали, а он совсем один остался.

— Ну, ты еще заплачь, а потом и вовсе жить к нему в эту деревню переезжай.

— Нет уж! — отрезала подруга.

— Да шучу я, — Инна повела плечом.

— Вот тебе и волшебник, — вздохнула Женька и уставилась в окно.

Автобус покатился по дороге. Инна сжимала в кармане камешек и думала об Иворе.

Что-то в его истории оставалось неясным.

***

Инна, укутавшись в теплое одеяло и сжимая кружку с горячим чаем, наблюдала, как взъерошенный Макс вдоль и поперек меряет комнату шагами.

Обеспокоенный тем, что девушка вчера не позвонила и не отвечала на его звонки, он с утра приехал к ней сам.

Она как раз возвращалась из их с Женькой неудачной поездки к колдуну и застала друга сидящим под дверью квартиры.

Парень тут же вскочил на ноги, наорал за то, что та невесть где носится.

Инна доступно объяснила, что была вовсе даже не невесть где, а в определенном месте.

Макс тут же обозвал это определенное место определенным словом. Наорал еще и за то, что она поперлась туда со взбалмошной Женькой, и пообещал позвонить самой Женьке, чтобы, наверное, наорать и на нее.

Правда, потом успокоился, вскипятил чайник, заставил Инну завернуться в одеяло и теперь расхаживал по комнате.

— Как ты вообще могла туда поехать?! Да еще и с этой дурой!

— Женька — не дура, — тихо произнесла девушка. — Просто так получилось!

— Получилось у нее! — Макс опустился рядом с ней. — Не хватало еще, чтобы ты заболела!

— Я не заболею. Он меня вылечил, — веско подняла палец вверх она.

— Кто «он»?

— Я же тебе говорила. Ивор.

— Ага. Волшебник? Да?

— Я не знаю. Но он похож на волшебника.

— А я не похож? — усмехнулся Макс. — Думать, как я понял, ты вообще не хочешь. И правда, зачем себя так утруждать?

— Макс, я же... Да ну тебя!

Инна отвернулась.

— Ты мне не веришь...

— Нет, конечно! Я уже вырос из того возраста, когда верят во всякие чудеса, магов и волшебников. А вот ты, похоже, еще нет.

Он сложил руки на груди.

— Пойми, не бывает никаких колдунов и никакого волшебства! Это все — шарлатаны, которые вешают лапшу тем, кто верит в сказки!

— Это не сказка! — воскликнула девушка. — Ивор существует!

— Согласен, существует, — кивнул парень. — Но он — не волшебник.

Инна встала и вышла на кухню.

Максу ничего не оставалось, как отправиться следом.

Там он застал подругу стоящей у подоконника и разглядывающей на просвет что-то, лежащее на ладони.

Парень приблизился, заглянул через плечо. В руке Инны, играя неяркими осенними лучами, переливался тот самый камень.

— Что это, Инн?

— Да так, красивая безделушка, — она зажала камень в кулаке. — Мне Ивор подарил. Думаешь, это может быть ценным?

— Вряд ли, — пожал плечами Макс. — Он бы сам его тогда продал.

— А мне кажется, этот камень для него что-то значит, — Инна снова подставила ладонь к свету.

— Ладно, Инн, что это мы все о стариках да о стариках? — он приобнял девушку за плечи. — Вот ты, например, что сегодня вечером делаешь?

— Я? — удивилась вопросу Инна, потому что для себя решила еще вчера. — Домой к родителям поеду.

— Вот, блин, так всегда.

Глава 4. Теллус. Избранность по предоплате.

По мере того как граф приходил в себя, память подбрасывала события прошедшей ночи: сияние над Ристаром, странное дерево, а дальше... дальше она услужливо умалчивала.

— Что это за место?

Превозмогая боль в затекших мышцах, граф уперся ладонями в холодный пол и поднялся на колени.

Тело тут же повело в сторону, но он сумел удержаться.

В воздухе витал резкий запах озона.

Рэйвен попытался сообразить, что же могло произойти.

— Портал?

Про феномен переходных порталов в этом мире было известно всем. Правда, мало кто воочию их наблюдал. Это была редкость, граничащая с мифом. Они возникали стихийно в местах возмущений Силы. Еще при должном умении их можно создавать.

Правда, вампир не знал никого, на такое способного. Но то, что порталы существуют, ни для кого не являлось секретом.

Путь, которым Рэйвен попал сюда, совершенно не удивлял. Удивляло лишь место.

Внезапно тишину прервал отдаленный скрип открывающейся двери.

Граф обернулся.

Вход тонул в непроглядной мгле. Зато очень отчетливо на черном фоне выделялась белая фигура, похожая на призрак.

Она приближалась стремительно, и вскоре стало ясно: это не дух, а седой старец в длинных белых одеждах. В одной его руке находился посох, в другой — массивная книга в красном переплете, украшенном золотым тиснением.

Старик остановился в пяти шагах от Рэйвена.

Вампир почувствовал взгляд незнакомца, точно проникающий внутрь головы.

Виски заломило.

Он попытался подняться, но нестерпимая боль снова опустила на пол.

— Приветствую тебя, граф Рэйанон! — голос старца гулко разнесся по залу. — Я не настаиваю на том, чтобы ты вставал.

— Не перед кем еще правитель Ристара не стоял на коленях!

Рэйвен рывком оказался на ногах, тут же пожалел об этом: боль, сковывавшая голову, разлилась по всему телу. Стиснув зубы, он выдержал.

— Кто ты такой? Как я здесь оказался? Откуда тебе известно мое имя?

Старик оперся на посох, оценивающе оглядел вампира.

— Я маг. Мое имя Номос. Это я перенес тебя сюда.

Последний вопрос волшебник игнорировал.

— Ну, спасибо, — Рэйвен скрестил руки на груди. — И что тебе нужно?

Номос шагнул ближе. Выдал громко, с пафосом:

— Ты — избранный! Тебе предстоит свершить великое дело!..

— Стоп, стоп, стоп! Не так быстро! — перебил вампир. — Кем «избранный»? Кому я «должен»? И что еще за «дело»?

— Великое дело! — маг взмахнул посохом. — То, что прославит тебя! Что ждет и не терпит отлагательств!

Распахнулась высокая скрипучая дверь, скрывавшая длинный коридор, залитый мягким светом многочисленных светильников. Стены и пол здесь тоже были отделаны мрамором, но не черным, а приглушенно-серым.

— Ты тут живешь? — спросил граф, окидывая пространство внимательным взглядом. — Это твое имение?

— Имение? Нет, — покачал головой Номос. — Никто не живет здесь — это Храм.

— Понятно, — вампир медленно провел рукой по колонне. — Я никогда раньше не видел настоящих магов. Думал, вы обитаете где-то очень и очень далеко.

— Так и есть. Мы сейчас очень далеко от Ристара.

— Что?!

— Сейчас, уважаемый граф, ты — гость Бри-Паннари.

— Бри-Паннари? — переспросил Рэйвен, нахмурившись. — Что-то не припомню такого места.

— У вас нашу страну называют просто Бриа.

— Бриа?! — воскликнул вампир, широко раскрыв глаза. — Но... Это же запретная страна! У нас не каждый верит в ее существование! Я, например, не верил... Значит, Бриа существует?

— Еще как существует! — усмехнулся маг, и в его глазах мелькнул лукавый огонек. — Только она долгое время была сокрыта от посторонних.

Рэйвен задумался.

А что, если старик обманывает? А что, если он и не волшебник вовсе?

— Откуда мне знать, что ты действительно маг? — прищурив один глаз, спросил вампир.

— Да ты, как я погляжу, не дурак, — Номос остановился около одной из многочисленных дверей коридора. — Но моего честного слова, надеюсь, тебе будет достаточно?

— Нет уж, — граф покачал головой, голос его звучал твердо. — Ты это все затеял. Тебе это «дело» нужно. Так будь добр доказать и объяснить все, что будет сомнительно и непонятно.

— Значит, честному слову среди вампиров уже не верят?

Волшебник открыл дверь и вошел в небольшую комнату.

Здесь было много света. В центре стояли два бархатных зеленых кресла и старинный массивный деревянный стол.

— Верят. Но почему я должен полагаться на честное слово каждого встречного? — привел веский довод Рэйвен.

— Вообще-то ты прав, — кивнул маг. — Что я должен сделать, чтобы доказать?

Вампир глубоко задумался.

Волшебников он еще никогда в жизни не встречал, поэтому понятия не имел, что они должны уметь.

— Ну-у-у... Соверши какое-нибудь чудо…

— Что ты хочешь увидеть? Грозу под крышей? Цветущий сад в этой комнате? Солнце среди ночи?

— Ливень с грозой я тебе и сам устроить могу! Ты изобрази что-нибудь по существу.

— Что значит «по существу»?

Маг опустился в одно из кресел и кивнул гостю на второе.

— Ну, к примеру, можешь ли ты сделать так, чтобы тут, прямо на полу, появилась куча золотых монет?

Вампир присел, с интересом склонил голову на бок.

Волшебник вздохнул, развел руками, глядя на пол.

Рэйвен уставился на то место, куда смотрел Номос.

Так молча, они просидели около минуты.

Монеты не появлялись.

Граф не выдержал:

— Ну?!

— Ты ждешь денег? — словно очнулся от транса старик. — Их не будет.

Брови вампира поползли вверх.

— Ты же обещал…

— Ничего я тебе не обещал, — отрезал маг. — Я не умею делать деньги.

— А я думал, ты все умеешь, — разочарованно произнес Рэйвен. — Ну хорошо, сделай тогда так, чтобы здесь появился кто-то из моих знакомых, например...

— Этого я тоже не смогу, — ответил Номос. — Не моя специализация.

— Ага! А как же ты меня сюда притащил?

— Это я сделал не сам, а при помощи специального свитка. Он у меня был в единичном экземпляре. Так что…

— Понял, понял, — махнул рукой вампир. — Что за волшебник такой? Ничего не умеет!

— Магия — это не только зрелищные трюки, Рэйанон. Это умение управлять энергией, преобразовывать ее. Ты же тоже способен использовать Силу, хотя и в меньшей степени. Основной Закон, надеюсь, тебе известен: ничто не возникает из ниоткуда.

— То есть ты не можешь наколдовать золото, — усмехнулся вампир.

— Именно так, — кивнул маг. — Магия имеет свои границы. И это хорошо. Если бы каждый мог делать золото по щелчку пальцев, мир давно бы погрузился в хаос...

— Стоп, — Рэйвен поднял руку. — Ты так и не сказал, кем я избранный? И что за дело?

Номос вздохнул, опустился в кресло.

— В старом мире, откуда пришли наши предки, остался артефакт — кристалл Силы. Он нужен нашему Мастеру. Ты должен пойти туда и принести его. За это я заплачу.

— А сам? — усмехнулся граф.

— Туда может попасть только вампир. Или человек. Но людей здесь нет.

Рэйвен скрестил руки.

— И сколько?

— Что?

— Сколько заплатишь? — уточнил граф. — Я не наемник, но идиотом меня считать не надо. Бесплатно я в чужой мир не полезу.

Номос помялся, потом назвал сумму:

— Десять тысяч аурий.

— Пятнадцать, — отрезал Рэйвен. — И пять тысяч задатком. И письменный договор.

Волшебник слегка побледнел, но кивнул.

— Будет договор, — сказал он. — Только помни: если ты не найдешь кристалл, назад пути нет.

— А если найду?

— Тогда я тебя вытащу.

Рэйвен подумал секунду, потом протянул руку.

— Идет.

Номос протянул ему потрепанный пергамент.

— Вот карта. Там, в старом мире, живут люди. Не говори им, кто ты. И не показывай Силу. Иначе...

— Иначе они меня убьют? — хмыкнул вампир.

— Иначе тебя посадят в клетку, — серьезно ответил маг. — И никогда не выпустят.

— Понял, — граф сунул карту за пазуху. — Открывай портал.

Маг еще минут десять говорил о людях.

Рэйвен слушал вполуха.

Что-то в речах старика не сходилось. Слишком легко он отправил его, слишком пафосно говорил о «великом деле». И эти деньги… пятнадцать тысяч — не слишком ли большая плата за простую прогулку в другой мир?

Но спорить было поздно.

Портал уже открывался, и вампир шагнул в него, мысленно пообещав себе:

«Разберусь на месте. А если что не так — сам найду дорогу назад».

Глава 5. Земля. Стена, которой не было.

Неделя у Артема Денисова не задалась. Мало того, что поссорился с Инной, еще и соседка Машка, его вечная преследовательница, вынудила обходить двор под дождем, в институте — тесты до вечера, и сил ни на что не осталось. Только бы добраться до ванны.

Вода приятно согревала, пена пахла морем и немного ромашкой. Мягкий свет вмонтированных в потолок софитов расслаблял. Слабое журчание навевало сон.

Артем прикрыл глаза, вытянулся в полный рост, расплылся в блаженной улыбке. Он уже полчаса нежился в ванне и никак не мог заставить себя вырваться из пленительной неги.

Мать постучала в дверь.

— Тем, ужин! — она пришла с работы и теперь ждала сына за стол.

Парень ответил, что скоро выйдет, и снова закрыл глаза.

«Приглушить бы свет, — посетовал он, — слишком ярко».

Действительно, лампы, которые минуту назад дарили расслабление, сейчас стали светить сильнее. Или это только кажется?

Парень поморщился, открыл глаза и едва сдержался, чтобы не заорать в голос.

Между прямоугольниками кафельной плитки проступало ярко-голубое сияние.

— Это что еще...

Швы начали медленно расплываться. Часть стены провалилась, будто ее вдавили внутрь.

Кафель не трескался, не ломался, а «перетекал», словно стал вдруг жидким.

Края провала засветились насыщенным пурпурным. В глубине заклубилась тьма, пронизанная искрами, похожими на звезды.

Воздух вокруг задрожал, создавая едва заметные волны. Изнутри донесся странный звук — не то шепот, не то звон.

Влажность ванной комнаты вдруг сменилась сухостью, пустыни. Запахло озоном и чем-то неуловимо чужим.

Артем вцепился в край ванны, зрачки его расширились от ужаса, в горле встал ком, по спине пробежал холодок.

Наконец, портал достиг нужных размеров, и из его нутра...

— Артем! Выходи! — раздался голос матери за дверью.

...из его нутра прямо на светло-серый махровый коврик шагнул высокий широкоплечий мужик с длинными черными волосами, бешено вытаращенными глазами, в странной одежде, высоких, почти по колено, сапогах и с мечом в ножнах на поясе.

— Ты там что, уснул?!

Рот Артема открылся и категорически отказывался закрываться.

Незнакомец, похоже, сам был напуган. Он огляделся, пытаясь понять, куда попал. Заметил сидящего в воде парня, шарахнулся к двери, хорошенько об нее приложившись, потер ушибленное плечо.

— Артем! Чем ты там занимаешься?!

— Мама... — прошептали непослушные губы. — Что это...

Граф кивнул парню, толкнул запертую дверь. Та не поддалась. Он оглянулся на бледного как полотно Артема и задал вопрос, заставивший того усомниться в реальности происходящего:

— Ты человек? Это старый мир?

— Артем, ты там что, не один?! — раздалось с той стороны.

— Посмотри, — вампир присел на край ванны, развернул перед носом парня древнюю карту. — Мне нужно это место. Ты знаешь, где оно?

Артем, даже не глядя, часто замотал головой. Граф вздохнул.

— Ну, хотя бы, где мы сейчас, можешь показать?

Парень повторил предыдущий жест.

— Ладно, придется самому...

Рэйвен поднялся, пошарил по двери ладонью, обнаружил шпингалет, шелкнул им и вышел в прихожую.

— Моя Леди.

Он на ходу склонил голову перед опешевшей женщиной и, пару мгновений повозившись с дверной ручкой, вышел из квартиры.

— Артем? — воззрилась на погрузившегося в пену сына мать. — Это кто?

— Это… приятель, — выдавил Артем. — Заскочил на минутку.

— В ванную? В таком виде? — голос матери звучал недоверчиво.

— Он просто пришел, а я… мылся, — пробормотал Артем. — Сейчас ушел. Ладно, я потом все объясню.

Мать хотела спросить еще, но в прихожей залаял собачкой домофон. В дверь звонила соседка с вопросом о залившейся батарее.

— Выходи ужинать, потом разберемся, — сказала она, отходя к двери.

***

Вывалившись в подъезд, обалдевший вампир справедливо рассудил, что выход на улицу находится внизу, и поспешно начал спуск по ступенькам.

Рядом что-то периодически металлически гремело, а на полпути он наткнулся на женщину с ребенком, выходящих из странного подъемника в стене.

— Ужасный мир, — выдохнул граф, пытаясь одолеть домофонную дверь, которая никак не желала открываться. — Чертов волшебник!

Снаружи что-то пискнуло. Дверь распахнулась. Рэйвен чуть не рухнул на старушку с двумя набитыми продуктами пакетами.

Извинившись, он под пристальным взглядом пенсионерки ретировался во двор, который по случаю позднего времени пустовал.

Нужно было решать, куда двигаться дальше. Граф присел на лавочку, расправил карту на коленке.

— Так. Я в городе... На карте их несколько, — вампир взглянул на небо, пытаясь по звездам хотя бы примерно определить, где находится, но тяжелые тучи не давали этого сделать. — Нужно разогнать...

Он поднялся, сунул карту за пазуху, раскинул руки...

Двор внезапно озарил яркий свет.

Рэйвен ахнул, рванул за облезлый полуголый куст сирени, присел.

Мимо, слепя глаза, прокатило ревущее красное «чудище».

Сердце графа подпрыгнуло и забилось где-то в районе горла.

«Что это за существо?! — пальцы непроизвольно сжали эфес меча. — Почему гадский маг не предупредил, что тут водится такое?!»

Машина неспешно проехала. Вампир проводил ее изумленным, полным ужаса взглядом, аккуратно выбрался из-за куста, вернулся на лавочку.

«Пока нельзя себя обнаруживать, — решил он. — Если тут живет такое, то этот мир невероятно опасен! Возможно, один я не справлюсь. Надо бы найти помощника... Но как понять, кто здесь друг, а кто — враг? О! Селянин! Этот точно ничего мне не сделает».

Через двор, совершенно не обращая внимания на окружающее пространство, шатаясь шел маргинального вида мужичок. Он находился в изрядном подпитии, поэтому, когда вампир обратился к нему, даже не сразу понял, что перед ним не обычный человек.

— Селянин! — крикнул граф.

Мужик продолжил идти, как и шел.

— Ты что, не слышишь? Селянин! Я тебе говорю!

Алкаш, наконец, уловил посторонний звук, обернулся.

— Селянин! — Рэйвен поспешил к нему.

Увидав быстро приближающуюся высокую фигуру, мужик решил не связываться, а просто молча продолжать идти своей дорогой.

— Стой! Ты что, не видишь, к тебе обращается благородный?! — вскричал возмущенный граф. — Как смеешь ты...

Мужичок остановился, смерил заступившего ему путь вампира нетрезвым взглядом, соизволил, наконец, разлепить губы:

— Че те?

— Как смеешь ты так говорить с дворянином?! — глаза вампира полыхнули красным.

Алкаш шарахнулся, крякнул, присел, и попятился «гусиным шагом», успевая при этом креститься и что-то лепетать под нос.

Рэйвен замер в непонимании.

Мужик допятился до бордюра, грохнулся прямо на дорогу перед подъездом, громко взвыл, подскочил и исчез в подворотне.

— Что это с ним? — хлопнул глазами граф. — Какой неучтивый селянин! Ладно, надо выйти к стене и поговорить со стражей. Они точно разбираются в картах.