Ландшафтный дизайн попаданки

Ознакомившись с ассортиментом четырех прилавков, господин прибавил ходу и только скользил взглядом по другим. Я так поняла, что он детально осмотрел предложенное этими продавцами и убедился, что, по сути, товар у всех одинаков. Поэтому и терять времени на его разглядывание не имело смысла.

Чем дольше мы ходили по рынку, тем больше я склонялась к мысли, что господин пришел сюда посмотреть. Ничего покупать не собирался. Да и корзина у слуги по-прежнему была пустой.

И похоже, этот господин оказался здесь впервые. Он крутил головой по сторонам, когда подходил к концу ряда, как бы решая, куда пойти далее. Или плана четкого у него не было? Непонятно.

Мы даже заглянули на рынок живого скота. Здесь под навесами продавали лошадей, верблюдов, буйволов, коров, коз, немного овец, птицу, из которой я разобрала лишь кур.

Но и здесь его ничего не заинтересовало.

– Веди на выход, – грудным, бархатным голосом кинул он через плечо слуге.

– Слушаюсь, господин, – поклонился ему в спину Коки.

Он вышел вперед и стал показывать дорогу. Я не решилась на такой маневр и устало плелась позади.

Это что же получается, единственной покупкой господина на рынке оказалась я? При том, что он зашел на невольничий рынок случайно. Ну дела!

Жара начала спадать, но с непривычки я неимоверно устала. Да и после побоев до конца не выздоровела. И конечно, хотела пить, и поесть бы уже не мешало. В общем, новость о выходе я встретила с радостью.

Выбравшись с рынка, мы пошли петлять, обходя телеги, привязанных лошадей, просто палантины, поставленные на землю, и слуг, их охраняющих.

И наконец вышли к стоящим каретам. Часть из них была с откидным верхом. Мы же подошли к открытой двуколке, запряженной двумя гнедыми конями.

Господин забрался и сел на сидение, а я растерялась. Рядом с ним нам наверняка нельзя. А как тогда быть? Рядом бежать? Силы были на исходе.

На выручку пришел Коки. Он подошел к задней части двуколки, там располагалось некое подобие полки или облучок. Слуга лихо запрыгнул на нее и поставил корзину себе на колени.

Я тут же последовала его примеру. Уф, сразу стало полегче. И двуколка двинулась с места.

Хотелось плюнуть в сторону рынка. Прощай навсегда. Только вперед, навстречу другой жизни!

Глава 16

Трясло нещадно. На бугорках и в ямках я еле удерживалась на месте. А на поворотах опасно кренилась в разные стороны. При этом, когда наваливалась на Коки, он шипел и велел двигаться от него. Можно подумать, я специально.

А еще пыль, она летела из-под колес и, как нарочно, вместе с песком и землей попадала мне в лицо.

Проехали улочки треклятого городка и устремились в гору. Дорога сменилась с песчаной на землистую, и, проморгавшись, я начала крутить головой, рассматривая окрестности.

Внизу лежал городок, за ним превосходное зелено-синее море с барашками пены на волнах. Пристань с кораблями, возле которых шла погрузка и разгрузка товаров. Суета.

Мы же заехали в редкий лес, и сразу пахнуло прохладой. Возле обочины росли непонятные кусты с мелкими белыми и розовыми цветами, дальше полоска высокой травы, а за ней невысокие лиственные деревья. Серая с глубокими прожилками кора, слегка вытянутые листья. Но расположены на отдалении друг от друга. А между ними трава мне по пояс.

Время от времени раздавались голоса птиц, но самих их не было видно. И мелкая мошкара. Стаи насекомых как будто нас и поджидали. И с жужжанием устремились в глаза и вообще к потным телам.

Но стоило выехать из леса, и мошка пропала.

Зато справа и слева раскинулись засаженные поля. Вдали виднелись несколько низких домиков, очень похожих на те, что я видела в портовом городке.

Дальше снова лесок и поля, полностью покрытые ровными рядами виноградных лоз.

Вдоволь насмотревшись по сторонам, я начала думать о своем ближайшем будущем. Интересно, кем меня определят? Нет, я не боюсь работы. Наоборот, всегда привыкла много делать, а вот сидеть сложа руки так и не научилась. Но все же интересно.

А жители дома – нет, не хозяева, а слуги, – как они меня встретят? Судя по поведению Коки, они могут оказаться не очень дружелюбными. К этому надо быть готовой. Новый коллектив, в котором мне невесть сколько жить придется. Надо сразу показать, что я могу и отпор дать. Чтобы неповадно было.

Ехали долго. Часов здесь нет, но по ощущениям и затекшему телу – час с небольшим.

Двуколка притормозила и свернула с основной дороги в лес. Миновав его, мы остановились.

– Приехали? – обратилась я к Коки. Он сидел и не двигался с места.

В ответ он помотал головой и отвернулся от меня. Ну что за человек? Наверняка такой же раб, как и я. Нет чтобы поговорить, да куда там. Только морду воротит. Ничего. Память у меня хорошая. Отомщу и забуду.

Спустя короткое время двуколка двинулась дальше, мы заехали в кованые высокие ворота, и снова встали.

Кучер подошел и закрыл ворота. Так вот чем была вызвана первая остановка. И после короткой езды мы остановились у огромного дворца.

Серый камень, на фасаде из него же было выложено нечто, напоминающее герб на геральдическом щите, а еще гирлянды из венков. Вытянутые башенки на крыше шпилями уходили в небо.

Коки спрыгнул, и я вслед за ним. Ноги затекли, поэтому сделала несколько шагов туда-сюда.

Если дом мне понравился с первого взгляда, видно могущество и роскошь в каждом камне, то вот двор, или, правильнее сказать, парк, по сути отсутствовал. Проплешинами виднелся кустарник. Трава некошеная. Деревья растут сами по себе. У некоторых некрасиво торчат сухие ветки. А почему не отпилить?

Опять же возле крыльца не мешало бы разбить клумбы, высадить цветы. Можно по стенам пустить виноград. Он и оттенять окна будет, и придаст дому дополнительный лоск.

В общем, неоднозначное впечатление сложилось у меня о хозяевах. За домом они явно ухаживали, а двором нет.

Господин, что меня купил, устремился к крыльцу, и я, не подумав, пошла было следом, пока Коки резко не схватил меня за одежду сзади.

– Ты что, госпожа?

– Нет, – совершенно искренне удивилась в ответ.

– Тогда и не ходи на господскую половину.

Коки бесцеремонно толкнул меня в сторону. Козел. Он вальяжно направился обходить дом слева. Ну и я засеменила следом.

Завернули за угол и вошли в двери. После солнца я слегка ослепла от темноты коридоров, но упрямо шла за Коки.

Он прошел прямо по коридору мимо нескольких закрытых дверей и вошел в открытую.

– Посмотрите, кого господин купил, – со смехом представил он меня.

Помещение длинное и вытянутое с высоченными потолками. Вдоль стен стоят ящики, корзины, корыта и бочки разных мастей и размеров. В центре грубо сколоченный стол с приставленными лавками, а поодаль дверь.

За столом сидела пышная пожилая женщина в сером платье и грязном переднике. На голове одет смешной чепец, скрывающий всю волосистую часть головы.

Напротив нее сухой пожилой мужчина. На нем серая рубаха, сверху зеленый камзол.

При нашем появлении они замолчали и, повернувшись, начали меня рассматривать.

Коки кинул корзину к остальным и уселся к ним на лавку.

– Еще и деньги за нее платил? Таких обычно в довесок к хорошим рабам дают, – первой отозвалась женщина и брезгливо поморщилась.

– Серебряный!

– Да быть того не может? – подскочил на месте пожилой. – Десять монет ей цена.

Ну хватит! Не хватало, чтобы меня при мне же унижали.

– Я умею писать и читать. А что волос нет – так это я из гарема пробовала сбежать, да неудачно. Меня избили и остригли.

– Вот дура, – сплюнула на грязный пол баба.

А пожилой при этом хитро прищурился.

– Ученая значит?

– Да! – я гордо подняла подбородок.

– Тогда пойдешь за скотиной убирать.

И все втроем разразились задорным смехом.

Глава 17

Сами дураки. Работы я не боюсь. А то, что пропустили мимо ушей мои знания, так господин вспомнит и приблизит меня. Вот тогда я так же задорно буду над вами смеяться.