Орионец

Цветовая палитра – монохромная. Основные цвета – чёрный, серый и серебристый – создают мрачную и загадочную атмосферу. Яркие цвета (синий, зелёный, фиолетовый и розовый) используются для акцентирования деталей и создания контраста.

Девушка всегда носила куртку‑«моточерепаху» без рукавов. Руки покрывали гловелетты – перчатки без пальцев. Куртка изготовлена из премиальной кожи, с возможностью регулировки полноты по бокам. Имеются перекрёстные карманы на груди и один внутренний карман.

Куртка включает следующие элементы:

наплечники;

накладки на предплечья;

защиту груди и спины;

защиту шеи и ключиц;

защиту рук.

Костюм надёжно защищает от ударов и ушибов талию, бёдра, спину и икры благодаря ударопрочным вставкам. Прочные защитные элементы, регулируемые ремешки и надёжные липучки делают форму важной частью экипировки. Защитные модули костюма легко регулируются и утягиваются по типу фигуры воина.

Для экипировки костюмов тайцев характерны многослойность и асимметрия. Одежда состоит из нескольких слоёв, что придаёт образу глубину и сложность. Неправильные, несимметричные линии и вырезы добавляют динамичности и уникальности.

Для создания долговечной и износостойкой одежды используют кожу, винил, нейлон и пластик. Многочисленные карманы на брюках, куртках и жилетах повышают функциональность и практичность. Множество ремней, пряжек и молний (часто в нестандартных местах) позволяет регулировать и менять форму одежды.

Все участники группы оснащены кибернетическими аксессуарами:

очками с дополненной реальностью;

масками и перчатками;

технологическими гаджетами (электронными браслетами, часами и чипами, встроенными в одежду).

Кроме того, трёхслойный комбинезон позволяет перерабатывать и повторно использовать влагу тела. Это одновременно экзоскелет, боевая броня и скафандр, который даёт возможность вести сражения в космосе – с гравитацией или без неё, а также выдерживать перегрузки. Защитный пулестойкий костюм с функциями термооптического камуфляжа делает владельца практически невидимым.

Манрейхайм, как и Дениз, предпочитал одеваться согласно регламенту – во всё чёрное. В отличие от своего командира, Манрейхайм носил кобуру на поясе, а не за спиной. От них исходила непонятная для него энергия – сила, агрессия и благородство одновременно.

Дениз был главным во всей этой истории. Юноша на вид лет тридцати (всем им, к слову, не больше тридцати) – с дерзким взглядом и крутым нравом.

Отношения между ними не ладились – это Люцифер сразу понял. Да он, в принципе, и не жаждал отношений с ними. Не детей же ему с ними крестить! Но в общем деле без доверия друг к другу нельзя: работа не спорится, стоит на месте – а то и вовсе может обернуться крахом.

Люцифер всегда находил общий язык с людьми острова Тао. Брат Левиафан являлся правителем той страны, и, конечно же, Люцифер всегда стремился к доброму общению с ними. Проблем не возникало до сего дня.

Группа Дениза его раздражала – он сам не мог понять, чем и почему. Группа как группа, ничего необычного. И люди ничем не отличаются от его народа: две руки, две ноги и так далее. Только вот почему‑то энергию группы принять он не мог. Энергия исходила очень сильная – под стать ему. Может быть, именно это его и выводило из себя.

Как говорил Михаил, в других нас раздражает то, что есть в нас самих. Люцифер понимал это, только поделать с собой ничего не мог.

Да и что могло так раздражать в них? Напористость, с которой они доводили начатое дело до конца? А может, прямолинейность не только командира, но и всех участников группы?

Дениз всегда высказывал свою точку зрения. Говорил прямо, не юлил, не смягчал обстоятельств ситуации. Остановить его в такие моменты мог Остенах: тот всегда чувствовал, что и как сказать, в какой момент вмешаться в разговор и сгладить накал ситуации.

Манрейхайм больше действовал по обстоятельствам. Наблюдатель по натуре, он следил за происходящим вокруг, за тем, как вели себя все участники процесса, а потом делал свои выводы.

Денгиз залипал в телефоне, как и Дамир, не поднимая головы. Мог сутками напролёт не отрываться от экрана.

По сути, все они в той или иной мере повторяли его людей – практически один в один. Возможно, именно это Люцифер и не мог принять.

Дениз платил ему тем же. Девушку он охранял тщательно, порой закрывая собой. В начале Люцифера удивило такое отношение к мальчику. А поначалу он и думал, что перед ним именно мальчик, только ростом почему‑то не вышел. «Что это за воин такой, которого прятать надо?» – размышлял он.

Люцифер не привык к такому. Он сам, как и его люди, лез в самое пекло, кидался с головой в пучину, не думая о себе и окружающих. Если перед ним стоит задача, её надо выполнить, а не прятаться за спинами других. Теперь, зная, кто скрывается за маской воина, он вообще ничего не мог понять. Зачем женщину с собой тащить? Кто она Денизу, что он отпустить её не смог?

Ещё больше его выводила из себя энергия девушки. Он чувствовал её, реагировал на неё и не мог понять, почему именно так, почему именно она. Ведь раньше ни одна женщина в мире не соприкасалась с ним своим биополем, своей энергией. А здесь всё шло так, словно он знал её всю свою сознательную жизнь. Он чувствовал, как вокруг них закручивается энергия и пазл становится на место.

Группа решила остановиться на Орионе в одном из перевалочных пунктов в горах. Дениз вмешался в дела орионцев по приказу Михаила, и также по приказу последнего Люцифер принял тайцев у себя – хотя жажды встречи не испытывал. Отказать старшему брату он не имел права, да и смысла в этом не видел.

Михаил курировал весь проект, а значит, как он сказал, так тому и быть. Независимо от желания Люцифера группа всё равно остановилась бы на пару дней на Орионе, а потом уже взяла прямой курс до пункта назначения. Добрались до лагеря ночью.

Ночь была удивительная. Большая круглая луна Тайя освещала всё очень ярко, ничуть не уступая дневному свету. В это время спутник Ориона подходит очень близко – настолько близко, что до него можно дотянуться рукой. По крайней мере, так выглядело на первый взгляд.

Люцифер вспомнил, как в детстве, сидя на коленях матери, он слушал разные истории. Сказки из её уст казались лёгкими и несбыточными мечтами. Только потом, уже во взрослом возрасте, он понял, что мама в своих сказаниях поведала ему большую часть истории о себе и своей жизни.

А он всегда хотел поймать Тайю и запереть её в одной из горных долин Экскалаза, чтобы луна никуда не убегала. Ему хотелось подарить матери свою мечту.

Люциферу нравилась луна. С её восходом можно было уже не спешить – возможно, лишь потому, что спешить особо некуда. День склонился к ночи, а в её царствии все дела подождут.

Люциферу не спалось. Эмоции сегодняшнего дня не давали уснуть. Из головы не выходила картина в одном из рукавов пещеры. Парень прокручивал один и тот же момент и не мог понять, что же в нём цепляет.

Он стоял позади неё, опершись руками о стену. Девушка стояла перед ним. Теперь сомнений не оставалось насчёт её половой принадлежности. Люцифер прижал её к стене, закрывая собой. Его заинтересовал взгляд незнакомки. В тот самый миг, когда он склонился над ней, она посмотрела так, словно знала его тысячу лет. Да что там – знала! Рождающееся чувство говорило о том, что они давно шли бок о бок.

Взгляд тёмного янтаря и тот самый жест рукой – прикосновение тыльной стороной ладони к его груди – не покидали его сознание. Да что там сознание – он не уходил ни из души его, ни из сердца.

Люцифер выругался. Он не мог справиться с нахлынувшими чувствами. И именно сейчас, когда планировали представить ему Денису – женщину, для него сотворённую. Мог ли он ослушаться своего творца?

Зная себя, Люцифер понимал: ослушаться мог. Он всегда делал всё по‑своему. Вот и сейчас приходило осознание того, что путь его пойдёт не так, как запланировал творец.

– Орионцы тоже не спят, – кивнул Дениз в сторону юноши, прохаживавшегося взад и вперёд.

– В такую ночь не поспишь, – шепнул Остенах. – Красотища какая!

И хотя тайцы говорили очень тихо, Нарык услышал их. От людей ему достался очень тонкий слух и острое зрение. Он посмотрел на небо, вздохнул полной грудью.

Бросив взгляд на тайцев, Нарык направился к себе. Ночь была прекрасна – он бы сидел у костра часами, слушая звуки ночи и пение ночных птиц. Только встречаться с тайцами ему не хотелось. От них шло необъяснимое желание пойти с ним на контакт. Нет, не все горели такой страстью, но среди них находился тот, кто готов был завести диалог. Зато он сам, Люцифер, был не готов к этому. Не медля больше ни минуты, юноша ушёл к себе.

– Ты знаешь, кто это? – спросил Дениз, слегка склонившись к девушке.

Она была такая маленькая по сравнению с ним – да и вообще со всеми ними, – что по‑другому поговорить не получалось. Однако он привык преклоняться перед ней.

– Нет, – непринуждённо кивнула она, – не знаю. Да откуда? Я его сегодня впервые увидела.

– Это Нарык, предводитель легиона воинов Ориона.

– И? – пожала девушка плечами. – Мне‑то что от этого?

– Он организовал и возглавил твои поиски много лет назад на Земле, Дениса. Разве ты не знала этого?

– Нет, – кивнула она, – не помню. Я вообще плохо помню происходящее в тот момент. Очнулась уже в боксе Михаила. Хотя да, чьё‑то биение сердца помню. Сколько лет прошло, а вот биение сердца помню до сих пор.

– Он нёс тебя на руках, – вставил Остенах. – Говорят, Михаил в тот момент в лице изменился. Очень уж ему почему‑то не понравился сам факт того, что Люцифер нёс тебя на руках.

– Люцифер? – удивилась девушка. – Он‑то тут причём? – Она указала в сторону лагеря орионцев. – Разве…

– Одно и то же лицо, – тихо буркнул Дениз. – Нарык – это имя, которое ему дал его народ. Другое имя он сам не признаёт.

– Почему не признаёт? Оно же, вроде как, означает «свет несущий»…

– Какая‑то трагичная история, связанная с его отцом. Точно не знаю, но имя, данное ему отцом, он не желает брать.

– Понятно, – кивнула девушка.

Хотя ей мало что было понятно. Странная история с именами… Впрочем, кто их разберёт, этих орионцев? Само их существование было странным – тем более присутствие рядом с ним.

– Так, всем спать! – отдал приказ Дениз. – Завтра будет трудный день.

– Думаю, – прокомментировал Остенах, – не труднее сегодняшнего.

– Михаил просил, – продолжил Дениз, – помочь орионцам разобраться с заброшенным карьером в горах.

– О! – вставил Манрейхайм. – День не успел завершиться, а большой брат уже задачи нарезал.

– А что не так с горами‑то? – пожал плечами Остенах.

– Орионцы в курсе о нашем участии? – не унимался Манрейхайм.

– Вот, – присоединился к нему Остенах, – меня тоже интересует этот вопрос. Они вообще согласны на нашу помощь?

– Так! – сурово приказал Дениз. – Отставить спор!

Ребята переглянулись, но повиновались.

– Михаил сказал, с ними всё согласовано. Они сопротивления не окажут, – ответил Дениз. – Надеюсь, все ваши вопросы я удовлетворил?

– Они! – фыркнул Остенах. – Словно мы их выслеживать в карьере будем.

– Остенах! – оборвал его Дениз.

– Хорошо, я понял, – проворчал тот. – Спать, значит, спать.

– Да, – кивнул Дениз, увлекая девушку за собой, – всем спать. Завтра разберёмся.

Группа Дениза разместилась в двух домах перевалочного лагеря. Один из них заняли Дениз с девушкой, второй – все остальные ребята.

Дениса задержала взгляд на домиках орионцев.

– Лю‑ци‑фе‑р, – повторила она про себя.

Как‑то по‑другому она представляла себе их встречу. Много лет прошло с последней встречи, а он мало чем изменился: такой же гордый и суровый, наводящий на неё периодически страх. Она помнила, как боялась его и любила одновременно, будучи маленькой девочкой.

Его чёрные, как ночь, глаза отражали солнце. Упрямый изгиб линии губ и слегка вздёрнутый нос придавали образу бунтарские черты характера. Она была наслышана о своенравии юноши. Михаил предупреждал, что с ним будет сложно.

Сын творца отличался от всех своими взглядами и импульсивностью поступков. Он часто делал всё наперекор всем, поэтому ушёл на Орион – к людям, к своему народу, как он говорил, – чтобы чувствовать себя свободным, не подчинённым правилам и устоям обители творца.

Остальных ребят Дениса не знала, хотя, возможно, доводилось с ними встречаться во время своего пребывания на Орионе.

Её внимание привлекал Бальтазар. Долговязый, как успела отметить она про себя, высокий, худой и гибкий. Глаза его меняли цвет в зависимости от освещения – от тёмно‑голубого до, порой, сине‑чёрного. По всем параметрам он был старше своего командира.

Она бы ничуть не удивилась, узнав, что, например, Бальтазар обременён узами семейного союза и кучей детишек – один другого меньше. От него исходила серьёзность и простота одновременно – и потрясающая уравновешенность.

В команду Люцифера он попал не зря. И, как уже успела отметить про себя Дениса, именно ему, Бальтазару, удавалось ослабить пыл орионца. Он мог найти подходящие слова в той или иной ситуации и даже поменять тон. Люцифер к нему прислушивался – это сразу бросалось в глаза. С остальными участниками группы он вступал в спор, доказывая свою правоту. Спор всегда продолжался до тех пор, пока в него не вступал Бальтазар – только тогда дело сходило на нет.

Её братьев он невзлюбил сразу – это тоже чувствовалось. В конфликт не вступал, но и внимания не уделял. Терпел их присутствие молча. Да это и понятно изначально было: приказ старшего брата оспорить он не смел. Держался как мог.

Впрочем, с последнего её пребывания на Орионе – лет десять назад – в экипировке военной формы мало что изменилось. Та же пятнистая расцветка зелёного оливкового цвета, позволяющая слиться с фоном окружающей среды. В комплект входят футболка, брюки прямого кроя и куртка.

Наиболее распространённая камуфлированная форма. Зелёный камуфляж представляет собой цифровой узор, который маскирует в лесной и горной местности.

Костюм состоит из куртки и брюк. Куртка на молнии, скрытой за тканевой планкой на липучках, с прямым воротником и липучками для крепления шевронов. Брюки застёгиваются на пуговицы; на поясе есть шлёвки под ремень. На брюках – два внутренних боковых кармана, два накладных боковых кармана и два задних кармана. Имеются усиления в области локтей, коленей и сидения. Именно такую форму предпочитали Люцифер и Бальтазар.

Второй комплект – зелёный костюм нового образца. Выполнен из мягкой полиэфирно‑вискозной ткани. Комплект также состоит из куртки и брюк. Куртка прямого кроя, с центральной застёжкой на молнии и отложным воротничком. Оснащена притачным поясом с вшитой по бокам резинкой, длинным рукавом с регулируемыми манжетами на липучке и креплениями для шевронов. Брюки прямого кроя, с вшитой по бокам резинкой; застёгиваются на пуговицу и молнию, оснащены шлёвками под ремень. Особенности: два нагрудных кармана с клапанами и липучками под шевроны, два боковых кармана на молнии и один внутренний карман. В форму такого плана была облачена остальная часть команды.

Важно отметить, что выбор цвета военной формы может зависеть от многих факторов, включая тактические соображения, особенности местных условий и традиции. Выбор зелёного цвета для военной формы имеет несколько причин.

Зелёный цвет отлично сочетается с окружающей природой, особенно в растительной зоне. Военная форма зелёного цвета помогает сливаться с ландшафтом и создаёт эффект маскировки. Это важно для успешных военных операций, где сокрытие от противника играет решающую роль. Зелёная форма также создаёт более гармоничный образ в сельской и лесной местности.

Зелёный цвет ассоциируется с природой, жизнеспособностью и надёжностью. Он создаёт ощущение согласованности с окружающей средой и может оказывать психологическое воздействие как на самого военнослужащего, так и на противника. Зелёный цвет способен способствовать улучшению концентрации и комфорта во время службы на поле боя.

Зелёный цвет является относительно универсальным в различных ландшафтах, поскольку подобные оттенки встречаются по всему миру этой вселенной. Это позволяет использовать зелёную форму в разных условиях и регионах, что упрощает снабжение и обеспечение войск.

Михаил тщательно разрабатывал функции военных костюмов для всех видов войск этой вселенной. Несмотря на внешние различия, экипировка воинов обеих групп была оснащена перспективными функциями и технологиями.

Поверхность костюма генерировала энергию – например, от солнца или движения тела человека. Также имелась возможность блокировать электромагнитные излучения, скрывать геолокацию смартфона, защищать от вирусных атак и кражи информации. Материалы со встроенными сенсорами позволяли регулировать температуру тела или менять цвет в зависимости от освещения. Искусственный интеллект создавал костюмы, идеально подогнанные под особенности фигуры, стиль жизни и даже настроение. Костюм мог измерять давление, пульс, температуру тела, считать шаги и т. д., помогая человеку отслеживать своё состояние. Некоторые модели оснащались девайсами в виде массажёров, которые посылали несильные электрические разряды, благоприятно воздействующие на позвоночник и суставы плеч.

Люцифер! Сердце забилось!

Теперь она понимала, что именно привлекло её внимание в парне. Исходившая от него энергия не могла пройти мимо неё.

Дождавшись, когда наконец Дениз поднимется к себе, девушка выскользнула на улицу. Она накинула чёрную куртку с укороченной талией, подчёркивающей все её женственные формы – начиная от изгиба рук и заканчивая бёдрами.

Любопытство и желание гнали её вперёд. Хотелось ещё раз встретиться с ним, посмотреть ему в глаза и снова почувствовать его энергию.

Люцифер прислонился спиной к дереву. Уснуть ему так и не удалось: мысли роились в голове одна за другой и, соответственно, не давали юноше покоя.

Эта маленькая тайка не давала ему покоя. А в том, что она принадлежала роду человека с острова Тао, он почему‑то ничуть не сомневался.

Глаза – большие, выразительные, с миндалевидной формой. Радужка насыщенного коричневого оттенка создавала тёплый и дружелюбный взгляд. Длинные густые ресницы подчёркивали выразительность глаз. Взгляд всегда направлен прямо, с лёгкой задумчивостью. Аккуратные, чётко очерченные, естественной формы брови слегка изогнуты – они выделяли особую выразительность глаз: не слишком густые, но достаточно заметные.

Нос прямой, с плавными линиями. Ноздри не выпячиваются – форма носа гармонирует с остальными чертами лица. Кончик носа слегка закруглён. Губы средней полноты, с чётко очерченным контуром. Верхняя губа чуть меньше нижней, что создаёт естественный баланс. Лёгкую непринуждённость и мягкость образу придавали слегка приоткрытые губы.

Овал лица с мягкими, плавными контурами и умеренно выраженными скулами подчёркивал женственность. Линия подбородка слегка закруглена – это придавало образу мягкость. Подбородок аккуратный, не слишком массивный. Плавные переходы от щёк к скулам создавали ощущение объёма, живости и изящности. Ровная кожа с естественным тоном и лёгкий румянец на щеках – признак свежести и жизненности.

Он чувствовал прилив в душе и не мог не признать тот факт, что девушка коснулась не только его сердца, но и души. Она оставила в ней глубокий след. Сам от себя он такого не ожидал. Возможно, своими действиями он оставит впечатление похабника и ловеласа, однако поделать с собой ничего не мог. С трудом ему удавалось совладать с собой в её присутствии.

Ему хотелось обладать ею прямо здесь и прямо сейчас – но не на одну мимолётную ночь, а на всю жизнь. Он мечтал до скончания веков проводить с ней все дни напролёт – и в горе, и в радости.

Люцифер понимал, что его сердце выбрало её – и именно сейчас, когда ему предстояла встреча с Денисой, его суженой, женщиной, которую сотворил для него его отец. Точнее, сотворец, удостоивший чести носить титул его отца. О настоящем своём творце юноша предпочитал не говорить и не вспоминать – да и вообще вычеркнул Ариона не только из своей жизни, но и из сердца. Весь Хаус на Орионе он создал своими тёмными помыслами. Непреодолимая жажда мести возобладала над ним, а стремление править миром привело к хаосу в устройстве системы мироздания.

Люцифер перевёл взгляд на лагерь Дениза. В окне второго этажа, в одном из домов под самым флигелем, маячила тень. Яркий свет пробивался через плотно задёрнутые шторы, выдавая присутствие человека.

Тень описала круг по комнате. Люцифер не сразу понял, что фигура за шторами принадлежит незнакомке. Его сердце забилось сильнее, когда в окне появилась ещё одна фигура. Судя по росту и ширине плеч, это был мужчина – да и в округе не было больше ни одной женщины, кроме неё.

Люцифер не отрывал взгляда от окна. Они разговаривали, стоя рядом друг с другом, но не соприкасались. Потом мужчина коснулся её лица и встал спиной к окну, закрывая происходящее между ними от посторонних глаз. В этот момент свет в окне погас.

Сердце Люцифера ёкнуло, оставляя непонятное послевкусие. Под ложечкой неприятно защемило – причём так, что он скрипнул зубами.

– Конечно, а на что ты надеялся? – прошептал он, откинув голову назад. – Вполне возможно, у неё кто‑то есть… Вполне возможно… – повторил он больше для собственного убеждения.

Бросив косой взгляд на окно, Люцифер закрыл глаза. «Ну ладно, значит, так тому и быть». Тем более сейчас, когда к нему едет Дениса – его Дениса.

Он помнил её ещё девочкой и те чувства, которые испытывал когда‑то. Дениса тогда ещё не достигла совершеннолетия, и Люцифер отступил, поклявшись себе, что дождётся её взросления – чего бы это ни стоило. Ждал он долго: ожидание показалось вечностью. И вот теперь, когда всё должно прийти в норму, ему встречается она.

Люцифер выругался в сердцах. Он редко позволял себе сквернословить, но тут сдержаться не смог – тем более свидетелей всё равно не было. Рядом ни души. Его мысли прервал треск разгорающегося костра.

«Хм, а точно рядом ни души?»

Люцифер открыл глаза и обомлел: перед ним стояла его незнакомка и поправляла длинной тонкой палкой дрова. Когда она подошла? Сколько времени он так простоял?

Люцифер увлёкся своими размышлениями и не заметил присутствия постороннего человека на своей территории.

– Что ты здесь делаешь? – шагнул он к ней. – И кто тебе разрешил?

Девушка правой рукой подгребала угольки в костёр. «Ей бы очень пошло кольцо», – отметил про себя Люцифер. Но кольца он не видел на её пальце. «А значит…» Хотя ничего это не значило. Наличие или отсутствие кольца, как показывала практика, роли не играло.

От звука его голоса незнакомка вздрогнула и попятилась назад. Споткнувшись о выпирающий корень, она покачнулась. Люцифер среагировал с быстротой змеи: схватил её за правую руку и потянул к себе, отбирая из соображений собственной безопасности палку. От этой фурии можно ожидать чего угодно.

Девушка встала к нему полубоком, спиной. Он положил руку на её правое плечо и прижал к себе, заставляя слегка опереться на него.

– Ты разрешил, – выдавила она, сразив его своим взглядом.

– Я разрешил?

Её близость действовала на него магически. Он чувствовал, как растворяется в её глазах и сливается с ней воедино. Сдерживать себя ему было трудно.

– Специально так оделась, – едва слышно прошептал он.

Куртка облегала её тело, подчёркивала тонкую талию и пышную грудь, открывая взору все женские прелести. Брюки прямого кроя строгой линией спускались по округлым бёдрам.

Довольно длинная, практически достигающая нижней части спины, классическая трёхпрядная коса придавала причёске элегантность и динамику. Пряди равномерно переплетены – это создавало аккуратный и структурированный вид. Коса начиналась от макушки, проходила вдоль затылка и спускалась по спине. Такое расположение подчёркивало линию шеи и плеч. Насыщенный каштановый оттенок с лёгкими переливами выделял глубину и текстуру причёски. По структуре волосы выглядели гладкими и ухоженными, с естественным блеском. Несколько свободных прядей, оставленных у лица, добавляли образу непринуждённости и мягкости. Слегка распушенные волосы у лба плавно переходили от плетения к естественным прядям. Коса не была закреплена резинкой на конце, что делало причёску ещё более расслабленной.

Причёска сочетала в себе аккуратность и лёгкую небрежность, но при этом выглядела достаточно изысканно. Такая причёска универсальна: подойдёт как для неформальных встреч, так и для более торжественных случаев – если дополнить её аксессуарами, например заколкой или лентой.

Один её вид возбуждал его до неприличия. Аромат её волос и тела вводил в транс. Он сам не мог понять, что с ним происходит и чем обусловлена такая реакция.

– Да. Я спросила разрешения подложить дров в огонь, – девушка выглядела дружелюбной и располагала к общению. – И ты разрешил.