Точка Х

Все молчали. Солнце уже село, и в комнате сгущались сумерки. Лампа отбрасывала дрожащий свет на лица, создавая резкие контрасты между освещёнными участками и тенями. За окном протяжно завыл ветер, будто вторя рассказу Марины.

— Это меняет дело, — Андрей постучал указательным пальцем по столу. Его рука слегка дрожала. — Это значит, нужна двойная мера предосторожности. И защита уязвимых частей тела.

Сергей прервал молчание:

— Время идёт. У нас ещё есть что обсудить. Давайте все познакомимся друг с другом поближе. Полные имена, сколько лет, кто чем занимался — всё в этом духе. Андрей, готов?

Тот кивнул головой, готовый вбивать данные. На мониторе ноутбука мерцала таблица — «ЛИЧНЫЕ ДАННЫЕ ОБЩИНЫ». Первой записью были его данные: фамилия, 33 года, профессия.

— Сергей Геннадьевич Волков, — начал Сергей, проводя ладонью по щетине. — 16 декабря 1993 года. Частный предприниматель. Грузовые перевозки. Профессия — автомеханик. Жил… жил здесь, в этом доме. Близких нет.

— Юрий Борисович Гаврилов, — голос Гаврилова звучал глухо, будто он говорил сквозь ком в горле. — 8 октября 1971 года рождения. Работал главным технологом Емельяновской птицефабрики, агрономом совхоза «Красный пахарь», технологом Красноярского мясокомбината. Профессия — агроном. Жил в Емельяново, на Московской улице. Жена погибла. Дочь, вероятно, тоже. Была вакцинирована

— Марина Фёдоровна Орлова, — Марина говорила ровно, но её пальцы непроизвольно сжимали край перевязки. — 28 мая 1988 года. Профессия — врач‑терапевт. Работала в поликлинике Красноярска За отказ от вакцинации уволили без выходного пособия. Можно сказать вышвырнули. Последние полгода — медсестрой в доме престарелых. Близких здесь нет. Дочь живёт в Германии. Жила на Юшкова.

В комнате повисла тишина. За окном протяжно скрипнула ветка, будто вторя её словам. Лампа мерцала, отбрасывая дрожащие тени на карту Красноярска. Сергей невольно взглянул на фотографию Ольги в рамке — та улыбалась, не зная, что мир рухнет через неделю.

— Теперь переходим к первому пункту повестки: выживание, — Андрей щёлкнул клавишей ноутбука.

Экран подсветил его лицо бледным светом, подчеркнув тёмные круги под глазами. Он провёл рукой по клавиатуре, словно пытаясь нащупать уверенность.

— Но прежде чем строить планы, нужно признать: мы все здесь — не герои из фильмов. Мы просто люди, которые хотят жить.

Юрий Борисович кивнул, потирая переносицу. Его пальцы дрожали — то ли от усталости, то ли от напряжения.

— Проведя почти две недели в убежище дома престарелых, я подметил слабые места в организации группы выживших, — Сергей встал, медленно обошёл стол. Его тень растягивалась по стене, будто очерчивая границы их нового мира. — Первое — явное лидерство одного человека. Да, Николай Степанович держал всё под контролем, но это не дало гарантии безопасности. Один человек не видит полной картины. Мы основные задачи будем решать вместе. Если нужно голосовать — будем голосовать.

Марина слегка приподняла бровь, но промолчала. Её взгляд скользнул к окну, где в темноте мелькнул силуэт птицы — редкого гостя в опустевшем городе.

— Второе — перераспределение ресурсов, — Сергей остановился у карты, ткнув пальцем в жёлтую кнопку, обозначающую магазин. — Нельзя, чтобы одни жрали от пуза, а другие голодовали. Сейчас мы вчетвером едим за одним столом, — он посмотрел на Юрия Борисовича, — но ключевое слово — «сейчас». К этому я ещё вернусь.

— Но сейчас мы вчетвером едим за одним столом, — возразил Гаврилов, сжимая кружку с остывшим чаем. Его голос звучал глухо, будто он говорил сквозь ком в горле.

— Теперь нам голод не страшен, если есть, конечно, продукты.— «Сейчас» — медленно произнёс Сергей, выделяя каждое слово. — Вот в чём суть. Для выживания группы, общины, общества — называйте как хотите — нужно чёткое взаимодействие и план развития. Невозможно нам будет выжить, обирая только ближайшие магазинчики. Нужно расширить зону добычи ресурсов. Это требует: наличия транспорта ,оружия и защиты, людей. Чем больше людей, тем больше должна быть зона добычи ресурсов, которая в конце концов просто закончится. Продукты исчерпают срок годности. Лекарства тоже. И что мы будем делать? Нужно уже сейчас об этом начать думать.

Все закивали, но в их взглядах читалась неуверенность. Андрей постучал пальцами по столу, ритм его стука сливался с тиканьем часов. Марина сжала край перевязки так, что побелели пальцы.

— На первом этапе у нас четыре задачи, — Сергей наклонился к карте, его тень накрыла жёлтые кнопки. — Первая — обеспечение себя продуктами питания и лекарствами. Сейчас продукты можно добывать здесь, здесь и здесь, — он помечал места жёлтыми кнопками. — Около полутора километров от дома. Вот этот магазин почти отработан, там практически ничего не осталось. Эти два ещё нормально. Вот этот — под завязку. Лекарства можно добыть в аптеках вот тут и здесь, — зелёные кнопки украсили карту. — Но мы теряем очень много драгоценного времени на многоразовые вылазки за продуктами. Времени, которое нам понадобится. Нужно вылазки сокращать вплоть до одноразовых.

— Каким образом? — возразил Гаврилов, поднимая голову. Его глаза блеснули в свете лампы. — За раз на себе много не утащишь.

— На себе — нет. На транспорте — да.

— Серёжа, какой транспорт? Только заведёшь мотор — все заражённые с округи и из дома престарелых припрутся на шум мотора, — Гаврилов ударил ладонью по столу. Звук эхом разнёсся по комнате, заставив Марину вздрогнуть.

— Я согласен с Юрием Борисовичем, — сказал Андрей, закрывая ноутбук. Его голос звучал сдержанно, но в нём чувствовалась тревога.

— Тоже согласна, — тихо добавила Марина, опуская взгляд на свои руки.

— Подождите. Сейчас объясню, — Сергей выпрямился, его тень вытянулась до самого окна. — Когда я был на крыше пекарни, то видел, что вся толпа заражённых стоит далеко от ворот. Ворота не сломаны. Они просто открыты. Кто‑то открыл их, — он сделал паузу, обводя взглядом собеседников. Все переглянулись, в их глазах мелькнуло недоумение. — Моё предложение: пробраться к воротам и закрыть их, отрезав эту основную группу нашего района.

— А если она не основная? — спросил Андрей, наклоняясь вперёд. Его тень упала на карту, перекрывая зелёные кнопки.

— Я уверен: основная. Они текли рекой на выстрелы. Ночью, в гробовой тишине города, эти выстрелы слышны были далеко. Поэтому все заражённые в радиусе этих выстрелов, скорее всего, на территории нашего бывшего убежища. Я, когда сегодня утром возвращался сюда, не встретил ни одного по дороге.

— Можно попробовать, — неуверенно сказал Андрей.

Он уже закрыл ноутбук, но писал основные тезисы Сергея на бумаге. Его рука дрожала, оставляя неровные строки.

— Когда они будут заперты, берём грузовик и начинаем доставку продуктов в наше убежище.

— Где возьмём грузовик? — Юрий Борисович нахмурился, его пальцы снова застучали по столу.

— Для начала моя «Газель», что у двора, подойдёт, — Сергей кивнул на улицу. — Но продукты надо где‑то хранить. Нужно выделить отдельное помещение под склад — большой склад. Доработать помещение так, чтобы грызуны туда не пробрались и не попортили продукты, чтобы они не портились раньше времени. В магазинах осталось немало заморозки. При правильном хранении её можно употреблять в пищу. Для этого потребуется перевезти несколько пустых холодильных установок. Можно поискать по домам морозилки. Электричество пока есть. Также нужно отдать помещение под склад медикаментов. И несколько холодильников привезти под лекарства, требующие холода.-

Это тяжелая работа, грузить и выгружать холодильные установки, - возразил Гаврилов.

- Я знаю, но это необходимо сделать .

— Где же ты столько помещений тут найдёшь, Сергей? — спросила Марина, поднимая глаза. Её голос дрогнул, а пальцы снова сжались на перевязке. — У тебя всего три комнаты в доме. Будем все в одной комнате ютиться?

Сергей молча смотрел на всех. В комнате наступила тяжёлая тишина, нарушаемая лишь редким шорохом листьев за окном. Все напряглись, как будто ожидая услышать что‑то страшное.

— Нет. Ютиться в одной комнате мы не будем. И ты права — здесь слишком мало этих комнат. Вторая наша задача — найти новое, укреплённое, безопасное убежище.

Холодный ветер ворвался в приоткрытое окно, заставив всех поежиться. Марина инстинктивно подтянула к себе край одеяла, лежавшего на стуле. Юрий Борисович сжал кулаки, его взгляд метнулся к окну, будто пытаясь разглядеть в темноте очертания нового дома.

— Но где мы его будем искать? Когда? — спросил Андрей, поднимая голову. Его голос звучал тихо, почти шёпотом.

— Нигде и никогда. Я его уже нашёл.