Сказание о перекованном сердце

– Спасибо за ваше беспокойство.

– Проводи госпожу Аллейв в гостиную для слуг, – бросил он одному из стражей и повернулся к другому. – Ты со мной.

Не сказав больше ни слова, он заторопился дальше, в сторону башни госпожи Кордис.

– Зачем мне в гостиную для слуг? – спросила Айер стражника, торопясь за ним вниз по лестнице.

– Всю прислугу собирают там, – ответил тот. – Никто не выйдет из замка без допроса и досмотра.

– Но уже ночь!

– Я сожалею, госпожа Аллейв, но таков протокол. Думаю, слуг, не проживающих в замке, допросят первыми.

Айер сдалась и молча стиснула зубы, прижимая к груди блокнот со спрятанными в нём артефактами.

В столовой для слуг уже была масса людей. Шпионка поняла, почему коридоры были почти пустыми: по правилам замка, это было место сбора в подобных ситуациях. Видимо, услышав колокол, все, кто ещё оставался в замке, спустились сюда, не считая личной прислуги и стражи.

– Госпожа Аллейв, вот вы где! – услышала она голос экономки, госпожи Лиосель. – Мы переживали, что вы не спустились.

– А, я уснула и не услышала колокол, – неловко улыбнулась Айер.

– С вами такое нечасто бывает, – покачала головой женщина.

– Сегодня было много работы из-за отсутствия господина Тевела.

– Не заставляйте нас так волноваться. Капитан Латери сказал, что это мог быть Чёрный Ветер. Все за вас переживали.

– Кто-то переживал, а кто-то злорадствовал, – отшутилась Айер. – В любом случае, со мной всё хорошо.

Все слуги замка и близко не помещались в столовой, поэтому скоро люди начали заполнять соседние комнаты, кто-то даже стоял в коридоре. Несколько стражей, приглядывавших за этим хаосом, пытались успокоить обстановку, но тщетно: слуги взволнованно обсуждали произошедшее, обмениваясь слухами и предположениями. Через час несколько поваров и их помощники вынесли из кухни закуски и чай, но их расхватали так быстро, что Айер ничего не досталось – впрочем, она всё равно не смогла бы есть.

Девушка сидела в углу столовой, почти у самого входа, до белых костяшек сжимая блокнот в руках. Казалось, будто все видят её насквозь и точно знают, что это она пробралась в башню, но девушка старалась не поддаваться своей паранойе. Время от времени неравнодушные знакомые подходили и говорили, что она необычно бледная, но сами тут же предполагали, будто она испугалась Чёрного Ветра, и поэтому оставляли в покое.

В тревожном ожидании прошла пара часов. Айер вернулась к мыслям об осколке. Сейчас, хотя она держала его в руках, она не чувствовала той зловещей энергии. Значило ли это, что такое происходит только при прямом касании? И всё-таки почему она её почувствовала? Вдруг это было какое-то проклятие? А может, ей это просто показалось из-за напряжённости момента?

Нет, точно не это. Да, момент был сложный, но не страшнее, чем первые миссии, когда у неё не было почти никакого опыта. Кристалл чем-то отличался от других. Впрочем, и ясно: по легендам, Ключ Кравна был кристаллизованным человеческим сердцем, заполненным магической энергией – ещё бы ему не отличаться от других артефактов.

Наконец один из стражей пригласил на допрос дворецкого, потом экономку. Айер позвали третьей. Со смесью облегчения, что больше не придётся здесь сидеть, и страха, что её раскроют, шпионка проследовала за стражем в кабинет, отведённый следователю.

– Госпожа Аллейв, – поднялся тот, устало улыбаясь, и указал на стул, как и в прошлый раз. – Пожалуйста, присаживайтесь. Простите, что пришлось так долго ждать.

– Ничего страшного. Вы, должно быть, и сами устали, – ответила она, садясь.

В кабинете было довольно темно: только несколько свечей на столе и пара кристаллов на книжных полках слабо освещали его.

– Я постараюсь не задерживать вас. Где вы находились сегодня между девятью и десятью вечера?

– В Большой библиотеке. Я закрыла её примерно на закате и сверяла каталог, но в какой-то момент заснула. Обычно я не задерживаюсь так поздно.

– Ясно. И вы не слышали колокол?

– Как я и сказала, я довольно крепко сплю, – улыбнулась Айер, разыгрывая неловкость.

– Вот как, – едва улыбнулся Латери. – Может быть, вы замечали что-то странное в течение дня?

– Нет, ничего необычного.

– Хорошо, – его взгляд упал на блокнот в её руках. – А что это у вас?

Идея пришла в голову так быстро, что девушка даже не успела обдумать её, прежде чем ответила:

– Это? Дневник, – Айер положила блокнот на стол, немного пододвигая вперед, хотя сердце колотилось как бешеное. – Можете посмотреть. Может быть, найдёте там своё имя.

Следователь озадаченно поднял глаза на неё, а затем рассмеялся:

– Вы довольно прямолинейны, госпожа Аллейв, – он подвинул блокнот обратно. – Мне любопытно, но с моей стороны это было бы неприлично по отношению к девушке. Возможно, со временем вы сами расскажете мне всё. В другой обстановке, – Латери обвёл жестом свой кабинет, – менее напряжённой.

Айер постаралась удержать улыбку на лице.

– Боюсь, ни в вашем, ни в моем окружении никто этого не одобрит, Ваша Светлость.

Следователь наклонился немного вперёд, опираясь на стол локтями:

– Не называйте меня так. И в любом случае, сейчас не время об этом. Мы оба устали, и вам следует идти домой, – он снова поднялся, направляясь к двери, и открыл её. – Можете её не досматривать, – обратился он к стражнику. – Доброй ночи, госпожа Аллейв.

– Доброй ночи, капитан, – улыбнулась шпионка, выходя.

Лишь оказавшись за стенами замка, Айер наконец вздохнула спокойно. Сердце всё ещё колотилось, и ноги казались слабее, чем обычно. Торопясь к штабу по тёмным пустынным улицам, девушка прижимала блокнот к груди под плащом, словно он был ей сейчас дороже жизни – и, в общем-то, это не было далеко от правды. Но почему-то ещё больше, чем возможность доказать свои способности, предоставив Хильду осколок, её радовала возможность отдать Нако его талисман.

Ей было жалко мальчика. Хотя для Айер, в отличие от Кронона, оставить семью было выбором, и она в то время была старше, девушка тоже помнила это чувство беспомощности и опустошающего одиночества, когда остаёшься без поддержки в этом мире. Одна из её сестер сейчас была примерно на год младше Нако. Сколько лет Айер уже не получала известий о своей семье? Шесть или семь? Она не знала, что с ними случилось, живы ли они вообще, но хотелось верить, что даже в беде кто-то позаботится о них – а она позаботится о Нако и, может быть, восстановит таким образом мировой баланс.

Айер усмехнулась своим же мыслям. Не стоило тешить себя мыслями о балансе. Не было смысла надеяться на то, что кто-то защитит её сестер и отца, просто потому что она поможет Нако. Уж на чьи, а на её молитвы боги бы точно не откликнулись. И всё же Айер просто не могла не беспокоиться о мальчике.

Когда девушка наконец добралась до штаба и постучала в тяжёлую дверь, Эфтен выглядел на удивление взволнованным.

– Айер! – воскликнул он, пропуская её внутрь без своих обычных допросов. – Что случилось? Мы слышали колокол.

Теперь Айер увидела, что в общей комнате было необычайно оживлённо: помимо Эфтена, здесь были Нако, Кронон и ещё несколько приближенных к Хильду сопротивленцев. Все они обернулись на девушку, едва она вошла.

– Всё в порядке, – только и выдала Айер. – Никто не умер и никого не раскрыли. Мне нужно к Хильду.

Не дожидаясь ничьей реакции, она двинулась наверх.

– Подожди! – окликнул её Кронон, торопясь следом. – Ты его достала?

– Пойдём со мной, – тихо ответила девушка.

Когда они вошли в кабинет, Хильд нервно нарезал круги по комнате.

– Айер! – он вздохнул с облегчением. – Что случилось? Почему звонили колокола?

– Потому что кто-то пробрался в башню придворной колдуньи и выкрал оттуда что-то важное, – улыбнулась девушка.

Она потянулась к блокноту, но замерла всего на мгновение. Что, если она опять почувствует ту странную энергию? Вдруг это опасно? С другой стороны, если не коснётся кристалла, то так и не узнает, показалось ей или нет.

Айер запустила руку под обложку, нащупывая кристалл – по телу снова прошлась волна страха, смешанного с тревожным ожиданием чего-то неизбежного, заставившая мурашки пробежать по коже.

– Вот, – она быстро положила осколок на стол и отдёрнула руку.

– Всё в порядке? – прошептал Кронон, заметив её странную реакцию.

– Позже, – покачала головой девушка. – Возможно, стоить позвать Нако? Чтобы он подтвердил, тот ли это кристалл.

Хильд стоял, широко распахнутыми глазами уставившись на пульсирующий алым светом осколок перед собой.

– Да… да, конечно, – спохватился он. – Кронон, позовёшь его? – он усмехнулся, словно не веря своим глазам. – Как тебе это удалось?

– С трудом, – устало улыбнулась Айер, опускаясь на стул. – Меня заметила одна из горничных, поэтому и колокол звонил. Но она меня, кажется, не узнала. Во всяком случае, меня отпустили после очень короткого допроса.

– Твоя репутация окупается, – улыбнулся Хильд.

– Посмотрим, как долго мне удастся её сохранять такими темпами.

В этот момент вернулся Кронон с Нако – мальчик тут же заметил осколок на столе и раскрыл рот в удивлении, но быстро спохватился и захлопнул его.

– Это он, верно? – спросил Хильд.

Нако неуверенно перевёл глаза с осколка на него и обратно, сглотнул и спросил:

– Можно?

Лидер кивнул, и тогда Нако приблизился к осколку и едва коснулся его:

– Да, это он.

– Хорошо. Спасибо. Отличная работа, Айер.

Кронон подошёл и из любопытства взял кристалл в руки, но тут же передёрнул плечами и положил его обратно, а потом бросил короткий взгляд на Айер.

– У меня есть ещё кое-что, – девушка протянула Нако блокнот.

– Что это?

– Открой и узнаешь.

Мальчик с подозрением взглянул на неё исподлобья, но всё-таки взял блокнот, раскрыл его и тут же вздохнул от неожиданности.

– Спасибо! – впервые за время их знакомства Нако улыбнулся, и в этот момент его лицо стало по-настоящему детским. – Правда, спасибо! Я не думал, что снова увижу их.

– Ты часто молишься? – спросила Айер.

Улыбка пропала с лица Нако почти так же быстро, как появилась.

– Сейчас уже нет, – он покачал головой. – Мой учитель был очень набожным, поэтому мы часто молились. Но после его смерти… – он осёкся и опустил глаза.

– Как давно? – сочувственно спросил Кронон.

– Чуть больше месяца.

Он кивнул:

– Мне жаль.

– Нам всем жаль, – добавил Хильд.

– Всё в порядке. Он сам говорил, что он старый, как мир, – губы его сжались в тонкую линию, а потом мальчик поднял глаза и пристально посмотрел на Айер. – Я не считаю вас плохим человеком из-за того, что вы внеклассовая. Мастер говорил, что если боги действительно создали людей похожими на себя, то и ошибаются они не меньше. Никто не знает, что было с вами в прошлой жизни, и не имеет права осуждать.

– Ты слишком проницательный для ребёнка, – улыбнулась девушка. – Но спасибо.

– Вам спасибо.

– В качестве благодарности обращайся ко мне на «ты». Я не такая старая.

– Поддерживаю, – кивнул Кронон.

– Я попытаюсь, – неловко кивнул Нако, оборачиваясь к Хильду. – Когда я могу пойти домой?

– Как я и говорил, в любой момент. Но учитывая, что Айер ставит замок на уши второй день подряд, думаю, тебе лучше пока остаться здесь.

– Кто виноват, что у меня работа такая? – отшутилась девушка, поднимаясь. – В любом случае, я домой. Чувствую себя так, будто не спала неделю.

– Вы… – Нако спохватился, – ты будешь здесь завтра?

– Буду, – улыбнулась Айер.

Попрощавшись с Нако и Хильдом, она направилась к выходу вместе с Крононом. Ей хотелось поговорить с кем-то о произошедшем в башне – нет, ей хотелось поговорить с ним, даже если он знал меньше, чем более опытные маги. Возможно, поддержка нужна была ей даже больше, чем объяснение.

– Мы можем поговорить? – спросила Айер, повернувшись к нему.

Кронон кивнул:

– Хочешь подняться на крышу? В штабе и «Монархе» много людей, колокол всех всполошил.

– Да, давай.

Проскользнув на чердак, они выбрались на поросшую мхом крышу через слуховое окно и сели поближе к карнизу с подветренной стороны, чтобы хоть немного спрятаться от промозглых порывов.

– О чём ты хотела поговорить? – в полголоса спросил парень.

– Касательно этого осколка, – Айер вздохнула. – Как бы сказать? Ты почувствовал от него какую-то энергию?

– Да. Жуткая штука, – он пристально посмотрел на неё. – Ты тоже её чувствуешь?

Девушка кивнула:

– Такого никогда раньше не было. Как думаешь, из-за чего такое возможно? Это же не проклятие?

– Сомневаюсь, – покачал головой Кронон. – Но я тоже никогда не слышал о том, чтобы внеклассовые могли чувствовать энергию артефактов. С другой стороны, довольно велик шанс, что это кусок человеческого сердца, ещё и с заключённой в него магией дочери богов. Неудивительно, что он сильно отличается от других артефактов.

– Думаешь, есть способ узнать, что именно может вызывать такой эффект?

Парень улыбнулся:

– Это как спрашивать ребёнка, который только научился читать, что он думает о классических поэмах. Может быть, и есть, но на это могут уйти годы. Само заклинание кристаллизации объектов было утеряно очень давно, не говоря уже о том, что нужно знать, был человек жив или нет на тот момент, какой процесс позволил превратить сердце в Ключ, и каким именно образом он работает. В общем, много вопросов, на которые очень сложно найти ответы, если вообще возможно.

– Этот ритуал сильно отличается от того, чтобы просто создать кристалл? Я слышала, что создавать их совсем несложно.

– Да, это другое. Тут ты не создаёшь что-то с нуля, а в корне меняешь структуру объекта, стараясь сохранить его форму и свойства.

– Ясно, – протянула Айер, опуская голову на колени. – Не нравится мне это. Это ведь сердце Баялы, если я правильно помню? Зачем делать сердце предательницы ключом к своей гробнице? Что-то в этом мрачное.

– Кравн ведь Искупитель, – пожал плечами Кронон. – Это было тысячу лет назад, мы не знаем многого.

– Что тоже не облегчает задачу.

– Извини, что не могу больше помочь. Но ты в порядке?

– Всё хорошо.

– Верится с трудом.

Она вздохнула:

– Конечно, раз уж мне удалось почувствовать магию, хотелось бы, чтобы она была более приятной, но уже что есть, то есть. Я буду в порядке. Просто все эти разговоры об искуплении и прочем не моя любимая тема.

Он положил руку ей на плечо:

– Не могу сказать, что представляю, каково это, но Нако прав. Мы ничего не знаем, и тот факт, что ты внеклассовая, не означает, что в предыдущих жизнях ты была плохим человеком. Некоторые люди могут верить в это, но это не делает это правдой.

– Я знаю. Я просто устала.

– Тогда нам лучше идти, – он поднялся и протянул ей руку. – Я провожу тебя. И кстати о Нако: возможно, стоит спросить его. Всё-таки он знал откуда-то местонахождение осколка. Наверняка ему известно больше.

– Да, ты прав. Поговорю с ним завтра, раз уж пообещала прийти.

– Нужно присматривать за ним, даже когда он вернётся домой, – сказал Кронон, забираясь обратно на чердак.

– Напоминает тебе себя? – улыбнулась Айер.

– В какой-то степени. Хотя я, наверное, был куда более беспомощным, – он усмехнулся. – И не таким упрямым. Вот этого ему точно не занимать.

– Уверена, Энд поспорил бы.

Кронон тихо засмеялся:

– Возможно.

После двух сумасшедших дней Айер была как никогда рада наконец упасть в свою кровать. Вся та усталость, на которую она старалась не обращать внимания, тяжестью накрыла тело, и в итоге девушке было лень даже перевернуться в кровати. И хотя её беспокоили мысли об осколке и о том, как всё будет развиваться дальше, хотя бы на одну ночь она решила потешить себя надеждой, что всё будет хорошо.

5. Чёрный Ветер

Нако проснулся от грохота, сотрясшего стены штаба сопротивленцев, и тут же подскочил в кровати. Кровь застучала в висках. Вокруг была кромешная тьма: с улицы едва ли падал хоть какой-то свет, и все свечи были погашены. Мальчик услышал торопливые шаги нескольких человек, дребезг бьющегося стекла и шелест бумаги.

Он замер, не смея дышать. Вслушиваясь в каждый звук, Нако поднялся с кровати, на цыпочках подкрался к двери и повернул ключ в замочной скважине – тот щёлкнул, казалось, так громко, что услышали в соседнем доме. У мальчика внутри всё замело, шаги снаружи тоже притихли. Секунда. Две. Три. Кто-то медленно опустил ручку с другой стороны. Дверь не подалась. Человек снова попытался тихо отворить её, а потом нажал с явно большей силой. Что-то тяжёлое ударилось о дерево.

Несколько мгновений стояла почти мёртвая тишина, и тут дверь с грохотом слетала с петель и отправилась к противоположной стене – Нако едва успел отскочить в сторону, закрывая руками голову. В комнату медленно, словно намеренно оттягивая своё появление, вошла фигура в чёрном плаще с капюшоном. В одной руке у нее был чёрный посох со слабо сияющим неогранённым алмазом, который левитировал в клетке искривленных ветвей; на груди висел золотой кулон в виде розы ветров.

Нако сделал короткое движение рукой, возводя вокруг себя магический барьер. Фигура целиком развернулась в его сторону, и мальчик увидел лицо молодой женщины, показавшееся ему мертвенно бледным в холодном свете алмаза. На губах её играла ледяная ухмылка, тёмные глаза смотрели прямо в душу.

– Здравствуй, – бархатным голосом сказала она.

Женщина сделала шаг к нему – Нако схватил с комода рядом увесистый подсвечник и замахнулся им:

– Не подходи!

– Я не хочу ранить тебя, – она подняла ладонь в примирительном жесте, останавливаясь на расстоянии вытянутой руки. – Если пойдёшь с нами добровольно, мне не придётся этого делать.

– Вы из Чёрного Ветра? – на выдохе спросил мальчик.

Она молча кивнула. Нако стиснул зубы и плотнее сжал подсвечник в руках:

– Ни за что.

– Тогда, надеюсь, ты меня извинишь.

Женщина едва наклонила посох в его сторону, и Нако даже не сразу понял, что произошло, но вдруг почувствовал себя совершенно беспомощным, словно в один момент их разделяла стена, а в другой её уже не было. Только потом он осознал, что его магический барьер разлетелся вдребезги, и для волшебницы разбить его было не сложнее, чем отобрать конфету у ребёнка. Тело начало слабеть, перед глазами потемнело, и он потерял сознание ещё до того, как успел упасть.

Когда Нако очнулся, было уже светло. Он лениво открыл глаза и огляделся. Комната, в которой он находился, больше напоминала пещеру с неровными каменными стенами и зарешечёнными бойницами вместо окон.

Мальчик подскочил – сердце тут же забилось как бешеное.

Осознание накрыло сразу. Его похитили. Опять. Сначала арестовали, потом заволокли в штаб сопротивленцев, а теперь вот ещё чёрт знает куда. Логово Чёрного Ветра? Очередная тюрьма? Что это было за место?

– Чёрт, – выругался Нако, спускаясь с на удивление мягкой кровати и подходя к бойнице.

Стена была слишком толстой, чтобы подойти близко к самому отверстию, но он видел отвесную стену ущелья, поросшую мхом, на фоне серых туч, и слышал биение волн о скалы. Нако повернулся и окинул взглядом комнату. Она оказалась на удивление уютной: на каменном полу лежал толстый ковер, на стенах висела пара картин, возле кровати стоял полный книг шкаф. Он обратил внимание, что тут не было ни одной свечи – только магические кристаллы, которые светились даже днём.

Нако тихо приблизился к единственной деревянной двери и медленно, чтобы не привлечь внимания, опустил ручку – та была заперта. Зато теперь он заметил у себя на запястьях широкие металлические браслеты с выгравированными магическими символами. Нахмурившись, мальчик поднял руку и попытался создать световую сферу, но лишь крохотная искорка загорелась и тут же погасла над его ладонью – словно его связь с магией была слишком слабой даже для простейшего заклинания. При этом чётки всё ещё висели у него на поясе.

Щёлкнул замок – Нако отскочил от двери, прячась за стоящий рядом книжный шкаф. По звуку шагов, перемежающемуся со стуком чего-то твёрдого о пол, он догадался, что в комнату вошла та же женщина. После короткой паузы шаги двинулись в его сторону – она вышла из-за угла с довольной улыбкой и постучала по шкафу:

– Застукала.

Нако захотелось или плюнуть ей в лицо за эту насмешку, или заплакать от беспомощности. Тяжёлая, мрачная аура женщины никак не вязалась с её поведением. Впрочем, она не пыталась показаться милой – у мальчика сложилось впечатление, что она хочет, чтобы он ценил её доброту, пока может.

Вместо плаща на ней был чёрный костюм, состоящий из штанов и жилетки без рукавов с глубоким вырезом, на плечах – мантия до пола, украшенная звёздным орнаментом, а на шее висел всё тот же кулон. На вид ей было никак не больше тридцати. Пепельные волосы волнами спускались по плечам и спине, на коже не виднелось ни единого шрама. Она была бледной и худой как смерть, но интуиция подсказывала, что посчитать её слабой было бы ужасной ошибкой.

– Что вам от меня нужно? – спросил Нако, глядя на неё исподлобья.

– Пойдём со мной, – кивнула женщина, разворачиваясь к выходу.

– Я никуда не пойду.

– Конечно, пойдёшь, – спокойно отозвалась она, и руки Нако против воли поднялись, утягивая его вперед – мальчик постарался устоять на месте, но мышцы, казалось, порвутся от растяжения, поэтому пришлось сдаться.

Едва Нако ступил на каменный пол коридора, дверь за ним захлопнулась. Как и в спальне, источниками света здесь были исключительно кристаллы, а не факелы или свечи. Мальчик подумал, как много энергии, должно быть, тратится на то, чтобы заклинать их снова и снова.

– Ты голоден? – спросила женщина, но Нако не ответил. – Будем считать, что голоден.

Несколько минут они шли по полутемному коридору, пока не оказались у широких двустворных дверей – те открылись от короткого движения руки колдуньи, и Нако вслед за ней вошёл в просторное помещение с высоким потолком. Первым делом его внимание привлек трон из чёрного камня на пьедестале и магические печати на полу. Потолок уходил на добрый десяток метров вверх, по правой стороне было несколько бойниц, а два ряда колонн создавали коридор к трону. Одна из печатей на полу точно была защитной; вторая, судя по некоторым символам, использовалась для каких-то обрядов, но он не смог точно определить её назначение.

Колдунья подвела его к прямоугольному столу за троном и села во главе – мальчика затянуло на место по правую руку от неё. Она прислонила посох к спинке стула, где для этого была вырезана специальная подставка, и алмаз коротко вспыхнул несколько раз, видимо, передавая кому-то сообщение. После этого женщина повернулась к Нако:

– Пожалуй, мне стоит представиться. Отрика Лилиен, – она протянула ладонь, но Нако и не подумал отвечать на рукопожатие.

Ему приходилось слышать это имя. Отрика Лилиен была, если верить слухам, сильнейшей колдуньей, рождённой в Хайдене со времен Анданты, и пока что ему было несложно поверить в это. Кроме того, она была ещё и чародейкой с даром управлять физическими объектами – способностью, которую нельзя было освоить обычному колдуну, сколько не учись. Чёрный Ветер взял её к себе ещё в детстве и, видимо, она стала его главой после смерти прошлого лидера восемь лет назад.

– Извини, что пришлось вот таким способом привести тебя сюда, но ты не оставил мне выбора.

– Что вам нужно? – нахмурился Нако.

– Всего лишь познакомиться поближе. Возможно, узнать побольше об этих кристаллах, с которыми так носятся стража и сопротивленцы, – она достала из кармана алый осколок и повертела в руках, совершенно не смущённая его жуткой энергией. – Что ты знаешь об этом?

Он промолчал. Мог солгать, но боялся. Проницательные, холодные глаза, в которых не было и тени игравшей на её губах улыбки, казалось, видели его насквозь.

– Ну, ничего. Мы ещё поговорим об этом.

– Я вам ничего не скажу, потому что сам мало что знаю. А даже если бы знал, всё равно бы не сказал.

– Я бы не была так в этом уверена.

– Вы ничего не сделаете мне. Даже если сделаете, я всё вытерплю, – Нако и сам не был уверен в правдивости этих слов. – А кроме меня самого мне не о ком беспокоиться.

– Правда? – протянула волшебница. – То есть, если из-за тебя пострадает незнакомый человек, тебе будет всё равно? – она покачала головой. – Надо же, я не ожидала такого хладнокровия. Тогда, может быть, приведём сюда кого-нибудь из твоих новых знакомых-сопротивленцев? Они, кажется, тебе симпатизировали. В особенности я не против лично встретиться с той внеклассовой. Айер, верно? – Нако почувствовал, как кровь холодеет. – В последнее время от неё всё меньше пользы и всё больше проблем. Это тебя затронет? – Отрика бросила взгляд на его побледневшее лицо и засмеялась. – Шучу, шучу. Вряд ли я чего-то добьюсь от тебя угрозами. Я хочу, чтобы ты понял одну вещь, Нако. Да, осколки важны, но мы их найдем так или иначе. Вопрос в том, как много людей пострадает в процессе. Если ты нам поможешь, какой будет резон ранить кого-то?