Феникс

В один момент, когда Тиффани вышла из леса, она упала на колени от усталости и боли, которая едва начала утихать. В её голове проносились воспоминания о минувшем дне. О том, как Тиффани сдавала экзамены, о том, что сказала ей госпожа Дороти, о том что произошло возле реки, о том, как она очнулась с ужасной болью, но целая и невредимая, о том, как скидывала трупы в реку, едва в неё не упав.

Чем больше она об этом вспоминала, тем быстрее начинало биться сердце девочки. «Всё в порядке. Если скинуть трупы в реку Снов, то штыки уволокут их на дно. Трупы не всплывут», – пыталась заверить сама себя Тифф. Она продолжала оборачиваться назад, боясь увидеть четырёх всадников, скачущих к ней, хотя умом понимала, что все четверо уже мертвы. Просидев на траве ещё немного, девочка собрала все свои оставшиеся силы, чтобы дойти до дома. Она знала, что там ждут хотя бы весточки от неё. Возможно, где-то в округе ходят близнецы, борясь с желанием побежать в башню. Тиффани уже представляет, как тётя Сэнди сидит за вышивкой около окна и временами тоскливо поглядывает в него. А дядя Грэг наверняка сидит в своём кабинете, разбирая бумаги, чтобы отвлечься. Через какое-то время ему захочется закурить. Дядя выйдет на балкон, начнёт закуривать трубку и станет думать о том, где его племянница, дочь его младшей сестры. А Тиффани еле волочет ноги, стараясь не упасть. «Почему-то в моём теле значительно поубавилось сил после того «благословения»…» – подумала она.

Едва добравшись до скромных владений семьи Артед, ей на встречу выбежали Дилан и Мортимер. Лицо первого было нахмуренным и серьёзным, а второй явно сильно беспокоился.

– Тифф, тебя так долго не было, мы уж подумали, что что-то случилось! Что с тобой, ты выглядишь такой уставшей! – голос Мортимера был тревожным. Мальчик встал на колено, подставляя свою спину двоюродной сестре, чтобы та залезла. Девочка покорно сделала то, что от неё хотели. Сил совсем не оставалось, так что запротестовать ей даже в голову не взбрело.

– Ты хочешь чего-то? Мне приказать, чтобы тебе сделали лимонад со льдом? – Дилан, как всегда, недоволен. Ему явно не нравилось состояние сестры, хотя ему всегда что-то не нравится.

– Хочу спать… В тишине… – выдавила Тиффани, смотря на своего цундере-брата уставшими глазами. Тот кивнул и ушёл вперёд, пока Мортимер нёс на себе девочку, всего на два года младше него. Близнецам было 16 лет и первым из них на свет появился Дилан. Тётя рассказывала, что очень ждала малыша и сильно удивилась, когда узнала, что их двое. Но любить меньше она их не стала. Каждый из мальчиков был окружён любовью, к каждому она имела свой подход. Даже к Тиффани, за которой эта женщина могла и не ухаживать, так как ей девочка не является кровной родственницей. Она племянница её мужа, дочь его сестры. Но тётя Сэнди любила людей всех возрастов. Сердце этой женщины желало обнять каждого и пожелать ему хорошей жизни. Глаза у неё были светло-бурыми и всегда светились счастьем, заражая других. Немного пухлые губы всегда улыбались, демонстрируя ямочки на щеках. Рыжие, как у близнецов, волосы были длинными и прямыми. Тётя Сэнди постоянно экспериментировала с причёсками: то заплетая их в необычную косу, идущую по всей голове, то в кубышку, то делая что-то вроде короны. Тиффани начали вспоминаться её тёплые, изящные руки, которыми женщина убирала слезы с глаз девочки. Кожа у тёти Сэнди была немного шершавая, но всё равно было приятно, когда она нежно поглаживала пальцем по щеке засыпающего ребёнка.

Когда Тифф принесли домой, она уже спала, бессильно обмякнув на спине Мортимера. Проснулась девочка после обеда. Открыв глаза, она осматривалась вокруг. Лежала Тиффани в своей комнате, но единственное, что добавилось – это маки в белой вазочке, которую ещё будучи детьми разукрасили близнецы вместе с сестрой. Взглянув на детские рисунки, девочка невольно улыбнулась. А затем её с новой силой окутали воспоминания минувшего дня. «Полукровка», – это слово въелось в память и сердце, не давая свободно вдохнуть. Снова появился ком в горле. Тиффани было обидно от того, что только это стало причиной её отказа. Родителей не выбирают, это не то, на что она способна повлиять, а потому никак исправить свою ситуацию не могла. Нет, ни маму, ни отца Тифф не винила. Она даже не знала, что было между ними: был ли это случайный союз или настоящая любовь. Девочка просто была раздосадована реальностью. Осознание того, что её навряд ли примут в какую-нибудь башню, было болезненным.

За столом она пошутила, что уничтожит башню Света, если её туда не примут, однако вспоминая свои мысли по пути домой, Тифф понимает, что это уже не шутка. Ей на полном серьёзе хотелось разрушить это всё, давая понять, что кровь не важна, важны умения и знания, важен сам маг, его личность, его особенности, а не родословная. Злоба пробирала до костей, однако через какое-то время Тиффани бессильно вздыхает, понимая, что сейчас она ничего не может сделать. Если девочка действительно хочет воплотить свои мысли в реальность, то нужно стать лучше и сильнее, надо основательно подготовиться и только потом начать действовать. Опрометчивые поступки никогда не приведут ни к чему хорошему, а потому Тифф решает приобрести новое умение, занявшись неведомым ранее ей делом.

»»–>＊*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚　˚*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚＊<–««

В какой-то момент Тиффани снова уснула и проснулась только на следующее утро, как обычно, раньше всех. Даже слишком рано. В комнате было темно, лишь луна давала хоть и слабый, но свет. Присев в кровати, девочка с удивлением поняла, что тело уже не болит, лишь в животе было пустовато. Оглядев свою комнату в очередной раз, не останавливая взгляд на маках в разрисованной вазе, Тиффани замечает остывшую кашу на столике возле кровати. Чувство голода заставило девочку подняться и сесть за столик. Поедая кашу, она старалась отвлечь свои мысли от тревожных воспоминаний о трупах и обидных словах госпожи Дороти. Покончив с едой, Тифф потянулась к давно остывшему чаю. Взяв кружку в руки, она подошла к окну и начала смотреть на пейзажи окрестностей. С правой стороны был Дневной лес, из которого исходил свет и вытекала река Снов. С левой стороны начинались территории других домов. Если же идти по прямой, то там далеко-далеко были шахты семьи Кингстон. Одна из самых богатейших семей, имеющая огромное количество шахт с различными драгоценными рудами. Это семья ювелиров, знающих своё дело. Сама императорская семья носит их изделия и делает заказы. «У них же два сына, вроде как… Пока первый углублен в семейную историю, семейное дело и готовится стать следующим главой рода, второй занимается фехтованием… Точно, фехтование… Мне тоже нужно научиться… Я обязана уже сегодня сказать об этом тёте с дядей… А ещё придётся рассказать им про свой провал в башне Света… Что же касается убийц… Не хочу их пугать…» – Тиффани с досадой закусила губу.

Тем временем небо уже начало светлеть. Вновь девочка наблюдает за тем, как солнце пробуждает всё живое, как оно медленно возвращается на небо. Тифф нравилась эта комната именно за то, что её окна выходят прямо на восток, давая возможность любоваться рассветами. Ещё одно утро, ещё один день, ещё больше возможностей.

»»–>＊*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚　˚*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚＊<–««

Дверь в комнату Тиффани открылась. На пороге вновь показалась Лили. Увидев, что девочка спокойно стоит возле открытого окна в одной ночнушке, горничная начала ругаться:

– Вы только очнулись, а уже стоите перед открытым окном, так ещё и в одной ночнушке! Что это за дела?! Так не пойдёт! Ну-ка уйдите от окна, я его сейчас закрою и открою только тогда, когда вы выйдите на завтрак вниз! – вроде как тон возмущённый, но Лили явно не умеет злиться. То ли она слишком милая для такой эмоции, то ли мимика у неё такая, то ли характер. Всегда возникает ощущение, что она не по-настоящему ругает. Однако Тиффани была знакома с ней давно, поэтому знает, что это никакая не шутка, а потому девочка покорно отошла от окна, давая горничной возможность его закрыть. Она подошла к своему шкафу с вещами. Достав оттуда лёгкую кружевную фиолетовую рубашку с чёрной юбкой, расшитой различными узорами, Тифф скинула с себя ночнушку.

– Опять без меня переодеваетесь?! – Лили возмутилась, но лезть не стала, потому что в её сторону был сделан жест, велящий выйти. Покорно поклонившись, горничная ушла, оставив девочку одну в комнате. Она оглядывала своё почти обнажённое тело в высоком зеркале. «Действительно ни одной царапинки или синяка, не говоря уже о более серьёзных ранах. Даже шрам, который был у меня на боку с детства. Ничего нет!» – Тиффани всё ещё не могла поверить в то, что это действительно произошло. Девочка продолжала завороженно смотреть на себя в отражении. Весьма обычный рост для её четырнадцати лет, красные кудрявые потрёпанные после сна волосы, чёрные, как ночной кошмар, глаза и немного веснушек на щеках и переносице. Телосложение никогда не нравилось Тифф: у неё была маленькая грудь, но широкие бёдра и пухлые ляжки.

Закончив себя осматривать, девочка надела рубашку и юбку, которые достала ранее. В очередной раз оглядев себя в зеркале, она вышла из комнаты, направляясь на кухню. Там её уже ждали. Как только близнецы увидели сестричку на ногах, сразу же вскочили и помчались к ней.

– Тифф, всё хорошо?! Нигде ничего не болит?! – Мортимер обнял Тиффани. Он явно перепугался за неё. Дилан вновь нахмурил брови и сказал:

– Ты расскажешь, что случилось? – стараясь произнести как можно мягче, спросил старший. Девочка кивнула ему в ответ. Вместе они сели за стол. Посмотрев на членов семьи, Тиффани тяжело вздохнула. Взгляд у всех был обеспокоенный. Однако сейчас девочка в первую очередь думала о еде. Каши и чая было мало, чтобы заполнить пустоту желудка. Наевшись, она снова оглядела всех людей за столом и поймала на себе взгляд дяди. Он не стал ничего говорить ни про её долгий сон, ни почему она у них осталась. Дядя и без слов понимает, что ничего не вышло, а потому приободряюще улыбнулся своей племяннице. «… Но запомни, что, даже если эти маги окажутся слепыми и не возьмут тебя, мы всё равно будем горды тобой, мы всегда будем любить тебя, всегда можно будет попробовать снова», – вспоминая слова дяди Грэга за тем самым завтраком, на глаза Тиффани навернулись слезы. «Нельзя попробовать снова, это бессмысленно, мне всегда будут отказывать из-за того, что я полукровка…» – давясь собственными слезами, подумала девочка. Её голова ужасно болела из-за долгого сна, а теперь разболелась ещё сильнее.

– Тифф. – Дилан коснулся плеча сестры, привлекая её внимание. Подняв свои заплаканные глаза на брата, девочка едва улыбнулась, смотря на вечно хмурое лицо старшего из близнецов. – Почему ты плачешь? – вся небольшая семья обратила на них своё внимание.

– Я вспомнила слова дяди… Он говорил, что всегда можно попробовать снова, но мне сказали больше не появляться в этой башне… Меня не приняли потому, что я полукровка и так же долго, как они, жить не буду… Даже учитель мне однажды сказал, что раз я полукровка, то магическая башня для меня закрыта… – голос ужасно дрожал. Всё это время Тиффани была в ужасе и шоке от того, что произошло той ночью. Теперь же, когда мысли о сожжённых трупах не так сильно пугали, ей вспомнилась та обида и досада, от сказанных слов госпожой Дороти. Слезы неустанно катились из глаз. Девочка смотрела в пол, не желая взглянуть на кого-либо. – Я пойду, мне правда не хотелось портить вам всем настроение… – как только Тифф сказала эти слова, с другой стороны стола упал стул. Это тётя Сэнди резко встала. Сколько же в её глазах было сострадания и сожаления. Через пару секунд один из близнецов вскочил следом за мамой.

– Да мы разнесем эту башню в щепки! Как они могли тебя не принять?! Ты же так много практиковалась! – Мортимер кричал во всё горло, что бывало крайне редко. Он злится, сильно злится. Сейчас его лицо было искажено яростью, которая обещала вылиться наружу на всех, кто встанет против него. Это лицо, которое дома младший никогда не показывал, но всегда таким был с посторонними.

– Как глупо. Принять мага должны лишь исходя из его знаний, а не из родословной и «чистоты» крови, это куда более рационально чем то, что они сделали. Придурки. – казалось бы, Дилан и без того был хмурый, однако сейчас его выражение лица ужесточилось, а глаза странно поблескивали. Несмотря на то, что старший грубо обозвал магов башни вместе с её хозяйкой, никто его одергивать не стал.

От их слов на душе Тиффани стало ещё хуже. Они верили в неё, они любят её, а она не смогла их порадовать должным образом. Девочке так хотелось извиниться перед всеми за то, что она не оправдала их надежд, но не смогла: дядя Грэг заговорил первым.

– Мортимер, сядь на место. – голос спокойный, мягкий. Глава рода Ардет явно ничего не имел против поведения своих детей. – А ты, Тиффани, успокойся. – он старался сказать это как можно ласковее. – Ты же помнишь, что я ещё сказал? – в голове девочки начал всплывать тот разговор.

– Вы сказали, что я молодец и что наша семья всё равно будет любить меня, даже если что-то не получится. – ответила Тифф.

– Верно. Тот факт, что тебя не приняли, не меняет толком ничего. Если ты так хочешь заниматься магией профессионально, то мы можем нанять тебе учителя. Даже если ты не сможешь стать магом башни, ты сможешь попытать удачу и стать имперским магом. – слова дяди всегда действовали как успокоительное. Он всегда находил выход из ситуации, а если его не было, то находил обходные пути для дальнейшей комфортной жизни. Да, он не понимает Тиффани, не понимает, что её мечта именно в том, чтобы стать магом башни, но он старается найти наилучший выход.

– Я была бы не против, но у меня есть другая просьба. Чтобы не сильно тратить деньги семьи, я лучше выберу другой вариант и просто буду читать книги по магии, самостоятельно практикуясь. Я уже знаю основы, так что проблем не должно возникнуть. Так вот, моя просьба в том, чтобы Вы, дядя, разрешили мне заняться фехтованием. Мне захотелось немного разнообразия… – при этих словах Тиффани смутилась, ведь мало девушек берут в руки мечи, но такие были и достаточно много.

– Хорошо, если ты так хочешь, то можешь ходить на занятия по фехтованию, куда ходят Мортимер и Дилан, но в группу помладше, как тебе такой вариант?

– Спасибо, о большем я и мечтать не могла! —от всего сердца сказала девочка. Она действительно была рада, что будет ходить туда же, куда и близнецы, но при этом находиться в разных группах. Это значит, что в случае чего девочка сможет позвать на помощь братьев и узнать что-то у них, но при том заниматься отдельно, в новом коллективе.

Мортимер и Дилан входят в группу от 16 до 18 лет, а Тиффани будет ходить в группу от 13 до 15 лет. По началу ей будет сложно, ведь о фехтовании она знает ровным счётом ничего, кроме кусочка истории семьи, которая положила начало этому искусству. Так уж вышло, что создание в империи Джиносаидо магических башен в определённых местах, тесно связано с историей великого генерала под именем Чан Дук. У того среди подчинённых был человек, который принадлежал тому самому роду, разработавшему основы фехтования. Это семья Бэрри. Сейчас же самой ценной книгой для фехтовальщика является «Учение искусству фехтования семьи Бэрри». По всей империи копий этой книги всего 10 штук, так что найти её крайне сложно, но она часто цитируется в других учебниках. Написал её внук родоначальника данного рода, а звали его Куртис Бэрри. Многим интересно, где же находится оригинал, написанный от руки. Кто-то думает, что в секретном отделе библиотеки дома Бэрри, кто-то думает, что у императора, а кто-то думает, что Куртис сам их и спрятал где-то в своём особняке или на его территории. Проще говоря, никому не известно, где находятся эти рукописи.

»»–>＊*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚　˚*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚＊<–««

Прежде чем Тиффани присоединится к занятиям, учитель, который будет преподавать эти уроки, сначала позанимается с ней лично. В первую очередь девочка должна усвоить базу: стойка, дистанция, удары, защита. Конечно, всё это будет улучшаться и осваиваться постепенно, с течением времени и получением опыта, но для начала надо хотя бы научиться правильно держать меч в руке.

Первые занятия давались девочке с трудом. То она встанет не так, то сделает что-то слишком быстро, то ещё что-то. В те дни, когда занятий не было, близнецы тащили её с собой на тренировочную площадку, чтобы лично посмотреть на умения своей сестрички и помочь. По началу Тиффани очень смущалась своей неопытности, но лица братьев были серьёзными. Никто и не думал смеяться над ней или не воспринимать желание сестры всерьёз.

– Всё нормально, ты только учишься, все всегда делают ошибки! – говорил Тифф Мортимер, протягивая бутылку с водой. Он не исправлял толком, только наблюдал или вслух делал какие-то замечания. А вот Дилан показывал как правильно и касался руки, приподнимая или опуская её, если это нужно было.

Тиффани навсегда запомнила их первую совместную тренировку. Она сильно смущалась и хотела увильнуть, но Мортимер схватил её за руку и тащил за собой, пока сзади шёл Дилан. Когда они уже пришли, разогрелись, младший из близнецов попросил сестру встать в стойку. Как только девочка это сделала, старший недовольно цыкнул. Тиффани даже не успела взглянуть на него, как почувствовала удар по ноге, тут же свалившись на пол площадки.

– Эй! – девочка уже хотела возмутиться, но открыв глаза увидела протянутую руку Дилана. В тот день он показал ей как правильно вставать в стойку, рассказал о различных подробностях фехтования и зачем что нужно. – Боевая стойка – это основная поза фехтовальщика в бою, именно в этом положении он наступает, отступает и защищается. Боевая стойка сложилась исторически и является наиболее целесообразной для ведения боя. Обучение правильной стойке является основополагающим и начинается с правильной постановки ног. – тут старший из близнецов на себе показывал как надо встать и двигал ноги Тиффани, когда она снова вставала неверно. – Надо следить, чтобы вес тела равномерно приходился на обе ноги. – пояснил он. Чуть позже Дилан сказал. – Не секрет, что всякая фигура индивидуальна и фехтовальщик при освоении боевой стойки обязательно привносит в нее не критичные и не требующие поправки детали, обусловленные его телосложением.

Примерно такой и вышла первая совместная тренировка. Мортимер, сладко улыбаясь, следил за тем, как его старший братец поправляет сестричку. После того как она уходила отдыхать, начинали тренироваться мальчики. Так они продолжали меняться местами. Под конец близнецы решили заняться спаррингом. Тиффани сама не заметила, как таращила глаза, наблюдая за действиями братьев. Это всё на столько поражало, что девочка даже забывала где находится, кто она есть и что было раньше. Искусство меча поразило её до глубины души, давая понять, что свою отдушину Тифф могла найти не только в магии, но и в чём-то обычном для людей, у которых её нет. После того как мальчики закончили своё дело, девочка встала и похлопала им в ладоши. Мортимер ярко улыбнулся, а Дилан сказал:

– Ты тоже так сможешь. – короткая фраза, которая сама по себе ничего особенного не несёт. Конечно Тиффани рано или поздно сможет так же, она же будет учиться. Однако старший из братьев сказал это не для того, чтобы дать понять сестре очевидное. Это было сказано с целью приободрения. Тифф уже провалилась недавно, и таким образом Дилан хотел ей сказать, что она многого сможет добиться, как с магией, так и без. Только старший братец не считал нужного говорить это всё, ведь девочка и сама прекрасно знает, что сможет достичь всего, чего ей только захочется. Нужно просто немного времени и хороших усилий.

Когда все трое вернулись домой, на столе на кухне стоял кувшин, в нём был морс со льдом. Это было то, что нужно после интенсивной тренировки на жарком солнце. Так и прошло некоторое время. Около десяти недель понадобилось, чтобы Тиффани хорошо усвоила базу. Занятия с учителем сменялись тренировками с братьями. Девочка уже с огромной радостью брала в руки деревянный меч, с которым стала обращаться гораздо увереннее. Но и про магию Тифф не забыла. Иногда ранним утром девочка выходила на тренировочную площадку одна, без братьев, с книжкой, тетрадкой, карандашом и ножиком, чтобы подточить затупившийся карандаш. Она практиковалась в заклинаниях, стараясь высвободить ману. Наверное, это связано с тем, что у девочки появилось новое занятие, которое тоже используется на поле боя, как некоторые заклинания, но в любом случае, у Тиффани стало получаться гораздо лучше. Ей стало понятно как правильно высвобождать ману через заклинания. Оставалась только практика.

Временами вместо тренировок близнецы уходили в лес вместе с сестрой. Девочка брала всегда с собой корзинку. Нет, не для грибов. Она искала растения, из которых можно сделать какое-нибудь зелье или еще неизученные ей. Девочка собирала гербарий, выписывая рядом с растением все его свойства и особенности. Что-то вроде личного справочника, созданного своими руками. В то время, когда мальчиков не было дома, Тиффани уходила в библиотеку, с головой изучая теорию. Её она и без того хорошо знала, но лишним не будет. Девочку интересовало то, как при помощи магии можно было отреставрировать неотесанный бриллиант или что-то в этом роде. Но ещё больше внимание девочки привлекали «Заклинания дня и ночи». Это сборник заклинаний, которые разработали маги из Западной башни. Башни Бренности. Маги оттуда, как можно понять, славятся своей скрытностью и умением добывать мало того, что множество различной информации, но и достоверной информации. Во времена войны они были главными имперскими шпионами. «Ну конечно, когда у тебя есть заклинание «невидимости» или «затмения!» – подумала Тиффани.

Так дни и тянулись один за другим. Как уже говорилось выше, за десять недель девочка усвоила базу и была допущена к групповым занятиям. За день до них близнецы снова позвали сестру на тренировочную площадку.

– Сразись со мной! Обещаю, буду поддаваться! – предложил Тиффани Мортимер. Девочка покосилась на Дилана, тот лишь кивнул. В тот день у мага-полукровки состоялся первый спарринг на деревянных мечах. Даже несмотря на то, что младший из близнецов выиграл, Тифф искренне улыбалась, ей понравилось. Да, она ещё многое не умела и опыта сильно недоставало. Но тем не менее, это было приятное ощущение удовлетворённости. Одна её маленькая цель была достигнута, одно желание исполнено. Никто не знает, что будет дальше, но никто не теряет надежды.

Глава 4

Эрн

Это утро перед уроком фехтования. Было неимоверно жарко, на дворе стояло лето. Весь снег уже очень давно растаял, давая возможность распуститься цветам. «Как жаль, что в этом году я не нашёл ни одного подснежника», – с небольшой досадой думал Эрн, поедая завтрак у себя в комнате. Он не любил есть с родителями за большим столом, потому что атмосфера всегда была холодной и отчужденной. Это напрочь отбивает аппетит, когда мальчик знал, что каждое его действие подлежит слежке и осуждению. Позже и родители стали есть каждый в своей комнате. За большим столом семья Дук собиралась только в том случае, если приходили гости или родственники по отцовской линии. К огромному сожалению Эрна, у его матери ни осталось никого живого из кровной родни. Он думает, что если бы ещё кто-то остался, то смог бы поставить на место имперскую стражу и в принципе показал бы какого это: быть полноправным членом семьи Дук.

Наевшись, мальчик переоделся в одежду для тренировок и решил прогуляться по саду. «Как же в особняке скучно…» – думал он. Уроки арифметики уже давно закончились, как и чистописание. Заниматься было уже нечем, кроме чтения книг, прогулок по саду, занятий по фехтованию и выходов в свет. Мальчик стал увлекаться точными науками и дипломатией, но говорить об этом родителям не стал, ведь то время, которое они отведут сыну на учителей, можно потратить на что-нибудь более интересное, просто мальчик сам пока не понимал, что именно ему интересно помимо искусства меча и боя.

В саду госпожи Виолы никогда ничего не меняется. Всё те же анемоны, которые садоводы вместе с магами дома Дук, стараются поддерживать всегда в одном и том же состоянии. Однообразно и скучно. Эрн уже наизусть знал все тропинки этого сада, что мог бы пройти здесь с закрытыми глазами. «До начала осталось ещё время, придётся скоротать его тут, ибо в библиотеку я сейчас идти не хочу», – досадливо вздыхает наследник дома Дук.

»»–>＊*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚　˚*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚＊<–««

Тряска в карете укачивала, пробуждая желание ещё немного поспать. До последнего стараясь не пойти на поводу навязчивой сонливости, мальчик задумался. Мыслей было много, самых разных. Последним звеном цепочки размышлений стали слова учителя по фехтованию: «В скором будущем к вашей группе присоединится девочка. За десять недель она освоила всю базу. Будьте с ней помягче, все-таки девчонка – новичок. По началу малышке будет трудно, постарайтесь поспособствовать её скорейшей адаптации, так будет лучше для всех», – говорил он. В их группе уже была одна девочка, ей всего 13 лет, однако владеет мечом она весьма не дурно. «Если так подумать, то количество учеников было не чётным, а с новенькой их станет поровну», – с этими мыслями Эрн вышел из остановившейся кареты, направляясь в сторону тренировочной площадки, на которой и проходят занятия.