Культурный код города

Наталья Федотова

Культурный код города

Глава 1. Культурный код города: концептуальный анализ

1.1. Культурный код как теоретическая категория

Понятие «культурный код» прочно вошло в вербальное поле не только ученых, но и представителей власти, работников культуры и искусства, различных предприятий и организаций, включая сферу туризма и гостеприимства. Оно стало уже привычным для академического, культурного, политического, экономического и прочих типов дискурса, когда акторы маркируют значимость культурных особенностей, акцентируя внимание на условной (или символической) стороне действительности. Так, в заявлениях Президента России В. В. Путина неоднократно подчеркивалось, что культурный код нашей страны основывается на уважении к старшим, к Родине и любви друг к другу1.

В 2025 году в Санкт-Петербурге открылся молодежный форум, который так и называется: «Культурный код – 2025». Форум ставит своей задачей «поиск смысловых ориентиров для молодежных творческих инициатив, выявление и поддержку ценностной составляющей в отечественной культуре и образовании»2.

Номинацию «Культурный код» учредило Минкультуры РФ в рамках конкурса российских брендов «Знай наших», чтобы подчеркнуть важность сохранения и популяризации культурного наследия России и поддержать предпринимателей, работающих в направлении формирования уникального культурного кода страны (фольклор, литература, искусство, ремесла, история), с целью укреплению национальной идентичности. Существуют и организации, связывающие свою деятельность с культурным кодом. В частности, некоммерческая организация «Фонд поддержки и реализации духовных, патриотических и социально-культурных проектов “Культурный код”» ставит своей целью работу по сохранению культурного наследия России, возрождению, поддержке и развитию народных традиций во всех областях культуры и искусства всех национальностей страны. В рамках известного сегодня форума «Культурный код и традиционные ценности в креативных индустриях» представлены кино, театр, мода, дизайн, медиа, компьютерные игры, гастрономия и многое другое, что мы называем креативными индустриями, которые с помощью коммерческих продуктов транслируют ценности нашей страны на широкую аудиторию.

Между тем культурный код является сегодня и теоретической категорией, когда исследователи, прежде всего в рамках гуманитарных наук, рассматривают его в качестве концепта, способного раскрыть определенные аспекты той или иной проблемы, связанной с культурой и обществом. К культурному коду в науке обращаются самые разные ученые, в том числе философы, социологи, политологи, психологи, культурологи, лингвисты, но далеко не все вкладывают одинаковый смысл в данное понятие, что осложняет научную дискуссию. Данная проблема возникает в гуманитарных науках нередко, особенно в отношении интерпретации и, соответственно, выстраивания исследовательских стратегий вокруг концептов, имеющих междисциплинарный характер. К таковым относится и концепт «культурный код». Соответственно, чтобы понять сущность культурного кода и перейти к познанию культурного кода города, следует разобраться с данной теоретической категорией и определить исходную позицию по данному вопросу. Понятие «код» пришло в гуманитарные науки из наук технических. Оно активно использовалось в математике, кибернетике, вычислительной технике в процессах формирования больших баз данных, в машинном переводе. Его назначение было связано с необходимостью кодирования и декодирования информации. И сегодня программисты «пишут код» с целью создания определенных правил, на основе которых функционируют целые программные комплексы и системы. Такие коды существуют для оперативной и точной передачи большого количества информации, а также для оперирования данной информацией с целью решения тех или иных задач.

Такое понимание кода, благодаря которому информация структурируется, хранится и передается, во многом стало основой для гуманитарных наук. Однако гуманитарии работают с более сложными и непредсказуемыми системами, которые образованы человеком, обществом, культурой. Информация об окружающей реальности и ее структура оказались гораздо вариативнее, что и стало причиной трансформации данного понятия.

Научный интерес к понятию «код» стал активизироваться во второй половине прошлого века в русле структурализма, лингвистики, семиотики, то есть там, где ученые работали со знаками, знаковыми системами, символами, а также процессами кодификации и дешифровки тех или иных объектов реальности. Так, у Мишеля Фуко понятие «код» появилось на страницах книги «Слова и вещи» в контексте его функции упорядочивания различных явлений реальности. Как структуралист, он пишет, что для установления порядка в обществе требуется некая система элементов, задающая внутренние законы и регламентирующая соотношения внутри, как результат определения сегментов, «внутри которых смогут возникать сходства и различия, типы изменений, претерпеваемых этими сегментами, наконец, порог, выше которого будет иметь место различие, а ниже – подобие» [Фуко, 1994, с. 33]. Данный аспект кода еще и получает у М. Фуко функцию идентификации, поскольку в данном случае идет речь о различии и подобии, что немаловажно для концепта «культурный код», о чем будет речь идти ниже. Ученый добавляет, что коды культуры, «управляющие ее языком, ее схемами восприятия, ее обменами, ее формами выражения и воспроизведения, ее ценностями, иерархией ее практик, сразу же определяют для каждого человека эмпирические порядки, с которыми он будет иметь дело и в которых будет ориентироваться» [Фуко, 1994, с. 33.]. Соответственно, М. Фуко не только раскрывает то, как код связан с культурой и ее системой ценностей и практик, но и фиксирует важный признак кода – связку с реальностью, с процессами ее интерпретации, с упорядочиванием информации в так называемых «эмпирических порядках».

В постструктурализме код – это уже открытая система, однако все тот же инструмент интерпретации реальности, наделяющий «читателя» возможностью осмыслять текст исходя из той или иной позиции. В целом же представители постструктурализма акцентируют внимание на коммуникативных процессах декодирования смыслов, означивания и кодификации реальности.

Говоря иначе, код является тем инструментом, с помощью которого осмысляются любые структуры, обеспечивается символическая связь между получателем и отправителем сообщений. Как полагает Жан Бодрийяр, код представляет собой главную категорию семиотики, которая позволяет «упорядочить и редуцировать» [Бодрийяр, 2000, с. 12], то есть использовать формы для восприятия и познания информации.

По мнению Умберто Эко, код есть не что иное, как «модель, являющаяся результатом ряда условных упрощений, производимых ради того, чтобы обеспечить возможность передачи тех или иных сообщений» [Эко, 2004, с. 83]. Он вновь указывает на упорядочивающую функцию кода, поскольку именно так мы можем понять и передать информацию: «код вносит в физическую систему некий порядок, сокращая ее информационный потенциал, но по отношению к конкретным сообщениям, которые формируются на его основе, сам код в определенной мере оказывается системой равных вероятностей, упраздняемых при получении того или иного сообщения» [Эко, 2004, с. 59]. Он полагает, что сообщение, созданное на основе кода, как раз и представляет результат работы кода, оно упорядочивает информацию, и мы можем его прочесть и понять. Это позволяет эффективно выполнять функции коммуникации, кодировать и декодировать информацию между теми, кто ее создает и получает.

Не менее важным представляется и собственно определение кода, которое дает У. Эко в своих работах. В частности, он пишет, что код представляет собой, во-первых, систему, что важно для последующего концептуального анализа понятия «культурный код». Во-вторых, такую систему, в которой выполнено минимум два из указанных им условий: «1) репертуар противопоставленных друг другу символов; 2) правила их сочетания; 3) окказионально взаимооднозначное соответствие каждого символа какому-то одному означаемому» [Эко, 2004, с. 59]. Следовательно, код представляет собой как минимум набор символов и правил их сочетания.

Для Пьера Бурдье код также служит способом приведения многообразных коммуникаций и разрозненных фактов в единую смысловую конструкцию. Он отмечает, что «объективация, которую совершает кодификация, вводит возможность логического контроля логичности, возможность формализации», позволяет нормировать реальность, воспринимать и разделять мир [Бурдье, 1994, с. 123]. Причем актуальность значений зависит от интерпретаторов коллективного опыта и порождаемых ими интерпретирующих кодов – габитусов. Соответственно, П. Бурдье рассматривает процесс кодификации реальности сквозь призму понятия «габитус» как системы схем или принципов, упорядочивающей культурные смыслы, которой руководствуются акторы в социальных отношениях.

Таким образом, код есть система, которая позволяет объективировать реальность и приводить в осмысленный порядок набор знаков, символов, текстов.

В семиотике понятие «код» не только стало весьма востребованным, но и раскрыло важность исследований знаково-символических аспектов культуры, которые затем сложились в рамках семиотической парадигмы. Междисциплинарность проблемного поля семиотики отразилась и на многообразии подходов к пониманию кода в культурологических, исторических, лингвистических, философских, антропологических исследованиях.

Коды, по мнению Юрия Лотмана, являются инструментами интерпретации и дешифровки текстов культуры «во всем пространстве семиозиса – от социальных, возрастных и проч. жаргонов до моды» [Лотман, 1996, с. 165]. Поскольку код связывает знак и значение в процессах коммуникации, то он является знаковым посредником между человеком и реальностью, способствующим передаче смыслов. Код – это неотъемлемая часть культуры, что и отразилось в появлении понятия «культурный код». Более того, как полагает Ю. М. Лотман, наиболее общим культурным кодом для понимания культуры является культурная традиция, воплощенная в текстах своей эпохи, со своими нормами и правилами. Примером кода может выступать естественный язык, если рассматривать его как знаковую систему, то есть набор определенных знаков (символов) и правил их употребления, который требуется для передачи определенной информации.

С позиции семиотики многие сферы деятельности человека также могут быть рассмотрены как язык по тем же самым критериям, в том числе, например, театр или религия. В этом случае коммуникация, в результате которой осуществляется передача, получение и интерпретация сообщений, потребует, как минимум, знаний о религии и театре, чтобы понять значение религиозного текста или театральной постановки. Соответственно, код в данном случае выступает как важнейший фактор коммуникации, без которого передача информации невозможна.

В конце прошлого столетия научный интерес к коду и к его связи с культурой возник у целого ряда исследователей. Следует отдельно отметить, что помимо культурологов и философов концепты «код» и «культурный код» весьма активно сегодня используют лингвисты, особенно те из них, кто работает в междисциплинарных областях, в частности, в области лингвокультурологии или психолингвистики.

По мнению В. А. Масловой, «в лингвистику понятие кода пришло из семиотики, где оно тоже неоднозначно: это и знаковая структура, и способ структурирования символов, но их можно свести к закону соответствия плана содержания плану выражения» [Маслова, 2016, с. 79]. С другой стороны, весьма популярным стало отождествление кода с культурой как набором тех экстралингвистических факторов, который задает знаку определенное значение и которым пользуется получатель сообщения при интерпретации информации.

Так, В. Н. Телия говорит о коде культуры как о «совокупности окультуренных представлений о картине мира того или иного социума – о входящих в нее природных объектах, артефактах, явлениях… действиях, событиях…» [Телия, 1999, с. 20–21]. Иными словами, код «позволяет понять, как значение преобразовалось в культурный смысл, например, как конь, будучи реалией мира, приобретает многочисленные смыслы в русской культуре, становится символом силы, выносливости» [Маслова, 2016, с. 80]. Поэтому код иногда связывается с концептуальной метафорой «контейнер» как глубинным культурном пространством, «в котором разные языковые сущности получают различные культурные смыслы, заполняя собой и формируя тем самым код» [Маслова, 2016, с. 80]. Иногда лингвисты употребляют понятие «код культуры». В частности, В. В. Красных считает, что «код культуры есть сетка, которую культура “набрасывает” на окружающий мир, членит, категоризирует, структурирует и оценивает его» [Красных, 2002, с. 232]. В межкультурной коммуникации, как показывают исследования, успешный диалог с представителями разных культур невозможен без понимания их языковой тождественности и расшифровки лингвокультурных кодов [Нестеров, Трунев, 2008].

В связи с этим культурный код, который, казалось бы, как утверждали постструктуралисты, является той системой, которая упорядочивает и структурирует большое количество информации, делая ее осмысленной и доступной для понимания, в лингвистическом понимании становится скорее культурной рамкой, условием, контекстом. Культурный код здесь понимается как «устоявшаяся форма осмысления культурной реальности и исходящие из этого понимания сценарии поведения и речения, принятого в том или ином обществе» [Алексеев-Апраксин, Бяо, 2021, с. 58], а его отсутствие делает знаки недоступными для понимания или искажает понимание.

Частично данное понимание культурного кода связано с той трактовкой, которой придерживаются психологи и психолингвисты в своих исследованиях, направленных на изучение особенностей восприятия иной/чужой культуры. В данном случае актуализируется ментальная и бессознательная природа культурного кода, которая отвечает за культурную устойчивость, прежде всего, национальных и этнических сообществ, а проявляется в поведении представителей этих сообществ и их стереотипах.

Популярностью данная трактовка культурного кода, по нашему мнению, обязана известной работе американского психолога, антрополога Клотера Рапая, который определяет культурный код как бессознательное, влияющее не только на жизнь людей, но и их потребительские стереотипы. Он считает, что познать культурный код нации – значит, найти ключ к покупательским, политическим и прочим решениям людей. По мнению К. Рапая, «культурный код – это бессознательный смысл той или иной вещи или явления, будь то машина, еда, отношения, даже страна в контексте культуры, в которой мы воспитаны… это значение, которое мы бессознательно приписываем» чему-либо, «в каждой стране свой» [Рапай, 2018, с. 19]. В качестве факторов, оказывающих влияние на формирование культурного кода, он определяет особенности картины мира людей, объединенных общими традициями и ценностями. Поэтому сегодня нередко ученые определяют культурный код как совокупность «архетипов коллективного бессознательного культуры», «осмысленных в культуре переживаний» [Гудова, Юань, 2022, с. 156]. Отсюда и многие другие практики и маркетинговые технологии во многом основаны на учете данного аспекта культурного кода. В частности, как показывают исследователи, «реклама несет в себе культурный код страны-производителя» [Иванова, Ягодкина, 2020, с. 3].

Между тем при изучении культурного кода в рамках культурологии, социологии, философии устоялись иные направления в интерпретации данного понятия, которое может быть гораздо шире и не ограничиваться контекстом национальных или этнических сообществ.

Важно отметить, что с позиции культурологии применение концепта «культурный код» – это определенная направленность изучения культуры не только нации, государства, этноса, но и культуры города, региона, различных субкультур, включая молодежные и профессиональные, когда при анализе разнообразных культур предполагается акцент на знаково-символическом познании. Именно поэтому исследователи нередко подчеркивают, что понятие «культурный код» позволяет выйти на определенный методологический аспект, задавая исследователю такое направление исследований, «основной задачей которого становится выявление наиболее устойчивых, универсальных и повторяющихся знаков определенного типа, а также характерные связи между ними, в пределах любого текста как семиотической структуры…» [Дробышев, 2024, c. 43].

Поскольку научный интерес к данной методологии в последние годы увеличился, демонстрируя тем самым свой потенциал при получении новых знаний о культуре, то ученым потребовалась устойчивая теоретическая конструкция, которая бы позволяла применять в конкретных исследованиях, в том числе, и эмпирических, научную категорию «культурный код». Первичная теоретическая установка в культурологии связана с процессами расшифровки смыслов культуры, которые хранятся в символах, концептах, в знаках и знаковых системах, а отражаются в традициях, ритуалах, дискурсе. Чтобы понять любой культурный текст, требуется код, раскрывающий сущность культуры. С другой стороны, популярность концепта «культурный код» связывается еще и с тем, что с его помощью актуализируются проблематика в исследованиях культуры, связанная с вопросами коллективной памяти и идентичности. Интерес к данной проблематике у культурологов не угасает в последние десятилетия, поскольку именно в эпоху постглобализации и цифровизации реальности актуализируется научный поиск оснований, которые бы обеспечивали культурный суверенитет.

Весьма актуальным является концепт «культурный код» в контексте изучения и решения вопросов, связанных с культурной политикой. Определения культурного кода есть и в нормативных документах, регламентирующих данную сферу деятельности. В частности, как сказано в утвержденной Указом Президента РФ Стратегии государственной национальной политики Российской Федерации на период до 2025 года, «современное российское общество объединяет единый культурный (цивилизационный) код, который основан на сохранении и развитии русской культуры и языка, исторического и культурного наследия всех народов Российской Федерации и в котором заключены такие основополагающие общечеловеческие принципы, как уважение самобытных традиций народов, населяющих Российскую Федерацию, и интегрирование их лучших достижений в единую российскую культуру» [Указ Президента РФ от 19.12.2012 г. № 1666]. Данная трактовка культурного кода, несмотря на ее прагматичный характер и широкий контекст, все же предполагает наличие определенной системы культурных принципов и установок, которая хранится в памяти культуры, поддерживает ее уникальность и объединяет всех, кто имеет отношение к данной культуре.

Поэтому потенциал концепта «культурный код» в культурологии весьма многогранен и может применяться для анализа самых разных культур, культурных практик и процессов, где появляется потребность в выявлении тех смыслов, которые выражают культурную специфику и зашифрованы в символических средствах. Говоря иначе, концепт «культурный код» мы можем применять везде, где сталкиваемся с символизацией действительности. Как подчеркивает В. М. Савицкий, «быт, внешность, питание, профессиональная деятельность, – имеет знаковый аспект» [Савицкий, 2019, с. 71]. Знаково-символическое направление в изучении культуры нацеливает на понимание всей культуры как символической вселенной, на что указывал еще Эрнст Кассирер [Кассирер, 2001, 2002]. Такая вселенная функционирует по определенным правилам, поскольку человек в своей жизни всегда руководствуется символами и знаками, чтобы коммуницировать, то есть получать и передавать информацию.

Немалое количество знаков и знаковых систем, которые мы используем (язык, нотная грамота, правила дорожного движения) обеспечивают надежную передачу смыслов, но и они же нередко служат объединяющим началом как для малых, так и для глобальных сообществ. Именно поэтому «окружающий мир… представляется как знаковая многоуровневая структурированная система… и чтобы система работала, ей необходимы определенные средства, к которым нужно отнести вербальные и невербальные способы общения: вербальный язык, язык жестов, мимики, пластики, графические условные обозначения, акустические сигнальные системы…», и всех их мы называем кодами [Савицкий, Черкасова, 2023, c. 4352]. Заметим также, что «по мере развития цивилизации этих условностей становится все больше» [Ступина, 2025, с. 134].

Таким образом, весьма широко культурный код можно понимать как символический фундамент культуры, который обеспечивает прочность и устойчивость всей конструкции норм и ценностей конкретного сообщества. Пожалуй, единственным, что объединяет практически все определения культурного кода в культурологии, является его интерпретация как определенной системы, а не набора хаотично сгруппированных знаков или правил сочетания знаков. Это говорит о системности как ключевом признаке культурного кода, то есть его: а) целостности, б) наличии определенной структуры, в) взаимосвязи внутренних элементов кода.

Между тем в контексте решения методологических задач для культуролога важно найти или выработать такое понимание культурного кода, которое бы могло рассматриваться как понятная теоретическая категория, применимая для культурологического анализа любых объектов, практик, процессов. С этой целью далее обозначим основные аспекты в употреблении концепта «культурный код», которые, соответственно, актуализируют и разные направления такого анализа, а также определим тот из них, который будет определяющим в данной работе.

По нашему мнению, в рамках культурологии все определения культурного кода можно разделить на три большие группы исходя из доминирующего смысла данного концепта.

1. Культурный код как структура

В данном направлении исследований культурного кода, имеющего корни в технических науках, особое значение имеет не только наличие системы, о которой речь шла выше, но и структурированность как ключевой признак кода, а также структурные связи, которые не могут функционировать без правил. Здесь особый научный интерес представляют правила структурирования сообщений и их интерпретации. «Принимая во внимание регулятивную функцию кода, можно сделать вывод, что суть данного понятия в семиотико-лингвистической парадигме наиболее адекватно отражает слово “правило”» [Степанова, 2012, с. 133].

Сюда можно отнести и правила, которые необходимы для расшифровки культурных текстов, и правила, по которым эти тексты или символы создаются, что особенно важно для семиотики. Здесь код не что иное, как набор определенных правил, обеспечивающих процессы кодирования и декодирования, о которых говорили многие ученые, включая постструктуралистов. Соответственно, в данном случае культурный код работает как шифр, позволяющий раскрывать смыслы разных феноменов, поскольку он представляет собой не сами культурные смыслы, но некий принцип, «пароль», правило чтения, понимания и применения знаков городского текста [Спешилова, 2024]. Так же как и в отношении естественного языка, мы можем сказать, что код здесь служит инструментом прочтения и понимания сообщений, и многое зависит о того, какой код применяет человек, расшифровывающий культурные тексты, знаки, символы. Поэтому культурный код понимается здесь как упорядоченное множество «взаимосвязанных между собой стандартов, ограничений, предписаний и установок по отношению к разным видам деятельности» [Аванесова, Купцова, 2008, с. 41].

В этом случае потенциал культурного кода заключается в его способности раскрывать тексты культуры, понимать их глубинный смысл. Без культурного кода объекты действительности окажутся лишенными значения, которое вложено в них творцом, они перестанут значить, то есть не будут производить ценность данного объекта для общества. Так, если проводить семиотический анализ и рассматривать значение, например, памятника воинам, то культурный код в данном случае является тем инструментом интерпретации, который позволит раскрыть смысл представленных в памятнике фигур, символичности всей композиции или даты установления данного памятника. Иными словами, декодирование требует определенных знаний и установок, связанных со способностью к расшифровке знаков и символов. Особенно символически насыщенными являются объекты, которые связаны с религией (например, православные символы или храмы) и с творчеством (например, художественные образы в живописи, литературе, кинематографе). Этим можно объяснить популярность в данных сферах применения семиотической методологии как инструмента познания, где культурный код представляет собой ключ к расшифровке сложных культурных текстов и символов.

2. Культурный код как способ коммуникации

Если акцентировать внимание на одной из важнейших функций, которые выполняет культурный код, а именно функции передачи информации в процессе взаимодействия двух или более участников, то в этом случае культурный код будет выступать как условие коммуникации. Говоря иначе, культурный код является такой системой, которая обеспечивает накопление, сохранение и передачу информации. Если размышлять более глобально, особенно учитывая культурологический контекст, то культурный код представляет собой передачу всего культурного опыта, который накоплен одним поколением, другому поколению. Как считают некоторые исследователи, «культурный код – способ передачи знаний о мире, навыков, умений в данной культурной эпохе» [Никишова, 2007, с. 105].