ДЕТИ САЛЬВАТОРА

«Артур?» —спросил Ихтиандр. – Сальватор не писал вам кто мой настоящий отец?

– Сальватор писал, что тебя новорожденным принес какой-то арауканец и просил спасти. Ты задыхался и умирал. Сальватор спас тебя от смерти, пересадив тебе жабры молодой акулы.

Операция прошла успешно, но об этом никто не должен был знать. Тебе был нужен особый уход. Индейцу, приходившему за тобой, пришлось сказать, что ты умер. Но, – сказал Артур, – Сальватор писал, что он сильно полюбил тебя и по возвращении с французского фронта воспитывал как родного сына.

– Спасибо, – сказал Ихтиандр.

Изабелла, слушая разговор отца с гостем, была готова разрыдаться.

– Тебе здесь понравится, – сказал Артур, – климат у нас хороший, среднегодовая температура плюс 25 градусов, вода прогретая, и ниже 26 градусов не опускается, Сальватор не зря посоветовал мне это место. Для океанографа здесь просто рай.

Одна беда, на острове нет пресной воды, единственный источник – небо, а дренаж дождевой воды зависит от погоды и во время дождя отнимает у нас кучу сил и времени. Во время дождя у нас одна задача, все имеющиеся емкости должны быть полными.

Сейчас Одель подготовит тебе комнату на втором этаже, а в будущем сделаем тебе домик с выходом в море, – Арман двумя руками пожал руки Ихтиандра, – все будет хорошо, мой мальчик.

– Тогда я пошел за вещами, они в воде под пирсом, – улыбнулся Ихтиандр.

Он вышел, любопытные Оливье и Изабелла пошли за ним следом. Ихтиандр нырнул, не раздеваясь в воду, отстегнул от пирсовой опоры ошейник и вытащил на берег свой большой прорезиненный мешок.

– Здесь подводная и земная одежда, навигационные инструменты и мои личные вещи, земная одежда и обувь в непромокаемых пакетах, но, возможно, что-то подмокло, – сказал Ихтиандр.

– Не волнуйся, одежду я приведу в порядок, все высушу, если надо и проглажу – пообещала Изабелла.

– Пойду, переоденусь, надо чтобы вы меня увидели и не испугались, когда я приплыву к вам в следующий раз, – Ихтиандр взвалил рюкзак на плечо и все пошли в дом.

Артур сидел за столом. Он встал, снял с плеча Ихтиандра тяжеленный мешок и засмеялся. – Да, если бы не твой дельфин, долго тебя пришлось бы ждать.

Одель, спускаясь по лестнице, сказала. – Ихтиандр, твоя комната готова.

Ихтиандр поднялся в свою комнату, выложил на пол всю свою подводную амуницию, запасные ножи и личные вещи разложил по тумбочкам, земную одежду убрал в гардероб.

Увидел, что в мешке еще много жемчуга, взял его и спустился вниз.

– Здесь у меня еще жемчуг, я про него забыл, инструкции, непромокаемые карты и навигационные инструменты, возьмите пока все себе – сказал Ихтиандр, протягивая Артуру свой вещмешок. Земная одежда в гардеробе, Изабелла обещала о ней позаботиться.

Ихтиандр поднялся к себе, надел свой чешуйчатый костюм, подвесил к поясу нож и сетку с витой раковиной. Взял в руки шлем, очки, ручные и ножные перчатки и босиком спустился в гостиную.

– Ихтиандр, ты как морской бог, – восхищенно промолвила Изабелла.

– В Буэнос-Айресе меня, почему-то прозвали морским дьяволом, – засмеялся Ихтиандр.

– А для чего тебе эта раковина, – спросила девушка.

– Пошли к морю, увидишь, – сказал, улыбаясь Ихтиандр.

Вся семья вышла провожать своего необычного гостя.

Ихтиандр надел шлем, сел на пирс у самого берега, поболтал в воде ногами, смывая налипший песок, намочил очки, ножные и ручные перчатки. Все поочередно на себя одел.

– Да, теперь можно и испугаться, – засмеялась Изабелла. Ихтиандр поднялся и подошел к краю пирса.

В море кроме разбросанных рифов до самого горизонта ничего не было видно.

Ихтиандр вынул из сетки раковину, приложил к губам и затрубил. Потом еще и еще. Из-за отдаленных рифов, появились две черные точки, быстро двигающиеся к острову.

Ихтиандр засмеялся. – Лидинг зря время не теряет, уже нашел себе подружку, но с этой раковиной мы с ним не потеряемся.

Пара дельфинов приближалась к острову.

Я начну обследовать акваторию вашего острова и завтра вернусь. До встречи.

Никто из семьи Вильбуа ничего не успел сказать, Ихтиандр нырнул и как торпеда помчался к своему другу.

– Эх, – сказал Артур Вильбуа. – Не взял ни карты, ни компас.

Все с восхищением и грустью смотрели на безмолвную океанскую гладь.

В БУЭНОС-АЙРЕСЕ

И НЕМНОГО О САЛЬВАТОРЕ.

В Буэнос-Айресе все вышеописанное время протекало своим чередом.

На суде Сальватор отказался от защитника, но в тюрьме заявил, что по закону он имеет право выбрать себе адвоката.

Прокурор не смог отказать и адвокатом Сальватора стал его бывший школьный товарищ, а ныне известный юрист, в свое время блестяще сдавший экзамен на право иметь лицензию и практиковать.

При встречах Сальватор передавал ему свои статьи в газеты, письма и рукописи, получая взамен свежие газеты и научную литературу, письма друзей, продукты питания и канцелярские принадлежности.

Джим через посещающего Сальватора адвоката передал доктору информацию о том, что с Ихтиандром все в порядке. Ихтиандр выполнил все его указания и вместе с дельфином отправился на Туамоту. Сообщил о том, что Кристо вернулся и принес от Ихтиандра целую сумку необыкновенно крупного и красивого жемчуга, стоящего огромное состояние.

Друзья Сальватора помогли продать небольшую часть этого жемчуга и подкупили все органы власти, прокуратуру, суд и прессу.

Даже настоятель местного кафедрального собора епископ Хуан де Гарсилассо замолчал, после получения колоссальной суммы пожертвования.

Ихтиандр не проплыл и полпути до Армана Вильбуа, а Сальватора уже выпустили из-под стражи.

Он снова уединился в своих обширных владениях, защищенных от мира высокой бетонной стеной с бронированными воротами.

Джим и Кристо с командой из двенадцати молчаливых, умных и исполнительных работников продолжали управлять хозяйством.

Вся территория, сады, фонтаны, усадьба и бассейн, были в полном порядке, уцелевшие при конфискации животные и птицы были накормлены и здоровы.

Сальватор был доволен. Его бетонные стены спасали от назойливых журналистов и неожиданных визитов не прошеных гостей.

***

До войны здесь стояла его небольшая клиника с садом, обнесенная каменной стеной. В саду был построен большой бассейн с морскими обитателями, который с помощью мощного насоса регулярно пополнялся свежей морской водой прямо из залива Ла-Плата.

Уже тогда доктор прилично зарабатывал, имя Сальватора было широко известно в научных кругах Северной и Южной Америки, где он прославился своими невероятно смелыми хирургическими операциями. Его вызывали, когда положение больных считалось безнадежным и другие хирурги отказывались от проведения операции.

Сальватор никогда не отказывался, и ему очень часто удавалось спасти обреченные жизни.

Помимо врачевания он активно занимался экспериментальной и научной деятельностью и намного опережал ученых коллег своего времени.

Его эксперименты показали, что из любого организма, можно создать более совершенный организм.

Так давно было известно, что к одному дереву можно привить отростки или просто почки нескольких разных плодовых деревьев, и оно начнет плодоносить разными плодами, потому – что растения не отторгают органы других видов.

В отличие от растений, у животных и человека большое количество разных антигенов в крови. Найти две особи с одинаковой группой крови и одинаковыми биофакторами Сальватору не удавалось. Он скрещивал разные виды животных, переставляя их органы, вшивал жабры рыб млекопитающим, менял шкуры, конечности и головы, но до войны все подопытные животные Сальватора жили недолго и погибали из-за отторжения инородных органов.

Успех пришел позже только после созданного им универсального кровезаменителя.

Сальватор решил создать работающий стерильный раствор способный, как кровь переносить кислород из органов дыхания во все внутренние органы и ткани, забирать там углекислый газ с другими продуктами обмена веществ и выводить их из организма через органы выполняющие функции выделения. При этом в нем должны были отсутствовать все индивидуальные для каждого живого существа ингредиенты, содержащиеся в их крови.

К органам, выполняющим функции выделения Сальватор относил желудочно-кишечный тракт, почки с мочеточниками, мочевым пузырем и с мочеиспускательным каналом, а также легкие и кожу.

Почки, являясь основными органами выделения, выводят через мочеточники избыток воды, азотсодержащие продукты распада белков, некоторые соли и другие, ненужные водорастворимые вещества.

Мочеточники парный мочевыводящий орган, служащий для отведения мочи в мочевой пузырь. Когда пузырь наполняется, просвет мочеточников автоматически перекрывается, не давая моче, вернутся обратно в почки.

Через мочеиспускательный канал происходит опорожнение наружу содержимого мочевого пузыря.

Небольшая часть мочевой кислоты и мочевины выделяется через кожу и желудочно-кишечный тракт.

Желудочно-кишечный тракт извлекает из пищи питательные вещества, всасывая их в лимфу и кровь. Не переваренные продукты удаляются из организма наружу. Потовые железы кожи помимо мочевой кислоты и мочевины выделяют воду и растворимые в воде соли.

Легкие снабжают организм кислородом, дающим ему энергию, и выводят из него углекислый газ, являющийся побочным продуктом или одним из отходов жизнедеятельности организма.

Для нормальной работы органов кислород должен регулярно поступать в кровь, а углекислый газ регулярно ее покидать.

После кропотливой работы раствор был получен и первыми на ком Сальватор его удачно испытал, оказались молодые акулы, которые к тому времени поели всех прочих обитателей бассейна.

Акулы, которым Сальватор сделал полное переливание крови, заменив ее своим кровезаменителем, прекрасно себя чувствовали и вели активный образ жизни.

В конце 1912 года молодой индеец принес задыхающееся завернутое в пеленки новорожденное дитя.

По мнению самого Сальватора обычных шансов на спасение не было, но решение пришло моментально, он решил рискнуть и согласился оперировать.

– Никаких гарантий дать не могу, о результатах операции узнаешь завтра утром, – сказал он обескураженному арауканцу.

Его смелости и находчивости не было предела. Ребенок задыхался, счет шел на считанные часы, а может и минуты.

Донорских легких нет, но в его бассейне плавают молодые акулы с универсальным кровезаменителем вместо крови.

До этого Сальватор уже проделал несколько экспериментальных операций по пересадке акульих жабр обезьянам. Экспериментируя, ему приходилось полностью изменять работу всего организма приматов.

В результате этих изменений обезьяны погибали, но две последние превосходно себя чувствовали и дышали под водой. Вскоре и они погибли, но это произошло уже лишь из-за последующего отторжения инородных тканей, так как универсального кровезаменителя тогда еще не было.

Положение было безвыходное, и Сальватор пошел на осознанный риск, он сделал все необходимые изменения в организме младенца, затем вырезал у акулы жабры и вшил их в проделанные под лопатками задыхающегося ребенка отверстия.

В небольшой ванне с морской водой младенец задышал жабрами, а Сальватор уже не торопясь, принялся за восстановление работы его легких.

Как и ожидал Сальватор, операция прошла успешно, и ребенок остался жив.

Более того, теперь он мог находиться как на воздухе, так и под водой.

Появился первый Человек-рыба, Сальватор, не думая, назвал его Ихтиандром. Если в скором времени работа легких полностью восстановится, и ребенок не погибнет, эта операция станет его триумфом, но афишировать и предавать её огласке, было опасно. Такому ребенку был нужен особый уход и полная секретность.

Как будут использованы люди-амфибии в современном мире, Сальватор мог только догадываться. Тем более в Европе началась суровая балканская война.

Утром в воротах клиники он сообщил индейцу, который принес мальчика, что младенец не перенес операцию, умер и захоронен. Индеец заплакал, поблагодарил доктора за хлопоты и ушел восвояси.

Немногочисленный персонал клиники, за исключением помощника Сальватора, не знал о том, что операция прошла успешно, и был распущен. Сальватор объявил им, что прекращает медицинскую деятельность в Буэнос-Айресе.

С первых же дней помощник Сальватора активно помогал ему ухаживать за Ихтиандром, менял воду в бассейне, ездил за детским питанием.

Это был немой афроамериканец Джим. Сальватору он нравился больше всех, прежде всего за то, что понимал всё с одного только взгляда, был преданным, работящим, разбирался в медицине, а самое главное не мог болтануть ничего лишнего.

Маленький Ихтиандр, не умея ползать, уже хорошо плавал как настоящий лягушонок.

Когда ему исполнилось два года, из Парижа от Гарвардской группы врачей-добровольцев пришло приглашение на войну, они не справлялись с многочисленными черепно-мозговыми ранениями.

Сальватор недолго думая, отправился на французский фронт.

Уезжая, он договорился о доставке в клинику необходимых продуктов и был уверен, что у Джима с Ихтиандром всё будет хорошо, тем более что клинику охраняли четыре огромные собаки.

Эти неподкупные сторожа точно не пропустят во двор чужака.

Через два с половиной года Сальватор вернулся.

Ихтиандр был жив и здоров, подрос, прекрасно бегал с собаками по саду и как рыба плавал в бассейне. Единственным недостатком было то, что ребенок почти не умел говорить, но с помощью жестов они с Джимом прекрасно друг друга понимали.

Сальватору предстояла большая и кропотливая воспитательная работа. Дети хорошо усваивают языки, поэтому Сальватор сразу же стал обучать его испанскому, английскому и немецкому языкам. Затем основными изучаемыми дисциплинами стали картография, ихтиология и океанология.

Чтобы Ихтиандру не было скучно в бассейне и было, у кого учиться плавать Сальватор купил ему дельфиненка. Дельфин плавал быстрее, поэтому Ихтиандр назвал его Лидинг, что означало лидирующий. Они сразу же крепко и навеки подружились.

Разбогатев на удачных земельных спекуляциях, Сальватор скупил вокруг своей клиники обширную территорию, решив отгородить Ихтиандра от мира еще тремя стенами.

На службу он привлек дюжину молодых исполнительных и технически грамотных афроамериканских иммигрантов, которые за несколько лет под его руководством возвели неприступные стены, прокопали туннель к морю, построили наземные и подземные сооружения, развели прекрасные сады. Работа у Сальватора им нравилась, они ни в чем не нуждались и охотно согласились ухаживать за подопытными животными и садами, в которых они проживали. Под руководством Сальватора и Джима это была необыкновенно слаженная и производительная команда. Посвященные в тайну Ихтиандра они дали клятву о неразглашении и согласились не покидать усадьбу Сальватора.

Сальватор прекратил публичную врачебную практику и уединился от мира, вход в его владения был закрыт даже для друзей.

Свои хирургические навыки он с успехом совершенствовал лишь на боготворивших его индейцах, только им Джим делал исключение и открывал бронированные ворота наружной стены.

Сальватор спасал индейцам и их детям жизни, делал сложные нейрохирургические операции, слепым восстанавливал зрение, хромые уходили от него на живых и здоровых ногах.

И все же большую часть времени он посвящал исследовательской и научной работе.

Сальватор проделывал множество удивительных биологических исследований и экспериментов, его операции над животными подтверждали, что, казалось бы, невозможное возможно.

Разумеется, после войны изобретенный им универсальный кровезаменитель, удачно проверенный на Ихтиандре стал его коньком. Стала возможна пересадка любых органов, в том числе и межвидовая.

Он научился соединять несколько организмов в один, получая совершенно новое существо.

Одному из подопытных животных делалось полное переливание крови, а затем все зависело только от скорости и мастерства хирурга.

Одна его обезьянка, живущая на туловище собаки, чего стоила.

А гуси с петушиными головами, страусы-нанду с клювами орлов, подводные змеи с головами рыб. Бараны с телом пумы, воробьи с головой попугая. Рыбы с лягушечьими лапами, собаки с кошачьими головами и собаки со шкурой ягуара.

Все это был результат его исключительного хирургического мастерства и кропотливых экспериментов. Полиция конфисковала именно этих удивительных животных.

Животные и птицы, которые остались после конфискации были последними работами Сальватора. Они хоть и не отличались от обычных представителей фауны, были не менее удивительными.

Это были экспериментальные животные и их бесполые двойники.

При половом размножении дочерний организм получает половину генов от отца, вторую половину от матери и, разумеется, получается совершенно новый организм.

Но растения можно размножать с помощью отростков, усиков, черенков и клубней. Дочернее растение получает все гены растения родителя в неизменном виде.

Получается, что при бесполом размножении все гены без изменений переходят к потомкам, если не считать случайных мутаций.

Мысль о бесполом размножении поглотила ум великого ученого.

Он решил, почему бы то, что природа так наглядно демонстрирует на флоре, ему не продемонстрировать на фауне. И это ему удалось.

Получение бесполых двойников стало успешным, как только Сальватор приобрел самый мощный микроскоп, микроинструменты и сконструировал искусственные матки.

Он извлекал ядра с двойным набором хромосом из обычных клеток самки млекопитающего и помещал их в ее же яйцеклетки с извлеченным ядром. Эксперимент удался, помещенное ядро начинало делиться и расти.

Он выяснил, что незрелые клетки многоклеточных организмов способны самообновляться, образуя новые клетки. Делиться посредством одинакового набора хромосом в специализированные клетки, и превращаться в клетки различных органов и тканей.

Спустя годы, работая с жаберным аппаратом зародышей двойников млекопитающих, Сальватор добился естественного рождения амфибии.

Его гордостью стала земноводная обезьяна, которая могла дышать независимо долго как на воздухе, так и под водой.

Все это он уже сделал.

– Манипулируя клетками разных организмов на ранней стадии развития, производя разрезание и вставку частей генетического кода, можно добиться создания совершенно нового организма с заданными функциями, – размышлял Сальватор. – И это будет в ближайшем будущем, но сейчас после освобождения необходимо создать точную копию себя самого, а это единственное чего он еще не пробовал до тюрьмы. Что будет с человеческим мозгом?

Интересно было бы узнать, хранит ли клетка взрослого человека, приобретенный им жизненный опыт.

Как работают гены памяти?

Будет ли его близнец обладать таким же умом и навыками или это будет только телесное сходство.

По бесполым двойникам животных в его саду, этого точно не определишь.

Двойники полностью походили на своих родителей, сохранили все их инстинкты, но что творилось у них в голове…

Теперь, после освобождения, Сальватор решил покинуть Буэнос-Айрес.

Он мог творить необыкновенные вещи, но работать после тюрьмы в Буэнос-Айресе становилось опасно.

Ему был нужен удаленный остров такой, куда уплыл Ихтиандр, да и самого Ихтиандра не терпелось поскорее увидеть.

Необходимо было срочно и незаметно исчезнуть.

Лучшим способом для этого стал бы его двойник.

СОЗДАНИЕ ПЕРВОЙ КОМАНДЫ.

Занимаясь воспитанием Ихтиандра, которого он любил, как родного сына и наблюдая за ним у Сальватора родилась навязчивая мечта создать новый мир подводных людей, лишенный земных забот и предрассудков.

Сальватор не мечтал о богатстве, но глядя на оставшийся после освобождения переданный Ихтиандром жемчуг, и зная его цену, он прекрасно понимал, что является одним из самых богатых людей на Земле.

Сальватор был всесторонне одаренным человеком, и если гены памяти будут работать, то, сколько великих ученых в разных областях науки он сможет создать, хотя бы из себя самого.

По школе и по университету у Сальватора всегда было много друзей. Его любили и уважали за умение в любой сложной жизненной ситуации быстро отыскать рациональное зерно и найти верный способ решения конфликта.

Лаборатория Сальватора сохранилась. Власти видели и изъяли экспонаты уникальных животных из сада и препараты живых органов, из наземной части лабораторий расположенных в усадьбе.

Основную же работу и эксперименты молодой Сальватор производил под землей. Это были большие вентилируемые помещения, оборудованные по последнему слову техники. Большинство приборов, инструментов и оборудования было изготовлено по индивидуальному заказу Сальватора и в современном мире не имело подобных себе аналогов.

Для научной работы с животными в лаборатории было установлено три барокамеры исполняющих роль искусственных маток.

Камеры были оборудованы динамиками для прослушивания ритма работы сердца и системами обновления физиологического раствора, вывода отходов жизнедеятельности, терморегуляции и газообмена.

Одна из стенок была оснащена автоматизируемой трехсекционной плацентарной системой.

Первая секция заполняется специальным питательным раствором, который дозировано, поступает во вторую секцию.

Во второй секции находится обогащенный кислородом универсальный кровезаменитель, который через пуповинные вены снабжает плод кислородом и питательными веществами.

В третью секцию, расположенную снизу, по пупочным артериям возвращается насыщенная углекислым газом и продуктами обмена веществ отработанная кровь плода, которая собирается и идет на переработку.

Из-за роста плода, объем оттекающей по пупочным артериям крови всегда чуть меньше объема, притекающего по пупочным венам кровезаменителя.

Сальватор решил задействовать сразу все барокамеры и создать первую команду из своих двойников способную помочь реализовать его мечту.

Под мощным микроскопом он удалял ядра из яйцеклеток. Затем извлекал из своих клеток ядра, содержащие двойной набор его хромосом, и вкладывал их на место удаленного ядра из яйцеклетки.

Материалом могли служить его волосы, ногти, небольшие срезы тканей и слизистых оболочек, да что угодно в организме все клетки кроме половых содержат двойной набор хромосом.

Женских яйцеклеток не было, поэтому в его экспериментах их заменила обработанная универсальным кровезаменителем икра обычной лягушки. Сальватор посчитал, что питательных веществ, для начала развития его ядра с двойным набором хромосом, в икринке лягушки на первое время предостаточно.

Благодаря созданному им питательному раствору, ядро в икринке, помещенной в чашку Петри, быстро росло, делясь и видоизменяясь.

Этот раствор он изобрел, работая со своими животными. В его состав входили все необходимые питательные вещества и микроэлементы, витамины, аминокислоты, жирные кислоты, гормоны, ферменты и биокатализаторы, которые в двадцать раз увеличивали деление и развитие клеток.

Результаты были потрясающими. Через несколько часов эмбрион был размером с головастика.

Сальватор аккуратно переместил его к плацентарной стенке барокамеры, наполненной универсальным кровезаменителем, в который поступал такой же раствор, как и в чашке Петри.

Эмбрион удачно прикрепился, и в третью секцию искусственной плаценты просочилась первая капелька его отработанной крови. Процесс пошел. Капли крови с углекислым газом и продуктами обмена капали все быстрее и быстрее, пока не превратились в тоненькую струйку.

На глазах Сальватора, Джима и Кристо эмбрион, накрепко прикрепившийся пупочным канатиком к плацентарной стенке искусственной матки, превращался в плод ребенка, который быстро рос и развивался.

На шестой день, дети в камерах превратились в зрелых юношей. Через встроенные в барокамеры динамики были слышны учащенные удары их сердец, которые работали быстрее обычного, обеспечивая тем самым необходимый газообмен ускоренного развития организмов.

– Будем пробуждать первого, – сказал Сальватор, -

Ихтиандру будет нужен друг ровесник. Если это будет точная копия меня в молодости, я уверен ему понравится такая дружба.

Он перекрыл в плаценте одной из камер поступление богатой питательными элементами смеси в секцию с универсальным кровезаменителем. Дождался, когда ускоренное развитие организма прекратилось, и пульс молодого человека выровнялся. Затем спустил из барокамеры физраствор.

Молодой двойник Сальватора бездыханно лежал на дне искусственной матки, длинные волосы прикрывали его лицо и плечи, лишь длинная пуповина от его брюшной стенки до плаценты продолжала ритмично пульсировать.

Сальватор продул его легкие чистым кислородом. Двойник сделал свой первый настоящий человеческий вздох, присел и, хватаясь от боли за грудь, открыл глаза.