Аномалиссия. Снег и пепел

Катерина прыгнула в седло и поскакала через лес, взметая за собой снежные клубы в голубовато-розовом свете зари.

Дед Кузьма крепко спал, когда Катя приблизилась к нему. Она первым делом потрогала ему лоб. Негорячий.

– Дедушка, – позвала Катерина, тормоша старика, – проснись. Я принесла лекарства.

Дед Кузьма открыл глаза.

– Как ты себя чувствуешь? – тут же спросила она.

– Да вроде ничего, – улыбнулся дедушка. – Видимо настои, которыми ты вчера меня поила, начали действовать.

– Замечательно! – просияла Катерина. – А я тут ещё лекарств привезла.

Дед Кузьма посмотрел на бутылочки, которые Катя звеня начала выкладывать из сумки на столик.

– Ты была у врача? – спросил дедушка.

– У травницы, – поправила его Катя.

– Ты ездила в такой буран, через лес?!..

– А что оставалось делать? Доктор ушёл к ней, и мне пришлось ехать туда.

Катя немного помолчала, собираясь с мыслями.

– Но дома ни травницы, ни врача не оказалось, – мрачно продолжила она.

– Их забрали! – догадался дед Кузьма, прижав ладонь ко рту, сдерживая ужас на морщинистом лице.

– Да, – кивнула Катя.

Они молча смотрели друг на друга, словно общаясь без слов, а потом первой тишину нарушила Катя.

– Я направляюсь в город, дедушка.

Дед Кузьма в один миг поменялся в лице.

– Катя! – задохнулся он потрясённо. – Каким бы сильным отчаянием ты не была охвачена, не надо чудить!… Там ведь на посту стреляют пушки без разбора. И это страшное оружие! У человека загорается голова! Даже близко нельзя подходить к мегаполису, даже на поле перед ним выходить нельзя!..

– Деда, деда, успокойся! – тряхнула его Катя за плечо. – В лесу я встретила горожанина. Настоящего!

– Что?! – не поверил своим ушам дед, и лицо его вытянулось от изумления. – И горожанин тебя не похитил?!

– Это какой-то другой горожанин! Он без снаряжения… и вообще без всего! И он согласился взять меня в город в награду за спасение!

– За спасение?

– Да. Я нашла его в лесу без сознания и не дала замёрзнуть насмерть.

– Надо было его добить, Катя! Горожанам нельзя верить!

– Нет! Хотя, я хотела это сделать, но…

– Столько лет горожане здесь появлялись только в качестве разбойников, – потрясённо выдохнул дед Кузьма, и взгляд его провалился куда-то в неведомую бездну, а потом он схватил Катю за руку и затряс. – Не вздумай! Катя, не вздумай! Это ловушка! Я не хочу, чтобы ты погибла. Горожане – все безумцы. Они живут по своим страшным законам! Ловушка, это ловушка! Очередная игра! Эти богачи растеряли последние крохи нравственности! Мы для них ничто! Они играют в какую-то игру, когда охотятся или похищают нас! Попадёшь к ним и погибнешь!

– Не тут-то было, дедушка! Я найду маму, папу и брата, заберу их и покину город! – твердила своё Катерина.

– Не будь такой наивной, Катя! Ты даже не представляешь, с чем тебе придётся столкнуться!

– А ты откуда знаешь, с чем мне придётся там столкнуться? И вообще, если в городе никто из нас не был, откуда знания о нём?

Дед вдруг затих, а взгляд его сделался настолько грустным, что казалось, он вот-вот заплачет.

– Просто послушай меня. Не ходи в этот окаянный город!

Она фыркнула от возмущения.

– Ну, вот, я тебя, например, сейчас послушаю, а что дальше! Как жить потом с этим? Какие у меня тут перспективы? До старости доживать с сожалением, что я могла отправиться в город за родителями и братом, и не отправилась? Папа с мамой живы, я знаю! И Гоша жив! Я обязана пойти за ними!

– Да откуда ты можешь это знать! – возразил дедушка. – Никто не знает, что делают с пленниками в том городе. А то, что говорят, это лишь часть того, что может быть!

– Поверь мне, я чувствую душой, что они живы, и я их найду, – со всей серьёзностью сказала Катя, а её глаза загорелись уверенностью.

Дед Кузьма, поджав губы, посмотрел на Катерину пристально.

– Да. Ты всегда об этом говорила, – согласился он, вздохнув. – Вижу, не удержать тебя. И мне так страшно! Но я понимаю. Это твой путь, который ты должна пройти, но сердце не хочет тебя отпускать. Увижу ли я тебя снова, прежде чем отойду в мир иной?

– Что ты такое говоришь, дедушка! – воскликнула Катерина.

– А ничего! Стар я. Уже очень стар.

Дед замолчал, а Катя, сорвавшись, бросилась ему на шею.

– Всё будет хорошо, дедушка! Мы ещё увидимся! Ещё заживём! И не так, как сейчас, а по-человечески!

Дедушка похлопал её легонько по спине.

– Что ж, дорогая, иди. Иди. Не буду тебе мешать.

– Дедушка!

Эмоции превратились в слёзы, и Катя крепче обняла старика.

– Ну, всё, всё. Иди.

Катерина поднялась, чмокнула деда в щёку на прощание, схватила со стола пару пирожков с мясом, один из которых тут же съела, и уже с порога крикнула:

– Спасибо, тебе дедушка!

– За что?

– За всё спасибо! Я скажу старосте – в общине о тебе позаботятся.

– Не вздумай! – вскричал дед, приподнявшись на постели. – Уходи молча, Катя, иначе будут проблемы. А община и так обо мне позаботится.

– Ты прав, – улыбнулась Катя, представив реакцию сынишки старосты, если он узнает обо всём. А ведь Никита её и запереть может где-нибудь в конюшне и не пустит никуда, хотя, какое он вообще имеет право, шут гороховый.

– Катя! – позвал дед, едва Катерина не закрыла за собой дверь.

– Что? – спросила она, заглянув в дверной проём.

– Ты бы взяла что-нибудь из вещей!

– Ты прав! Надо взять летнее платье, там же ведь у них жара под куполом!

Катя бросилась к шкафу и достала оттуда синее старенькое платьишко, запихала его в сумку и готова была снова пойти на выход, как дед Кузьма опять её остановил.

– И что, больше ничего не возьмёшь?

– Нет! Зачем мне с собой тяжёлая сумка? И одного платья вполне хватит.

Знания о том, что может понадобиться в длительной отлучке, напрочь отсутствовали не только у Катерины, но и у остальных её земляков. Опыт путешествий жителей посёлка равнялся нулю.

– Присядь на дорожку… А лучше подойди, я благословлю тебя, – велел дедушка, протягивая руку.

Катя молча подошла под благословение. Дед крепко сжал её ладонь.

– Хорошо бы зайти в храм, Катя.

– Уже некогда дедушка. Я боюсь, горожанин не даст мне столько времени. Помолюсь по дороге.

Сердце билось всё сильнее. Внутреннее волнение рвалось наружу и искало выход через слёзы или нервный смех, но Катя силой воли давила в себе эмоции. Дедушка не должен видеть её слабость, иначе будет переживать ещё сильнее.

– Ступай, Катенька.

Он перекрестил Катерину несколько раз, пока она не переступила порог. По телу побежала лёгкая дрожь. Неужели происходит то, что происходит, и замысел начал сбываться? Катя некоторое время постояла на обледенелом крыльце, глядя на древесный рисунок входной двери. Мысли путались. Перед глазами застыла надолго картина деда с тревожным взглядом творящего крестное знамение в воздухе. Она вынуждена оставить его, сейчас, в таком состоянии… Правильно ли это?

Катя тряхнула головой и зашагала прочь от дома.

– Готова? – раздался голос горожанина совсем рядом, как только Катерина отошла на достаточное расстояние от посёлка и остановилась у края леса.

Напряжённые мышцы дёрнулись. Катя не ожидала, что горожанин так скоро явится. Он подошёл совсем близко, отчего она невольно шарахнулась в сторону, увеличивая расстояние между ними. Наверное, хорошая погода способствовала тому, что мужчина пешком добрался по сугробам так быстро.

– Да, – ответила Катерина, пряча волнение в голосе.

– Тогда не будем терять времени. Пойдём.

– Пешком?! Так ведь снега по пояс, а до города километров пять, а может и больше…

Раздражённый взгляд горожанина заставил Катю стушеваться.

– Сейчас вызову такси, – объявил он.

Мужчина достал из кармана ту самую вещицу, которую Катерина помогала искать в ельнике. Любопытство сразу приковало её взгляд к яркому экрану, но звук шагов позади заставил отвлечься.

– Эй! Катя? Кто это с тобой? – раздался знакомый голос, от которого дёрнулись уши и волосы на затылке зашевелились.

Катя с опаской обернулась.

Никита замер в нескольких шагах в напряжении, не сводя взгляда с горожанина.

Дыхание перехватило. Господи! Сейчас Никита всё испортит! Её единственный шанс попасть в город грозит исчезнуть навсегда.

– Кажется, твой знакомый, – прозвучал ровный голос мужчины.

Катя окаменела.

А Никита меж тем устремился в их сторону, и настороженное выражение его лица не предвещало ничего хорошего.

– Никита! – кликнула она. – Тебя твой дядя искал. Сказал немедленно явиться, у него беда случилась!

Но Никита не поддался на уловку. Он впился взглядом в горожанина и продолжил приближаться.

– Этого не может быть! Чужак! – выдохнул он наконец, выпучив глаза.

– Никакой это не чужак! – На адреналине мозг стал подкидывать обманные манёвры. – Помнишь Зинаиду Гасилину? Все говорили, что её сын сгинул тогда за Чертой. А, нет! Не сгинул! Вот он!

– Ванька?! – Никита нахмурил брови, припоминая.

Он наконец поравнялся с Катей и горожанином. Его глаза старательно выискивали в мужчине за что зацепиться.

– Ванька! Где тебя носило! Откуда на тебе эти шмотки? Неужто ли снял их с мёртвого горожанина? А лицо… Это аномалии похоже так меняют внешность!

Кате казалось, что горожанин вот-вот взорвётся от возмущения. Он замер, убрав вещицу с экраном в карман. Бледное лицо стало ярче от румянца и потемневших кругов вокруг глаз.

Мужчина вопросительно посмотрел на Катю.

– Мне не к чему участвовать в вашем цирке, – процедил он сквозь зубы. – Такси сейчас уже подъедет. Будь готова вовремя запрыгнуть.

– А? – Никита на мгновение застыл, явно пытаясь понять правильно то, что только услышал.

– Я потом всё объясню! – Катя поспешно хлопнула его по плечу как можно сильнее. – Не волнуйся!

Никита мигом поймал её руку налету.

– Что происходит? Кто это такой? – В голосе прозвучала сталь от строгости.

– Твоё какое дело!

Катя резко вырвала руку из его ладони в тот миг, когда на поле показался чёрный нейромобиль в клубах снежной пыли.

– Горожане! – вскрикнул Никита. – Скорее бежим отсюда!

Он снова протянул руку, чтобы схватить Катю, но она увернулась.

Никита распахнул глаза от непонимания, переводя взгляд то на Катю, то на мужчину.

– Катя, не дури! Надо быстрее прятаться!

– Так беги и прячься!

Он раскрыл рот, чтобы ещё что-то сказать, но слова точно застряли в горле.

– Так это… – Эмоции на лице Никиты сменяли одна другую. – Это никакой не Ванька! Горожанин! И ты с ним заодно!

Его дурная натура переходить сразу от слов к действиям вырвалась в ту же минуту. Никита прыгнул к горожанину. Крепкий кулак полетел в лицо чужака, но ладонь в замшевой перчатке молниеносным движением поймала его.

Никита вытаращил глаза, а в следующую секунду скорчился от боли, когда пальцы захрустели в чужом захвате. Мужчина заломил его руку и без усилий толкнул Никиту в сугроб.

Ошалелый и раскрасневшийся Никита поспешил выбраться из снега, но его накрыло густой волной от подъехавшего транспорта, похожего на небольшой блестящий локомотив.

Мужчина шагнул на подножку к открывшейся двери.

– Что стоишь! Запрыгивай! – с раздражением крикнул он оторопевшей Кате.

Она встретилась с яростным взглядом из сугроба и в тот же миг вспорхнула на подножку нейромобиля. Сильная рука схватила её за локоть и втянула внутрь, после чего блестящая чёрная дверь закрылась сложившимся крылом. Транспорт понёсся, скользя по снежным покровам, точно по водной глади.

Катя только теперь смогла выдохнуть. Как же быстро эта штука примчалась за ними! Если бы не это, то неизвестно, чем дальше обернулась схватка горожанина и Никиты, и, могло бы случиться так, что кто-нибудь ещё в посёлке их увидел и вмешался.

Краем глаз она осторожно посмотрела на мужчину, сидящего на сиденье напротив. Яркие глаза смотрели прямо и открыто без гнева или негодования, но выражение алебастрового лица ей не понравилось. Так обычно смотрел староста на провинившегося прислужника. Взгляд без ярких эмоций, но открыто предупреждающий о дальнейшем наказании.

– У этого парня будут большие проблемы, – заявил горожанин.

Внутри всё съёжилось. Как бы Никита не надоедал, Катя не желала ему зла. Всё-таки он не виноват в том, что она не испытывает к нему взаимных чувств.

– Пожалуйста, не причиняйте ему вреда! Он не виноват…

– Он запрыгнул на крышу, – перебил её мужчина.

Смысл слов дошёл до осознания с опозданием. Катя не поверила своим ушам. Она замерла, широко раскрыв глаза.

Никита! Что же он творит!

Катя сняла варежки, освобождая вспотевшие ладони.

– Я прошу вас, придумайте что-нибудь, лишь бы он не пострадал! – взмолилась она. – Этот парень – дурачок, он сам не понимает, что творит.

Горожанин забарабанил длинными пальцами по тёмному кожаному сиденью.

– Интересная ситуация, – отметил мужчина с напряжением.

Катерина вгляделась в его лицо в попытке распознать настроение и предугадать дальнейшее решение. Горожанин отвёл взгляд в задумчивости куда-то влево. Это был хороший знак, указывающий на то, что он что-то обдумывает, а значит мужчина внял её просьбе. Но нейромобиль продолжал мчаться вперёд к городу.

– Прошу вас! Остановите эту штуку! – повысила она голос.

Мужчина отрицательно покачал головой.

– Нейромобиль не остановится теперь до самого города. Я ничего не могу поделать.

– А где водитель?!

– Такси управляется искусственным интеллектом по заданному маршруту.

Катя так и застыла, хлопая глазами.

Солнце, которое до этого светило в глаза, скрылось за высоченными башнями. Снежные покровы вокруг объяла тень от небоскрёбов.

Катя глянула в окно. Они больше не скользили по просторам, а ехали по широкому мосту над головокружительной пропастью навстречу сверкающим зданиям. Поле казалось всегда таким необъятным, а это такси преодолело его так быстро…

Катя нервно сглотнула. Сейчас горожане заметят Никиту.

Сердце сжалось. Если этот господин напротив не поможет, то…

За окнами заискрились тысячи стёкол на мраморных стенах. Катя невольно глянула ввысь, заметив купол по зелёным отблескам в небе.

Нейромобиль остановился. Дверца открылась, и в проёме нарисовался человек, похожий на солдата – весь в боевой экипировке.

Горожанин с непринуждённым видом достал какую-то карточку из внутреннего кармана пальто и показал солдафону на вытянутой руке. Человек в экипировке быстро глянул в книжечку, потом расслабился и с улыбкой произнёс:

– Добро пожаловать, господин Северный! Проезжайте.

Господин Северный убрал карточку обратно во внутренний карман пальто, и дверь закрылась. Транспорт тронулся дальше.

Господин Северный…

Катерина во все глаза посмотрела на него. Северный пожал плечами.

– Может быть, он сорвался. Как ни как скорость у этих такси высокая…

Слово «сорвался» прозвучало, как удар молота в подсознании. Если Никита сорвался, то он мог погибнуть! Так глупо… из-за неё. А этот Северный продолжал сидеть так, словно ничего не случилось.

Перед глазами поплыли белые пятна. Стало нечем дышать, точно воздух сгустился. Катя замахала ладонью перед лицом, как веером.

Северный покосился на неё, сдвинув брови. Он что-то нажал в стене, после чего перед Катей появился на подставке стакан с водой. Она быстро схватила и осушила его.

– Полегчало? – поинтересовался Северный.

Катя замотала головой.

Меж тем виды за окном сменились. Похожие на дворцы здания зазолотились на фоне пронзительно голубого неба. Кате всегда так хотелось увидеть это великолепие, а теперь она лишь мазнула равнодушным взглядом по картинке за стеклом.

– Что же мне делать? – вырвался у неё отчаянный возглас.

– Это ты меня спрашиваешь? – усмехнулся Северный. – Послушай. Я, конечно, премного благодарен тебе за спасение, и согласился взять тебя в город в благодарность, но ты ведь не собираешься пользоваться моим расположением и наглеть. Я ведь тебе особо больше ничего не обещал. Сейчас мы доедем до квартала низших. Там ты выйдешь из этого нейромобиля и на том мы попрощаемся.

– Но я ведь здесь ничего не знаю! – Язык вдруг стал плохо слушаться.

– Ну, и что? Меня это не интересует.

Горожанин говорил всё правильно, и разум с ним соглашался, но страх опутал нутро ядовитой змеёй.

Нейромобиль снова затормозил. За распахнутой дверью ждало несколько человек в униформе.

– Сиди тут молча, – велел Северный и вышел наружу. Дверь закрылась.

Катя тихонько посмотрела в окно. По широкой цветущей улице не спеша прогуливались горожане в нарядных одеждах. Некоторые из них с любопытством поглядывали на разговаривающих с Северным сотрудников. Катино сердце подпрыгнуло, когда она увидела Никиту. Его с закованными руками подвели к Северному. Как ни старалась Катерина расслышать хоть слово, окно не пропускало ни звука снаружи нейромобиля.

Северный кивнул, взял Никиту за локоть и подвёл к транспорту. Они залезли внутрь вместе, после чего нейромобиль помчался дальше.

Никита занял своё место на сиденье рядом с изумлённой Катей. Он молча подмигнул ей, отчего она удивилась ещё больше. Катя во все глаза посмотрела на Северного и напряглась, увидев нахмуренные брови и сжатые в одну линию губы.

– Квартал низших пока отменяется. Если кто-то спросит, вы говорите, что вы мои слуги. – Бархатный голос превратился в сухой и холодный.

Северный больше ничего не сказал. Он молча нажал кнопку на маленьком устройстве в руке, после чего наручники Никиты расстегнулись.

– Как ты сюда попал? – От изумления во рту пересохло, и фраза прозвучала сдавленно.

– Не спрашивай «как», спроси «зачем»! – ответил Никита вполголоса.

Катя в раздражении прошипела.

– Чего ты ко мне прицепился! Тебя здесь только не хватало! Ты же мог погибнуть, сорвавшись с нейромобиля!

– А ты, что удумала, Катя! Связаться с горожанином, отправиться в город!.. Да, ты… вообще… Ты хоть понимаешь!.. Это же… Я даже слов подобрать не могу! Добровольно сдаться горожанам! И я, по-твоему, должен был спокойно смотреть, как ты садишься в этот транспорт?.. – В глазах Никиты плескалась ярость.

Катерина съёжилась, отодвинувшись поближе к окну, увеличив тем самым расстояние между собой и Никитой.

– Ты не мой опекун! – фыркнула она.

– И что!

– А я взрослый человек!

– Ну, так…

– И мне никто не нужен, чтобы что-то делать и куда-то идти! Мне не нужна твоя забота!

– Вы! Оба замолчали! – вмешался тут Северный, не повышая тон, но сказал так властно, что всем стало не по себе.

Никита молча продолжил сверлить Катю взглядом, но она в раздражении отвернулась к окну. Он жив, значит можно выдохнуть.

Куда они едут? Какая уж теперь разница. Город огромен. А она то представляла его не таким масштабным. Как теперь найти свою семью среди тысячи гигантских зданий и миллиона людей? Никакой зацепки, никакой наводки – ничего!..

Взгляд свободно поплыл по видам за окном. Нет-нет, он да цеплялся за примечательные вещи. Иллюстрации из книг точно ожили. Катя впервые увидела розы на клумбах, пальмы и высокие, похожие на пики, деревья. Иногда на глаза попадались яркие тропические птицы.

– Назовите мне ваши имена, – велел Северный спустя минуту.

Узнав имена, он одобрительно кивнул и задумался, устремив свой взгляд вдаль через стекло.

– А нам как к вам обращаться? – поинтересовался Никита, насупив брови.

– Ваше обращение ко мне «господин», и никак иначе.

Никита хмыкнул, но больше ничего не сказал.

У Кати вертелось в голове множество вопросов к господину Северному. По выражению его лица, она догадывалась, что из-за выходки Никиты возникли какие-то проблемы, но какие именно? И что теперь будет с ней и с Никитой? Но спросить об этом прямо мешал страх вызвать раздражение к себе. Катя лишь нервно кусала губу и поглядывала то в окно, то на Никиту, то на Северного.

Солнечный свет залил салон, когда нейромобиль выехал на открытую площадь. Катерина с любопытством прильнула к стеклу. В центре площади на массивном пьедестале возвышалась чья-то величественная статуя. Катя сжала зубы, заметив корону на голове. Расстояние мешало разглядеть черты лица, но Катерина не сомневалась в том, что там отвратительная физиономия.

За площадью последовал сад. Сердце замерло. Вот она, тропическая зелень! Диковинные деревья с оранжевыми плодами красовались в солнечных лучах. Цветочные поляны горели сочными красками. Захотелось присесть в одной из беседок посреди роскошных растений и забыть обо всём на свете!

Нет! Как можно думать о таком! Катя тряхнула головой. Она в обители врага, об этом не стоит забывать.

Транспорт остановился на подъезде к ослепительному дворцу. Дверь открылась. Первым вышел Северный.

– Не отстаём, – бросил он Кате с Никитой.

Катерина вдохнула полной грудью оказавшись на свежем воздухе. От обилия кислорода и цветочного благоухания закружилась голова. От ярких красок и солнечного света заслезились глаза.

Нейромобиль укатил обратно к дороге.

– Не хило! – присвистнул Никита окинув оценивающим взглядом сверкающий дворец с изумрудными окнами и белоснежными колоннами. – Уж ни Владморий ли здесь живёт?

– Здесь живёт мэр города, – пояснил Северный.

– И вы нас ему хотите передать?

– Вы – последнее, о чём я сейчас думаю. Таскать вас везде за собой не входило в мои планы. Что мне с вами делать… Ладно. Потом разберусь. Идёмте пока за мной.

Катя и Никита последовали за Северным. Швейцары в зелёной униформе, поклонившись открыли перед ними двери.

Внутри Катерина ожидала увидеть убранство, как на старинных фотографиях дворцов прошлой эпохи, но вопреки её ожиданиям просторный светлый холл приветствовал гостей строгостью дизайна. Взгляду здесь оставалось только зацепиться за хрустальную многоярусную люстру, что напоминала о минувших временах, когда холлы дворцов украшали лепниной, коврами, вазами и картинами.

– Господин, ваши слуги… Может, они подождут вас тут? Их одежда… Боже! – раздался брезгливый голос.

По подсвеченной зелёным цветом лестнице спускался старичок в белой униформе. Он окинул Катю с Никитой тяжёлым взглядом, поправил свой атласный пиджак и вопросительно посмотрел на Северного.

– Останьтесь здесь, – велел Северный и пошёл к лестнице. Старичок последовал за ним, едва успевая.

– Ну, и где ты собираешься искать свою семью? – зашептал Никита, повернувшись к Кате, едва они остались одни в холле.

Катерина растерянно посмотрела в серые, как грозовое небо, глаза.

– Не смотри на меня так, я всё помню! До сих пор надеешься, что найдёшь свою семью? Я тебя понимаю, но…

– Ничего ты не понимаешь! – огрызнулась Катя. – Если бы понимал, то не путался бы вечно под ногами!

Никита скривил губы и покачал головой.

– Давай хотя бы здесь ты будешь вести себя прилично! Сейчас не время ругаться.

– Да что ты!

Катя хотела снова огрызнуться, но сдержалась и выдохнула. А ведь Никита дело говорит!

– Ладно. Если честно, я понятия не имею где их искать и кто мне может помочь. Всё тут не так, как я себе представляла. Единственное, что приходит на ум, попросить этого Северного… Хотя вряд ли он мне поможет. Уговор был только о том, что он привезёт меня в город.

– Уговор? Как вообще тебе удалось найти живого горожанина, да ещё и о чём-то договориться с ним?!

– Я ему жизнь спасла. – Катя хотела рассказать дальше, но услышала приближающийся звук шагов. – Потом расскажу.

Никита сдвинул брови и обернулся.

– Кто вас сюда впустил? – фыркнула подошедшая женщина.

Катя растерялась с непривычки, увидев ухоженную особу в строгом белом костюме. Уход за собой женщин в посёлке сводился лишь к тому, чтобы просто умыться и расчесаться. Никаких кремов, шампуней, косметики, тем более фена со средствами для укладки! Катя вытаращила глаза на светлые блестящие локоны, алые губы и чётко-расчерченные брови и почувствовала маленький укол зависти.

– Языки проглотили? Отвечайте, а то немедленно…

– Мы с господином Северным! Его слуги… мы, – на одном дыхании ответила Катерина.

– Хм, слуги! – цокнула языком женщина. – Идёмте за мной, «слуги».

– Куда?! Нам господин велел остаться тут! – воскликнул Никита.

– Не важно. С вашим господином я потом поговорю. Ваше дело подчиняться высшим. Он вас, похоже, в посёлке недавно подобрал, если вы не знаете правил. Северный, должно быть, не слышал о действующем режиме…

– Мы вас не знаем и никуда с вами не пойдём, – отрезала Катя.

Женщина скривилась, а густо подведённые глаза потемнели от злости. Она поднесла какое-то устройство к губам и что-то произнесла на непонятном языке.

В холл вбежали двое мужчин в зелёной униформе. Никита одним движением закрыл собой Катю, шагнув перед ней.