Благословлённые. Книга 1. Гальрадский ястреб

– В целом, все неплохо, – ответила девушка.

– Пожалей уж старика, – вежливо предостерег Велимир. – Не надо врать.

– Вы и мысли умеете читать, – в шутку заметила Камилла.

– Нет, что ты. Хоть дар предвестника и позволяет чувствовать людские помыслы, я могу только предвидеть намерения врага. Последнее время я слишком часто вижу, как в последнее время ты изматываешь себя на тренировках и помогаешь Мирине. Всего и сразу не успеешь. Но займись грамотностью, хотя бы понемногу каждый день. Обещаешь?

– Обещаю.

С момента разговора со стариком прошёл ещё один временной цикл, унеся за собой время весеннего возделывания. Наступило лето. Если бы не северная смута, Камилла сейчас полноценно помогала бы родителям заготавливать сено и жать созревший урожай.

Бараки, где жила община, поляна перед домом и лес незаметно стали родными. Камилла знала людей, местность вокруг, ходила до ближайшего селения вместе с собратьями. А когда-то казалось, что жизнь на постоялом дворе ещё долго будет безопасным пристанищем. Тренировки со стариком не прекращались, хотя временами казалось, что она застопорилась и прогресс остановился. Более того, в бое на мечах она все ещё не могла победить. Камилла чувствовала себя уверенно. Научилась правильно атаковать, защищаться. Но в реальном бою насмерть она бы никогда старика не победила.

А однажды вечером, после того как Камилла помогла Мирине с мытьем посуды и собиралась пойти спать, старик отвел её в сторону.

– Прости, что отрываю, – как всегда вежливо извинился он. – Завтра с утра пойдёшь тренироваться с Дорианом.

– Почему это? – испуганно спросила Камилла. – Зачем?

– Твоей сноровки и умений вполне достаточно, чтобы вступить в бой, но, помимо этого, нужно изменить кое-что внутри себя, – старик решил ответить только на последний вопрос. – К великому сожалению, я не смогу в этом помочь. А Дориан может.

– Да ведь… – Камилла задумалась над тем, как это сказать. – Он меня недолюбливает.

– Я так не думаю, – уверенно ответил Велимир. – Между прочим, Дориан считает тебя удивительной. Уважает наравне с остальными в общине и, как все они, готов защитить в случае опасности. Возможно, он бывает резковат, но к этому можно привыкнуть.

Камилле хотелось ещё больше возмутиться после таких заявлений.

– Вы сейчас серьёзно?

– Разумеется. Учиться сражаться – твой собственный выбор. Никто не говорил, что будет легко. И если уж так сложно на это решиться, подумай прежде всего о том, что ты приобретешь. Дориану приходилось выживать в тяжелых условиях и преодолевать много трудностей, чтобы не умереть. У него есть, чему поучиться.

Камилла выдохнула. Судьба иногда подкидывает сюрпризы. Но, пожалуй, у неё больше шансов победить старика в открытом бою, чем провести полдня с Дорианом и не услышать ни одну колкость.

– Помню, как я тебя встретил, напуганную, тихую девочку, – вспомнил старик. – А теперь ты вместе с общиной, в доме, который, наверное, и искала долгое время.

– Да, но…

– А в общине все уважают друг друга, и не стоит никого бояться и избегать.

Камилла вспомнила тот день, когда пошла за стариком, жестоко зарезавших трёх человек прямо у неё на глазах. Тогда было все равно, что случится. Она утратила веру и в мыслях мечтала о скорой смерти, которая неминуемо должна была прийти. Но не пришла.

Глава 6. Тропы перемен

Камилла проснулась ранним утром и тихо оделась. Простые мешковатые штаны и рубаха не стесняли движений. Мирина ещё спала на соседней кровати. Вечерами девушка изматывала себя наведением чистоты, мытьем посуды и ложилась уставшей. А Камилла по вечерам старалась хоть иногда читать книги, сидя за столом с зажжённой свечей и стараясь не мешать подруге спать.

В это ранее утро все, кроме дозорных спали. Дориан, как оказалось, в одиночестве сидел за большим столом, потягивая что-то из чаши.

– Доброе утро, – поздоровался он.

– Доброе.

На нём была простая одежда: облегающая туника и незамысловатые штаны с карманами. На столе лежал меч.

– Отличный день, – провозгласил Дориан. – Надеюсь, его ничто не омрачит. Готова идти?

– Готова, – уверенно ответила Камилла, даже не понимая, куда именно они собрались.

Ещё не хватало, чтобы глава видел, как она в чем-то сомневается. Если решилась – значит, так тому и быть.

– А где твой меч? – спросил Дориан.

– Меч? Я думала, мы будем сражаться на деревянных.

Дориан лишь махнул рукой.

– Оставь эти игрушечные палки другим. Иди, возьми меч. И шевелись, у нас не так много времени.

Камилла забежала на второй этаж, обратно в комнату и тихонько достала из-под кровати оружие. Ей нравился этот меч, впрочем, ничего необычного из себя не представляющий – короткое лезвие, простое круглое навершие и крестовина без каких-либо украшений. Велимир в своё время научил разбираться в оружии. И, не смотря на простоту, меч был качественным.

Они выдвинулись из общины, никого не предупредив. Дориан шёл молча, что только накаляло обстановку. Но, раз уж глава хочет молчать, то и не придется слушать порицания в свою сторону. Он вел их в лес, в сторону центральной провинции, где Камилле ещё не доводилось побывать.

Густой лес сменялся небольшими протоптанными тропами и маленькими полянками. Повсюду виднелась завораживающая пышная зелень, ощущалась приятная прохлада и свежесть. День удачно выдался не слишком жарким.

Вскоре Камилла и сама не заметила, как они дошли до большой дороги и укрылись за массивными деревьями шагах в десяти. Дориан вышел на дорогу и некоторое время высматривал следы, а затем вернулся обратно и объявил:

– Пришли. Теперь ждем.

Он сел, облокотившись на дерево, и Камилла устроилась напротив, понимая, что ждать, придется долго. Для отдыха было самое время, поскольку долгая прогулка уже изрядно утомила. И, казалось, тишина и безделье никак не мешает Дориану, который мог многие часы просидеть в засаде. Но ожидание томило. Не выдержав молчания, Камилла решила спросить:

– Здесь, случаем, волки не водятся?

– Волки? – удивился Дориан. – Нет, они больше в лесах центральной провинции. Да и территорию вблизи замка императора и его окрестностей хорошо охраняют. К тому же, днем они не показываются людям. Очень умные животные.

– А я однажды видела волков днем.

– Возле общины? – насторожился глава.

– Нет. Мне тогда было четырнадцать лет, мы заигрались, убежали далеко в лес. И натолкнулись на волка и волчицу. Благо, остались живы, но я страшно испугалась и… плакала потом, – неожиданно для себя призналась Камилла. – Когда осознала, что могло случиться.

Имя своего возлюбленного она умолчала по привычке. Они с Дьюком бежали из родной коммуны из-за нападения сереровемцев на провинцию и разделились. Камилла ни с кем не говорила о нём. Говорила про мать с отцом, про коммуну, про родные поля, но про Дьюка никогда. Одно время пыталась заставить себя выговориться Мирине, как близкой подруге. Не смогла. Боялась услышать, как ничтожны шансы на выживание у мальчика в чужом краю и как велик риск умереть от голода, не найти кров, быть убитым или натолкнуться на плохих людей.

В тот день она и Дьюк оказались глубоко в лесу, в незнакомой местности. Камилла знала, что родное селение где-то неподалеку, но все равно запаниковала, понимая, что не узнает местность. А затем все стало ещё хуже. Двое волков, появившихся из-за деревьев, начали рассматривать гостей леса и приблизились к ним. Камиллу окутал страх, но родители говорили, что в этом случае не стоит делать резких движений и тем более бежать, иначе хищник может начать преследование, решив, что перед ним враг, посягнувший на чужую территорию. Это был страх больше не за себя, а за Дьюка. Родители рассказывали, как пару лет назад узнали, что волки загрызли одного из жителей соседнего селения, идущего домой за полночь через лес.

Но Дьюк не испугался и остался спокоен, даже когда волки приблизились. Звери некоторое время наблюдали, будто признавая людей, а затем потеряв интерес, просто ушли. Дьюк успокоил Камиллу и каким-то образом вывел их обратно к дому. С этого дня он всегда был для неё героем.

В тот день Дьюк, которому едва исполнилось четырнадцать, признался, что сразу понял: это были самец и самка.

– Волк и волчица? – Дориан заинтересовался услышанным. – Говорят, что если возлюбленные встретят пару волков, это хороший знак, знамение предков о том, что союз будет крепким и нерушимым.

– Правда?

– Да. И с кем же ты была в том лесу?

– Неважно.

Камилла демонстративно отвернулась, не желая отвечать, а Дориан ухмыльнулся.

– И все-таки, мы какого-то зверя выслеживаем или просто отдохнуть пришли? – полюбопытствовала Камилла, желая перевести тему разговора.

Дориан вздохнул и неспешно начал объяснять:

– Примерно месяц-полтора назад, я увидел здесь служителей ордена Нефритовой зари, с телегой, полной оружия. Думал, это были контрабандисты, и решил сообщить. У наших есть связи в этом ордене. Новость чуть не дошла до магистра. Оказывается, кто-то в ордене воровал и перепродавал оружие уже не первый месяц. Я плохо запомнил, как они выглядели, но мне любезно сообщили, когда будет очередная поставка оружия в казармы.

– То есть ты хочешь сказать, что…

– Да, мы выжидаем контрабандистов.

Камилле стало немного не по себе и, судя по всему, это отобразилось на лице.

– Не переживай, – небрежно успокоил Дориан. – Или ты испугалась?

– Нет, но вряд ли они появятся именно сейчас, правда?

Дориан вздохнул и замолчал. Камилла облокотилась о дерево в ожидании. Казалось, что она как-то неудобно сидит и в голову лезли всякие глупые мысли. А протоптанная дорога за деревьями будто бы была совсем мертвой – за столько времени по ней вообще никто не прошел. В какой-то момент Камилла не выдержала и собралась с силами пойти обратно. И, словно назло, увидела, как вдалеке из-за поворота вынырнули двое человек, таща небольшую двухколесную телегу. Один, молодой, шел спереди, держа её за ручки, второй, постарше лет на десять-пятнадцать, помогал, толкая сзади. Оба одеты в летнюю походную одежду и плащи ордена темно-оранжевого цвета.

– План такой, – Дориан сразу стал серьезным. – Выходишь на дорогу, закрываешь движение и отвлекаешь внимание. А я подхожу сзади, и мы их убиваем. Всё просто.

Камилла издала нервный смешок. А люди с повозкой тем временем приближались. Дориан углубился чуть дальше в лес и жестом дал понять, что пора выходить на дорогу. Велимир объяснял, как сражаться, если противников будет несколько, но сейчас все учения, как назло, вылетели из головы. Камилла выдохнула и вышла из-за деревьев на дорогу и оказалась прямо перед воинами. Двое сразу остановились и уставились на неё.

– Баба, – удивленно пролепетал молодой.

– Ты что здесь делаешь? – грубо спросил тот, что постарше. – Заблудилась, красавица?

– Нет. Просто… гуляю.

Камилла попыталась ответить как можно более непринужденно. Дориан должен вот-вот выйти из укрытия. Молодой огляделся и посмотрел в сторону леса, откуда она появилась. Но там никого не было.

– Одна что ль? – снова спросил он.

Камилла молча кивнула.

– Это запретная дорога, – пояснил тот, что старше, окинув взглядом Камиллу. – Она пролегает через императорские угодья, так что сельскому отребью здесь делать нечего! Хочешь пройти по дороге – плати.

– Деньги-то у тебя есть? – оскалился младший.

– Нет, денег нет, – соврала Камилла. – Но…

– Тогда, может, по-другому как-то заплатишь? – молодой подошел чуть ближе.

Камилла поняла, что дело ни к чему хорошему не ведет, схватившись за рукоятку меча и тут же обнажила оружие. Меч вышел плавно, сопровождаясь звонким скрежетом метала. Камилла обнажала его всего пару раз и только для того, чтобы рука привыкла к тяжести. С Велимиром они все ещё тренировались на деревянных.

Вместо того, чтобы насторожиться, молодой лишь усмехнулся и повернулся к своему другу:

– Ты глянь-ка!

– Оставь её, Альбин, – приказал старший. – У нас свои дела, нужно торопиться, пока…

Из-за большого дуба тихо вышел Дориан, оказавшись за спиной у старшего. Молодой схватился за меч и успел крикнуть:

– Осторожно!

Камилла напала первой, но парень блокировал удар. На лице читалось ошеломление, смешанное с тревогой. Интересно, сколько раз он сражался в настоящем бою? Камилла приблизилась и предприняла ещё одну попытку атаки – обманное движение, будто замах, а затем удар точно в живот врага. Честно признаться, она никогда не думала, что этот простой приём сработает. Но он сработал и молодой, ожидая нападения, инстинктивно дернулся, открываясь для лжеатаки. Меч на удивление легко и глубоко прорезал живот. Парень застонал и схватился свободной рукой за открытую рану и выронил меч, поддавшись боли. Следующим ударом с размаха, Камилла попала по грудной клетке, оставив ещё один кровавый след и на этот раз повалив парня на землю.

Противник Дориана лежал мёртвый. К Камилле стала возвращаться ясность ума, глядя на то, как парень тщетно пытается зажать рану на животе рукой и одновременно отползти подальше от угрозы. Его меч остался лежать на земле и будто бросил умирающего хозяина, надеющегося на судьбу.

– Убей его, – велел Дориан. – Не надо мучений.

Камилла приблизилась к парню, тот попытался отползти дальше, но она нагнала через пару широких шагов. Парень издал сдавленный стон и дёрнулся, пытаясь отползти, но рана в животе обагрилось свежей кровью. У Камиллы предательски затряслись руки.

– Не хочу я этого делать, – выдавила она.

– Он всё равно умрёт через пару часов.

Камилла направила меч на поверженного врага, и кончик лезвия оказался у горла несчастного. Все как учил Велимир. Парень схватился за лезвие свободной рукой, крепко сжав его до крови и начал умолять:

– Прошу, не надо.

Камилла посмотрела ему в глаза и застыла на месте. Она уже видела этот обречённый взгляд, когда Велимир убивал метателя ножей. И помнила, что даже после того, как меч старика пронзил его горло, ей казалось, что ещё некоторое время он был жив. Настолько сильно не верилось в смерть.

Камилла решила пощадить парня, скорее из-за собственного страха, но меч все же пронзил горло. Дориан положил руку на навершие меча и с силой надавил, помогая воину обрести покой. Парень застонал и замолк.

– За все надо платить, Альбин, – сказала Камилла, но тот её уже не слышал.

Глава 7. Благословлённые

Тела убитых остались в лесу и всю дорогу до дома периодически всплывали перед глазами, будто ночной кошмар. В телеге, как и предполагалось, лежало оружие: мечи, луки с колчанами стрелы и пару арбалетов. Дориан брезгливо осмотрел похищенное, но ничего стоящего не нашёл. Зато в карманах одного из убитых обнаружил кошель с серебряниками и без зазрения совести забрал себе. А затем пробурчал, что, как только они вернутся, сразу же напишет в орден.

Всю дорогу домой Камилла молчала. И как только Камилла пересекла порог, захотелось избавляться от испачканной чужой кровью одежды, спрятать меч под кровать и просто лечь, чтобы никто не трогал. Пережить случившееся наедине с собой. Но улизнуть в свою комнату по прибытию в общину просто так не вышло.

– Ты там жива или нет? А то не произнесла ни слова, пока мы шли.

– Ты хотел меня оставить против них одну, так ведь?

– Ты их вообще видела? Они и драться-то толком не умели. И не ожидали такого от девчонки. Будь у меня твое преимущество, – насмешливо сказал Дориан, положив руку ей на плечо, – я был бы непобедим.

– Очень рада, – сухо ответила Камилла. – Видимо, девушки-воины – большая редкость?

Дориан неопределенно пожал плечами.

– Тут тебе не Палеонесс, так что не каждый день встречаются.

– Пойду, переоденусь, – коротко отрезала она.

Камилла вошла в комнату, присела на её кровать и посмотрела в окно, из которого открывался привычный вид на лес. Чувство опустошённости и отвращение к самой себе не оставляли не на секунду. Не давая себе слабины, она взяла себя в руки и переоделась. И так бы и просидела в этой комнате одна до самого вечера. Но, вскоре Мирина тихонько вошла взять тряпки из рабочего инвентаря.

– Вижу, вы уже вернулись. Завтракать будешь?

Камилла молча кивнула. Разговаривать не было сил, но Мирина увидела небрежно кинутую рубаху на кровати, испачканную в крови.

– Ой, это что, кровь? Ты в порядке?

– Не переживай, – заверила Камилла. – Не моя.

Мирина взяла рубаху, расправила, оценила взглядом и аккуратно сложила.

– Я это выстираю. Главное, что все в порядке.

– Спасибо, – устало поблагодарила Камилла.

– А где вы были? На кого-то охотились?

– Да так, убили пару человек на дороге.

Мирина вгляделась в лицо подруги, пытаясь уловить истину, но потом всё же решила, что это всего лишь шутка.

– Думаю, тебе нужен отдых, —бодро бросила она. – Полежи. Ближе к вечеру будет замечательно, если поможешь с посудой. А я пока пойду дальше порядок наводить.

– Да, спасибо.

Камилла с детства приучили не сидеть сложа руки, когда другие в коммуне работают. Но, первым делом, она решила найти Велимира и высказаться о тренировке, на которую он её отправил. Она уверенно постучала в соседнюю дверь, надеясь, что Дориан ушел прогуляться куда-нибудь подальше, но напрасно. Из-за двери тут же послышался его уверенный властный голос:

– Войдите.

Глава стоял возле окна и, судя по всему, за кем-то наблюдал.

– Где дядя Велимир?

Дориан посмотрел на неё без усмешки и махнул рукой.

– Ходит где-то, – а затем подошел поближе и заговорщицки произнес: – Хочешь выпить? Тебе станет легче, поверь.

Она окинула взглядом комнату и увидела вино. Может, и вправду стоит забыться или есть другие, более действенные методы? Камилла неуверенно кивнула. Хотелось, чтобы на душе стало легче. Дориан подошел к столу и налил полный кубок. Она взяла его в руки и жадно осушила до самого дна, чувствуя насыщенный, сладковатый вкус.

– Алкрийское королевское, – похвастался Дориан. – В Гальраде его не так-то просто достать.

По голове, будто кто-то ударил палкой. Камилла присела на свободный стул.

– Ты удивительный человек, – то ли в шутку, то ли в серьез заметил Дориан.

– Чем удивительный?

– Велимир рассказывал, что, когда убивал тех ублюдков из цирковой труппы, ты просто стояла и смотрела пустым взглядом. Не кричала, не бежала, не испугалась. Верно, тоже хотела умереть? Думал, ты и сегодня будешь с отрешенным лицом, но нет.

Камилла вздохнула:

– Тогда было всё равно.

– Тебя сломили, верно? А будь сегодня на месте убитого тобой паренька кто-то из той труппы, стала бы раздумывать?

– На месте того паренька был он сам и никто другой! – возмутилась Камилла. – Возможно, Велимир рассказал тебе все, что знал о моей жизни. Но тебе ничего не известно о моих чувствах!

Может, спиртное подействовало, может, пережитые убийства на дороге или всё сразу, но глава теперь не выглядел таким, как раньше.

– Верно, ничего, – ответил он. – Только не надо опять рассказывать про детство и что североземцы убили всю коммуну и родителей, и друзей, – затем на мгновение задумался и сказал: – Если бы этого не случилось, ты бы всю жизнь провела, возделывая почву и собирая урожай у себя в деревне. Ничего не зная о жизни за её пределами. Скучное, однообразное существование.

На самом деле у Камиллы были несколько иные планы. Она думала, что они с Дьюком сыграют свадьюу, скопят денег и отправятся путешествовать. Это больше было мечтой возлюбленного, который любил говорить о путешествиях и о том, что будет делать, когда вырастет, но Камилла всецело поддерживала. В поисках лучшей жизни они вместе хотели отправиться в земли Беренгарского союза.

– Я бы променяла это на то, чтобы быть с теми, кого люблю, – возмутилась Камилла. – А ты, не променял бы?

– Променял бы я? – На секунду Дориан задумался. – Возможно, да, но люди часто умирают, вот что я знаю. Слышала что-нибудь про Герберта Жестокого, например?

– Нет.

Дориан сел на стул напротив и налил ещё вина в кубок, поставив рядом с собой. Затем откинулся на спинку стула, закинув ногу на ногу, вздохнул и начал рассказывать:

– Был такой управитель в западной провинции Гальрада, давно уже. Говорят, относился к своим слугам, как к скоту, и высокомерным был до безумия. С детства привык к роскоши, рос в достатке и богатстве в замке у отца. Так вот, когда он встал во главе провинции, достигнув совершеннолетия, то в какой-то момент поднял оброк тем, кто работал на земле его отца. Это такая плата простолюдинов за то, что они работают на его…

– Я знаю, что такое оброк, – перебила Камилла.

– Ах, да. В общем, простолюдины решили устроить бунт и собрались, чтобы пойти к замку и потребовать снижения платы. Пришли ночью с факелами, палками и вилами. Управитель вышел к ним, пообещал, что вернет всё, как было, и простолюдины мирно разошлись. А затем приказал своим людям найти главарей, поднявших восстание. Коммуна, в которой эти люди жили, была полностью уничтожена. Убили всех мужчин, женщин и детей. Никто не спасся.

– Это мерзко, – брезгливо сощурилась Камилла.

– Да. Но, ордена существуют, пока есть потребность убивать даже в мирное время и пока за это платят деньги. И наша община отчасти живет за счет этого.

Дориан взял в руки кубок, а затем поразмыслил и поставил перед Камиллой.

– Больше не хочу, спасибо, – отказалась она.

– Велимир просил чему-нибудь тебя научить, вот и тренируйся, – глава улыбнулся. – Очень важный навык – много пить и не пьянеть. Иначе, от убийств можно сойти с ума.

– Если Велимир спросит, чему ты меня учил, скажу, что осваивала главный навык любого воина.

Дориан усмехнулся:

– Да, посмотрел бы я на его рожу в этот момент. Но, как бы то ни было, теперь ты полноценно можешь называть себя воином общины, – провозгласил он. – Так как прошла три воинских устоя.

– Каких ещё три устоя?

– Увидеть смерть, пережить смерть и принести смерть, кажется, так говорится правильно, – уточнил Дориан. – Может, хотя бы за это выпить?

– Откажусь, спасибо, – Камилла отрицательно покачала головой. – Пожалуй, мне пора.

Напиваться особо не хотелось, да и ничего хорошего из этого не выйдет. Как-нибудь потом она займется освоением главного воинского навыка. Камилла решила, что нужно уходить и встала со стула. Дориан не спешил останавливать, лишь грустно посмотрел на кубок и пододвинул обратно себе. Напоследок спросил:

– Нравится меч, который я тебе подарил?

Она вспомнила, как бессовестно кинула оружие под кровать, хотя после битвы следовало бы вычистить лезвие. Велимир предупреждал, что за оружием нужно следить и это тоже ответственность.

– Да, нравится, – честно ответила Камилла. – Ещё раз спасибо.

Дориан улыбнулся, довольный тем, что смог угодить.

Вплоть до самого вечера Камилла убирались, помогала Мирине мыть полы, готовить ужин и успела постирать часть грязной одежды. А с наступлением темноты, они с чувством выполненного долга, поели у себя в комнате. Камилла улеглась на кровать и поняла, как сильно устала. За целый день Велимир так и не попался на глаза, впрочем, Дориан тоже оставался сидеть в своих покоях.

Окно в маленькой уютной комнате Мирина часто отставляла открытым. Камилла впервые за все время не могла уснуть и лежала, слушая тихое пение птиц. В своей жизни она уже несколько раз избегала смерти.

Камилла помнила, как в день нападения североземцев взяла Дьюка за руку, заставляя оторвать взгляд от тела его матери, и кинулась в лес. Казалось, отпустить его было равносильно смерти. За ними погнался один из варваров. Камилла уже не помнила, что сказала напоследок перед тем, как расстаться. Но решение приняла быстро и не думая. Привлекла на себя внимание преследователя и убежала прочь. Она помнила попытку запутывания следов и неуклюжее падение. Враг догнал её и, довольно ухмыляясь, сказал что-то на своем, непонятном языке. Он не собирался убивать сразу, но Камилла понимала, что это конец.

Она лежала на влажной земле и ждала, что будет дальше, боясь даже пошевелиться. Неподалёку зашуршали кусты, и из-за толстого ствола дуба выскочил вооруженный мужчина, напав на врага сзади. Это был Элиас Альбер – отец Дьюка. Первый раз на своей памяти она увидела его с оружием в руках. Дядя Элиас действовал умело и несколькими ударами повалил врага на землю. С волнением он поинтересовался, в порядке ли Камилла и где его сын. И, узнав, что Дьюк скрылся в лесу, приказал спасаться. Бежать в глубины густого леса так далеко, как только она сможет. А сам направился в деревню.

Когда Камилла поняла, наконец, что сон не приходит, решила одеться и выйти из комнаты, подышать свежим воздухом. В коридорах барака было тихо и темно. На первом этаже веяло ночной прохладой. Кто-то не спал и оставил несколько горящих свечей на настенных подсвечниках.