Серпентум мобилис. История с подвохом

Эритий, как дал мне ускорение тупым концом пики пониже спины, так и гнал меня до тех пор, пока передо мной раскрылось водное зеркало залива, по которому туда-сюда сновали суда и судёнышки: одни под парусами, другие на вёслах.

Треть береговой линии залива занимала пристань, у которой тоже стояли суда. Сброшенными с них на пристань сходням сновали люди с различными поклажами на спинах. Я понял, что они занимаются разгрузкой и погрузкой этих судов.

А прямо от пристани разбегались вверх по склону холма веером

ряды улиц, образованных домами, обозначенными квадратными и прямоугольными крышами разных цветов: красными, синими, зелёными и жёлтыми. Но больше всего было серых и чёрных. Многие дома были окружены небольшими зелёными посадками. Такие же улицы разрезали холм поперёк. Примерно на середине склона выделялся из общего ансамбля внушительных размеров прямоугольник тёмно-серого цвета, окружённый стеной. Даже отсюда, с дороги, я сумел различить некое движение на этом прямоугольнике. Я предположил, что это была какая-то площадь.

И сам город тоже был отделён высокой стеной от береговой линии залива, которая уходила за обе стороны склона, скрываясь за холмом…

И я предположил, что и на другой стороне холма тоже расположен этот город.

А на самой вершине холма я увидел купол какого-то здания. Даже отсюда он показался мне огромным…

Более подробно рассмотреть эту городскую панораму мне не дал Эритий. Он снова толкнул меня в спину тупым концом пики, понудив устремиться к одним из ворот в городской стене. Воины, несущие стражу у этих ворот, криками и взмахами рук поприветствовали Эрития, но вопросов никаких не задали, свободно пропустив нас внутрь.

И даже здесь, за стеной, я чувствовал стойкий йодистый запах морских водорослей, который начал меня преследовать, когда мы ещё приближались к воротам.

А дальше наш бег продолжился и здесь – на городских улицах – где каждый дом был окружён стеной с воротами и встроенными в них калитками. Отчего улицы выглядели узкими и тесными.

Пробежав несколько таких улиц, мы оказались около стены, что окружала площадь. И в ней тоже обнаружились ворота со встроенной калиткой.

Эритий подошёл к этой калитке и постучал по ней тупым концом пики.

– Эй! Кто там?.. – крикнул он. – Открывай!.. Принимай сидельца!..

Но открылась не калитка, а всего лишь небольшое окошко в ней.

– А, это ты, Эритий… – послышался изнутри чей-то хриплый голос. – Чего расшумелся?..

– А, это ты, Финиган… – ответил голосу Эритий. – Открывай, говорю, ворота. Принимай сидельца от мастера Мингара.

Окошко закрылось и начала открываться калитка… Но открылась не полностью, а лишь до середины. После чего из-за неё выглянуло бородатой лицо стражника. Он подозрительно скользнул по мне взглядом, шевельнул недоверчиво бровями и так же недоверчиво посмотрел на Эрития.

– Это что же он натворил, что сам мастер Мингар назначил его сидельцем? – усомнился Финиган.

– Да ничего особенного, – махнул рукой Эритий, – Упыря убил…

– Что?.. Упырь убит?.. – Удивление Финигана взлетело до небес. – Ну, молодец ваш мастер, молодец!..

– Ты не понял, Финиган, – усмехнулся Эритий. – Это не Мингар убил Упыря, а вот он…

И толкнул меня чуть ли ни в объятия Финигана. И если бы тот не поддержал меня я точно упал бы ему в ноги.. А Финиган умоляюще попросил:

– Эритий, будь другом… расскажи. Я тебе бутылку… нет, две бутылки поставлю.

– Расскажу, Финиган, расскажу, – пообещал Эритий, – но не сейчас. Сейчас я тороплюсь; мастер Мингар, будь он неладен, объявил учебную тревогу для своих подчинённых. Ну всё; запри этого героя в камеру, а я побежал своих оповещать.

– Беги, Эритий, беги, – крикнул ему вслед Финиган, – а мне ваш сиделец всё расскажет.

– Не расскажет!.. – крикнул уже на бегу Эритий. – Он немой!..

– Так ты что… и правда немой? – озадаченно уставился на меня Финиган.

В ответ я пожал плечами; словно не понимая, о чём он говорит.

– Ну, ладно, дождёмся возвращения Эрития, – вздохнул Финиган. – Заходи…

Я перешагнул через нижний край проёма, и оказался в тюремном дворе, мощёном крупным булыжником. Стена, которая окружала его снаружи, внутри состояла из множества камер, отгороженных от двора большими решётками. Во многих из этих камер я разглядел сидящих в

них людей. И сам двор тоже был заполнен людьми: и арестантами, и стражниками. И те и другие старались держаться на той стороне двора, где была тень.

День уже наливался жарой…

Финиган оставил меня стоять у ворот на солнечной стороне, а сам ушёл с докладом к начальнику тюрьмы. Потихоньку, чтобы не привлекать к себе ненужного внимания, я переместился поближе к тому краю, где начиналась тень. И только после этого я осмотрелся по сторонам.

Первое, на что обратил я внимание – это наличие среди арестантов женщин. В основном молодых. Их было не так много по сравнению с мужской частью арестантов, и это была их беда, как я сразу заметил. Потому что они были предметами вожделения стражников и особой части преступников. У меня даже возникло подозрение, что это были жрицы любви, так охотно уступали они притязаниям мужчин…

Пока я изучал местные нравы, вернулся Финиган, но не один. С ним был ещё один стражник, вооружённый дубиной.

– Вот он – этот герой, – представил меня Финиган второму стражнику – Ну, а я возвращаюсь на свой пост. Одно скрашивает сегодня эту скучную службу – вечерняя встреча с Эритием.

– Счастливчик… – завистливо вздохнул второй стражник. – Надеюсь, ты поделишься со своими друзьями новостями. И не только новостями…

И подмигнув Финигану, он положил дубинку на моё плечо придал мне направление и ускорение движения.

Так мы и дошли до противоположной стены, и в промежутке между камерами я увидел ещё одну калитку. Я было решил, что это выход на другую улицу, но, когда стражник открыл её и подтолкнул меня к ней, я обнаружил за нею ступени, которые уходили вниз.

Что-то внутри меня заставило отпрянуть назад и с криком: «Нет!..» – я развернулся лицом к стражнику.

Страшный удар обрушился на мою голову… и моё сознание рухнуло в темноту…

Глава 9: Тёмно-серая мгла вокруг постепенно редела и сквозь неё уже начали проглядывать вещи; доселе мною невиданные. Сначала я начал различать нечто – похожее на помещение. Стены со странным повторяющимся узором на них. На одной из этих стен проглядывал

контур оконного проёма возле которого я разглядел кресло-качалку. У другой стены стоял стол и два стула возле него…

Моё сердце постепенно наполнялось страхом. Всё, что я увидел сквозь эту странную мглу, было мне незнакомо. Я явно куда-то попал. В какое-то незнакомое место и… лучше бы оно оказалось сном. Я не хотел оставаться в нём ни на миг…

Но ещё больший испуг я испытал, когда в поле моего зрения возникли два мужских лица. Судя по тому, что они то и дело поворачивались друг к другу и губы их шевелились, они явно о чём-то переговаривались…

Но вот один из них вдруг повернулся ко мне и чётко произнёс:

– Сергей Иванович, вы меня слышите? Как вы себя чувствуете?

Почему Сергей Иванович? Странное имя… Меня вообще-то всю жизнь зовут Аданарес…

– Аданарес, – повторил я вслух, но, судя по выражению их лиц, они меня либо не услышали, либо не поняли.

– Сергей Иванович, – повторило второе мужское лицо, – сейчас мы вас попробуем вернуть в наше время, только вы больше никуда не пропадайте. Или – в случае неудачи – постарайтесь вернуться на это же место…

Но тут возникло ещё одно лицо и проворчав: «Ишь, вздумал нападать! Сейчас я приведу тебя в чувство…» – отвесил мне звонкую оплеуху…

И тут же последовала новая оплеуха. По другой щеке… И снова по левой…

Четвёртую я не стал ждать – принялся было отмахиваться обеими руками, но тут же был снова обездвижен. То есть, обезручен…

– Ты, парень, чего?.. – спросил всё тот же голос. – Драться вздумал?

Я перестал вырываться и открыл глаза. Вокруг была сплошная тьма, а я лежу на чём-то твёрдом и очень холодном.

– Где я?.. – поинтересовался я самым тихим голоском, не доверяя темноте. – Что со мной?

– Очнулся?.. Ну, слава богам!.. – Яркая вспышка озарила темноту и я мгновенно захлопнул веки, чтобы не ослепнуть.

Но даже под закрытыми веками в глазах поплыли цветные пятна света.

Правда, недолго… Вот они начали гаснуть… и вскоре от них осталось лишь тусклое зарево. Я рискнул открыть один глаз… и понял, что зарево это от света факела, который держал надо мной неизвестный бородатый мужик. В другой руке у него я разглядел дубинку.

– Где я?.. – ещё раз поинтересовался я, с трудом принимая сидячее положение. – И кто вы такой?

– Я?.. Стражник, – ответил бородач. – А ты, приятель в цитадели города Мегариды. Точнее – в каземате.

– В каземате? – удивился я. – Но, что я здесь делаю?

– Как что? – в свою очередь удивился стражник – сидишь, конечно. Ты же сиделец.

– Я?.. Сиделец?.. И кто же меня посадил? А главное: за что?

– А посадил тебя, приятель, Мингар – мастер внешней стражи, – доложил стражник, – а вот за что… Этого я совсем не знаю. Знает Финиган, но он стоит сегодня на воротах и потому пока недоступен. Ну, ты это – вставай, я отведу тебя в клеть. – Стражник подхватил меня под руку и помог встать на ноги. Но едва он отпустил мою руку, как меня сразу повело в сторону, и не окажись рядом стена я бы снова упал на пол. – Э, да ты брат совсем плох. Неужели я так сильно ударил тебя? Ладно, пошли, я тебя в клеть посажу. Там отлежишься…

И снова подхватив меня под руку, потащил меня куда-то в темноту по каменному коридору. Свет был только рядом с нами: мерцающий и чадящий – от факела в другой руке стражника.

– Тебя как звать-то, сиделец? – продолжил разговор на ходу стражник.

– Аданарес, – ответил я, вспомнив имя, что засело в моей памяти.

– Вот как?.. – От удивления стражник даже шаг замедлил. – Ты не из благородных ли?

– Был бы из благородных не торчал бы здесь, – проворчал я в ответ.

– Как знать… – философски отозвался стражник, останавливаясь. – Ну, вот – мы пришли…

Я оглянулся и увидел, что мы остановились около довольно глубокой ниши в стене, забранной в решётку.

– Ну-ка, подержи… – Стражник передал мне факел и показал на решётку. – Посвети-ка сюда!..

И достав из недр своей хламиды связку ключей, быстро подобрал нужный, вставил его в скважину в перекрестии двух прутьев и двумя оборотами освободил засов. Потом потянул решётку на себя и в ней открылся небольшой проём.

– Ну, заходи, сиделец Аданарес, – сделал приглашающий жест стражник руками, – теперь это твой дом. Вопрос: надолго ли…

Я шагнул было в проём но стражник остановил меня.

– Огонь верни, – протянул он руку к факелу, – здесь он тебе точно не понадобится.

И уже сам подсвечивая, принялся объяснять:

– Смотри; вот здесь лежанка. Можешь на ней сидеть… лежать… даже принимать пищу. А чтобы мягко было – подложи побольше травы. Трава свежая – утром поменяли. Да, в том углу, – стражник ткнул факелом за моё левое плечо, – отхожее место. Там же кувшин с водой, чтобы подмываться. Ну и… пить. Вода тоже свежая. А теперь, пока я здесь – накидай побольше травы на лежанку, чтобы не так жёстко было спать.

И дождавшись, пока я накидаю на лежанку и разравняю траву из-под ног, стражник переместился на другую сторону решётки.

Внутри сразу стало темно. Я услышал, как заскрежетал ключ, как щёлкнул засов и стражник, подёргав для порядка решётку, удалился.

Проводив взглядом отсвет его факела, я сначала присел на лежанку, а потом прилёг, собираясь упорядочить мельтешащие в голове мысли. И вскоре выяснил, что мысль у меня одна и крутится она вокруг нашего со стражником разговора. А точнее вокруг моего имени – Аданарес. Откуда оно взялось?.. Кто или что подсказало мне его?..

Чтобы думам ничего не мешало, я прикрыл глаза…

Глава 10: «Заросли кустарника были настолько непроходимы, что я с трудом продирался сквозь переплетения его прутьев и лозин. Трудность ходьбы заключалась ещё и в том, что идти сквозь эти заросли приходилось по склону холма, поэтому с большим трудом мне удавалось соблюдать прямое движение – тянуло всё время вниз…

А внизу идти было опасно. Внизу была дорога и по ней то и дело проходили патрули внешней стражи, а мне с ними встречаться было ну никак нельзя. Поэтому я и шёл по склону, где проходила тайная тропа к логову Упыря, которому я должен был передать требование судьи Никодеона вернуть ему некую вещь. Какую, мастер судья мне не сказал, но заверил, что Упырь хорошо меня поймёт, если я намекну ему о трёх змейках. Честно говоря, я ничего не понял, но это намёк при себе держал всю дорогу…

И даже когда я продрался сквозь кусты и вышел на небольшую полянку, я снова вспомнил о нём. Вспомнил, увидев на другом краю поляны очень странную картину: человека с сумой на плече и небольшим чёрным камнем в правой руке, поднятым над головой. А напротив него стояла на хвосте огромная чёрная змея…

Вот она широко раскрыла свою пасть и начала отклоняться назад. Я понял, что сейчас она совершит свой смертельный бросок и приготовился вмешаться, но и человек тоже это понял. Он взмахнул

рукой и швырнул чёрный камень прямо в раскрытую пасть.

Но змею это не остановило и она на моих глазах схватила человека за горло…

Конвульсии у жертвы почти не было. Он сразу обмяк и рухнул на землю. Но и змея не сразу оставила свою жертву. Несколько мгновений она лежала на его груди, словно отдыхая, а потом с трудом сползла с мёртвого тела и скрылась в зарослях…

Подождав ещё немного, я осторожно приблизился к лежащему на траве телу. Оно уже приняло одутловатую форму с кожей лилово-багровым оттенком. Но не этот незнакомец сейчас меня интересовал, а сума, лежащая возле него.

Оглянувшись по сторонам, я наклонился к ней, ухватился за лямку и попытался поднять её. Но сума оказалась настолько тяжёлой, что мне пришлось напрячь все силы, чтобы оторвать её от земли.

Это привело к тому, что внутри у неё что-то отчётливо звякнуло и…

…Я оказался в темноте, лежащим на чём-то твёрдом, окружённый запахом скошенной травы.

А вот звяканье не прекратилось, Оно становилось всё громче, дробилось на множество отдельных частых звуков и слышалось всё ближе и ближе…

Заинтересованный; я принял сидячее положение и повернулся всем телом в ту сторону, откуда шёл этот загадочный перезвон. Ждать разгадки пришлось недолго, но первыми моих чувств достигли световые сполохи из темноты, которые скоро превратились в колеблющиеся огни факелов в руках четырёх стражников. А за ними двигалась небольшая колонна арестантов.

А тот странный перезвон был вызван громыханием кандалов на их ногах…

Замыкали эту процессию ещё четыре стражника. Тоже с факелами в руках.

И позади всей этой толпы шла странная процессия из трёх человек: двух, тоже вооружённых, воинов и их явного командира, судя по его наряду.

Но вот колонна арестантов остановилась и все восемь стражников рассредоточились вокруг неё, осветив факелами темноту. И я увидел, что напротив моей темницы расположены такие же клети, как и моя. И догадался, что и с моей стороны имеются тоже такие клети.

А военная троица остановилась рядом с моей клетью. Их командир

зычным голосом приказал развести арестованных по темницам. Стражники тут же начали выхватывать из колонны по несколько человек, отделять их от остальных и размещать по клетям.

– Сюда тоже поместите несколько человек, – приказал командир, положив руку на решётку моей клети.

– Сюда нельзя, мастер Мингар, – возразил ему один из стражников. – Сюда мы поместили вашего сидельца…

Что-то знакомое послышалось мне в этом имени – Мингар. Да и голос его, когда он обратился к стражнику со словами:

– А ну-ка, дай мне факел. Хочу посмотреть, что за зверя я поймал…

Факел был подан и он посветил его светом внутренность моей клети. Я быстро прикрыл глаза, ослеплённый этим светом, но всё же был этим командиром узнан.

– А – это ты, убийца Упыря! – воскликнул Мингар, разглядев меня при свете факела. – Вот ты-то мне как раз и нужен!..

И тут из темноты громко прозвучал ещё один голос:

– Человек, по имени Аданарис, есть среди присутствующих?..

– Есть – это я!.. – поспешил отозваться я на вопрос из темноты.

Реакция Мингара на мои слова меня не то, что удивила – просто поразила. Он вдруг отскочил от клети. Несколько мгновений ошарашенно смотрел на меня, снова ухватился за прутья решётки и воскликнул:

– Да ты, оказывается, разговариваешь!.. Ну, приятель, вовремя ты себя разоблачил!

И повернулся в сторону ещё одного военного со словами:

– Мастер Лангин – этот человек мой и я никому его не отдам.

– Нет, мастер Мингар – этот человек принадлежит мастеру судье Никодеону, – ответил Мингару Лангин, – и я получил приказ сопроводить его в дом мастера судьи. Откройте решётку – я его забираю!

Один из стражников тут же подбежал к моей клети и принялся возиться ключами в замке. А Мингар молча отошёл в сторону и принялся о чё м-то шептаться со своими воинами…

После чего они согласно покивали головами и скрылись в темноте. А стражник наконец открыл решётку, и я вышел из клети. Ко мне тут же подошли два других воина и, получив указание от мастера Лангина, повели меня по тёмному коридору наружу…

Тюремный двор встретил меня таким ярким светом, что я буквально ослеп. И мне пришлось несколько минут стоять на месте с закрытыми глазами пока ослепительные блики под веками постепенно не поблекли, а потом и вовсе растворились в темноте. И только после этого я осмелился открыть глаза. Но даже и теперь мне пришлось прищуриться, чтобы не ослепнуть по новой…

Но воины не стали ждать, когда я снова стану полностью зрячим и,

подхватив с двух сторон под руки, буквально потащили куда-то, петляя по городским улицам…

И вдруг на мою голову обрушился сильный удар, и я потерял сознание…

Глава 11: …А когда оно вернулось, я не увидел ничего, кроме темноты.

«Ослеп!.. Я ослеп!..» – вспыхнула в пробудившемся сознании первая и единственная мысль.

Но такой она пробыла недолго. Лишь до момента, когда я попытался пошевелиться… и не сумел этого сделать.

«Ослеп и парализован!.. – родилась в сознании вторая мысль. – И всё из-за этого удара по голове?.. А говорить?.. говорить-то я могу?..»

Я напряг лёгкие и попытался вытолкнуть из груди крик… и тоже не сумел.

И тут меня охватила паника. Слепой… немой… парализованный и… точно – глухой!..

И вдруг:

– Клади его вот сюда, – раздался чей-то голос, лишая меня глухоты. – Да, прямо на стол.

И в следующий момент моё бренное тело лишилось парализованности, ударившись спиной о твёрдую поверхность стола.

– Да колпак с головы снимите, пока он не задохнулся! – распорядился всё тот же голос.

И в следующий момент… Я прозрел!.. И увидел склонившееся надо мной знакомое лицо.

– Эритий – это ты меня по голове ударил? – вскричал я, – не столько от гнева, – сколько от радости, что могу говорить. – Зачем?

– Всё в порядке, мастер Мингар, – произнёс Эритий, отвернув от меня лицо. – Он точно разговаривает…

И пропал из поля моего зрения…

А вместо него появилось лицо Мингара.

– Ты меня видишь? – спросил он зачем-то.

– Вижу, конечно!.. – огрызнулся я в ответ. – Вижу, и хочу понять, зачем я лежу на столе? И почему не могу пошевелиться?

– Развяжите его! – снова приказал Мингар. – И снимите со стола!

Эритий и второй воин, которого я не узнал, принялись разматывать верёвки, которыми я был крепко опутан, и скоро целый ворох её лежал у меня под ногами. Эритий подхватил меня под мышки и, сдёрнув со стола, поставил на ноги.

Я покачнулся было, но удержался на ногах. Правда, при этом мне пришлось ухватиться за край столешницы.

Оглядевшись по сторонам, я спросил:

– А где мастер судья Никодеон? И вообще, что за странный способ доставки сидельца к судье на допрос?

Мингар подошёл к столу и уселся на него, положив свой меч рядом с собой.

– Судью, Аданарес, ты скоро увидишь, – ответил Мингар, покачивая правой ногой, – и ответишь на все его вопросы… Но сначала ты ответишь на некоторые наши вопросы… Тот разбойник, которого мы задержали, признался под пытками, что у того человека, чью суму с деньгами ты присвоил, был при себе ещё и небольшой кошелёк, наполненный драгоценными камнями. И что стоимость тех камней намного дороже тех денег, что были в суме…

И вот тебе первый вопрос: где тот кошелёк?

– Никакого кошелька при нём не было, – решительно отверг я его подозрение. – Когда та змея ужалила его в горло и уползла в кусты, я подошёл к нему и забрал только суму. Но его самого я не обыскивал из страха, что та чёрная тварь может вернуться и наброситься на меня…

– Слушайте, а что если тот кошелёк до сих пор при нём? – воскликнул я, осенённый пришедшей мыслью. – Лежит себе спокойно в складках его хламиды, а?..

– Мастер, по-моему он дело говорит, – неожиданно встал на мою сторону Эритий. – Надо только, чтобы он показал нам это место. А ещё лучше, чтобы привёл нас туда.

– Ты можешь это сделать?.. – повернулся он ко мне. – Показать то место?

– Отвечай! – приказным тоном распорядился Мингар. – Можешь или нет?

– Могу… могу… – закивал я головой, затаив надежду на возможность побега. – Хоть сейчас.

– А он не сбежит? – выразил сомнение второй воин. – Ведь там такой густой кустарник…

– Не беспокойся, Ксантип, – возразил ему Эритий – мы его на привязи будем держать.

И громко засмеялся.

– Молодец, Эритий, – похвалил Мингар подчинённого, – хорошую идею предложил. А теперь надо решить, как его из города вывести. И куда потом его доставить…

– А на то место, где вы меня задержали, – предложил я свою лепту. – Там я быстрее разберусь, куда идти и где искать.

– Но, тогда нам придётся его через Караванные ворота выводить, – снова засомневался Ксантип, – А там такая стража, что…

И отрицательно помотал головой.

– Ты прав, Ксантип, через Караванные мы не пойдём, – поддержал и его Мингар, – а вот через Северные…

– Но и там тоже стража… – возразил Эритий. – И потом – это такой крюк получается.

– А мы не пешим ходом – мы лошадей используем, чтобы быстрее добраться.

– Что, и ему тоже лошадь дадим? И что стражники подумают, увидев простолюдина верхом на коне?

– Придётся, Эритий. – Мингар соскочил со стола и крутнулся на пятках, повернувшись лицом ко мне. – А чтобы стража на воротах ничего не заподозрила, мы оденем его в нашу форму. Мы даже оружие ему дадим. Естественно; не настоящее. И если что – мы едем патрулировать окрестности.

На том они и порешили.

Мингар вышел из комнаты, но вскоре вернулся, неся на руках ворох тряпья. Который при разборке оказался комплектом одежды похожим на ту, что была на Эритии и Ксантипе.

Они тут же стащили с меня мою хламиду и обувь и принялись одевать меня по-новому. Завершилась эта операция тем, что Эритий опустился передо мной на колени и, как-то по-особому, переплёл на моих ногах бечёвки, поддерживающие кожаные башмаки.

После этого я придирчиво, где мог увидеть, осмотрел себя, и потрогал, где мог дотянуться.

– И какое оружие мне теперь полагается? – повернулся я к Мингару.

– Обращаясь ко мне ты должен говорить: «Мастер Мингар», – объявил он наставительным тоном. – А пока примерь вот это…

И выставил вперёд руку, которую до этого держал за спиной. Я думал, что сейчас увижу что-то, похожее на меч, но это оказался шлем с плюмажем из конского хвоста.

Едва я водрузил его на свою голову, как он тут же закрыл мне глаза и уши, настолько он оказался велик для меня. Я сколько мог сдвинул его на затылок… и поймал насмешливые взгляды Эрития и Ксантипа.

И даже Мингар не удержался от ухмылки, но тут же забрал у меня шлем, вытащил из кучи моего бывшего тряпья набедренную повязку, сложил и засунул её внутрь шлема. После чего вернул его мне обратно и приказал Эритию помочь приладить его к моей голове.

Тот нахлобучил его на мою голову, что-то сделал с ремешками и затянул их у меня под нижней челюстью.

– А ну-ка, покрути головой, – приказал он мне.

Я добросовестно помотал головой из стороны в сторону, но шлем даже не шелохнулся.

– Готово, мастер Мингар, – доложил он своему командиру.

Тот кивнул головой и произнёс:

– Ну, вот – теперь можно и оружие вручить…

И снова вышел из комнаты, но тут же вернулся обратно, неся в руках перевязь с ножнами, из которой торчала рукоятка меча. Я терпеливо подождал, когда Эритий приладит всё это на моём поясе и на плече, и только после этого выхватил меч из ножен.

Увы, разочарование было полнейшим; меч оказался деревянным.