Махабхарата. Великий эпос Индии

Дэваврата вернулся в Хастинапур вместе с Сатьявати. Горожане приветствовали своего благородного принца криками:

– Никто в этом мире не приносил такую серьезную жертву и не давал такой строгий обет! С сегодняшнего дня у Дэвавраты будет новое имя – Бхишма[2].

Шантану, вне себя от радости, произнес:

– Ты отказался от всех мирских удовольствий ради моего счастья. Благословляю тебя, сын мой, даром иччха-мритью. Смерть не сможет приблизиться к тебе, если ты сам этого не пожелаешь. Ты будешь верховным хозяином своей жизни и смерти.

Вскоре состоялась торжественная церемония: Шантану женился на Сатьявати. С тех пор Бхишма стал самой почитаемой иконой во всей Бхарата-Варше. Однако никто в Хастинапуре не мог предвидеть тех бурных событий, к которым привела жертва Бхишмы.

Сатьявати, Парашар и Кришна Двайпаяна Вьяса

До встречи с Шантану в жизни Сатьявати происходили события, о которых ее муж не знал. Она выросла в маленькой рыбацкой деревушке на берегу Ямуны. С юных лет девушка была искусной лодочницей и перевозила паломников через реку. Однажды муни Парашар, будучи в паломничестве, сел в лодку Сатьявати.

Монах подивился красоте юной Сатьявати.

– Кто гребец в этой лодке? – спросил он.

Его взгляд ласкал чувственные изгибы Сатьявати.

– У моего отца нет сына, поэтому я здесь главная, – ответила Сатьявати, поднимая якорь и направляя лодку по течению. Парашар был единственным пассажиром.

– Займись со мной любовью, подари мне сына, – немного помедлив, пробормотал Парашар.

Сатьявати быстро огляделась по сторонам.

– Но, мой господин, – застенчиво шепнула она, – нас все увидят.

Парашар взмахнул рукой в широком жесте. Тотчас же на реку опустился густой туман и скрыл пару от любопытных глаз. Сатьявати поразилась этому волшебству, но все же кокетливо возразила:

– Муни, моя девственность неприкосновенна. Я не могу опозорить своего отца.

– Не волнуйся, – в голосе Парашара звучало нетерпение, – с моим благословением твоя девственность останется нетронутой.

Ветер мягко гнал лодку по течению. Парашар и Сатьявати страстно обнимали друг друга посередине реки. Вскоре после зачатия Сатьявати переехала на остров, и там родился ее сын Кришна Двайпаяна. Мальчик пошел в отца: он изучал Веды и классифицировал их в соответствии с происхождением и пользой. Поэтому он стал известен под именем Веда Вьяса («Тот, кто систематизировал Веды») или Вьясадэва.

Об этой связи между Сатьявати, Парашаром и Ведой Вьясой в Хастинапуре никто не знал. Сатьявати хорошо похоронила свое прошлое; однако оно не могло оставаться в секрете слишком долго.

Читрангада, Вичитравирья и царевны Каши

Сатьявати родила царю двух сыновей – Читрангаду и Вичитравирью. Шантану прожил недолго после рождения царевичей. Поэтому Бхишме пришлось растить своих приемных братьев, и он выполнял эту обязанность с заботой и любовью. После кончины Шантану Бхишма возвел Читрангаду на трон Хастинапура. Читрангада обладал исключительной физической силой, но у него был один серьезный недостаток – наглость. Однажды он безрассудно вызвал на поединок царя гандхарвов. Они ожесточенно сражались друг с другом на берегах реки Хирнмати, и в этой схватке гандхарва убил наглого правителя Куру.

После гибели Читрангады царем стал его младший брат Вичитравирья. Поскольку новый монарх был еще очень молод, Бхишме приходилось внимательно следить за государственными делами Хастинапура. Когда Вичитравирья достиг совершеннолетия, Бхишма начал подыскивать ему подходящую пару. В один из дней царь страны Каши объявил о сваямвара-сабхе трех своих дочерей – Амбы, Амбики и Амбалики.

Бхишма на своей колеснице отправился в Каши, где кшатрии из дальних и ближних королевств собрались на сваямвару. У царственных сестер был богатый выбор. В тонких пальчиках они держали варамалы, гирлянды из свежих весенних цветов, собираясь преподнести их своим желанным мужьям.

Кроме того, царевны Каши великолепно выглядели: их изящные формы восхитительно изгибались, подчеркивая сочные груди и пышные бедра. Мягкое покачивание их тонких талий пробуждало страстное желание в сердцах царей и царевичей. Бхишма, уже немолодой человек, восседал на сабхе, и в его адрес со всех сторон звучали язвительные шутки. Царевны косо посматривали на его седеющие волосы, а приезжие цари откровенно куражились:

– Почему этот дряхлый старик сидит среди нас? Считается, что Бхишма соблюдает обет безбрачия, но, похоже, он совершенно очарован красотой наших царевен.

Эти насмешки заглушил грозный голос Бхишмы:

– Есть много способов завоевать расположение женщины. Я кшатрий, и мой метод прямолинеен. Я силой увезу этих женщин в Хастинапур. Я бросаю вызов всем присутствующим здесь кшатриям – пусть они попробуют воспротивиться могуществу.

Он приказал царевнам сесть к нему в колесницу.

Амба, старшая из сестер Каши, уже была влюблена в Шалву, правителя соседнего царства. Шалва и другие кшатрии окружили Бхишму, но он мгновенно поднял лук. Бхишма так виртуозно владел оружием, что его стрельба вызвала настоящий переполох. Стрелы разбивали колесницы, убивали лошадей и обезглавливали бесчисленное количество солдат. Цари поняли, что против них сражается непреодолимая сила.

Однако Шалва не желал сдаваться без боя. Он выпустил целый град стрел – они пробили доспехи Бхишмы и поразили его в грудь, в руки и ноги. Другие цари торжествующе закричали, но их радость оказалась недолгой. Варуна-астра Бхишмы убила лошадей Шалвы, разнесла в щепки его оружие и обезглавила возничего. Сразу после этого Бхишма ускакал в Хастинапур вместе с тремя царевнами. Униженный Шалва лежал, неуклюже растянувшись в своей колеснице, тяжело раненный, но живой.

Прибыв в Хастинапур, сестры узнали, что Бхишма не планировал стать их женихом. На самом деле он планировал выдать их замуж за своего младшего брата Вичитравирью. Амба наотрез отказалась.

– Я уже помолвлена с Шалвой, – объяснила она Бхишме.

Будучи в Каши, Бхишма не спросил согласия царевен, но сейчас он не стал навязывать Амбе свою волю. Он отправил ее вместе со свитой в страну Шалвы – однако Шалва не принял Амбу. Теперь бедной царевне было некуда идти.

– Меня унизили, и Бхишма – этому причина, – решила Амба.

Ее положение было невыносимым – когда-то надменная царевна, теперь она стала объектом жалости и насмешек. Пока она кипела от мстительного гнева, в Хастинапуре Вичитравирья женился на ее сестрах Амбике и Амбалике.

Дхритараштра, Панду и Видур

Вичитравирья провел семь счастливых лет в легкомысленных любовных играх с Амбикой и Амбаликой. Формально он оставался главой государства, однако на деле страной управлял Бхишма. Но однажды Вичитравирья вдруг простудился и слег от тяжелой болезни легких. Недуг оказался смертельным, и Вичитравирья быстро скончался, оставив после себя двух молодых вдов и опустевший царский трон. Хастинапур оказался в безвыходном положении.

Взволнованная Сатьявати вызвала Бхишму к себе:

– Мои сыновья погибли. Нашему царству нужен король и наследник. Следовательно, ты должен занять престол Хастинапура. Кроме того, тебе следует жениться на Амбике и Амбалике, чтобы сохранить династию Куруванши.

– Я не могу нарушить обет безбрачия, – ответил Бхишма. – Однако из этого тупика все-таки есть выход. Ты можешь пригласить во дворец какого-нибудь брахмана или мудреца. Если Амбика и Амбалика зачнут детей от этого брахмана, их сыновья, согласно установленным предписаниям дхармы, будут считаться царевичами Куру и законными наследниками Вичитравирьи.

Сатьявати ждала этого подходящего предложения.

– В таком случае позволь мне обратиться к Веде Вьясе, – заявила царица, бросив на Бхишму быстрый взгляд. – Двайпаяна Вьяса – мой старший сын, рожденный вне брака. Как и его отец муни Парашар, Вьяса – мудрец с выдающимся умом. Я могу попросить его навестить Амбику и Амбалику.

Вьяса действительно был очень образованным монахом, но внешне выглядел отталкивающе. Когда Сатьявати рассказала ему о своих планах, он ответил:

– Мама, я долго жил в одиночестве, в лесу, и мне приходилось преодолевать множество трудностей. Увидев меня, Амбика и Амбалика испытают только отвращение. Я не смогу вступить в интимную связь с женщиной раньше, чем через год.

Но Сатьявати в отчаянии произнесла:

– Наследник мужского пола совершенно необходим для стабильности этого царства. Вьяса, мне нужно, чтобы ты действовал немедленно.

Амбика беспокойно ждала у себя в спальне. Сатьявати сообщила царевне, что вечером к ней явится муни Вьяса. Цель этого позднего визита была для Амбики совершенно очевидной. Мысль о муни вызывала у нее отвращение; поэтому, чтобы подготовить себя к физическому единению, Амбика стала фантазировать, представляя перед собой Бхишму.

Как только Вьяса вошел в комнату, царевна побледнела от ужаса. Впалые щеки муни покрывала растрепанная борода, глаза горели сверхъестественным огнем, а от его иссохшей кожи исходил гнилостный смрад. Последовавшие за этим мучения царевны были невыносимы. Затем настала очередь Амбалики. Увидев рядом с собой уродливого монаха, она в смятении закрыла глаза.

Позже Вьяса предупредил Сатьявати:

– Мама, Амбика и Амбалика испугались меня. Мой союз с обеими царевнами никому не принес удовольствия. Амбика родит царевича. При всей своей необычайной физической силе этот мальчик будет слепым от рождения. Сын Амбалики вырастет и станет великим воином, однако у него тоже никогда не будет крепкого здоровья.

Предсказания риши сбылись. Первым появился на свет сын Амбики Дхритараштра – и он действительно был слеп. Чуть позже родился сын Амбалики Панду, и он выглядел неестественно бледным. Его бескровное лицо и тусклая кожа безошибочно свидетельствовали о слабом здоровье. Сатьявати снова обратилась к Вьясе:

– И Дхритараштра, и Панду имеют врожденные недостатки. Эти мальчики не годятся для короны. Хастинапуром должен править царь с крепким здоровьем. Посети Амбику еще раз.

На этот раз перепуганная Амбика отправила к Вьясе вместо себя прекрасную дворцовую служанку. Когда они встретились, оказалось, что необузданная мужественность Двайпаяны, столь неприятная для женщин из знатного рода, притягивает простую девушку как магнит. Ночь бурных любовных утех доставила обоим несказанное удовольствие. Утром удовлетворенный Вьяса благословил служанку со словами:

– Ты больше не будешь рабыней в этом дворце. Твой сын станет высшим авторитетом в области дипломатии и управления государством. Он будет одним из мудрейших людей в истории человечества.

Через девять месяцев у царской служанки родился сын по имени Видура.

Бхишма занимался воспитанием Дхритараштры, Панду и Видуры. Широкоплечий и мускулистый Дхритараштра с легкостью гнул голыми руками железные прутья. Однако из-за своей слепоты он не мог принять на себя ответственность за управление страной Куру. Поэтому на трон в Хастинапуре взошел его младший брат Панду. Он был искусным воином, и никто не мог превзойти его в стрельбе из лука. Видура, младший из троих братьев, в совершенстве овладел искусством политики и дипломатии. Бхишма, впечатленный проницательностью Видуры, назначил его главным советником государства. Однако из-за своего низкого происхождения Видура не имел прав на трон, хотя и не был лишен честолюбия.

Карна – сын Сурьядэвы

В северной части Бхарата-Варши жили представители другого влиятельного клана кшатриев – ядавы. Одного из могущественных вождей ядавов звали Шурасена. У него были сын по имени Васудэва и дочь по имени Притха. Когда девочка была еще маленькой, Шурасена отдал ее на удочерение своему бездетному двоюродному брату Кунтибходже. Во дворце Кунтибходжи Притха получила свое новое имя – Кунти. Под любящей опекой Кунтибходжи царевна выросла и превратилась в очаровательную молодую женщину.

Однажды во дворец Кунтибходжи прибыл аскет муни Дурваса. Он был известен своим злобным нравом, и многих людей раздражали его гнусные ругательства. Но Кунти с достоинством пропускала мимо ушей капризные высказывания этого монаха и терпеливо прислуживала его свите из десяти тысяч учеников. За все время муни Дурваса так и не нашел повода придраться к гостеприимной Кунти. В результате он проявил редкий жест благодарности – вознаградил царевну необычным подарком.

– Этой мантрой ты можешь призвать с небес любого дэва, – сказал монах и прошептал девушке на ухо тайное заклинание. – Эти дэвы – очень желанные любовники, и они будут дарить тебе много сладких переживаний. Твои сыновья, рожденные от этих счастливых союзов, обретут необычайные способности и могущество.

Щедрость Дурвасы впоследствии обернулась для Кунти не только благословением.

После ухода аскета любопытная Кунти произнесла мантру, которой муни ее научил. Она представила себе великолепное сияние Сурьядэвы, и вскоре по ее телу разлилось восхитительное тепло. Кунти открыла глаза и увидела перед собой Сурьядэву, который зачарованно любовался ее чувственной красотой. Внезапно царевна смутилась:

– Сурьядэва, я всего лишь проверяла силу мантры, полученной от Дурвасы. Умоляю, прости мое любопытство, я не могу заняться с тобой любовью.

Но Сурьядэва изнемогал от желания:

– Кунти, ты не должна отвергать меня после того, как я уже разжег в себе страсть. Позволь мне развеять твою тревогу. Я нежный любовник и не стану лишать тебя девственности.

В том же году Кунти родила красивого мальчика. Он появился на свет в сияющих доспехах и с парой сверкающих сережек. Сурьядэва сказал:

– Эти доспехи и серьги – кавача и кундала – защитят моего сына от всех врагов.

Вскоре Сурьядэва исчез, и царевну охватило крайнее беспокойство:

– Как я объясню своему народу, откуда у меня этот ребенок? Я не могу растить его у нас во дворце.

Кунти поспешно уложила младенца в плетеную корзину и побежала к берегу Ганги. После минутного колебания она столкнула корзину в воду. Стоя на берегу, Кунти смотрела, как течение уносит ее ребенка – и как он, наконец, исчезает за поворотом реки.

Вниз по течению Ганги лежал город Хастинапур. В тот вечер царский колесничий Адхиратха прогуливался по берегу реки и внезапно услышал пронзительный детский плач. Он бросился к воде и увидел, что на волнах покачивается корзина, похожая на крошечное каноэ. Адхиратха вытащил младенца из реки и принес его к себе домой. Колесничий и его супруга Радха дали ребенку имя Васушена и стали растить его как собственного сына. Мальчик с первых лет жизни ловко обращался с луком и стрелами, и молва о том, как замечательно он стреляет из лука, облетела весь Хастинапур. Впоследствии мир узнал его под другим именем – Карна.

Карна был человеком милосердия. Каждое утро он выходил к реке и поклонялся богу Солнца, хотя и не знал, что Сурьядэва был его биологическим отцом. Брахманы собирались вокруг Карны и умоляли о дарах и благосклонности. Карна никогда не отказывал беднякам, о чем бы они ни просили, и его щедрость принесла ему титул «Даата-Карна» – «Карна Дающий».

Слава Карны как искусного лучника распространялась все шире, и родители начали беспокоиться о его будущем. Адхиратха принадлежал к тихому сословию колесничих, которые жили на скудное жалованье, получаемое от царского двора. Он обучал Карну своему ремеслу, но мальчику больше нравились лук и стрелы.

– Послушай, сынок, ты же сутапутра, а стрельба из лука – это искусство, которое преподают брахманы, а практикуют кшатрии, – пытался урезонить сына Адхиратха. – Ни один гуру не примет тебя в ученики.

Но Карна не собирался сдаваться. Он прослышал о том, что в отдаленных горах живет в своем ашраме Парашурама, брахман необычайно высокого уровня. Парашурама был блестящим учителем, который участвовал во многих битвах против клана кшатриев. Карна решил обратиться к этому брахману.

Однажды утром Парашурама увидел молодого человека, который поднимался по склону холма к его ашраму. Когда юноша добрался до учебного полигона, где тренировались муни, на его лице блестел пот.

– Кто ты? – спросил брахман.

– Меня зовут Карна. Я проделал долгий путь из Хастинапура, чтобы учиться у тебя стрельбе из лука.

Муни с удивлением посмотрел на красивого юношу. Его руки и плечи были идеально сложены для искусства лучника, глаза сияли, а лицо казалось безмятежным.

– Ты кшатрий? – спросил Парашурама.

– Нет, я брахман, – ответил Карна и отвел глаза под пристальноым взглядом учителя.

Парашурама ясно видел, что у Карны есть потенциал стать исключительным лучником, и поэтому, несмотря на некоторые подозрения относительно происхождения, касты и личности юноши, он принял его в свою гурукулу.

Глава 2

Пандавы и кауравы

Тем временем Кунти вышла замуж за Панду, царя Хастинапура. Она счастливо жила во дворце и никогда не испытывала угрызений совести из-за младенца, которого оставила в реке. Панду также взял себе еще и вторую жену – это была Мадри, царевна процветающей страны Мадры, которая граничила с Хастинапуром на западе. В обмен на руку Мадри ее брат, мадрараджа Шалья, получил от Панду щедрое приданое.

В качестве невесты для Дхритараштры Бхишма после тщательных поисков выбрал Гандхари, царевну Гандхары. Она была верной поклонницей Господа Шивы. К своему мужу царевна тоже относилась с глубокой преданностью: она завесила свои прекрасные глаза вуалью и сказала:

– Мой муж слепой. Эта повязка у меня на глазах будет залогом того, что я никогда его не превзойду.

После свадьбы Дхритараштры и Гандхари вместе с ней в Хастинапур прибыл ее брат, гандхарский царевич Шакуни. Гандхари отличалась чистотой и праведностью, а Шакуни был хитрым политиком и полагал, что Хастинапурский царский двор станет благоприятным пространством для удовлетворения его амбиций.

Панду правил страной весьма искусно. Он еще больше расширил границы Хастинапура и в результате своих завоеваний собрал огромное количество золота и драгоценностей. Таким образом, королевская казна редко зависела от внутренних налогов, и подданные Хастинапура роскошно жили за счет награбленного богатства. Панду щедро позволял Бхишме, Видуре и Дхритараштре участвовать в своих воинских похождениях.

Дхритараштра был старшим из братьев. Согласно традиции, старший царевич должен первым претендовать на трон, но слепота лишила Дхритараштру права первородства, и он был вынужден жить на содержании у Панду. Слепого царевича возмущало это позорное положение дел, но он ни разу не признался никому в своих тяжелых чувствах. Втайне он надеялся, что однажды трон перейдет к его сыну.

* * *

Царскую резиденцию в Хастинапуре окружал густой лес, изобилующий дичью. Однажды Панду выехал из дворца вместе с Кунти и Мадри, чтобы провести несколько дней на природе. Вечером царь охотился в лесу, а вокруг бродили стада разных животных. Внезапно его внимание привлекли олень и олениха, спаривающиеся вдалеке. Поглощенные любовью, они не заметили надвигающейся опасности. Панду выпустил пять стрел, и они все попали в цель. Олениха умерла мгновенно. И тогда, к ужасу Панду, раненый олень заговорил человеческим голосом:

– Махараджа, я Риши Киндам. Мы с женой превратились в оленей, чтобы предаваться любви вдали от посторонних глаз. Ты грубо нарушил охотничий кодекс чести. Даже самый жестокий охотник не стал бы убивать беспомощных совокупляющихся животных! Мы с женой были на пике блаженства, и в эту минуту ты бессердечно оборвал наши жизни. Твое малодушие уничтожило мой род. Панду, вот мое проклятие: ты больше никогда не сможешь заниматься любовью с женщиной. В момент близости с женами ты умрешь.

С этими ужасными словами Риши скончался, а Хастинапуру предстояло вновь погрузиться в пучину хаоса.

Услышав проклятие мудреца, Панду содрогнулся от ужаса и раскаяния, после чего поклялся посвятить остаток жизни искуплению этого проступка. Он передал корону своему старшему брату Дхритараштре и навсегда удалился в лес. Кунти и Мадри последовали за мужем, благородно демонстрируя свою преданность.

Панду и его жены жили в лесах вместе с монахами в условиях строгой аскезы. Врожденная болезнь, усугубленная проклятием Киндама, превратила некогда могущественного императора в беспомощный ходячий скелет. Панду больше не мог заниматься любовью со своими женщинами. Глубоко опечаленный, он также опасался, что умрет, не оставив наследника. Однажды он решил поделиться своей тревогой с Кунти:

– Дорогая, мудрецы предупреждали, что после смерти я не смогу попасть на небеса, если не оставлю наследника мужского пола. Киндам наложил ужасное проклятие на нашу семейную жизнь. Мы не сможем иметь собственных детей. Но наши вековые обычаи предписывают другие методы, с помощью которых такой неудачливый мужчина, как я, все же может стать отцом. В древние времена женщины имели полную свободу наслаждаться любовью как в браке, так и вне его. Даже в нашем обществе жена с согласия мужа может зачать от ученого или брахмана. Умоляю тебя, спаси наш бесплодный брак. Верни немного счастья в нашу опустевшую жизнь.

Именно тогда Кунти открылась перед Панду и рассказала о благословении Дурвасы:

– Арьяпутра, у меня есть сила соблазнить любого дэва с помощью мантры Риши Дурвасы.

Кунти воззвала к Дхарме, богу справедливости, который пребывал на пустынной горе Шаташринге. Дхарма откликнулся на зов, и их союз с Кунти был глубоким и плодотворным. В свое время на свет появился прекрасный царевич. Монахи заверили Панду, что сын Дхармы всегда будет отстаивать истину и справедливость. Новорожденного мальчика назвали Юдхиштхира.

Затем Кунти пригласила еще двух возлюбленных. Бог ветра Павана подарил Кунти мальчика Бхимасену, наделенного сверхчеловеческой силой. Мудрецы предсказали, что, когда ребенок вырастет, он станет настоящей грозой для врагов. После Паваны Кунти соблазнила Дэвараджу Индру. Царь дэвов был страстным любовником. Под ясным небом Гималаев Кунти и ее возлюбленный снова и снова поднимались на вершину чувственного экстаза. У них родился сын Арджуна, обладающий задатками могучего воина-лучника.

Искусству очаровывать богов Кунти научила и вторую царицу, Мадри.

Великолепные дэвы Ашвини и Кумар одновременно спустились с небес, чтобы доставить Мадри удовольствие. От этой связи у нее родились Накула и Сахадэва – мальчики, чьи лица были исполнены божественного великолепия. Имен дэвов-отцов не знал никто, кроме обеих цариц. Тем не менее Панду признал мальчиков как своих родных детей. Сыновья Кунти и Мадри – Юдхиштхира, Бхимасена, Арджуна, Накула и Сахадэва – стали называть себя пандавами.

Настал день, когда весть о рождении Юдхиштхиры достигла Хастинапура. С тех пор как Панду добровольно удалился в изгнание, его место на троне занимал Дхритараштра. У Гандхари приближалась к концу долгая и тяжелая беременность; царица со дня на день ожидала рождения ребенка. Наконец на свет появился Дурьодхана, первый правитель династии Куру. Весь царский дворец содрогнулся от громкого, пронзительного крика новорожденного.

Видура поспешил в родильную комнату и обратился к Дхритараштре и Гандхари с настоятельной просьбой:

– Вам нужно избавиться от этого ребенка. Его крики привели в неистовство стервятников и падальщиков. Несомненно, этот ребенок, если ему позволят выжить, навлечет гибель на эту монархию. Убейте его немедленно.

Никто не знал, почему Видура предложил детоубийство, но Дхритараштра на это не согласился. В то же время царь предчувствовал, что Юдхиштхира и Дурьодхана непременно будут ожесточенно бороться друг с другом за трон Хастинапура.

У Дурьодханы было девяносто девять младших братьев и сестра по имени Духшала, все они родились в семье Дхритараштры и Гандхари. Сыновья Дхритараштры – Дурьодхана, Духшасана и остальные девяносто восемь – называли себя кауравами.

Пандавы прибывают в Хастинапур

В лесах наступила весна. Птицы весело щебетали, а ветерок ласкал свежую листву, словно нежный любовник. В одно прекрасное утро Панду и Мадри прогуливались под густыми кронами деревьев чампака и палаша. С густых ветвей гроздьями свешивались ярко-малиновые цветы чампака, и их глубокое красное сияние придавало прекрасному лицу Мадри нежнейший оттенок. Взглянув на жену, Панду напрочь забыл о проклятии риши. В то роковое весеннее утро юношеская страсть, которую царь так долго сдерживал, хлынула наружу подобно бурлящему фонтану.

Мадри слабо сопротивлялась, и это не помогло. Панду растворился в мягкости изгибов царицы. Внезапно его грудь пронзила ослепляющая боль. Проклятие Киндама не утратило своей силы даже спустя столько лет. Панду рухнул на землю, и его тело скорчилось от боли. Крики Мадри разорвали утренний воздух.