Портал в иную судьбу

— С кем? — спросил Оскр.

Феми задумался. Перебрал в уме всех, кто был в их компании. Хрон — быстрый, но нужен здесь. Ламп — летает, но не так быстро. Крылья у него скорее для красоты, чем для скорости. Хрон — единственный, кто может покрыть большие расстояния.

— С Хроном, — ответил он наконец. — Он дракон. Он быстрее всех.

— Но он нам нужен здесь, — возразил Оскр. — На болоте.

— Выбирай, — сказал Феми. — Лаборатория или болото.

Оскр молчал. Потом сказал:

— Лаборатория. Мечтиз один. А здесь нас много. Справимся.

— Хорошо, — кивнул Феми. — Я поговорю с Хроном.

Он вышел из комнаты. Оскр остался сидеть за столом, глядя на книгу. Сота подошла и села рядом.

— Ты думаешь, Мечтиз в опасности? — спросила она.

— Не знаю, — ответил Оскр. — Но лучше перестраховаться.

— А как же раненый? — спросила Сота. — Он всё ещё на болоте.

— Он никуда не денется, — сказал Оскр. — Это его дом.

— А если он не захочет говорить?

— Тогда мы будем ждать, — ответил Оскр. — У нас есть время.

— А у Лисы есть время? — тихо спросила Сота.

Оскр не ответил.

---

Хрон согласился сразу. Он понимал, что Мечтиз один и что лаборатория может быть небезопасна. Его драконья сущность жаждала действия, и возможность полететь на помощь была лучше, чем сидеть в гостинице и ждать.

— Я быстро, — сказал он, расправляя крылья. — День туда, день обратно.

— Будь осторожен, — сказал Феми. — Если увидишь что-то подозрительное — не лезь. Только предупреди и возвращайся.

— Обещаю, — кивнул Хрон.

Он вышел на улицу, взмыл в небо и скрылся из виду.

— Он справится, — сказала Крис, глядя ему вслед.

— Надеюсь, — ответил Феми.

Они вернулись в гостиницу. Велья всё ещё сидела за столом, листая книгу. Её лицо было сосредоточенным, почти злым.

— Ничего, — сказала она, когда они вошли. — Ничего полезного. Только история, только легенды.

— Может, мы ищем не там? — предположил Лирель.

— Где ещё? — спросила Велья.

— В библиотеке, — ответил Лирель. — Там много книг. Может, эта не единственная.

— Я обыскала всё, — сказала Велья. — Всё, что могла.

— А то, что не могла? — спросила Линт.

Велья посмотрела на неё.

— Что ты имеешь в виду?

— Есть места, куда даже принцесса не может войти, — сказала Линт. — Тайные комнаты. Запретные секции.

— Ты думаешь, в библиотеке есть такое? — спросила Велья.

— В каждой старой библиотеке есть, — ответил Лирель. — Вопрос в том, как туда попасть.

— Нэил, — вдруг сказала Сота. — Он может знать.

— Нэил — призрак, — напомнил Оскр. — Он не может покинуть библиотеку.

— Но он может говорить, — возразила Сота. — И он многое помнит.

— Или не помнит, — заметил Ник. — Он же сам сказал, что память у него дырявая.

— Но он может знать, — настаивала Сота. — Стоит попробовать.

— Хорошо, — сказал Феми. — Завтра сходим в библиотеку. Поговорим с Нэилом.

— А сегодня? — спросил Ринат.

— Сегодня отдыхаем, — ответил Феми. — Завтра будет трудный день.

Они разошлись по комнатам. Сота осталась сидеть за столом, глядя на книгу.

— Ты не идёшь? — спросил Феми, задержавшись в дверях.

— Посижу ещё, — ответила она. — Может, найду что-то.

Феми кивнул и ушёл.

Сота открыла книгу на первой странице и начала читать с начала. Символы, буквы, слова. Всё смешалось в голове, но она продолжала.

И вдруг она заметила то, что не заметили другие.

На последней странице, там, где обрывался текст, был едва видимый след. Не чернила, не карандаш. Что-то другое.

Она поднесла страницу к свету.

Там был символ. Такой же, как на обложке — глаз. Но этот глаз был закрыт.

— Что ты нашла? — спросил Мистер Мит, появляясь из тени.

Сота вздрогнула, но не отшатнулась.

— Глаз, — сказала она. — Закрытый.

— Покажи, — Мистер Мит подошёл ближе.

Она протянула ему книгу. Он посмотрел на символ.

— Это не просто украшение, — сказал он. — Это знак. Ключ.

— Ключ к чему? — спросила Сота.

— К двери, — ответил Мистер Мит. — К той, которую мы ищем.

— Ты думаешь, это связано с Экромиту?

— Я думаю, что всё связано, — ответил Мистер Мит. — И чем больше мы узнаём, тем меньше понимаем.

Он вернул ей книгу и отошёл в угол.

Сота смотрела на закрытый глаз и чувствовала, что они на правильном пути.

Но куда он ведёт — она не знала.

Конец двадцать седьмой главы.

Глава 28

Глава 28: Символы, свет и внезапная атака

Сота сидела за столом в общей комнате гостиницы уже несколько часов. За окном давно стемнело, масляная лампа мерцала, отбрасывая тёплые блики на пожелтевшие страницы старой книги. Вокруг было тихо — все разошлись по своим комнатам, только Мистер Мит стоял в углу, наблюдая своим безликим взглядом.

Она перелистывала страницу за страницей, вчитываясь в строки, но ничего нового не находила. Всё та же история о Малкаэле, о его приспешниках, о том, как он захватывал мир за миром. Имя Экромиту встречалось несколько раз, но всегда вскользь, без подробностей.

— Бесполезно, — прошептала Сота, закрывая книгу.

Она откинулась на спинку стула и посмотрела в потолок. Мысли путались. Лиса, раненый, болото, приспешники, пьющие чай... Слишком много загадок и слишком мало ответов.

— Может, я что-то упустила, — сказала она сама себе и снова открыла книгу.

На этот раз она решила проверить переплёт. Провела пальцами по корешку, по краям обложки. Ничего. Тогда она открыла книгу на последней странице и заметила, что бумага там толще, чем в остальных местах.

— Что это? — прошептала она, наклоняясь ближе.

Сота перевернула последнюю страницу. Под ней оказались ещё две — тонкие, почти прозрачные, сложенные гармошкой. Она осторожно развернула их.

На первой были иероглифы. Не те, что она видела раньше в этом мире — другие, более древние, угловатые. Они складывались в строки, но Сота не могла прочитать ни одного символа.

— Что за язык? — пробормотала она.

Она перешла ко второй странице. Там было изображение. Книга. Толстая, старая, с потрёпанным переплётом и металлическими уголками. Очень похожая на ту, что лежала перед ней. Но не такая. На обложке этой книги был не глаз, а какой-то другой символ — Сота не могла разобрать, какой именно, потому что изображение было плохо прорисовано.

— Книга о книге? — удивилась она. — Зачем?

Она сидела и смотрела на иероглифы, пытаясь понять их значение. Но язык был чужим, незнакомым. Она чувствовала, что это важно, но не могла прочесть ни слова.

В комнату вошёл Оскр. Он был в своей обычной одежде, но в руках держал странный предмет — фонарик, которого Сота раньше не видела.

— Ты ещё не спишь? — спросил он, садясь рядом.

— Не могу, — ответила Сота. — Смотрю книгу. Нашла кое-что.

— Что?

Она показала ему спрятанные страницы.

Оскр нахмурился, разглядывая иероглифы.

— Я не знаю этот язык, — сказал он. — Никогда не видел.

— Я тоже, — кивнула Сота. — И это изображение... книга. Зачем рисовать книгу в книге?

— Может, это подсказка, — предположил Оскр. — Где искать следующую.

— Или что мы ищем не то, — вздохнула Сота.

Оскр положил на стол свой фонарик. Он был странным — не обычным, с какими-то дополнительными кнопками и переключателями. Сота взяла его в руки.

— Что это? — спросила она.

— Фонарик, — ответил Оскр. — Линт дала. Говорит, может пригодиться. Специальный свет.

— Какой?

— Ультрафиолетовый, — сказал Оскр. — Она сказала, что некоторые символы видны только в нём.

— Так включи! — воскликнула Сота.

— Не сейчас, — покачал головой Оскр. — Поздно уже. И этот свет... он странный. Фиолетовый. Линт сказала, что он может влиять на зрение, если долго смотреть. Лучше утром.

— Но это может быть важно! — возразила Сота.

— Утром, — твёрдо сказал Оскр. — Сейчас ложись спать. Завтра будем разбираться.

Сота не стала спорить. Она закрыла книгу, положила её на стол и пошла в свою комнату. Но спать не легла — села на кровать и уставилась в стену, перебирая в голове увиденное.

---

Утро началось с шума. Ринат, как всегда, проснулся раньше всех и уже бегал по коридору, собирая остальных.

— Вставайте! — кричал он. — Солнце уже высоко! А вы всё спите!

— Мы не спим, — ответил Ник, выползая из своей комнаты с растрёпанными волосами. — Мы думаем.

— О чём?

— О том, как тебя заставить замолчать.

Ринат обиженно фыркнул, но спорить не стал.

Оскр вышел из комнаты, держа в руке фонарик. Он был бледен и выглядел уставшим — видимо, тоже не спал.

— Идём в библиотеку, — сказал он Ринату. — Нужно показать книгу Нэилу. Может, он знает этот язык.

— А я? — спросил Ник.

— Ты остаёшься, — ответил Оскр. — Присмотри за остальными.

— Скучно, — вздохнул Ник, но спорить не стал.

Оскр и Ринат вышли из гостиницы. На улице было солнечно, но ветер оставался холодным. Они быстро шли по главной улице, держа курс на библиотеку.

— Ты взял фонарик? — спросил Ринат.

— Да, — ответил Оскр, показывая его.

— А зачем он?

— Линт сказала, что ультрафиолетовый свет может проявить скрытые символы. Может, в книге есть что-то, что мы не видим.

— Умно, — кивнул Ринат.

Они свернули за угол и оказались на узкой улочке, ведущей к библиотеке. И в этот момент перед ними возникла фигура.

Абит стоял посреди дороги, его оранжевая кофта развевалась на ветру. Красная футболка с символом-глазом была видна из-под расстёгнутой кофты. Серые рога поблёскивали на солнце. Его разноцветные глаза — один обычный, постельно-голубой, второй с чёрным белком и голубым огоньком — смотрели на них с неожиданной яростью.

Он заметил книгу в руках Оскра.

И его лицо изменилось.

— Откуда у вас эта книга?! — выкрикнул он. Голос его был резким, полным гнева, которого Оскр никогда в нём не видел.

— Мы нашли её в библиотеке, — начал Оскр, делая шаг назад. — Нам сказали, что она может помочь...

Но договорить он не успел.

Абит двинулся вперёд. Не предупреждая, не замедляясь. Его рука, сжатая в кулак, полетела в сторону Оскра.

Оскр успел прикрыться книгой, но удар пришёлся по плечу. Острая боль пронзила руку, и Оскр почувствовал, как по пальцам течёт что-то тёплое и липкое.

Кровь.

— Оскр! — закричал Ринат, бросаясь вперёд.

Но Абит уже развернулся. Он схватил книгу, вырвав её из рук Оскра, и отступил на несколько шагов.

— Не лезьте в то, чего не понимаете, — сказал он, и в его голосе не было обычной насмешки. Только холод.

Он развернулся и исчез так же внезапно, как и появился.

Ринат бросился к Оскру. Тот стоял, прижимая руку к груди, и смотрел на пустую дорогу.

— Ты как? — спросил Ринат, осматривая рану. Глубокая. Крови много.

— Жить буду, — сквозь зубы ответил Оскр. — Книга... он забрал книгу.

— Книга не главное, — сказал Ринат. — Идём, нужно перевязать.

Он обхватил Оскра за плечи и повёл обратно к гостинице. Оскр шёл, стиснув зубы, и думал только об одном — что же такого было в этой книге, что Абит, всегда такой насмешливый и беззаботный, вдруг превратился в зверя?

И почему он так боялся, что они её прочитают?

В гостинице поднялась паника. Штафор, увидев рану, тут же принялась за дело, накладывая швы и перевязки. Феми стоял рядом, сжимая кулаки. Ник матерился. Сота сидела в углу, бледная как мел.

— Он просто появился, — рассказывал Ринат. — И спросил про книгу. А когда Оскр начал отвечать, ударил.

— Зачем ему книга? — спросил Феми.

— Не знаю, — покачал головой Ринат. — Но он её забрал.

— Абит — приспешник Малкаэля, — напомнил Лирель. — Возможно, книга была опасна для них.

— Или полезна, — заметила Линт. — Может, он хотел спрятать то, что могло бы нам помочь.

— А может, он хотел защитить нас, — тихо сказал Мистер Мит.

Все обернулись к нему.

— Защитить? — переспросил Феми. — Он ранил Оскра!

— Но не убил, — заметил Мистер Мит. — Мог бы. Не убил.

— Это ничего не значит, — сказала Крис. — Он всё равно забрал книгу.

— И мы не знаем, что в ней было, — добавил Оскр, морщась от боли. — Кроме тех страниц.

— Каких страниц? — спросил Феми.

Сота рассказала про иероглифы и про изображение книги. И про фонарик, который они не успели использовать.

— Значит, мы не узнаем, что там было, — вздохнул Ник.

— Узнаем, — твёрдо сказал Феми. — Если книга существует, значит, есть и другие. Мы найдём.

— А если нет? — спросил Ринат.

— Тогда мы найдём того, кто её написал, — ответил Феми.

Он посмотрел в окно. Там, за стенами столицы, было болото. И домик. И те, кто, возможно, знал ответы.

— Завтра идём снова, — сказал Феми. — И на этот раз мы не уйдём, пока не узнаем правду.

Оскр кивнул, хотя рука болела, а в голове шумело. Он знал, что Феми прав. Вопросы оставались, и ответы были где-то там, в темноте болота.

А Абит — кто бы он ни был — только подтвердил, что они на правильном пути.

Конец двадцать восьмой главы.

Глава 29

Глава 29: Возвращение книги

Домик на болоте стоял, как и прежде, окружённый чёрной водой и зловещими силуэтами деревьев. Масляная лампа горела на столе, отбрасывая мягкий свет на бревенчатые стены. На печке тихо потрескивали дрова, и в воздухе пахло травяным чаем и сыростью. За окном было темно — ночь вступила в свои права, и только редкие звёзды пробивались сквозь плотные облака.

За столом сидели трое.

Сэкико поправляла свои прямоугольные очки и рассеянно смотрела на огонь. Её зелёные волосы были распущены и слегка растрепаны. Она выглядела уставшей, но спокойной — такой, какой её редко видели приспешники Малкаэля. Рядом с ней сидела Лиса — Лисандра, в своём привычном тёмно-красном пальто и чёрном цилиндре с красной лентой. Её белые волосы с красной чёлкой были аккуратно уложены, хвосты лежали на спинке стула, лениво покачиваясь. На лице не было привычной холодной маски — сейчас она выглядела почти умиротворённой. Почти.

Напротив них, на грубо сколоченной лавке, сидел Экромиту. Тот самый раненый, которого они нашли у ворот столицы. Теперь он выглядел иначе — его зелёная кожа с тёмными пятнами поблёскивала в свете лампы, полосатые отростки, похожие на рыбьи плавники, были убраны назад. Длинный чешуйчатый хвост лежал на полу, изредка постукивая кончиком по доскам. На глазах у него была только одна повязка — белая, закрывающая оба глаза.

Он пил чай из глиняной кружки и слушал, о чём говорят остальные. Его лицо было спокойным, но в нём чувствовалась внутренняя напряжённость — как у человека, который ждёт чего-то важного.

— Абит задерживается, — сказала Лиса, отставляя кружку. Её голос был ровным, но в нём слышалось лёгкое беспокойство. — Ты его посылала за чем-то?

— За книгой, — ответила Сэкико, не отрывая взгляда от огня. — Я узнала, что у тех, кто шумит, появилась старая книга. Та самая, о которой мы говорили.

— Книга о Малкаэле и Экромиту? — спросил Экромиту, поворачивая голову в сторону Сэкико. Его голос был спокойным, почти равнодушным, но Сэкико знала его достаточно хорошо, чтобы услышать скрытое напряжение.

— Да, — кивнула Сэкико. — Если она попадёт не в те руки, всё может пойти не так.

— Она уже попала не в те руки, — заметила Лиса. — У них.

— Но Абит её заберёт, — сказала Сэкико, и в её голосе прозвучала уверенность. — Он быстрый.

— И безрассудный, — добавила Лиса.

— Это тоже, — согласилась Сэкико. — Но он не подведёт.

— Он никогда не подводил, — тихо сказал Экромиту. — В этом его сила. И его слабость.

Лиса посмотрела на него своим разноцветным взглядом — красным и сияющим синим.

— Ты говоришь так, будто знаешь его всю жизнь.

— Я знаю его достаточно, — ответил Экромиту. — Он из тех, кто идёт до конца. Даже когда не надо.

— Это комплимент? — спросила Лиса.

— Это факт, — ответил Экромиту. — Ни больше, ни меньше.

В этот момент дверь распахнулась, и в домик ворвался Абит. Его оранжевая кофта была расстёгнута, красная футболка с символом-глазом взмокла от пота. Серые рога блестели в свете лампы, а в разноцветных глазах — одном обычном, постельно-голубом, и втором с чёрным белком и голубым огоньком — горело торжество.

В руках он держал книгу. Ту самую, которую забрал у Оскра.

— РЕБЯТА! — закричал он, потрясая книгой над головой. Его голос эхом разнёсся по маленькому домику, заставив Сэкико поморщиться. — Я НАШЁЛ ТУ САМУЮ КНИГУ!

— Тише, — поморщилась Сэкико, но в её голосе не было настоящего раздражения. Скорее, облегчение. — Ты чего орёшь? Мы не глухие.

— Я принёс! — Абит подбежал к столу и положил книгу на середину. Его руки дрожали от возбуждения — или от усталости. — Смотрите! Та самая! Я её вырвал прямо из рук этого... как его... Оскра!

— Ты его ранил? — спросила Лиса, прищурившись. Её хвосты перестали качаться.

— Немного, — отмахнулся Абит, но его взгляд на мгновение стал виноватым. — Он живой. Я же не убивать его пришёл.

— А зачем ты пришёл? — спросил Экромиту, поворачивая голову в его сторону. Его белая повязка скрывала глаза, но все присутствующие чувствовали, что он «видит» происходящее. Видит больше, чем они.

— За книгой! — повторил Абит, немного сбавив тон. — Я же сказал!

— Ты мог просто попросить, — заметила Сэкико, поправляя очки.

— А они бы отдали? — усмехнулся Абит, садясь на лавку. — Нет. Они же думают, что мы враги.

— Мы и есть враги, — сказала Лиса, и её голос стал холоднее. На мгновение в нём снова проявилась та самая Лисандра, которую они знали.

— Мы? — переспросил Абит, не сводя с неё взгляда. — Или они так думают?

— И то, и другое, — ответила Лиса. — Пока.

Экромиту встал из-за стола. Его хвост волочился по полу, издавая тихий шорох. Он подошёл к книге и провёл по обложке рукой. Его пальцы, покрытые мелкой чешуёй, ощупывали каждый миллиметр переплёта.

— Это она, — сказал он. — Та самая.

— Откуда ты знаешь? — спросила Сэкико. — Ты же не видишь.

— Я чувствую, — ответил Экромиту. — В ней есть... эхо. Эхо того времени. Эхо того, кем мы были.

— Так что в ней? — спросил Абит, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. — Ты можешь её прочитать?

— Не сейчас, — ответил Экромиту. — Сначала я должен подготовиться.

— К чему? — спросила Лиса.

— К тому, что, когда я открою эту книгу, прошлое оживёт, — тихо сказал Экромиту. — И не факт, что мне понравится то, что я увижу.

— Ты боишься? — спросил Абит.

— Боюсь, — честно ответил Экромиту. — Но не себя. Я боюсь за вас.

— За нас? — удивилась Сэкико.

— За тех, кого эта книга может задеть, — ответил Экромиту. — В ней есть не только история. В ней есть правда. А правда иногда ранит сильнее любого оружия.

Он взял книгу в руки и повернулся к Лисе.

— Нам нужно показать эту книгу Малкаэлю.

— Что? — хором воскликнули Абит и Сэкико.

— Ты с ума сошёл? — сказала Лиса, вставая из-за стола. Её хвосты распушились — признак волнения. — Если он узнает, что мы нашли эту книгу...

— Он узнает в любом случае, — перебил Экромиту. — Вопрос в том, когда. И от кого.

— А если он уничтожит её? — спросил Абит, и в его голосе прозвучал страх. Настоящий, неподдельный страх.

— Не уничтожит, — покачал головой Экромиту. — Он не может. Эта книга — часть его. Часть того, кем он был. Уничтожить книгу — значит уничтожить часть себя.

— Ты уверен? — спросила Сэкико, и её голос дрогнул.

— Уверен, — ответил Экромиту. — Я знаю его. Я знал его до того, как он стал тем, кем стал. Он не сможет.

Он подошёл к печке и протянул книгу к огню. Языки пламени лизнули обложку, но страницы не загорелись. Они даже не нагрелись.

— Видите? — сказал он, возвращаясь к столу. — Огонь не берёт её. Вода не топит. Её нельзя уничтожить.

— Только прочитать, — тихо сказала Лиса.

— Только прочитать, — согласился Экромиту. — И понять.

— Тогда мы должны отнести её ему, — сказал Абит. — Чем быстрее, тем лучше.

— Не так быстро, — остановил его Экромиту, кладя книгу на стол. — Сначала я должен подготовиться. И вы должны быть готовы.

— К чему? — спросила Сэкико.

— К тому, что, когда Малкаэль прочитает эту книгу, он изменится, — ответил Экромиту. — В какую сторону — зависит от нас.

— От нас? — переспросила Лиса.

— От того, что мы скажем ему. И как мы это скажем, — ответил Экромиту. — Книга — это только инструмент. Главное — что мы вложим в слова.

Он вернулся к столу и сел на лавку.

— Мы пойдём завтра, — сказал он. — На рассвете.

— А если он не захочет слушать? — спросил Абит.

— Захочет, — ответил Экромиту. — У него нет выбора.

Он повернулся к окну, за которым было чёрное болото и тёмное небо. Звёзды гасли одна за другой, предвещая скорый рассвет.

— Я устал прятаться, — тихо сказал он. — Я устал бояться. Я устал от того, что те, кого я люблю, страдают.

— Ты говоришь о нём? — спросила Лиса.

— О всех, — ответил Экромиту. — О нём, о вас, о тех, кто шумит. О тех, кто хочет мира, но вынужден воевать.

Он повернулся к ним. Его белая повязка блеснула в свете лампы.

— Завтра всё изменится. Хотим мы этого или нет.

---

— Слушай, Экромиту, — сказала Лиса, глядя на него своим разноцветным взглядом. Её голос был серьёзным, почти торжественным. — Ты же быстро передвигаешься по воде. Но у тебя книга... она может испортиться, если намокнет.

— И что ты предлагаешь? — спросил Экромиту, чуть склонив голову.

— Нужно идти пешком, — ответила Лиса. — Так мы будем уверены, что книга останется в целости.

— Ты права, — кивнул Экромиту. — Книга важнее скорости.

— А как же мы? — спросил Абит. — Мы тоже пойдём?

— Вы пойдёте с нами, — ответил Экромиту. — Все вместе.

— А если Малкаэль разозлится? — спросила Сэкико, и в её голосе слышался страх.

— Тогда мы будем защищать друг друга, — ответил Экромиту. — Как всегда.

Он взял книгу и положил её на полку у печки, рядом с глиняными кружками и банками с травами.

— Отдыхайте, — сказал он. — Завтра трудный день.

— Ты не ляжешь? — спросила Сэкико.

— Я посижу, — ответил Экромиту. — Подумаю.

Они разошлись. Лиса легла на кровать в углу, её хвосты укрыли её, как одеяло. Сэкико устроилась на лавке, положив голову на руки. Абит вышел на крыльцо и сел на ступеньки, глядя на чёрную воду.

Экромиту остался у печки.

Он сидел и думал о том, что будет завтра. О том, как Малкаэль отреагирует на книгу. О том, поверит ли он им. О том, не поздно ли всё.

Он провёл рукой по своей белой повязке. Под ней, там, где должны быть глаза, было пусто. Давно. С тех пор, как он в последний раз видел Малкаэля. С тех пор, как друг предал его.

— Завтра всё изменится, — прошептал он. — Хотим мы этого или нет.

---

А в гостинице столицы было неспокойно.

Штафор крутилась вокруг Оскра, меняя повязки, промывая рану и ругаясь на чём свет стоит. Её белый халат был испачкан кровью, но она не обращала на это внимания.

— Я же говорила! — причитала она, накладывая новый слой мази. — Не лезьте в эти дела без подготовки! А вы! — она ткнула пальцем в Феми. — Вы должны были пойти с ними!

— Я не знал, что на них нападут, — ответил Феми, стоя у стены.

— Должны были знать! — отрезала Штафор. — Это приспешники! Они опасны!

— Абит не хотел его убивать, — заметил Ринат, сидевший в углу.

— Не хотел, но ранил! — воскликнула Штафор, завязывая бинт. — Глубокая рана! Мог задеть артерию!