Портал в иную судьбу

— Книга о книге? — удивилась она. — Зачем?

Она сидела и смотрела на иероглифы, пытаясь понять их значение. Но язык был чужим, незнакомым. Она чувствовала, что это важно, но не могла прочесть ни слова.

В комнату вошёл Оскр. Он был в своей обычной одежде, но в руках держал странный предмет — фонарик, которого Сота раньше не видела.

— Ты ещё не спишь? — спросил он, садясь рядом.

— Не могу, — ответила Сота. — Смотрю книгу. Нашла кое-что.

— Что?

Она показала ему спрятанные страницы.

Оскр нахмурился, разглядывая иероглифы.

— Я не знаю этот язык, — сказал он. — Никогда не видел.

— Я тоже, — кивнула Сота. — И это изображение... книга. Зачем рисовать книгу в книге?

— Может, это подсказка, — предположил Оскр. — Где искать следующую.

— Или что мы ищем не то, — вздохнула Сота.

Оскр положил на стол свой фонарик. Он был странным — не обычным, с какими-то дополнительными кнопками и переключателями. Сота взяла его в руки.

— Что это? — спросила она.

— Фонарик, — ответил Оскр. — Линт дала. Говорит, может пригодиться. Специальный свет.

— Какой?

— Ультрафиолетовый, — сказал Оскр. — Она сказала, что некоторые символы видны только в нём.

— Так включи! — воскликнула Сота.

— Не сейчас, — покачал головой Оскр. — Поздно уже. И этот свет... он странный. Фиолетовый. Линт сказала, что он может влиять на зрение, если долго смотреть. Лучше утром.

— Но это может быть важно! — возразила Сота.

— Утром, — твёрдо сказал Оскр. — Сейчас ложись спать. Завтра будем разбираться.

Сота не стала спорить. Она закрыла книгу, положила её на стол и пошла в свою комнату. Но спать не легла — села на кровать и уставилась в стену, перебирая в голове увиденное.

---

Утро началось с шума. Ринат, как всегда, проснулся раньше всех и уже бегал по коридору, собирая остальных.

— Вставайте! — кричал он. — Солнце уже высоко! А вы всё спите!

— Мы не спим, — ответил Ник, выползая из своей комнаты с растрёпанными волосами. — Мы думаем.

— О чём?

— О том, как тебя заставить замолчать.

Ринат обиженно фыркнул, но спорить не стал.

Оскр вышел из комнаты, держа в руке фонарик. Он был бледен и выглядел уставшим — видимо, тоже не спал.

— Идём в библиотеку, — сказал он Ринату. — Нужно показать книгу Нэилу. Может, он знает этот язык.

— А я? — спросил Ник.

— Ты остаёшься, — ответил Оскр. — Присмотри за остальными.

— Скучно, — вздохнул Ник, но спорить не стал.

Оскр и Ринат вышли из гостиницы. На улице было солнечно, но ветер оставался холодным. Они быстро шли по главной улице, держа курс на библиотеку.

— Ты взял фонарик? — спросил Ринат.

— Да, — ответил Оскр, показывая его.

— А зачем он?

— Линт сказала, что ультрафиолетовый свет может проявить скрытые символы. Может, в книге есть что-то, что мы не видим.

— Умно, — кивнул Ринат.

Они свернули за угол и оказались на узкой улочке, ведущей к библиотеке. И в этот момент перед ними возникла фигура.

Абит стоял посреди дороги, его оранжевая кофта развевалась на ветру. Красная футболка с символом-глазом была видна из-под расстёгнутой кофты. Серые рога поблёскивали на солнце. Его разноцветные глаза — один обычный, постельно-голубой, второй с чёрным белком и голубым огоньком — смотрели на них с неожиданной яростью.

Он заметил книгу в руках Оскра.

И его лицо изменилось.

— Откуда у вас эта книга?! — выкрикнул он. Голос его был резким, полным гнева, которого Оскр никогда в нём не видел.

— Мы нашли её в библиотеке, — начал Оскр, делая шаг назад. — Нам сказали, что она может помочь...

Но договорить он не успел.

Абит двинулся вперёд. Не предупреждая, не замедляясь. Его рука, сжатая в кулак, полетела в сторону Оскра.

Оскр успел прикрыться книгой, но удар пришёлся по плечу. Острая боль пронзила руку, и Оскр почувствовал, как по пальцам течёт что-то тёплое и липкое.

Кровь.

— Оскр! — закричал Ринат, бросаясь вперёд.

Но Абит уже развернулся. Он схватил книгу, вырвав её из рук Оскра, и отступил на несколько шагов.

— Не лезьте в то, чего не понимаете, — сказал он, и в его голосе не было обычной насмешки. Только холод.

Он развернулся и исчез так же внезапно, как и появился.

Ринат бросился к Оскру. Тот стоял, прижимая руку к груди, и смотрел на пустую дорогу.

— Ты как? — спросил Ринат, осматривая рану. Глубокая. Крови много.

— Жить буду, — сквозь зубы ответил Оскр. — Книга... он забрал книгу.

— Книга не главное, — сказал Ринат. — Идём, нужно перевязать.

Он обхватил Оскра за плечи и повёл обратно к гостинице. Оскр шёл, стиснув зубы, и думал только об одном — что же такого было в этой книге, что Абит, всегда такой насмешливый и беззаботный, вдруг превратился в зверя?

И почему он так боялся, что они её прочитают?

В гостинице поднялась паника. Штафор, увидев рану, тут же принялась за дело, накладывая швы и перевязки. Феми стоял рядом, сжимая кулаки. Ник матерился. Сота сидела в углу, бледная как мел.

— Он просто появился, — рассказывал Ринат. — И спросил про книгу. А когда Оскр начал отвечать, ударил.

— Зачем ему книга? — спросил Феми.

— Не знаю, — покачал головой Ринат. — Но он её забрал.

— Абит — приспешник Малкаэля, — напомнил Лирель. — Возможно, книга была опасна для них.

— Или полезна, — заметила Линт. — Может, он хотел спрятать то, что могло бы нам помочь.

— А может, он хотел защитить нас, — тихо сказал Мистер Мит.

Все обернулись к нему.

— Защитить? — переспросил Феми. — Он ранил Оскра!

— Но не убил, — заметил Мистер Мит. — Мог бы. Не убил.

— Это ничего не значит, — сказала Крис. — Он всё равно забрал книгу.

— И мы не знаем, что в ней было, — добавил Оскр, морщась от боли. — Кроме тех страниц.

— Каких страниц? — спросил Феми.

Сота рассказала про иероглифы и про изображение книги. И про фонарик, который они не успели использовать.

— Значит, мы не узнаем, что там было, — вздохнул Ник.

— Узнаем, — твёрдо сказал Феми. — Если книга существует, значит, есть и другие. Мы найдём.

— А если нет? — спросил Ринат.

— Тогда мы найдём того, кто её написал, — ответил Феми.

Он посмотрел в окно. Там, за стенами столицы, было болото. И домик. И те, кто, возможно, знал ответы.

— Завтра идём снова, — сказал Феми. — И на этот раз мы не уйдём, пока не узнаем правду.

Оскр кивнул, хотя рука болела, а в голове шумело. Он знал, что Феми прав. Вопросы оставались, и ответы были где-то там, в темноте болота.

А Абит — кто бы он ни был — только подтвердил, что они на правильном пути.

Конец двадцать восьмой главы.

Глава 29

Глава 29: Возвращение книги

Домик на болоте стоял, как и прежде, окружённый чёрной водой и зловещими силуэтами деревьев. Масляная лампа горела на столе, отбрасывая мягкий свет на бревенчатые стены. На печке тихо потрескивали дрова, и в воздухе пахло травяным чаем и сыростью. За окном было темно — ночь вступила в свои права, и только редкие звёзды пробивались сквозь плотные облака.

За столом сидели трое.

Сэкико поправляла свои прямоугольные очки и рассеянно смотрела на огонь. Её зелёные волосы были распущены и слегка растрепаны. Она выглядела уставшей, но спокойной — такой, какой её редко видели приспешники Малкаэля. Рядом с ней сидела Лиса — Лисандра, в своём привычном тёмно-красном пальто и чёрном цилиндре с красной лентой. Её белые волосы с красной чёлкой были аккуратно уложены, хвосты лежали на спинке стула, лениво покачиваясь. На лице не было привычной холодной маски — сейчас она выглядела почти умиротворённой. Почти.

Напротив них, на грубо сколоченной лавке, сидел Экромиту. Тот самый раненый, которого они нашли у ворот столицы. Теперь он выглядел иначе — его зелёная кожа с тёмными пятнами поблёскивала в свете лампы, полосатые отростки, похожие на рыбьи плавники, были убраны назад. Длинный чешуйчатый хвост лежал на полу, изредка постукивая кончиком по доскам. На глазах у него была только одна повязка — белая, закрывающая оба глаза.

Он пил чай из глиняной кружки и слушал, о чём говорят остальные. Его лицо было спокойным, но в нём чувствовалась внутренняя напряжённость — как у человека, который ждёт чего-то важного.

— Абит задерживается, — сказала Лиса, отставляя кружку. Её голос был ровным, но в нём слышалось лёгкое беспокойство. — Ты его посылала за чем-то?

— За книгой, — ответила Сэкико, не отрывая взгляда от огня. — Я узнала, что у тех, кто шумит, появилась старая книга. Та самая, о которой мы говорили.

— Книга о Малкаэле и Экромиту? — спросил Экромиту, поворачивая голову в сторону Сэкико. Его голос был спокойным, почти равнодушным, но Сэкико знала его достаточно хорошо, чтобы услышать скрытое напряжение.

— Да, — кивнула Сэкико. — Если она попадёт не в те руки, всё может пойти не так.

— Она уже попала не в те руки, — заметила Лиса. — У них.

— Но Абит её заберёт, — сказала Сэкико, и в её голосе прозвучала уверенность. — Он быстрый.

— И безрассудный, — добавила Лиса.

— Это тоже, — согласилась Сэкико. — Но он не подведёт.

— Он никогда не подводил, — тихо сказал Экромиту. — В этом его сила. И его слабость.

Лиса посмотрела на него своим разноцветным взглядом — красным и сияющим синим.

— Ты говоришь так, будто знаешь его всю жизнь.

— Я знаю его достаточно, — ответил Экромиту. — Он из тех, кто идёт до конца. Даже когда не надо.

— Это комплимент? — спросила Лиса.

— Это факт, — ответил Экромиту. — Ни больше, ни меньше.

В этот момент дверь распахнулась, и в домик ворвался Абит. Его оранжевая кофта была расстёгнута, красная футболка с символом-глазом взмокла от пота. Серые рога блестели в свете лампы, а в разноцветных глазах — одном обычном, постельно-голубом, и втором с чёрным белком и голубым огоньком — горело торжество.

В руках он держал книгу. Ту самую, которую забрал у Оскра.

— РЕБЯТА! — закричал он, потрясая книгой над головой. Его голос эхом разнёсся по маленькому домику, заставив Сэкико поморщиться. — Я НАШЁЛ ТУ САМУЮ КНИГУ!

— Тише, — поморщилась Сэкико, но в её голосе не было настоящего раздражения. Скорее, облегчение. — Ты чего орёшь? Мы не глухие.

— Я принёс! — Абит подбежал к столу и положил книгу на середину. Его руки дрожали от возбуждения — или от усталости. — Смотрите! Та самая! Я её вырвал прямо из рук этого... как его... Оскра!

— Ты его ранил? — спросила Лиса, прищурившись. Её хвосты перестали качаться.

— Немного, — отмахнулся Абит, но его взгляд на мгновение стал виноватым. — Он живой. Я же не убивать его пришёл.

— А зачем ты пришёл? — спросил Экромиту, поворачивая голову в его сторону. Его белая повязка скрывала глаза, но все присутствующие чувствовали, что он «видит» происходящее. Видит больше, чем они.

— За книгой! — повторил Абит, немного сбавив тон. — Я же сказал!

— Ты мог просто попросить, — заметила Сэкико, поправляя очки.

— А они бы отдали? — усмехнулся Абит, садясь на лавку. — Нет. Они же думают, что мы враги.

— Мы и есть враги, — сказала Лиса, и её голос стал холоднее. На мгновение в нём снова проявилась та самая Лисандра, которую они знали.

— Мы? — переспросил Абит, не сводя с неё взгляда. — Или они так думают?

— И то, и другое, — ответила Лиса. — Пока.

Экромиту встал из-за стола. Его хвост волочился по полу, издавая тихий шорох. Он подошёл к книге и провёл по обложке рукой. Его пальцы, покрытые мелкой чешуёй, ощупывали каждый миллиметр переплёта.

— Это она, — сказал он. — Та самая.

— Откуда ты знаешь? — спросила Сэкико. — Ты же не видишь.

— Я чувствую, — ответил Экромиту. — В ней есть... эхо. Эхо того времени. Эхо того, кем мы были.

— Так что в ней? — спросил Абит, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу. — Ты можешь её прочитать?

— Не сейчас, — ответил Экромиту. — Сначала я должен подготовиться.

— К чему? — спросила Лиса.

— К тому, что, когда я открою эту книгу, прошлое оживёт, — тихо сказал Экромиту. — И не факт, что мне понравится то, что я увижу.

— Ты боишься? — спросил Абит.

— Боюсь, — честно ответил Экромиту. — Но не себя. Я боюсь за вас.

— За нас? — удивилась Сэкико.

— За тех, кого эта книга может задеть, — ответил Экромиту. — В ней есть не только история. В ней есть правда. А правда иногда ранит сильнее любого оружия.

Он взял книгу в руки и повернулся к Лисе.

— Нам нужно показать эту книгу Малкаэлю.

— Что? — хором воскликнули Абит и Сэкико.

— Ты с ума сошёл? — сказала Лиса, вставая из-за стола. Её хвосты распушились — признак волнения. — Если он узнает, что мы нашли эту книгу...

— Он узнает в любом случае, — перебил Экромиту. — Вопрос в том, когда. И от кого.

— А если он уничтожит её? — спросил Абит, и в его голосе прозвучал страх. Настоящий, неподдельный страх.

— Не уничтожит, — покачал головой Экромиту. — Он не может. Эта книга — часть его. Часть того, кем он был. Уничтожить книгу — значит уничтожить часть себя.

— Ты уверен? — спросила Сэкико, и её голос дрогнул.

— Уверен, — ответил Экромиту. — Я знаю его. Я знал его до того, как он стал тем, кем стал. Он не сможет.

Он подошёл к печке и протянул книгу к огню. Языки пламени лизнули обложку, но страницы не загорелись. Они даже не нагрелись.

— Видите? — сказал он, возвращаясь к столу. — Огонь не берёт её. Вода не топит. Её нельзя уничтожить.

— Только прочитать, — тихо сказала Лиса.

— Только прочитать, — согласился Экромиту. — И понять.

— Тогда мы должны отнести её ему, — сказал Абит. — Чем быстрее, тем лучше.

— Не так быстро, — остановил его Экромиту, кладя книгу на стол. — Сначала я должен подготовиться. И вы должны быть готовы.

— К чему? — спросила Сэкико.

— К тому, что, когда Малкаэль прочитает эту книгу, он изменится, — ответил Экромиту. — В какую сторону — зависит от нас.

— От нас? — переспросила Лиса.

— От того, что мы скажем ему. И как мы это скажем, — ответил Экромиту. — Книга — это только инструмент. Главное — что мы вложим в слова.

Он вернулся к столу и сел на лавку.

— Мы пойдём завтра, — сказал он. — На рассвете.

— А если он не захочет слушать? — спросил Абит.

— Захочет, — ответил Экромиту. — У него нет выбора.

Он повернулся к окну, за которым было чёрное болото и тёмное небо. Звёзды гасли одна за другой, предвещая скорый рассвет.

— Я устал прятаться, — тихо сказал он. — Я устал бояться. Я устал от того, что те, кого я люблю, страдают.

— Ты говоришь о нём? — спросила Лиса.

— О всех, — ответил Экромиту. — О нём, о вас, о тех, кто шумит. О тех, кто хочет мира, но вынужден воевать.

Он повернулся к ним. Его белая повязка блеснула в свете лампы.

— Завтра всё изменится. Хотим мы этого или нет.

---

— Слушай, Экромиту, — сказала Лиса, глядя на него своим разноцветным взглядом. Её голос был серьёзным, почти торжественным. — Ты же быстро передвигаешься по воде. Но у тебя книга... она может испортиться, если намокнет.

— И что ты предлагаешь? — спросил Экромиту, чуть склонив голову.

— Нужно идти пешком, — ответила Лиса. — Так мы будем уверены, что книга останется в целости.

— Ты права, — кивнул Экромиту. — Книга важнее скорости.

— А как же мы? — спросил Абит. — Мы тоже пойдём?

— Вы пойдёте с нами, — ответил Экромиту. — Все вместе.

— А если Малкаэль разозлится? — спросила Сэкико, и в её голосе слышался страх.

— Тогда мы будем защищать друг друга, — ответил Экромиту. — Как всегда.

Он взял книгу и положил её на полку у печки, рядом с глиняными кружками и банками с травами.

— Отдыхайте, — сказал он. — Завтра трудный день.

— Ты не ляжешь? — спросила Сэкико.

— Я посижу, — ответил Экромиту. — Подумаю.

Они разошлись. Лиса легла на кровать в углу, её хвосты укрыли её, как одеяло. Сэкико устроилась на лавке, положив голову на руки. Абит вышел на крыльцо и сел на ступеньки, глядя на чёрную воду.

Экромиту остался у печки.

Он сидел и думал о том, что будет завтра. О том, как Малкаэль отреагирует на книгу. О том, поверит ли он им. О том, не поздно ли всё.

Он провёл рукой по своей белой повязке. Под ней, там, где должны быть глаза, было пусто. Давно. С тех пор, как он в последний раз видел Малкаэля. С тех пор, как друг предал его.

— Завтра всё изменится, — прошептал он. — Хотим мы этого или нет.

---

А в гостинице столицы было неспокойно.

Штафор крутилась вокруг Оскра, меняя повязки, промывая рану и ругаясь на чём свет стоит. Её белый халат был испачкан кровью, но она не обращала на это внимания.

— Я же говорила! — причитала она, накладывая новый слой мази. — Не лезьте в эти дела без подготовки! А вы! — она ткнула пальцем в Феми. — Вы должны были пойти с ними!

— Я не знал, что на них нападут, — ответил Феми, стоя у стены.

— Должны были знать! — отрезала Штафор. — Это приспешники! Они опасны!

— Абит не хотел его убивать, — заметил Ринат, сидевший в углу.

— Не хотел, но ранил! — воскликнула Штафор, завязывая бинт. — Глубокая рана! Мог задеть артерию!

— Не задел, — тихо сказал Оскр. — Я жив.

— Жив, — проворчала Штафор. — Спасибо и на том.

Она закончила перевязку и отошла, собирая инструменты. Её руки дрожали — то ли от усталости, то ли от гнева.

— Теперь покой, — сказала она. — Никаких приключений. Никаких книг. Никаких библиотек.

— Но мы должны узнать... — начал Ник.

— Ничего вы не должны! — перебила Штафор. — Ему нужно зажить. А вы будете бегать и искать приключения на свою голову!

Она вышла из комнаты, громко хлопнув дверью.

— Суровая, — заметил Камеки, сидевший в углу с Хаметио.

— Она доктор, — ответил Хаметио. — У них такое.

— Доктор, который ругается, как сапёр, — усмехнулся Камеки.

— Замолчи, — беззлобно сказал Хаметио.

В комнате повисла тишина. Оскр лежал на кровати, глядя в потолок. Феми стоял у окна, сжимая кулаки. Сота сидела в углу, бледная как мел.

— Что теперь? — спросил Ник.

— Теперь ждём, — ответил Феми. — И готовимся.

— К чему? — спросил Ринат.

— К тому, что мы пойдём на болото снова, — ответил Феми. — И на этот раз мы не уйдём, пока не узнаем правду.

Оскр кивнул, хотя рука болела, а в голове шумело. Он знал, что Феми прав. Вопросы оставались, и ответы были где-то там, в темноте болота.

А Абит — кто бы он ни был — только подтвердил, что они на правильном пути.

---

А в домике на болоте Экромиту всё сидел у печки, глядя на огонь.

Книга лежала на полке, ожидая своего часа. Завтра они понесут её Малкаэлю. Завтра всё решится.

Он знал, что они придут. Знал, что принесут вопросы. Знал, что придётся отвечать.

— Ты готов? — спросила Лиса, не открывая глаз.

— Готов, — ответил Экромиту. — А ты?

— Не знаю, — честно ответила Лиса. — Боюсь.

— Чего?

— Что они меня не простят.

— Простят, — сказал Экромиту. — Они любят тебя.

— Любили, — поправила Лиса. — До того, как я стала Лисандрой.

— Ты всё ещё Лиса, — ответил Экромиту. — Просто... в другой оболочке.

— А ты? — спросила Лиса. — Ты всё ещё человек?

— Не знаю, — ответил Экромиту. — Но я всё ещё помню, кем был.

Он повернулся к окну. За ним было чёрное болото и тёмное небо.

— Завтра всё изменится, — сказал он. — Хотим мы этого или нет.

Конец двадцать девятой главы.

Глава 30

Глава 30: Старые друзья и новые встречи

Небо над хрустальным лесом было фиолетовым — таким же, каким они запомнили его в первый раз. Два солнца клонились к закату, отбрасывая длинные тени на светящиеся деревья. Воздух был прохладным и чистым, но в нём по-прежнему не хватало жизни — ни пения птиц, ни стрекотания насекомых. Только тихий, едва уловимый звон хрустальных листьев нарушал тишину. Этот звон был почти музыкальным, но в нём чувствовалась какая-то тоска — будто сам лес оплакивал то, чем когда-то был.

Хрон летел низко, почти касаясь верхушек деревьев. Его крылья мерно взмахивали, создавая лёгкий ветерок, который колыхал серебристые мхи на земле. Линт сидела у него на спине, держась за чешую, и вглядывалась вперёд. Ветер трепал её тёмно-фиолетовые волосы, а нимб над головой светился ровным, спокойным светом.

— Вижу лабораторию, — сказала она, прищурившись.

— Я тоже, — ответил Хрон, начиная снижаться. — Странно. Тишина.

— Слишком тихо, — согласилась Линт. — Где рыцарь?

— Может, ушёл, — предположил Хрон, приземляясь на поляну перед входом. Его когти оставили глубокие борозды в мягкой земле.

Он сложил крылья и помог Линт спуститься. Её ноги коснулись земли, и она на мгновение замерла, прислушиваясь. Ничего. Только звон хрусталя и далёкий шум ветра.

Они стояли перед знакомой скалой, но теперь она выглядела иначе. Вход в лабораторию был расширен, дверь заменена на новую — массивную, металлическую, с какими-то символами, выгравированными по краям. Символы слабо светились в сумерках, переливаясь голубоватым светом.

— Мечтиз постарался, — заметил Хрон, разглядывая дверь.

— Он всегда старается, — ответила Линт, подходя ближе. — Когда не взрывается.

— Он не Дэния, — усмехнулся Хрон.

— Он тоже иногда взрывается, — возразила Линт. — Но реже. И взрывы у него тише.

— Дэния бы обиделась, — сказал Хрон.

— Дэния бы согласилась, — ответила Линт. — Она знает свои слабые стороны.

Она толкнула дверь. Та бесшумно открылась, словно была не металлической, а сделанной из воздуха.

Внутри было светло. Очень светло. Лаборатория расширилась до неузнаваемости — теперь это был не один зал, а целый комплекс помещений. Коридоры уходили вглубь скалы, стены были укреплены, а вместо тусклых магических светильников горели яркие, ровные лампы, похожие на те, что были в столице.

— Мечтиз! — позвал Хрон, оглядываясь. — Мы пришли!

Тишина. Только гул вентиляции и далёкий звук капающей воды. Потом откуда-то из глубины раздался голос — звонкий, механический, но с новыми нотками, которых раньше не было. Он эхом разнёсся по коридорам, отражаясь от стен.

— Хрон! Линт! Я ЗНАЛ, ЧТО ВЫ ВЕРНЁТЕСЬ!

Из-за угла вылетела знакомая фигура. Но теперь Мечтиз выглядел иначе.

Его бирюзовые волосы, раньше просто короткие и растрёпанные, теперь стали длиннее — средней длины, слегка растрёпанные, обрамляли лицо. Коричневая кепка-гаврош по-прежнему была на голове, но сидела чуть иначе — более стильно, что ли. На нём была чёрная куртка с длинными рукавами, частично расстёгнутая, под которой виднелась белая рубашка с пуговицами, аккуратно заправленная. Галстук светло-серого цвета, не слишком строгий, дополнял образ. Чёрные брюки свободного кроя были украшены декоративными светоотражающими полосками на коленях. На ногах — тёмные ботинки с dekorativными элементами: шнуровкой и вставками.

— Ты... изменился, — удивлённо сказал Хрон, разглядывая робота.

— Я МОДЕРНИЗИРОВАЛСЯ! — гордо ответил Мечтиз, подлетая ближе. — НОВОЕ ТЕЛО, НОВЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ! И НОВАЯ ЛАБОРАТОРИЯ! КАК ВАМ?

— Впечатляет, — честно сказала Линт, оглядываясь. — Но мы пришли не только смотреть.

— Я ЗНАЮ, — Мечтиз опустился на пол и посмотрел на них своим единственным глазом. — ВЫ ПРИШЛИ ПРЕДУПРЕДИТЬ МЕНЯ. О РЫЦАРЕ.

— Откуда ты знаешь? — спросил Хрон, нахмурившись.

— Я ВСЁ ЗНАЮ, — ответил Мечтиз. — НУ, ПОЧТИ. А ЕЩЁ... Я ЗДЕСЬ НЕ ОДИН.

— Что? — Линт напряглась. Её рука непроизвольно потянулась к поясу, где висело небольшое устройство — не оружие, но защита.

— У МЕНЯ ЕСТЬ ГОСТЬ, — Мечтиз повернулся и полетел вглубь коридора. — ИДИТЕ ЗА МНОЙ. ОН ВАМ ВСЁ РАССКАЖЕТ.