Коврижкины сны. Книга первая

После этих маминых слов Гошка заревел с такой силой, что Коврижка даже проснулась.

Мечты должны сбываться

В субботу первой утренней новостью было то, что тётя Наташа не поведёт их ни в какой Торговый центр! Ей срочно нужно было на работу.

– Тётя Аня, поймите, мне нельзя терять клиентов, – объясняла она Коврижкиной бабушке. Та понимающе кивала. – Я и так еле концы с концами свожу. На Гошкину форму и всё остальное столько денег ушло!

– Ничего, Наташенька, я понимаю. Ты же знаешь, мы всегда тебя выручим, – Бабаня взяла угрюмого Гошку за плечо: – Иди, поиграй с Коврижкой.

– Спасибо, тётечка Анечка! – тётя Наташа была уже в дверях. – У этой клиентки всего три волосины. Я её быстренько подстригу, и если больше никто не подвернётся, сразу вернусь.

Но видимо, ещё кто-то подвернулся. А потом, наверное, и ещё кто-то.

Подаренный Коврижкой самокат ненадолго развеял Гошкину печаль, когда Бабаня вывела их погулять на детскую площадку во дворе дома. Но кататься по коротенькой дорожке им быстро наскучило, а Бабаня боялась вести их куда-то дальше двора.

После обеда дедушка Миша решительно поднялся:

– Так, молодёжь, одеваемся! Негоже в День Рождения дома сидеть.

– А куда мы пойдём, дедушка? – обрадовалась Коврижка.

– А вот куда вы там собирались? В Торговый центр? Вот туда и пойдём. Эй, именинник, ты дорогу знаешь?

– Конечно, знаю! – вскочил Гошка. – Ура-а-а-а-а!

Когда Гошка убежал в свою квартиру одеваться, Коврижка сказала:

– Дедушка, я случайно узнала, что Гошка очень хочет в Зоопарк. Но никогда там не был.

«Ему мама не разрешает", – хотела добавить она, но решила, что так она может всё испортить.

– Так это ещё и лучше! Нюра! – позвал он бабушку. – Мы едем в Зоопарк. Ты с нами?

Когда вся компания оказалась в такси, Гошка даже притих от такой роскоши! А когда услышал, что они едут в Зоопарк, то и вовсе потерял дар речи. Всю дорогу он изумлёнными глазами смотрел в окно, боясь вспугнуть своё нежданное счастье.

– Добрый день, сударыня! – поздоровался дедушка с кассиршей. – Будьте любезны, два пенсионных, один детский и один школьный.

В Зоопарке Гошка преобразился. Он носился от клетки к клетке, пока не устал. От возбуждения он раскраснелся и даже вспотел. Впечатлений у именинника было столько, что на обратном пути он ещё долго не мог успокоиться.

Дома их уже ждала тётя Наташа, которой Бабаня успела сообщить по телефону, что они в Зоопарке.

– Я не виноват! – с порога испуганно заявил Гошка.

Но тётя Наташа не сердилась. Она грустно посмотрела на сына:

– Я не сержусь, Горошек! Идите на кухню, помогите на стол накрыть. Я торт купила. Будем праздновать.

От радости Гошка даже забыл рассердиться на то, что мама при всех назвала его ласковым словом "Горошек".

За столом дедушка Миша извинялся перед соседкой:

– Наточка, прости, я не знал, что у тебя такие принципы. Ты, как мать, конечно же, имеешь право!

– Ну что вы, дядя Миша! Я вам очень благодарна!

У тёти Наташи даже глаза заблестели. Ей было так жаль, что пришлось весь День Рождения сына провести на работе.

– Сама я, и правда, не могу смотреть на диких зверей в клетках. Но Гошка мечтал о Зоопарке. Хорошо, что он там побывал. И хорошо, что без меня, – засмеялась она.

– А как вы узнали, что я хочу в Зоопарк? – спросил сияющий Гошка. Он был просто счастлив, что мама не ругает его.

– А нам Коврижка сказала, – ответила Бабаня. – И если уж на то пошло, Наташенька, то там редко дикие звери. Большинство из них родились уже в неволе. И в дикой природе не выжили бы.

Гошка хотел потом спросить Коврижку, откуда она узнала о его мечте. Но от радости забыл. Это был лучший День Рождения в его жизни! Он обожал животных, и сегодняшних впечатлений ему теперь надолго хватит.

Семейный совет

В следующие выходные вся семья не смогла собраться в Корнеево, потому что дядя Слава всё ещё был в командировке. И "семейный совет", как назвал его дедушка, состоялся только через три недели.

Атмосфера была немного напряжённая. Тётя Марина пыталась разрядить обстановку рассказом об учебных подвигах сына Саши, который сегодня с ними не приехал. Бабаня активно расспрашивала её, преувеличенно ахала и восхищалась успехами старшего внука. Попутно обе они помогали маме накрывать на стол.

– Машуня, зачем ты столько всего наготовила? – сетовала Бабаня.

Из гостиной прогремел голос дедушки:

– А это потому, что она чувствует себя виноватой!

Папа, который до этого пытался вести вежливый разговор с сердитым тестем, при этих словах вскочил и нервно выбежал из гостиной.

– Где уже твой брат? – прошипела тётя Марина мужу. И дядя Володя схватился за телефон.

– Славка будет через полчаса, – объявил он после короткого телефонного разговора.

– Так! Мы не будем его ждать. Давайте все за стол! – решительно скомандовала мама.

Коврижка нянчилась с Федяшем в своей бывшей комнате. Намечавшийся разговор был слишком серьёзным, и мама ещё до приезда родственников сказала:

– Ты уже большая, должна понимать. Взрослым нужно поговорить. Посидишь с братиком, я тебя в комнате покормлю. А дверь оставлю открытой, буду за вами наблюдать.

Федяш ползал по ковру, а Коврижка отвлекала его игрушками, когда он направлялся к двери. Бобка сначала полаял на всех приходящих гостей для приличия, но потом устал, улёгся на пол под батарею и теперь молча сверкал оттуда глазами.

Коврижка привыкла, что когда все собираются, то в доме весело, звучат радостные голоса, лает Бобка, никто не закрывает её в комнате. Сегодня она чувствовала, что все напряжены, и боялась, что дедушка опять будет кричать, а мама сердиться.

"Это всё из-за меня! – не покидала её одна и та же мысль. – Потому что я проболталась. И вообще, если бы мне не нужно было в школу…"

Но в школу же всем нужно. Коврижка была ещё маленькой, и не понимала, что такой разговор всё равно рано или поздно состоялся бы. Даже если она не рассказала бы Гошке, а тётя Наташа – дедушке с бабушкой. Что все секреты рано или поздно открываются. И что единственный способ решить семейную проблему – собраться всем вместе и спокойно поговорить. По возможности, спокойно.

"Пожалуйста, пусть всё будет хорошо!" – подумала Коврижка, и тут же входная дверь распахнулась, и в дом влетел дядя Слава.

– Я спешил, как мог, – объявил он с порога.

Коврижка кинулась к нему на шею, но мама строго сказала:

– Так, вы двое, потом пообщаетесь. Мы тебя ждём. Мой руки и – за стол.

– Есть, товарищ командир! – отрапортовал дядя Слава, приложив руку к виску. Коврижка рассмеялась.

"Конечно же, всё будет хорошо! – подумала она. – Дядя Слава же здесь".

Тяжёлый разговор

Но разговор взрослых получился тяжёлым. Первой на главную тему заговорила мама:

– Давайте к делу. Мы тут собрались по неприятному поводу. И для начала я хочу сказать, что не считаю этот дом только своим. Хотя, юридически, – выделила она это незнакомое Коврижке слово, со значением посмотрев на Бабаню, – юридически это и так. Бабушка завещала мне этот дом, только потому, что я хотела здесь жить. А никто из вас не хотел.

На этих словах все посмотрели на дядю Славу. Но тот молчал, ковыряясь вилкой в тарелке. Все знали, что он тоже очень хотел жить в этом доме! Но благородно уступил это право младшей сестрёнке, когда она вышла замуж.

– И если мы все вместе найдём способ сохранить дом, – продолжала мама, – то я буду только рада. Но в данной ситуации я, – и, глядя на папу, она поправилась: – то есть, мы. Мы не видим другого выхода.

Повисла тишина. Откашлявшись, заговорил дядя Володя.

– Мы все привязаны к этому дому. Наше детство здесь прошло, так или иначе. Но жизнь не стоит на месте. Всё меняется. Я считаю, не надо держаться за прошлое. Когда-нибудь всё равно пришлось бы его продать. Надо сделать это сейчас, пока он ещё в приличном состоянии.

– И стоит хоть каких-то денег, – поддержала мужа тётя Марина. – Хотя, за дом много не дадут. Но вот за участок…

– Да причём тут деньги! – воскликнул дядя Слава. – Этот дом – наше детство. Нельзя вот так взять и отдать его чужим людям!

– А что ты предлагаешь? – закричала мама. – Тебе легко говорить. Вам всем легко! А Андрей устал ездить на работу в Таминск. У него каждый день на дорогу несколько часов уходит.

Папа поднял голову, но промолчал. Коврижка знала, что, хотя с этим домом именно у мамы были связаны детские воспоминания, папа даже больше старался найти способ его сохранить. Он готов был ездить на работу в такую даль, лишь бы его семья оставалась жить в доме, который они так любят!

Все опять замолчали. Конкретных предложений ни у кого не было.

– Я не знаю, за какие деньги вы хотите продать дом, – тихо заговорил дядя Слава. – И у меня наверняка нет таких денег, – он нервно затарабанил пальцами по столу. Его голос задрожал. – Но нельзя, нельзя так! Должен быть другой выход!

– Славик, не расстраивайся так! – вскочила Бабаня и обняла сына. – Вова прав. Всем когда-то приходится расставаться с прошлым и идти дальше. В будущее!

– Замолчи, Нюра! – рассердился дедушка. – Ты никогда не любила этот дом.

– Да, я – не сельский житель, – обиженно ответила Бабаня. – И ты это знал, когда женился на мне. Но я ездила за тобой по всей стране, пока ты служил. И не ныла.

– Вот именно! – встряла тётя Марина. – Вы же всю жизнь мотались по гарнизонам. Вы в этом доме не так много и жили.

– Это вообще не твоё дело! – возмутился дедушка. – Ты только о деньгах думаешь! А у этого дома душа есть.

– Не кричи на неё, – вступился за жену дядя Володя. – Она тоже член этой семьи. И имеет право на своё мнение.

И тут начался такой скандал, что Коврижка, всё это время сидевшая на пороге комнаты, глядя во все глаза на ругающихся взрослых, не выдержала и, зажмурившись, изо всех сил закрыла уши руками. Она сидела так, стараясь не слышать шум кричащих голосов, доносившихся из гостиной.

Как вдруг почувствовала, что там резко наступила тишина. Она открыла глаза и увидела, что все почему-то смотрят на неё с удивлением и радостью.

– Тихо, тихо, не вспугните! – громко зашептала Бабаня со светящимся от умиления лицом.

И Коврижка поняла, что все они смотрят не на неё, а куда-то за её спину.

Оглянувшись, она увидела Федяша, который стоял на ножках, не держась за диван, и вдруг, шатаясь, сделал неуверенный шажок. А потом ещё один! Мама тихонько зашла в комнату, обойдя Коврижку, сидящую на пороге. Присела на корточки в двух шагах от Федяша.

– Ты моя умничка, – проговорила она ласково и протянула сынишке обе руки. – Ну, иди ко мне, малыш!

Федяш разулыбался и, сделав ещё несколько шагов, упал маме на руки. Мама подхватила его и закружила по комнате.

И сразу гостиная, в которой ещё несколько минут назад стояло недоброе напряжение, наполнилась смехом и радостными голосами:

– Первые шаги! Ждал, наверное, когда вся семья соберётся.

– Мужик! Наша порода!

– Федяшечка, сладкий!

Все столпились вокруг мамы и сидящего у неё на руках героя дня. Семья снова была такой же, как всегда: весёлой и шумной. И никто больше не хотел возвращаться к неприятной теме, ради которой все сегодня собрались.

– Может оно и к лучшему, – вздохнула мама, когда все разъехались. – Всё равно в итоге это нам решать, как жить дальше.

Старый чердак

Коврижка поняла, что это сон, оказавшись на старом тёмном чердаке.

"Так вот как выглядела раньше моя комната", – подумала она.

Страшно совершенно не было. Наоборот, чердак казался уютным и знакомым, как будто она была здесь уже много раз.

Девочка подошла к маленькому круглому окошку, через которое полная луна выложила яркую дорожку по деревянному полу. У окна лежал старый матрас, на который Коврижка и села, подогнув колени.

Взяв в руки потёртую железную коробку, лежавшую на матрасе, она с трудом открыла крышку. В коробке лежали оловянные солдатики.

Незнакомое слово "оловянные" совершенно не удивило Коврижку, как будто она всю жизнь знала, что олово – это такой металл, из которого раньше делали разные предметы, в том числе, вот этих солдатиков. Как будто эти знания всегда были в её голове. Но во сне люди вообще редко чему-то удивляются.

Быстрыми движениями она расставила солдатиков на полу. Она брала в руки то одного, то другого, и каждый был ей знаком.

– Батарея, к бою! – громким шёпотом скомандовала Коврижка, и строй солдат двинулся вперёд.

Конечно же, сами они не двигались. Их приходилось переставлять руками. Но это не мешало увлекательной игре. Послушные солдаты, следуя приказам опытного полководца, быстро окончили бой, в результате которого победили, конечно же, "наши". Как обычно.

Вдруг на чердаке стало темно – это большая туча закрыла луну своим пышным неповоротливым телом. Коврижка подошла к окну, чтобы посмотреть, скоро ли ветер прогонит тучу. Привычной железной решётки на окошке не было. Сквозь мутное стекло Коврижка увидела, что на краю крыши что-то светится.

"Если это светлячок, то он просто огромный", – подумала Коврижка.

Мама говорила, что маленькие светящиеся огоньки в траве – это насекомые, которых Коврижка так никогда и не смогла найти, чтобы рассмотреть поближе.

"Что же это такое?" Коврижка тихо повернула оконную ручку.

Во сне мы иногда совершаем такие смелые и рискованные поступки, на которые в обычной жизни ни за что не решились бы!

Коврижка вылезла на крышу и осторожно, на четвереньках, стала подбираться к светящемуся пятну. Она подползла совсем близко и увидела, что лежащий на самом краю крыши предмет излучает мерцающий зелёными искорками свет.

Осторожно дотронувшись до него, она поняла, что предмет не горячий. Взяв его в руку и стараясь не смотреть вниз, Коврижка стала пробираться обратно. Когда она заползла в окошко и упала на мягкий матрас, сердце её бешено колотилось.

"Ого! Это было смело! Жалко, никто не видел", – похвалила она себя. И тут же решила, что и хорошо, что никто не видел, потому что ей, несомненно, влетело бы.

Ветер наконец-то справился с упрямой тучей, и луна уже наполовину освободилась из тёмного плена. На чердаке стало светло, и Коврижка смогла рассмотреть свою находку.

Вот это да!

Предмет показался ей знакомым, только она никак не могла вспомнить, где же она его видела. И эти гладкие прохладные бока, и мягкое зеленоватое свечение крапинок в глубине… Какое-то смутное воспоминание зашевелилось у неё в голове.

Камень удобно лёг в её ладошки, и, приблизив его к лицу, она внимательно всмотрелась в стеклянный светящийся круг.

И вдруг глаза ослепил яркий луч, вырвавшийся из стеклянной окружности. От неожиданности Коврижка зажмурилась и вздрогнула, выронив фонарик на пол. Луч зелёным столбом высился до самой крыши.

– Это не чердак, а проходной двор какой-то, – вдруг услышала она голос откуда-то сверху. – Я не могу работать в такой обстановке!

– Кто это? – испуганно спросила Коврижка.

Она пристально посмотрела на освещённый лучом кусочек крыши, но, кроме паутины, ничего там не увидела.

– Кто, кто! Как будто, если я тебе скажу, то ты меня услышишь. Ну, Валера я, – ворчал голос. – И что дальше?

– Здравствуйте, Валера! Но где вы? Я вас не вижу.

Коврижка достала из угла старую табуретку и взобралась на неё, разглядывая крышу.

– Она назвала меня Валерой! – голос стал взволнованным. – Она что, меня понимает? Ой, я это слышу! Это мой голос! Я говорю! На человеческом языке!

– Да кто же вы?

Коврижка по-прежнему никого не видела, хотя голос звучал совсем рядом. Вдруг с потолка на паутинке быстро спустился большой паук с белым крестом на круглом упругом тельце и повис прямо у Коврижкиного носа.

– Это я! Я! Паук Валера! – орал голос прямо ей в ухо. – Я почему-то разговариваю. Но я не понимаю, как это?

Паук явно был в панике. Он перебирал пёстрыми лапками, все его многочисленные глаза были наполнены ужасом. Коврижка тоже смотрела на него со страхом.

"Ничего себе!" – подумала она.

А вслух сказала, стараясь успокоить нового знакомого:

– Вам совершенно нечего бояться.

– Да? А откуда вы знаете? – не унимался Валера. – Как это отразится на моём здоровье? Наукой изучено это явление?

Вдруг паутинка, на которой он висел, задёргалась, а сверху донёсся ещё один голос:

– Карау-у-у-ул! Я пропала, пропала, пропала! Какой уж-ж-жас! Я погибла, погибла, погибла!

Коврижка и Валера посмотрели вверх и увидели муху, которая запуталась в паутине.

– Извините, я на минуточку, – Валера начал подниматься к мухе, быстро перебирая лапками.

– Она тоже разговаривает… – задумчиво произнесла Коврижка. Валера остановился.

– А ведь и правда, – произнёс он. Но, задумавшись всего лишь на мгновение, решительно сказал: – Но я всё равно её съем. Это моя добыча! – и Валера быстро пополз к своей жертве.

И тут Коврижку осенило:

– Подождите! – закричала она. – Может быть, это из-за луча? Вот этот каменный фонарик. Он, наверное, волшебный. И поэтому вы можете разговаривать.

Она схватила фонарик в руки и попыталась найти лучом ещё какую-нибудь живую цель, чтобы проверить действие фонарика. Кроме паука и мухи, другой живности на чердаке не было.

Причём, когда луч мимоходом попадал на паука, Коврижка слышала обрывки его речи.

– Славка! Ты опять на чердаке? – раздался снизу громкий сердитый женский голос.

"Это же Бабаня!" – узнала голос Коврижка.

Она схватила фонарик, пытаясь найти хоть какую-нибудь кнопку.

"Как же тебя выключить-то?"

Коврижка сунула фонарик под матрас и затаилась. Тяжёлая крышка в полу чердака открылась, и из проёма показалась мальчишеская голова.

– Славка, давай, спускайся! Мама злится. Она зашла, а тебя нет в кровати. Сейчас тебе попадёт.

– Хорошо, Вов, сейчас иду, – неожиданно для себя ответила Коврижка.

И подумала: "Наверное, мне снится, что я – дядя Слава, только в детстве. Надо найти зеркало и посмотреть в него".

Крышка чердачного люка закрылась. Оглядевшись, Коврижка увидела в глубине чердака старый шкаф с большим запылённым зеркалом. Она подбежала к шкафу и рукавом очистила стекло от пыли.

Из зеркала на неё смотрело знакомое лицо взрослого и очень удивлённого дяди Славы.

"Вот это да!" – поразилась Коврижка. И помахала себе рукой. Дядя Слава из зеркала помахал ей в ответ.

Чудесный фонарик

Коврижка проснулась посреди ночи, потому что кто-то повизгивал и лизал ей лицо. Конечно же, это был Бобка.

– Бобка, ну ты что! Я же сплю!

Но пёс запрыгнул на кровать и даже тихонько тявкнул. Коврижка не понимала, что с ним творится.

– Тише ты, весь дом перебудишь! Ну, что с тобой? Что ты хочешь мне сказать? Я тебя не понимаю.

Бобка соскочил с кровати, подбежал к окну и, встав на задние лапы, передние поставил на подоконник. И зарычал. Коврижке стало страшно. Она даже хотела спрятаться с головой под одеяло и заплакать, но любопытство было сильнее.

Девочка включила ночник над кроватью, встала и подошла к окну. Замирая от страха, она отодвинула занавеску. И облегчённо вздохнула:

– Ты на это рычишь? Это же просто фонарик.

И тут Коврижка вспомнила сон, который ей только что приснился. Она схватила с подоконника фонарик, каменные бока которого, как и во сне, тускло светились маленькими искорками.

"Починился!" – обрадовалась она, и залезла с ногами на кровать.

Бобка недоверчиво обнюхивал светящийся камень, этот предмет ему явно не нравился. Коврижка взяла фонарик двумя ладошками и повернула к себе стеклянным кружком.

– Как же мне включить этот луч? – проговорила она вслух.

И, приблизив лицо к фонарику, внимательно всмотрелась в блестящий круг. Неожиданно в глаза ей ударил ярко-зелёный свет, такой же, как в недавнем сне.

– Ого! – изумлённо вскрикнула Коврижка. – Бобка, смотри, он работает! Он включился!

Она схватила фонарик с пола и стала водить лучом по комнате. Пятно света перемещалось по стенкам и мебели зелёным кружком.

– Он же волшебный! Бобка, я сейчас буду на тебя светить, и ты сможешь говорить.

Коврижка направила луч на собаку, но Бобка смотрел на неё непонимающим взглядом.

– Ну, что ты молчишь-то, скажи что-нибудь! Наверное, это был всего лишь сон, – вздохнула она печально.

– Она хочет, чтобы я что-то сказал? – вдруг произнёс Бобка и от неожиданности сам отпрыгнул в сторону, выскочив из луча.

– Ура! Получилось! – закричала Коврижка и снова направила фонарик на питомца. – Ну, чего ты так испугался?

Коврижка погладила пса по голове, но тот не шелохнулся. Он просто оцепенел, и смотрел на маленькую хозяйку огромными от ужаса глазами.

– Не бойся! Давай, поговори со мной, – попросила Коврижка.

– Я что, и правда, умею говорить? – не верил Бобка. – Это мой голос я слышу?

– Ну да, ничего такой голос, – рассмеялась Коврижка. – Это из-за фонарика. Я же говорю, он волшебный.

– Не нравится он мне, – сказал Бобка. – Он уже несколько дней светится, я пытался вам сказать. Но вы же никогда меня не…

Коврижка случайно отвела луч от пса, и не сразу поняла, почему он замолчал. Бобка посмотрел на неё, поднял брови и наклонил голову набок.

– Ах, да, – спохватилась Коврижка. – Прости!

И она снова направила луч на собаку.

– Ты не могла бы светить не в глаза, а на спину? Или на хвост, – попросил Бобка. – Я ведь и ослепнуть могу. У меня уже зелёные пятна в глазах.

Пёс оказался очень болтливым. Он рассказал Коврижке, как несколько дней назад он впервые заметил, что фонарик, который всё это время лежал на подоконнике в Коврижкиной комнате, светится в темноте. Он пытался обратить на это и папино, и мамино внимание. Крутился под ногами, пытался утащить маму за юбку на второй этаж, лаял на подоконник.

– Вы, люди, иногда такие непонятливые! – возмущался он. – Ну как я могу вас охранять, если не могу сообщить вам об опасности?

– Да теперь-то ты видишь, что он не опасный? А очень даже полезный. Я с его помощью теперь с кем угодно могу разговаривать.

Фонарик вдруг замерцал, и свет его стал очень медленно гаснуть.

– Ой, он выключается, – расстроилась Коврижка. – Бобочка, ну, поговори со мной ещё!

– Да я бы рад, – ответил Бобка уже очень тихим голосом, – но, видимо, волшебство заканчивается.

Последние слова он произнёс уже почти неслышно. Луч становился еле видным, прозрачным. И голос собаки постепенно затих.

– Ну, вот, – Коврижка погладила собаку по голове. – Как-то мало мы поболтали. Может, он отдохнёт и опять заработает.

Она выключила свет, забралась под одеяло и положила фонарик рядом с головой на подушку. Бобка лёг на пол около кровати. Видимо, на случай, если хозяйка опять захочет с ним поговорить с помощью этого странного предмета.

Стеклянный кружок фонарика ещё еле заметно светился. Постепенно он погас окончательно, и на подушке снова лежал обычный с виду серый камешек. Коврижка закрыла глаза и моментально уснула.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Дяди Славин праздник

В субботу был большой семейный праздник – дяде Славе исполнилось 35 лет!

Он хотел пригласить всех родственников в ресторан, но Бабаня даже обиделась:

– То есть ты считаешь, что в ресторане еда вкуснее, чем моя?

– Мамочка, я просто не хотел, чтобы ты опять целый день у плиты провела, – оправдывался дядя Слава.

– А с каких это пор ты у нас в богатеи заделался? – вступил в разговор дедушка. – Чтобы всех за свой счёт в ресторанах кормить! Нюра права. Отвезёшь её за продуктами, Маша и Марина приедут пораньше, накрошат салаты. Да и Наташа не откажется помочь по-соседски.

– А твоя девушка придёт? – хитро сощурилась Бабаня. Она уже много лет безуспешно пыталась женить сына.

– Нет, она в космос улетела, – отшутился дядя Слава. – Ты же знаешь, у меня нет девушки. Ладно, зову всех на субботу к нам.

Коврижка была так взбудоражена своим сном и чудесным разговором с Бобкой, что не могла думать ни о чём другом. Она положила фонарик на подоконник и каждые пять минут подбегала посмотреть, не начал ли он опять светиться. Мама чуть дар речи не потеряла от изумления, когда дочь сказала, что хочет остаться дома.

– Ты не хочешь поздравить дядю Славу с Днём Рождения? Что с тобой? – она даже потрогала дочкин лоб.

Коврижка подумала, что можно же взять фонарик с собой. Хоть он и тяжёленький. И тут же удивила маму ещё больше, спросив, нельзя ли взять с собой Бобку.

"Ладно, – подумала она, когда мама ей, конечно же, отказала. – Если фонарик снова заработает, сбегаю к Гошке и проверю его на Флоксике. Хотя, этот кот вряд ли такой же разговорчивый, как наш Бобка".