Коврижкины сны. Книга первая

– Мамочка, а тебе что-нибудь снилось? Расскажи теперь ты свой сон.

– Хм… – задумалась мама. – А знаешь, я не помню. Кажется, мне сегодня ничего не снилось. Я вчера так устала, и ночью очень крепко спала.

– Я тоже очень устала вчера, – сказала Коврижка. И немножко хвастливо добавила: – Но мне всегда снятся сны. Каждую ночь!

Это была правда. Хотя Коврижка была ещё маленькой девочкой, и не могла знать, что есть целая наука о снах. И учёные, которые изучают сновидения, говорят, что каждому человеку обязательно что-нибудь снится, когда он спит. Просто, проснувшись, мы не всегда помним свои сны.

Мама не читала научные журналы. Поэтому тоже этого не знала. И, хотя её очень удивил дочкин сон, она скоро забыла о нём. Взрослые вообще очень часто не замечают ни чудес, ни волшебства, которые то и дело происходят в нашей жизни.

Сегодня мама действительно не видела свой сон. Её сон видела Коврижка. В эту ночь случилось чудо! Коврижка стала единственной девочкой в мире, которая умела видеть чужие сны.

Необычный подарок

Поднявшись в свою комнату, Коврижка увидела на своём подоконнике незнакомый предмет. Это был большой, с ладошку, камешек-голыш. Вытянутый, с овальными боками и выпуклой спинкой. Коврижка взяла свою находку в руки и ощутила прохладу гладкой отполированной поверхности. Несмотря на тяжесть, камень было очень удобно держать в руке.

В его глубине Коврижка заметила зеленоватые искорки. Она перевернула камень и увидела на его плоском брюшке стеклянный кружок, размером с кукольное блюдце. Стёклышко было необычное, молочно-белое, с перламутровыми переливами.

"Интересно, что это за штуковина? – рассматривала она со всех сторон каменную диковинку. – Надо показать маме".

– А я узнаю эту штуковину! – воскликнула мама. – Это так называемый фонарик, с которым в детстве не расставался твой любимый дядя Слава. Вернее, это он называл эту штуку фонариком. Лично я никогда не видела, чтобы ЭТО светилось.

– А как он включается?

Коврижка вертела странный фонарик в руках, но никакой кнопки видно не было.

– А никак, – мама подержала предмет на ладони. – Тяжёлый какой! Я не понимаю, зачем делать фонарик из камня? Его даже разобрать нельзя, чтобы починить. Поверь мне, это не фонарик.

И мама протянула предмет обратно.

– А Славка всё время с ним таскался. А теперь, наверное, решил подарить эту штуку тебе, – мама недовольно покачала головой: – Но, конечно же, как обычно, забыл об этом сообщить. Позвоню-ка я ему. А ты иди гулять, только за забор не выходи. Я тебе сейчас Федяша вынесу.

Коврижка направилась к двери. Но ей так хотелось знать, о чём мама будет говорить с дядей Славой, что она решилась на один очень нехороший поступок. А именно – подслушать.

"Ну, я же не виновата, что у меня шнурки развязались", – сама себя обманула она и, быстро присев, развязала шнурки на своих кроссовках.

– Славка, привет! Можешь говорить? – услышала она из кухни. – Ты добрался до работы? Ага. Молодец. А расскажи-ка мне, зачем ты Коврижке эту штуку подарил?

Коврижка успела сунуть "эту штуку" в карман куртки, и теперь чувствовала её тяжесть.

– Я не об этом подарке. Этот шикарный, спасибо! Ты зачем ей свой булыжник подсунул? Который ты фонариком называл? Да, это точно он. Ты его всё детство из рук не выпускал, неужели я его не узнаю!

Мамин голос звучал сердито. Но потом она надолго замолчала, видимо, слушая ответ дяди Славы. После чего её голос был уже не таким уверенным:

– Да? Ну, и чего ты так разволновался? Можешь забрать его обратно, если не дарил. Приезжай, хоть сегодня. Я вспомнила бабушкин рецепт, коврижку пеку.

Видимо, дяде Славе было не до коврижек, потому что следом послышался лёгкий стук – мама положила телефон на стол и хмыкнула:

– Все такие нервные! – и стала напевать какую-то песенку, одевая Федяша для прогулки. Коврижка тихонько выскользнула за дверь.

Страсти вокруг фонарика

Через несколько минут мама вынесла коляску с Федяшем, и Коврижка покатила её по дорожке. Как обычно, на свежем воздухе малыш быстро уснул.

Коврижка дошла до самой калитки, оглянулась и посмотрела на дом. Вспомнив, что совсем скоро они отсюда переедут, она загрустила. Дом был такой родной! Он как будто смотрел на неё своими окнами, и Коврижке даже показалось, что дом тяжело вздохнул, читая её мысли. Но это был только ветер над крышей.

Вечером приехал дядя Слава за своим фонариком. Обычно весёлый, сейчас он был очень взволнован, и даже напуган. Его давно не стриженые волосы торчали во все стороны. Он поминутно поправлял очки на носу, что было известным признаком того, что он нервничает.

– Господи, да что с этим фонариком не так? – не понимала мама. – Радиоактивный он, что ли?

– А что такое радиктивный, мама? – спросила Коврижка. Но взрослые её не слышали.

– Я не знаю, как он здесь оказался! – горячился дядя Слава. – Прости, Коврижка! Ты же знаешь, мне для тебя ничего не жалко, – он как ненормальный бегал по кухне. – Но, Маша! Я не дарил ей этот предмет! Она для него ещё маленькая.

– Я не маленькая! – обиделась Коврижка. – У меня уже есть фонарик. И я умею с ним обращаться.

Дядя Слава ещё долго извинялся, потом сунул свою каменную штуковину в карман и уехал.

– Даже коврижку мою не доел, – обиделась мама. – Хотя, она действительно получилась не очень. Надо ещё потренироваться.

За ужином мама рассказала историю с фонариком папе. Она никак не могла понять поведение своего взрослого брата. Папа, как обычно, был очень рассудителен.

– Ну, во-первых, этот предмет ему явно дорог. Как память, может быть. О чём-нибудь или о ком-нибудь. Мы же не знаем!

Он уже переоделся в домашнюю одежду, но даже в кругу семьи всегда вёл себя так, как будто на нём был костюм и галстук.

– А во-вторых, может быть, он на солнечных батареях. Как наши фонари в саду. Заряжаются днём от солнца, а ночью светятся. У них тоже нет кнопок.

– Ну, не знаю, – с сомнением сказала мама. – Всё это очень странно. Когда речь заходит об этом фонарике, Славка всегда с ума сходит.

Постепенно вся семья разбрелась по комнатам. И вскоре все уснули в своих кроватях. Дом наполнился тишиной, и только самые смелые сверчки, не испугавшись первой осенней ночной прохлады, стрекотали под окнами свои грустные песенки. Они пели о том, что закончилось лето, что скоро выпадет снег, что вся природа готовится к зиме.

Коврижке в эту ночь спалось спокойно и сладко. А утром, когда она проснулась, на её подоконнике снова лежал, тускло поблёскивая каменными боками, маленький дядин фонарик.

Взрослый разговор

Спросонья Коврижка даже не успела удивиться тому, что предмет, из-за которого вчера было столько разговоров, опять каким-то образом оказался у неё в комнате.

Она вскочила с кровати, схватила его двумя руками и опять юркнула под одеяло. Положив дяди Славино сокровище на подушку, она осторожно постучала пальчиком по белому кругляшу. Обычный стеклянный звук.

Несмотря на то, что Коврижка совершенно не представляла, что ей делать с этим предметом, он почему-то ей очень нравился.

"Если это фонарик, то как он работает? – размышляла она. – Надо расспросить дядю Славу поподробнее".

Она еле успела спрятать его под подушку, когда в комнату с телефоном в руках вошла мама.

– Доброе утро! Твой любимый дядя Слава звонит. Говорит, что у него к тебе взрослый разговор. Всё у вас секреты какие-то!

Передав телефон дочери, она вышла из комнаты.

– Коврижка, доброе утро! – голос у дяди Славы был взволнованным.

– Привет, дядя Слава! – воскликнула Коврижка. – Как хорошо, что ты мне позвонил! Мне нужно у тебя кое-что спросить.

– Подожди. Сначала скажи: мой фонарик у тебя?

– Да! Вот он, под подушкой. А когда ты его обратно привёз? Ночью?

– Нет, малыш, – грустно вздохнул дядя Слава. И пробормотал: – Этого-то я и боялся. А ты маме сказала, что он опять у тебя?

– Нет, я не успела. Я ещё лежу в кровати.

Коврижка даже забыла, о чём хотела спросить дядю Славу, потому что голос у него был очень расстроенным.

– Когда-нибудь, когда ты вырастешь, я расскажу тебе об этом фонарике. А пока спрячь его подальше, пожалуйста. И никому не показывай. Пусть это будет наш с тобой секрет. Я же могу тебе доверять?

– Конечно! Я же уже взрослая! Так он теперь мой? – обрадовалась Коврижка.

– Похоже, да! – со вздохом сказал дядя Слава. – Кажется, он сам тебя выбрал.

И, не успела Коврижка задать дяде Славе все свои многочисленные вопросы, как он сказал, что ему пора работать и попрощался.

Коврижка недолго радовалась подарку. Она так и не придумала, как с ним играть. Вертела его в руках и так, и этак. Ничего в голову не приходило. И неработающий фонарик быстро ей наскучил. Она положила его обратно на подоконник и за весь день ни разу о нём больше не вспомнила.

Так и лежал этот странный камешек за занавеской, всеми забытый, никому не нужный. Но мы-то знаем, что даже самый волшебный предмет может казаться совершенно обычным, пока не случится что-то особенное.

А этот фонарик, конечно же, был волшебным. Не так уж и много было нужно, чтобы он смог проявить свою силу. Он просто ждал своего часа. И однажды этот час настал!

ГЛАВА ВТОРАЯ

Птичка в клетке

Вот уже целый год дважды в неделю к Коврижке приходила учительница. Елена Борисовна тоже жила в посёлке Корнеево, её дом был на соседней улице. Всю жизнь проработала она в начальной школе, и была очень рада, что даже на пенсии у неё есть ученица.

Уроки очень нравились Коврижке. Сначала Елена Борисовна учила её считать, писать буквы, рисовать. Потом задания становились сложнее. То по картинке сказку придумать, то сосчитать лампочки во всём доме.

Маленькая ученица хорошо справлялась, и учительница часто её хвалила. Больше всего Коврижке нравилось раскрашивать и обводить по контуру. В небольшой комнате на первом этаже, которая раньше была Коврижкиной, стоял детский письменный стол. Здесь и проходили уроки.

Коврижка сразу заявила, что уступает свою комнату братику, как только он родился!

– Ты очень добрая девочка, – похвалил её папа. – Но Федяш пока будет жить в нашей спальне, потому что он ещё совсем маленький.

Если честно, дело было не в доброте. Коврижка давно мечтала перебраться в комнату на втором этаже! С круглым окошком, с бревенчатыми стенами, и очень низким потолком.

– Она же как раз для ребёнка, – убеждала она родителей. – Взрослым тут тесно. Дядя Володя, например, там вообще не поместился бы.

Это правда, мамин старший брат был худым и длинным. Его жена Марина и сын Саша тоже были очень высокими. Их троица всегда выделялась на семейных сборищах, и выглядела как "гости со стороны дедушки", который сам был под два метра ростом.

А вот мама и дядя Слава были больше похожи на Коврижкину бабушку Аню, или, как все её называли, Бабаню, которая на целую голову была ниже дедушки.

Раньше наверху никто не жил, там был большой чердак, и Коврижка боялась туда подниматься. Но когда чердак облагородили, из него получилась большая комната для гостей и две кладовки.

И Коврижка так полюбила второй этаж, что пропадала там целыми днями! Постепенно туда переехали все её игрушки, и вниз она спускалась только поесть и поспать.

Когда родился Федяш, Коврижка не отставала от родителей несколько месяцев!

– Смотрите, как быстро он растёт! Для него точно нужна детская рядом с вашей спальней.

И весной ей наконец-то разрешили перебраться в заветную комнату. Девочка была на седьмом небе от счастья!

Крашеные стены, новенькая детская мебель, красивые занавески… Только круглое окошко напоминало, что здесь когда-то был чердак.

А чтобы, не дай бог, новой обитательнице не пришло в голову вылезать на крышу, на окошко поставили узорчатую железную решётку.

– Всё, моя птичечка! – смеялась мама. – Теперь ты в клетке. Сама хотела здесь жить.

И вот тебе на! Неужели придётся попрощаться с родным домом и любимой комнатой навсегда?

Ох, уж эта школа!

– Елена Борисовна! – на одном из занятий решилась на разговор Коврижка. – А детям обязательно ходить в школу? Разве вы не можете меня и дальше учить?

– Ну, что ты! Тут и сравнивать нечего, – решительно ответила учительница. – Тебе очень понравится в школе! Ведь, кроме уроков, там много всего интересного. А ребята! Тут ты одна, а там у тебя будет целый класс друзей.

Коврижке, конечно, очень хотелось, чтобы у неё появились друзья! В посёлке у неё были две подружки – сёстры Вика и Лика Крыловы. Вике тоже было шесть лет. А Лике – четыре. Девочки встречались на детской площадке, а иногда ходили друг к другу в гости. Но Вика слишком любила командовать, и Коврижка не очень любила с ней играть.

– Так, ну, мы отвлеклись, – встряхнулась Елена Борисовна. С тех пор, как она вышла на пенсию, при воспоминании о школе ей всегда становилось немного грустно. – Какое у нас сегодня последнее занятие?

В их домашней школе было заведено, что последний урок выбирает ученица.

– А бывает наука о Луне? – спросила Коврижка.

– Луну, как и другие небесные тела, изучает наука астрономия, – ответила Елена Борисовна. – Что бы ты хотела узнать? Задай вопрос.

Коврижка задумалась. Елена Борисовна учила её формулировать свои мысли правильно. Коврижка это не очень любила.

– Ну-у-у… Наприме-е-е-ер… – тянула она время, пока придумывала вопрос. – Почему луна такая разная? То круглая, то… тоненькая.

Теперь задумалась Елена Борисовна. Но не потому что не знала ответ.

– Так… Для этого урока мне понадобятся некоторые предметы. Вот эта лампа будет Солнцем. У тебя есть мячик?

У Коврижки загорелись глаза. Она очень любила такие уроки с необычными предметами! Быстро отыскав мячик в ящике с игрушками, она протянула его учительнице.

– Это будет наша планета.

– Земля! – почти выкрикнула Коврижка. У неё от возбуждения голос всегда становился очень громким.

– Правильно, молодец, только не кричи, – улыбнулась Елена Борисовна. – Теперь нужна Луна. Принеси мне, пожалуйста, апельсин из кухни. Если найдётся, конечно.

Коврижка помчалась на кухню за апельсином, и Елена Борисовна поняла, что её ученица засиделась, и последний урок должен быть уже очень коротким.

Но много времени и не понадобилось. Коврижка быстро поняла, почему Луна на небе то видна полностью, то не видна совсем. И правильно ответила на все проверочные вопросы учительницы про полнолуние и новолуние.

– Молодец! Сегодня я могу смело поставить тебе пятёрку.

– Ура-а-а-а! – закричала Коврижка и помчалась в гостиную. – Мама! Я получила пятёрку по луноведению!

В гостях у первоклассника

Самым лучшим Коврижкиным другом всё же был Гошка. Виделись они редко, в Корнеево тётя Наташа привозила сына только по большим праздникам. Но когда Коврижка гостила в городе у дедушки с бабушкой, Гошка всегда заходил к ним в гости, потому что его квартира была в этом же подъезде, этажом выше.

Вот и сегодня, после занятия с Еленой Борисовной, мама должна была отвезти Коврижку в Таминск на все выходные. Тем более что в субботу был Гошкин День Рождения. И тётя Наташа обещала отвести их в Парк активного отдыха в Торговом центре.

Дяди Славы дома не было, он был в командировке. Бабушка с дедушкой соскучились по внучке, которую не видели почти месяц, с её Дня Рождения. Да и внука потискать они тоже очень хотели. А пока Федяш получал первую порцию бабушкиной и дедушкиной любви, мама отвела Коврижку в Гошкину квартиру. Дверь открыла тётя Наташа.

– Уже приехали? Ну, проходите, проходите. Го-ша-а! – громко позвала она. Коврижка даже вздрогнула. Конечно же, тётя Наташа была чемпионом по громкости!

Гостям показали обновлённую комнату первоклассника, с красивым письменным столом у окна, с полками, с настольной лампой.

– Вот, теперь всё серьёзно, – весело комментировала экскурсию тётя Наташа. И потом, наклонившись к маме, тихо добавила: – Маш, если честно, это кошмар! Мы ничего не успеваем. Он спит на ходу. В наше время учиться было проще.

Гошкина и Коврижкина мамы когда-то учились в одной школе, и с тех пор дружили. Даже в институт хотели поступать в один и тот же, чтобы не расставаться. Коврижка сто раз слышала историю их дружбы.

– Но потом я подумала: ну вот, нарожаем мы с Машкой детей, а как их воспитывать? – обычно шутила тётя Наташа. – Вот я и пошла учиться на воспитателя детского сада. А Машка в свой заумный институт поступила. Надо было тоже на воспитателя учиться. У тебя же скоро целый детский сад на дому будет! Рожаешь одного за другим!

– Ну, раз в пять лет – это не одного за другим! – возражала мама. – Но можешь приводить в наш домашний детский сад своего Гошку. Пока работаешь парикмахером со своим педагогическим дипломом!

Они часто подшучивали друг над другом, но никогда не обижались.

Мама боялась, что Федяш без неё раскапризничается, и тётя Наташа пошла её провожать в прихожую, оставив детей в комнате общаться.

– Мы вас позовём, когда ужин будет готов, хорошо? – чмокнула мама подругу в щёку.

– Ура! Значит, мне сегодня готовить не надо, – облегчённо вздохнула тётя Наташа.

Гошка после долгого перерыва, как обычно, стеснялся. И сидел на диване молча, угрюмо ковыряя обивку. В их комнату ненадолго заглянул кот Флокс, как бы проверяя, хорошо ли дети себя ведут. Он постоял в дверях, угрюмо глядя на них. На его морде было написано: "Я слежу за вами!"

– Как школа? – начала разговор Коврижка.

– Нормально, – буркнул Гошка. Разговор явно не клеился.

"Ну вот, может, и Гошка теперь не хочет со мной дружить!" – печально подумала Коврижка. И спросила:

– У тебя там много друзей?

– Нет, – скупо ответил Гошка.

И опять замолчал. Коврижка задумалась. А потом вдруг выпалила:

– А хочешь, я расскажу тебе тот секрет, помнишь?

– Ну, – немного заинтересовался Гошка.

– В общем, мы скоро переезжаем в город! А дом продаём!

– Да ты что?! – вдруг раздался изумлённый голос тёти Наташи. Она стояла в дверях, дети не заметили, как она вошла. – Ты серьёзно? А чего же Маша мне не сказала?

– Это… секрет, – Коврижка не ожидала, что её услышат. – Я по секрету…

– Ну, дела! – воскликнула тётя Наташа и вышла.

– Теперь она всем разболтает твой секрет, – почему-то зло произнёс Гошка. Коврижка очень старалась не расплакаться.

Секрет, который больше не секрет

Гошку эта ситуация немного растормошила, и он начал деловито развлекать свою расстроенную гостью. Показал ей содержимое портфеля, тетради и учебники, раскрыл дневник, где красными чернилами было что-то написано. Коврижка умела читать только печатные буквы.

– Здесь написано "Молодец!", – гордо сказал Гошка. – Это Ксения Викторовна написала, наша учительница. Оценки нам пока не ставят.

Всё это Гошкино богатство так понравилось Коврижке, что ей даже захотелось в школу! Больше всего ей понравился пенал. У неё тоже были разноцветные карандаши и фломастеры. Но они стояли в стаканчике на столе, а в Гошкином пенале для каждого карандаша было своё место. Они сверкали ровными рядами, прижатые тугими резиночками. А ещё там были маленькие ножнички, линейка, точилка и стирательная резинка.

Коврижка, как заворожённая, смотрела на своего друга, который из простого мальчишки вдруг превратился в школьника. Они как раз листали учебник "Окружающий мир" с яркими картинками, когда снова вошла тётя Наташа.

– Нас на ужин зовут. Хватит грызть гранит науки. Пойдёмте, погрызём какой-нибудь еды. Бабушка твоя там, наверное, наготовила всякой вкуснятины.

Бабаня действительно приготовила много вкусного, соскучившись по внукам и дочери. Коврижка так проголодалась от школьных впечатлений, что ела даже быстрее Гошки.

И тут произошло нечто ужасное.

– Маш, а это правда, что вы дом продаёте? – вдруг спросила тётя Наташа.

За столом моментально установилась мёртвая тишина. Мама молчала, глядя в свою тарелку.

– Я же тебе говорил, – шепнул Гошка Коврижке. – Разболтала!

– Как это – продаёте? – внимательно посмотрел на дочь дедушка. – Зачем?

– Пап, ничего ещё не решено… – неуверенно заговорила мама.

– Ой! – испуганно произнесла тётя Наташа. – А я думала, все знают…

– А ничего и не может быть решено! – загрохотал дедушкин голос. – Вы меня спросили? А Вовку со Славкой? Это и их дом тоже!

– Миша, успокойся, – зашептала Бабаня. – Тебе вредно так волноваться. И юридически дом вообще-то Машин.

Но дедушку было уже не остановить.

– Ах, юридически? Мы теперь в семье будем такими словами разговаривать? А я давно подозревал! Что-то вы там всё крутите, молчите.

И вдруг сердито стукнул кулаком по столу:

– Не дам продать дом! Я в нём вырос! Мы с мамой в нём войну пережили!

– Папа, тише, детей напугаешь, – в ответ повысила голос мама. Дети действительно притихли и перестали есть. – Чего ты раскричался? Думаешь, нам так хочется его продавать? Я тоже люблю этот дом! Но Коврижке в школу на будущий год. Я, что ли, её возить буду? С Федяшем подмышкой?

Тётя Наташа шепнула детям, чтобы они шли в комнату играть. Ей было очень стыдно, что она стала причиной ссоры.

Но Коврижке было не до игр. Она доплелась до комнаты и плюхнулась на диван с широко раскрытыми от ужаса глазами.

– Это я во всем виновата! – со слезами в голосе проговорила она. – Не надо было тебе этот секрет рассказывать.

– Да я-то тут причём? – возмутился Гошка. – Да и подумаешь – секрет! Я-то думал, там что-то важное.

Он разгорячился, в голосе звучала обида.

– Ну, продадут они дом. И что? Переедешь в город, пойдёшь в мою школу. Я буду тебе помогать уроки делать.

– Ничего-то ты не понимаешь! – и, не в силах больше сдерживаться, Коврижка разревелась.

Тут за Гошкой пришла тётя Наташа, которая решила сбежать от чужого семейного скандала. Но она не могла увести сына домой, не успокоив Коврижку.

– Они там почти и не ругаются уже. Решили, что соберутся в следующие выходные всей семьёй, тогда и решат, что делать. Видишь, даже и хорошо всё получилось.

Что именно получилось хорошо, Коврижка не поняла. Мама с Федяшем скоро уехали домой, а бабушка с дедушкой, уложив Коврижку спать, ещё долго спорили на кухне приглушёнными голосами.

Ночное видение

От пережитых волнений Коврижка не сразу смогла уснуть. Она ворочалась, ей было никак не улечься поудобнее. Она уже много раз ночевала у бабушки с дедушкой. Но сегодня всё ей мешало – и звуки их голосов с кухни, и шум машин за окном, и яркий свет луны, светившей прямо на её подушку.

Она посмотрела на шкаф, на котором лежала большая коробка с подарком для Гоши. Интересно, ему понравится?

Наконец Коврижка задремала. Как вдруг услышала громкий голос тёти Наташи, которая, видимо, разговаривала по телефону:

– А мне не с кем его оставить! Это у вас по сто бабушек и дедушек. А я одна его воспитываю.

"Откуда она здесь?" – подумала Коврижка. И решила тихонько посмотреть, что там творится за дверью. Она слезла с кровати и вышла в коридор. И тут же поняла, что это другой коридор. Другая квартира. Гошкина!

"Меня, наверное, перенесли сюда, пока я спала, – догадалась Коврижка. – Но зачем это?"

Она остановилась напротив большого зеркала в коридоре и вдруг увидела в отражении не себя, а Гошку! В пижаме с тракторами и непривычно растрёпанного.

С той ночи, когда Коврижке приснился мамин сон, прошёл почти месяц. Но Коврижка сразу догадалась, что ей снится похожий сон, только теперь про Гошку.

"Интересненько, – подумала она. – Что же мне делать дальше?"

– Сынок, я тебя разбудила, прости, – вдруг раздалось за спиной. Коврижка не заметила, как тётя Наташа подошла.

– Я не спал, – сказала Коврижка Гошкиным голосом.

Странно, она совсем не придумывала, что ей говорить. Голос сам произносил слова. Она как бы видела всё Гошкиными глазами. Как будто фильм смотрела.

– Мамуля, а мы пойдём завтра в Зоопарк? – Гошкин голос звучал очень просяще.

– Ну вот, опять двадцать пять! – воскликнула тётя Наташа. – Мы уже сто раз это обсуждали. Я не поведу тебя в Зоопарк. Там бедные животные сидят в клетках. Вместо того чтобы жить в лесу. Я против зоопарков!

– Но ведь завтра мой День Рождения! – Коврижка почувствовала, что сейчас заплачет.

"Это мои слёзы? Или Гошкины? – подумала она. – Наверное, он никогда не плачет, он же мальчик! Значит, мои".

И она с чистой совестью совершенно по-девчачьи разревелась.

– Ну вот, начался всемирный потоп, – рассердилась тётя Наташа. – Тебе уже почти семь, а ты всё рыдаешь, как маленький. Давай-ка спать, горе моё! Завтра сходим в Парк развлечений утром. Вечером мне на работу надо. Побудешь у соседей. Я договорилась.