Словно открытая книга. Внутренние монологи

Не удержавшись от колкости, заговорила первая.

– Макар Андреевич, добрый день! Какая честь, – с иронией произнесла, слегка приподняв бровь. – Неужели что-то случилось? Или просто решили проверить, как я работаю?

Назаров, окинул взглядом мой кабинет, потом остановился на мне и вошёл.

– У тебя телефон в абоненте. Ульяна попросила сходить за тобой.

– И вы пошли? – тихо пробормотала себе под нос.

Назаров, похоже, не обратил внимания на мой сарказм. Он подошёл ближе к столу, его лицо стало более серьёзным.

– Да, пошёл. Ульяна сказала, что ты не отвечаешь на звонки, поэтому решил убедиться, что с тобой всё в порядке, – произнёс он, слегка нахмурив брови.

Я попыталась скрыть своё удивление, которое явно читалось на моём лице.

– Всё в порядке, Макар Андреевич. Просто работаю. Занятая женщина, знаете ли, – ответила я, стараясь звучать уверенно.

Он скрестил руки на груди и посмотрел на меня с лёгким недоверием.

– Ты знаешь, что я здесь не только из-за Ульяны?

– Что? Я знаю? – неожиданно для себя отреагировала эмоционально, при этом прижав свою правую руку к груди.

– Да. Мне нужно обсудить кое-что важное.

Почувствовала, как в воздухе повисло напряжение. Назаров, казалось, собирался сказать что-то значительное, и это меня настораживало. Поставила кружку и внимательно посмотрела на него.

– Что именно вы хотите обсудить? – старалась сохранить спокойствие в голосе.

Назаров сделал шаг ближе, его выражение лица стало более сосредоточенным.

– Хотел… – опять он замялся. – Я хотел и…

Его монолог прервал стук в дверь.

Я вздохнула с облегчением, но одновременно и с раздражением. Этот момент ожидания, когда Назаров собирался что-то сказать, казался бесконечным. Не могла не заметить, как его лицо изменилось, когда он услышал стук.

– Входите, – произнесла я, стараясь вернуть себе контроль над ситуацией.

Дверь открылась, и в кабинет вошла Ульяна, её лицо было озабоченным.

– Извини, что прерываю, но мы вас ждём, вообще то. – сказала она, быстро оглядевшись на Назарова и затем вернувшись ко мне.

Тот слегка отступил назад, но не покидал помещение. Почувствовала, как напряжение в воздухе снова нарастает.

– Да, конечно, Ульяна. Сейчас буду, – ответила я, бросив взгляд на Назарова. – Макар Андреевич, полагаю, наш разговор придется закончить.

Он кивнул, не отрывая взгляда от Ульяны, и произнес:

– Да, конечно.

Акимова, явно ощущая неловкость ситуации, коротко кивнула и вышла из кабинета. Назаров задержался на пороге, словно раздумывая, стоит ли что-то добавить, но затем, махнув рукой, последовал за Ульяной.

Оставшись одна, я почувствовала облегчение, смешанное с раздражением. Что же такого важного хотел мне сказать Назаров? И почему он так замялся? Неужели это связано с чем-то личным? Отбросив эти мысли, решила не тратить время на догадки и сосредоточиться на текущих задачах. Подхватив блокнот и ручку, направилась к выходу, чтобы присоединиться к коллегам.

Глава 8

15:40. 16 октября, среда.

Войдя в переговорную, увидела, что все уже собраны. Ребята активно обсуждали детали.

Ульяна и Макар заняли свои места, разложили папки перед собой. Даниил вставил флешку в компьютер и вывел видео на экран телевизора.

Внимательно просматривая кадры, заметили курьера, идущего по тротуару. Он нёс на спине синий квадратный рюкзак, принадлежавший его организации. Его взгляд был пустой, но он знал куда идёт. Далее кадры сменялись быстро, демонстрируя лабиринт узких проходов и арок.

Даниил увеличил изображение, и теперь можно рассмотреть номер дома, к которому направлялся курьер. Это был неприметный подъезд без вывески, типичный для старого центра города.

– И вот тут начинается самое захватывающее, – начал рассказывать Ярослав, его голос наполнился азартом. – Мы выяснили, откуда курьер вышел с посылкой. – он указал на экран, его пальцы едва касались поверхности, так он был поглощен своим рассказом. – Прямо напротив этого дома висела камера, установленная дедушкой. С его слов, он всегда ругался на детей, которые пакостили у него под окнами, и решил записать их шалости, чтобы показать родителям. – Ярослав улыбнулся, его глаза блестели от восторга. – Сначала мы подумали, что он какой-то извращенец, и решили разобраться в ситуации. Затем в процессе допроса я решил уточнить, не записывал ли он пару дней назад. И та-дам – мы нашли то, что искали! – на экране появился кадр, который стал настоящей находкой. Ярослав прижал руки к груди, как будто сам стал частью этого открытия. – Вот что вы сейчас видите! – произнес он с гордостью, будто это было его личное достижение.

На экране – курьер скрылся в подъезде.

Напряжение в комнате росло. Все взгляды были прикованы к экрану. Ярослав, казалось, купался в лучах всеобщего внимания, с удовольствием наблюдая за реакцией команды.

– Теперь самое главное, – продолжал он, понизив голос, – спустя ровно двадцать минут он вышел обратно. В руках у него была точно такая же коробка, которую он принёс в следственный отдел с фотографиями с мест преступления.

– А почему они её не убрали в рюкзак? Он должен был влезть. – поинтересовалась Ульяна.

Ярослав пожал плечами, разводя руками в стороны.

– Вот этого мы не знаем, Ульяна. Зачем ему понадобилось нести её в руках – загадка. Может, что-то сломалось в рюкзаке, может, просто поленились. Сути дела это не меняет. – он сделал паузу, обводя взглядом лица коллег. – Самое важное – у нас есть изображение, подтверждающее, что он получил её именно в этом подьезде.

Макар, до этого молча наблюдавший за происходящим, подал голос:

– Нужно установить, кто находится в этой квартире.

– Уже.. – ответил Ярослав. – Всё по порядку. Наберитесь терпения.

Наступило неловкое молчание, прерываемое лишь щелчками клавиш компьютера Даниила.

Ярослав вновь привлек к себе внимание, откашлявшись:

– Даня, давай на самое интересное.

Он кивнул, уже прокручивая видео вперёд, чтобы вновь зафиксировать вход в подъезд.

И на экране появились два силуэта, быстро удаляющийся от подъезда к подъехавшей машине.

Даниил остановил запись, приблизив изображение настолько, насколько позволяла оптика. На экране застыли два лица – мужское и женское. Мужчина одет в темную куртку и надвинутую на глаза кепку, женщина – в светлое пальто и шарф, закрывающий половину лица. Несмотря на это, распознать лицо не получилось.

– Запомнили их? Смотрим дальше.

А дальше через пять минут выходит ещё один мужчина и садиться к ним в машину. Одетый в чёрный плащ и так же кепка скрывает лицо.

Макар нахмурился, пытаясь уловить хоть какую-то зацепку, какую-то деталь, которая помогла бы идентифицировать этих людей.

Даниил переключил видео, демонстрируя автомобиль.

– Итак. Продолжим. Номер не было видно и тип машины тоже не удалось установить – слишком распространённая модель. Заполучив копии видео, мы направились в тот подъезд. Естественно номер квартиры и этаж мы знаем, но нужно что-то делать.

– Ярик, подожди, – прервала его Ульяна и наклонила голову, изучая экран с записями. – Мы видим, как они вышли, но как они зашли – этого нет.

Ярослав замер, его энтузиазм на мгновение угас. Он с трудом перевел взгляд с экрана на Ульяну, его лицо стало чуть более серьезным.

– Да, к сожалению, в этот момент камера дедушки не записывала, – произнес он с легким оттенком разочарования.

Ульяна нахмурила брови, её губы слегка сжались в тонкую линию. Я почувствовала, как напряжение нарастает в воздухе.

А Ярослав воспользовавшись моментом, сделал драматическую паузу, выдержав её достаточно долго, чтобы в кабинете повисла тишина. Он знает, как создать напряжение, как подвести нас к самому интересному моменту.

– Но там нас ждал сюрприз, – загадочно произнес он.

– Ярик. Не тяни кота за одно место. – не выдержал Макар.

– Бабули. – широко улыбнулся он.

– Что?

– Бабули, они кладезь информации. – повторил тот. – Бабули у подъезда! Целых три штуки. Они сидели на лавочке, словно сторожевые псы, бдительно наблюдая за всем, что происходило вокруг.

Ярослав снова замолчал и оглядел всех, но остановившись на серьёзном взгляде Макара, продолжил:

– Оказалось, бабушки видели этих четверых. В начале двоих, которые заходили, Описали их довольно подробно: мужчина в кепке, скорее всего, приезжий, как и женщина – в светлом пальто, третий – наш курьер, а четвёртый жилец одной из этого подъезда.

– Точнее бывший. – поправил Даниил. – Они еще упомянули, что в этой квартире постоянно меняются жильцы. То одни, то другие. Никто там долго не задерживается. Бабушки даже прозвали ее "проходным двором".

– Верно. Спасибо Дань.

– А откуда ты знаешь, что это грабители банка?– не удержавшись, решила узнать и я. – Это бабушки на лавочке сидят? Верно?

Ярослав согласно кивнул и продолжил:

– Хороший вопрос, – он облокотился на стол, скрестив руки. – И да, верно! Мы сначала показали фотографии нашего курьера. Они стали бурно обсуждать, спорить и доказывать что-то друг другу. По итогу пришли к выводу – этот парень вышел из пятьдесят шестой квартиры. Баба Нюра, вспомнила, что видела как наш курьер заходил в ту дверь, когда выпускала своего кота в подъезд. Даже не пришлось делать поквартирный обход. – хлопнул ладошкой по столу.

– Верно. – перевёл разговор на себя Даниил. – Они отметили, что квартиросъёмщик был привлекательным, скромным и приветливым, и прожил там не долго. Внешне, высокий, темноволосый, но не факт, он часто носил головной убор и изюминка его глаза, они немного узкие. По их словам, в последнее время он стал появляться редко. А сегодня рано утром парень уехал на машине с чемоданом, а некий гражданин его ожидал у подъезда. Описать не смогли. Стандартная внешность водителя. Но парень был молодой. Решили проверить, есть ли кто в квартире, но она оказалась пустой, двери никто нам не открыл. Ордера нет и так быстро не возьмём. Вышли обратно на улицу.

– Какая находка – эти бабушки! У меня тоже есть такая. Надо бы на выходных к ней заехать, – сказал Даниил, искренне улыбаясь. У него действительно красивая и приятная улыбка.

– Мы также связались с хозяйкой квартиры, Журавель Антониной Павловной, номер дали те же дамы, – продолжил Ярослав. – К сожалению, она уехала за границу три месяца назад, а за арендой квартиры следил её брат. Она прислала фото паспорта, договора и номер арендатора Петрова Василия Андреевича.

В этот момент на экране высветился снимок. На нём кудрявый блондин, с большими глазами.

– Подожди. – остановила я их. – Разве он не тёмноволосый и узкие глаза?

Ярослав усмехнулся:

– Умница. Внимательно слушала! Вот и я о том же. На фото – типичный славянин, блондин с голубыми глазами. Бабушки, конечно, кладезь информации, но их показания нужно проверять и перепроверять. Петров Василий Андреевич, 1990 года рождения. Паспорт, как выяснилось, числится в утерянных с прошлого года. То есть, уже тогда он использовал фальшивые документы.

– А про хозяйку что? – снова вступил в диалог Макар.

– С ним она разговаривала вчера вечером и он сообщил, что съезжает по личным обстоятельствам. Хозяйка не стала противиться, так как он внёс остаток суммы сразу же. Причём сумма была больше, чем требовалось. Утром младший брат, Шуберт Станислав Павлович, заехал, забрал ключи у бабушки Иванны, которая не сидела в те дни на лавочке. Но описала жильца как и другие. Так вот, он якобы проверил квартиру, по её словам, там всё было в порядке и чисто.

– Нужно проверить, откуда был сделан перевод. – сказал Назаров и параллельно, что-то записывая в блокнот.

Ярослав кивнул, соглашаясь:

– Именно. И сейчас наша задача, сделать все нужные нам запросы.

– Уже делаю. – произнёс Даниил, щёлкая по клавиатуре ноутбука. – Также делаю запрос операторам сотовой связи, который нам дала хозяйка.

– Подождите. Если Шуберт, видел его и паспорт, разве он не сопоставил один к одному? Или он не видел документ. – поинтересовалась Ульяна.

– В том то и дело, что видел, со слов Антонины Павловны. Ангелина права, тут гипноз. По другому не назвать.

Я непроизвольно посмотрела на Назарова. Мне даже показалось, что тому стало неловко. Он бросил на меня короткий взгляд, затем отвёл глаза и прокашлялся.

– Мы созвонились с ним и он сказал, что придёт после работы. – продолжил Ярослав. – Сказал, что когда пришёл осматривать, там было всё чисто. Раньше уйти с завода у него нет возможности. И кстати, фоторобот со слов бабушек был составлен на месте. Даниил у нас красавчик.

И тут наш криминалист, вывел на экран свой набросок. Мне очень понравилось, как у него вышло.

– Тогда действуем параллельно, – заключил Макар. – Ярослав, занимаешься фотографией и базой данных. Я пробую вытащить информацию по номеру и поговорить с братом – наша следующая цель.

Он взял распечатанное фото украденного паспорта и внимательно их осмотрел. Затем откинулся на спинку стула, потерев переносицу, глядя на распечатанные фотографии.

Ульяна протянула руку, попросив распечатку:

– Слишком много совпадений, слишком много деталей, которые не складываются в единую картину. – она посмотрела фотографию "Василия Андреевича" из паспорта и снимок парня, мелькнувшего на записи с камеры дедушки и фоторобота. – Два совершенно разных человека, но оба связаны с одним делом.

Даниил, не теряя времени, уже вовсю работал с фотографией, пытаясь улучшить её качество.

– База данных огромная, – бормотал он себе под нос, – но я его найду, обязательно найду.

Время в переговорной тянулось мучительно медленно. Каждый был поглощен своей задачей, чувствуя, как нить расследования натягивается все сильнее, грозя вот-вот порваться. Воздух был пропитан напряжением и предвкушением разгадки.

Ярослав, не отрываясь, вглядывался в лица на фотографии, сравнивая их с тысячами лиц в базе данных. Макар, сосредоточенно хмурясь, набирал номер телефона брата хозяйки квартиры, предвкушая непростой разговор. Ульяна, перебирая распечатки, пыталась сложить пазл из противоречивых деталей, ища закономерности в хаосе информации. Даниил, словно волшебник, колдовал над фотографиями, вытягивая из пикселей новые детали, способные пролить свет на личность преступника. А я пытаюсь составить всю картину целиком со стороны психологии.

Телефон Макара зазвонил. Он жестом попросил тишины и, включив громкую связь, начал разговор. Голос Шуберта звучал уставшим и немного растерянным. Он подтвердил слова сестры, описал съёмщика квартиры так, как запомнил. Макар задавал наводящие вопросы, пытаясь уловить нестыковки в его рассказе. Шуберт казался искренним, но что-то в его голосе не давало покоя. И наш следователь договорился съездить к брату хозяйки на работу, а потом на квартиру.

– Надо поторопиться, – сказал Назаров, – каждая минута на счету. Ульяна, поехали к со мной, времени терять нельзя. Чем быстрее мы его допросим, тем больше шансов получить ответы. – поднялся из-за стола, поправляя свою футболку поло. – Ну что, господа, за работу. Каждая мелочь важна, каждая деталь может стать ключом к разгадке. Не упускаем ничего. И помните, время не на нашей стороне.

– Хорошо, но Ковалёва едет с нами. – Ульяна поворачивается ко мне и показывает взглядом, чтобы я собиралась.

– Договорились. – сказал тот и вышел.

А Даниил вовсю стучал по клавиатуре, пытаясь улучшить качество размытой фотографии и продолжал бормотать:

– Только бы засветился где-нибудь, – шептал он, вглядываясь в экран.

Я поспешно собрала свои вещи, чувствуя, как адреналин начинает циркулировать быстрее. Интуиция подсказывала, что мы на пороге чего-то важного.

– Готова, – кивнула я Ульяне, и мы вышли из переговорной следом за Назаровым и разошлись по своим кабинетам.

17:00. 16 октября, среда.

Накинув пальто и сменив обувь, последовала за Ульяной к выходу. В голове мелькали вопросы, но я понимаю, что сейчас не время их задавать. Нужно быть внимательной и подмечать каждую деталь.

В машине воцарилась напряженная тишина. Макар сосредоточенно вел автомобиль, а Ульяна что-то шептала ему. Наблюдая за ними, я всё больше убеждаюсь, что между ними есть некая скрытая информация, какая-то тайна. Но какая именно? Это точно не касается интимных отношений, и, похоже, не связано с работой. Как бы я ни пыталась понять, картинка остаётся для меня загадкой. Единственное, что я ощущаю – это несколько настороженных взгляды в свою сторону. Возможно, он желает, чтобы я ушла, в то время как Ульяна пытается меня защитить? Но и это маловероятно. Исключается и вариант, что я ему интересна – он слишком сдержан. Я не знаю правды и пока не хочу углубляться в это, у меня слишком много других мыслей. Маньяк, новая дата уже близко, а я всё ещё вне игры. Но они не должны меня держать в неведении: я ведь криминальный психолог, и мне нужно изучить психотип и все детали.

Чем ближе мы подъезжали к работе брата хозяйки, тем сильнее сгущалась атмосфера.

Добравшись до адреса, вышли из машины. Это оказался обычный завод с просторной парковкой, проходной и множеством различных зданий на большой территории. Из дверей выходили люди, и рабочий день первой смены подходил к концу. Макар набрал номер телефона и сообщил, что мы ждем его рядом с плакатом, который гласил:

“Присоединяйтесь к нам на праздники, корпоративы, завтраки, обеды и ужины. Вкусная и свежая еда. Столовая Поварёшка.”

Мы прождали около пятнадцати минут, проходящие мимо люди внимательно смотрели на нас, как будто на наших лицах было написано “Полиция”. Возможно, мы просто выглядели как новые лица, которые вносили разнообразие в привычную обстановку.

Наконец к нам вышел мужчина средних лет с несколько смущенным выражением, уставшим взглядом и небритой щетиной. Одетый как среднестатистический человек, в чёрную куртку и того же цвета штаны. Макар представился и показал удостоверение, начав беседу первым.

– Шуберт Станислав Павлович, мы хотели бы задать вам несколько вопросов касательно квартиры вашей сестры и арендатора Василия Петрова.

– Представьтесь, пожалуйста. – ответил тот.

– Старший следователь по особо важным делам. Назаров Макар Андреевич. – затем махнул рукой в сторону нас. – Это помощник следователя, Акимова Ульяна Максимовна и штатный психолог, Ковалёва Ангелина Андреевна.

Брат хозяйки заметно занервничал.

– Я уже все рассказал, что знал, – пробормотал он, отводя взгляд.

– Нам нужно уточнить некоторые детали, – твердо настояла Ульяна, делая шаг вперед. – Это займет немного времени, но поможет нам во всем разобраться. Мы можем обсудить это прямо тут, либо поедем в отдел.

– Да, можно тут, вот у вас в столовой, они работают до семи вечера, мы успеваем. За одно сразу кофе попьем. – предложила я.

– Это не профессионально Ковалёва. – посмотрел на меня Назаров, так, как будто я предложила сводить его в интересное заведение где пускают от 18+.

– Зато тепло и можно спокойно вести записи! – настойчиво продолжила я.

– Ты прав, Макар, я согласна. Но, безумно желаю кофе, – произнесла Ульяна с улыбкой, легонько коснувшись его плеча.

– Хорошо. Идём. Но я сомневаюсь, что там варят приличный "кофе", – последнее слово он произнес с особым ударением, подчеркивая его.

Шуберт, казалось, потерялся, и с замешательством изучал наши лица, словно ожидая решения. И он готов был принять любое предложенное развитие событий. Ульяна распахнула дверцу автомобиля, выгрузила наши вещи, и мы двинулись к кафе.

Обстановка внутри не отличалась оригинальностью. Чересчур броские оттенки, обилие оранжевого и зеленого, казались мне несколько безвкусными. Но не будем торопиться с выводами, посмотрим, что тут с остальным.

– Здесь, кстати, неплохой кофе из автоматической кофеварки, – почти шепотом, с заметным волнением, произнес Шуберт. – Если вы не против, я тоже закажу себе.

Ульяна утвердительно кивнула и попросила у работницы столовой три порции кофе и один чай.

Посетителей было немного, мы выбрали свободный столик с двумя диванчиками у окна. Напряжение немного спало, но ощущалась некоторая нервозность, исходящая от главного следователя.

– Итак, начнем, – произнес он. – Сколько встреч у вас было с тем, кто снимал квартиру?

– Дважды, всего дважды. – произнёс допрашиваемый, потирая явно потные ладони. – При передаче ключей, когда организовывал показ и примерно месяц назад. Не знаю каким образом, я понятия не имею, но моя сестра сказала, что ключи нужно забрать у бабушки Иванны. А ей доверять нельзя. У нее же старческий склероз, – затем отпил немного кофе.

– Вы ведь понимаете, что человек в документах и реальный жилец – это разные лица?

– Я когда передавал ему ключи, клянусь, внешность человека один в один как на фотографии, совпадала с тем, что я видел оба раза.

– А что вы можете рассказать о самом арендаторе? – вмешалась Ульяна, стараясь направить разговор в нужное русло. – Какой он? Как себя вел?

– Ну, он был достаточно тихим и скромным. Никаких эксцессов не было. Я даже подумал, что он слишком скучный для жизни в центре города. Работал много, говорил, что у него серьезная работа, но никогда не уточнял, чем именно занимается.

– Как этот человек вышел на вашу квартиру?

– Сестра. Она сама всем занималась. Но буквально через день после отъезда, он созвонился с ней и сказал, что хочет снять жильё, на несколько месяцев.

– И вы не интересовались подробностями? – дотошно уточнил Макар, сверля Шуберта взглядом.

– Повторюсь, всем занималась сестра. – потянул ворот водолазки в сторону. – Если честно, рад был, что она сама нашла жильца. У нее в последнее время с этим проблемы, вечно какие-то неприятности. Да и мне спокойнее, когда она сама решает вопросы с квартирой. Я же работаю, да и семья у меня есть. Но могу периодически быть в командировке.

Ульяна сделала глоток кофе и внимательно наблюдала за реакцией Шуберта. Действительно, очевидно, что он что-то недоговаривает. Чувствовалась какая-то нервозность, неискренность. Но что именно он скрывает?

– Вы говорили, что сестра доверила ключи бабушке Иванне. Что это за женщина и почему ей нельзя доверять? – продолжила допрос я, стараясь разрядить обстановку.

– Она – наша соседка. Сестра всегда просила ее присматривать за квартирой, пока она пустовала, да и когда снимали. Но у той старческая деменция, она часто путает вещи, забывает, что происходило вчера. – покрутил у виска. – Я не понимаю, зачем сестра вообще втянула ее во все это.

– У него такой же пустой взгляд, как и у курьера, замечаете? – уточнила я, указывая на его лицо. Коллеги присмотрелись повнимательнее и подтвердили, что это действительно так.

– А это значит, что нужно снять гипноз. А я уже много чего применила к курьеру, и не знаю, что сработает.

Назаров прокашлялся, дав понять, что тема с гипнозом закрыта и продолжил:

– Хорошо, может быть, у вас есть какие-то особые его приметы или, может, снимок в телефоне того, кто снимал вашу квартиру?

Шуберт задумался, словно обрабатывая информацию, и протянул:

– Нет… Не помню ничего подобного… – достал телефон и начал пролистывать снимки. – Его фото нет, только квартиры.

– Вы позволите нам войти? Чтобы снять отпечатки и поискать улики? – продолжила Ульяна. – Прямо сейчас? Чтобы не терять времени.

– Да, но вы уверены, что мы говорим об одном и том же человеке? Может, наш арендатор ни при чем, просто совпадение.

– Вот и выясним. А для этого нам нужно попасть к вам в квартиру. Либо с вашего разрешения, либо по ордеру. Решать вам. Если вы говорите правду и хотите помочь, значит скрывать нечего.

– При каких обстоятельствах произошла встреча во второй раз? – уточнила я.

– Хм… – задумался он. – Примерно месяц назад. У нас потёк кран, он позвонил сестре, не знаю почему не мне, хотя я давал свой номер.

– А у вас есть его номер? – с надеждой переспросила Ульяна.

– Да… Я его записал. Сейчас…

– Почему же вы сразу не сообщили? – Назаров нахмурился, глядя на него.

– Вы не интересовались, – ответил тот, слегка втянув шею, словно пытаясь спрятаться.

Ульяна протянула блокнот и ручку, которые он взял и написал номер. Макар сразу же занес его в свой телефон и переслал кому-то.

– Едем! – произнес он чётко, взял кружку, отнес к столу с грязной посудой и вышел наружу.

Мы вышли следом и направились к машине. Я села на заднее сиденье рядом с Шубертом, внимательно наблюдая за ним.

Это дело представляет собой уникальный вызов, с которым сталкиваюсь впервые. Меня переполняет желание раскрыть эту сложную головоломку, хотя предыдущим следователям это не удалось, и нет гарантий успеха. Несмотря на всю его увлекательность, дело крайне запутанное и трудное, преступники умело заметают следы, действуя как профессионалы, к которым сложно подкопаться. Пожалуй, стоит изучить предыдущие расследования и по моему они уже запросили те дела.