Словно открытая книга. Внутренние монологи

Сделав глоток горячего напитка, решила, что всё же надо выкинуть всё из головы, ведь это лишь временная буря. Завтра вернусь к нормальной жизни и постараюсь забыть о том, что произошло. Не могу позволить себе сдаться, даже если было крайне тяжело.

Тася зевнула и, отпив чай, посмотрела на меня с сочувствием.

– Знаешь, что еще помогает? Горячая ванна с пеной и аромамаслами. Я сейчас себе сделаю. Пошли со мной.

Я колебалась, но предложение показалось заманчивым. Отложив кружку, кивнула.

– Хорошо, пойдем.

Вскоре я лежала в ванной, наполненной душистой пеной. Теплая вода расслабляла мышцы, а нежный аромат лаванды успокаивал нервы. Тася сидела рядом на полу и опиралась спиной о стену ванны, и что-то рассказывала о своей работе, о забавных случаях с клиентами, о новом сериале, который она начала смотреть. А я слушала ее вполуха, но ее голос и присутствие действовали умиротворяюще.

После ванны почувствовала себя немного лучше. Мы с Тасей перебрались в гостиную, где она включила какой-то комедийный фильм. Я устроилась на диване, укрывшись пледом, и попыталась сосредоточиться на происходящем на экране. Иногда мне даже удавалось рассмеяться, и на мгновение я забывала о работе и Назарове.

Перед сном я выпила еще чашку чая с ромашкой. Тася уже спала, свернувшись калачиком на своей половине дивана. Выключила свет и легла рядом с ней. Закрыв глаза, попыталась очистить разум от навязчивых мыслей. Но не выходило.

Я взяла блокнот с ручкой и начала записывать идеи для расследования. Важно было не только разобраться в ситуации, но и вернуть уверенность в своих силах. Это был не конец, а только начало.

Необходимо проверить руководителей банка.

Позвонить профессору, узнать номер преподавателя гипноза и, по возможности, пригласить на помощь, чтобы разобраться с курьером.

Осознаю, что еще не разобралась в предыдущих случаях кражи. Это значит, что мне следует изучить, что писали в СМИ. И поиск информации не занял много времени: статей было достаточно, хотя они в основном были краткими. Конечно, информации из них не так много, как хотелось бы. Одна из них, написанная в прошлом году:

“Вечером 6 октября, когда город погружался в полумрак, зловещая тишина окутала здание банка. С 20:20 до 21:00 в его стенах разыгрывалась драма, ставшая предметом многочисленных слухов. Двери тихо открылись, а тени исчезнувших преступников, как призраки, стремительно наполнили пространство. Камеры, которые обычно следили за каждым движением, молчали. Их отключение осталось загадкой.

Никаких улик мошенники не оставили. Сотрудники ничего не помнят и не видели. Очнулись, связанные в подсобном помещении, с трудом приходя в себя после странного нападения. Полумрак накрывал стены, и единственный звук – это тиканье часов, напоминающее о безвременье.

Сквозь туман воспоминаний пробивались лишь смутные образы: яркие огни, холодные голоса и хладнокровие, с которым действовали преступники. Они словно были частью какого-то кошмара, который не оставлял следов. Соединяя кусочки головоломки, сотрудники начали осмыслять, как могли оказаться здесь, да и что именно было украдено.

С каждым мгновением сужающиеся круги осознания давили на сознание, выведя их на грань истерики. Обманчивое спокойствие вокруг становилось странным, и они поняли – это не просто ограбление. Это был вызов, который они не могли проигнорировать.”

Всё по старой схеме.

Почему банки не были готовы к этому? Необходимо допросить ключевых фигурантов. Ах… Я же сама отошла от этого дела. Назаров… Не хочется даже это обсуждать. Чего я ему такого сделала? Ладно… Значит, так тому и быть.

Собрав все сведения, решила, что анализировать ситуацию нужно с разных сторон. Опустив голову, вернулась к блокноту, ведь каждый шаг приближает к истине.

Но перед глазами всё ещё мелькали изображения посылки, от которых я пытаюсь избавиться, но это не удаётся. Они снова и снова появляются.

Убрав всё, легла на спину и стала рассматривать потолок, и постепенно, под мерное дыхание сестры, уснула, погрузившись в беспокойный сон, где смешались лица коллег, гипноз и падающий за окном снег.

6:40. 16 октября, среда.

Как же меня утомил этот будильник. Так хочется спать дальше, но я действую на автомате, собираюсь, завтракаю, включаю телефон – и сразу же получаю сообщения:

Ульяна:

“Ангелина, так нельзя, почему ты отключила телефон? Кирилл узнал о случившемся, чуть не дошло до драки, хорошо, что вовремя разняли. Жду тебя, я поговорила с Макаром, он извиниться.”

Кирилл:

“Почему ты мне не сказала? Я был зол, когда узнал! Поговорил с ним, больше он ничего тебе не скажет. Завтра жду тебя на работе.”

Ульяна:

“Надеюсь, Фёдор Владимирович не узнает истинную причину конфликта. В противном случае, беда будет.”

Кирилл:

“Спокойной ночи, не переживай, всё под контролем! Извини, если был резок. Сладких снов.”

Действительно ли дядя в курсе? Не хватает, чтобы он еще это знал. Совсем не хочется никуда идти, но выбора нет. В конце концов, я всегда могу уволиться.

Собравшись с мыслями, посмотрела в зеркало, придавая своему отражению уверенный вид.

Ульяна всегда так горячо поддерживала меня, но теперь её слова о Макаре звучали как предостережение. Неужели он действительно извиниться?

Снега на улице за ночь выпало не очень много. Скорее всего к обеду уже местами растает. Сегодня обещали достаточно тёплую погоду для этого.

Попрощались с Тасей около дома, пожелали друг другу хорошего дня и разошлись в разные стороны.

Глава 7

8:00. 16 октября, среда.

На работу пришла вовремя. Тихонько вошла в свой кабинет, поставила телефон на беззвучный режим, налив тёплый мятный чай, принялась рассматривать другие дела. Вспомнила, что не уведомила родственника о решении, принятом вчера. Не успела встать из-за стола, как в кабинет вошёл Назаров. Его лицо оставалось неизменным, как будто вчерашние события не имели значения.

– Твои извинения не искренние, и это не твоё решение. Прошу покинуть мой кабинет, – решила закончить разговор, который даже не начался.

На мгновение показалось, что он собирается возразить, но ушёл, сделав, как я сказала. Однако через минуту вернулся.

– Извини, был не прав, – произнёс он холодно, развернулся и вышел обратно.

Следом за ним вошла Ульяна.

– Вот, гад. Вчера устроила ему разбор, но он так и не признался в причине своих слов. Ангелина, не обращай внимания. Хорошо? Пойдём к нам? Ты вообще почему телефон отключила? Я переживала за тебя всю ночь. Уже домашний адрес твой нашла. – она ничего плохого мне не сделала, но её виноватый взгляд, заставляет чувствовать себя как нашкодивший кот.

– Уль, рада, что ты рядом, – сказала я, подошла и обняла её. – Он извинился, но было видно, что без особого желания, будто его заставили. – склонила голову, слегка прищурив глаза с вопросительным взглядом посмотрела на подругу. – А такое извинение мне не нужно, ведь он так и не осознал, в чем дело. Ты мне лучше скажи, что с Кириллом?

– О, это действительно захватывающе. Почти через час после твоего ухода он пришёл к нам, желая узнать, где ты. Мы ответили, что ты ушла домой. Однако, через пять минут Кирилл вернулся, весь злой и растрепанный. Оказалось, что в тот самый момент, когда всё это произошло, в наш кабинет заглянула Кристина, секретарь. Только не понятно что она делала тут так поздно. И видимо, та не удержалась и ляпнула ему что-то. Так вот, Кирилл влетел к нам и начал орать на Макара, требуя выйти и разобраться, что тот себе позволяет в отношении тебя. К счастью, что от мордобоя нас спас Фёдор Владимирович, который вовремя зашёл. Он приезжал за какими-то документами. Узнал, что мы ещё были на работе и решил к нам заглянуть. А твой парень, между прочим, молодец. Сегодня Кирилл тебе звонил?

– Да, звонил, но я не успела ответить, – произнесла я, стараясь скрыть смятение в голосе. – Надеюсь, у него все в порядке.

– Не переживай, – попыталась меня успокоить Ульяна, – он просто беспокоится за тебя. Ты для него не безразлична. Всё! Хватит болтать, пойдём работать.

Я кивнула, но мысли о её словах всё ещё не покидали меня. Кирилл, конечно, проявил мужество, но в то же время действовал необдуманно. Нужно будет с ним пообщаться и поблагодарить за это. Но уже у двери поняла, куда иду, и я остановила Ульяну, схватив её за руку.

– Уля, подожди. Но как я могу идти после всего, что произошло вчера? Извини, но у меня тоже есть гордость. Когда ко мне так относятся, я просто не в силах вернуться, и это не означает, что я стремлюсь повысить свою значимость.

Ульяна остановилась, удивленно посмотрев на меня. В её глазах прочитала понимание, и осознание, почему я так себя веду.

– Ангелина, ты же можешь просто так-настоять на своем. Но дай шанс людям исправиться. Мы все совершаем ошибки, неужели ты никогда не ошибалась?

Я вздохнула, стараясь сгладить накалившиеся эмоции. Она права. Пусть Назаров и не понимает, в чем дело, но, если я закроюсь в себе, то это только усилит конфликт. Может, стоит рискнуть и попробовать поговорить с ним еще раз? В конце концов, жизнь научила меня выходу из неудобных ситуаций.

– Хорошо. Пошли, только скорей, пока я не передумала. – машу ей рукой и иду следом за ней.

Как только вошла в кабинет для совещаний, в воздухе повисло молчание. Взгляды присутствующих перемещались между мной и Назаровым, как на метании. Поприветствовала всех, устроилась за столом и направила свой взгляд в его сторону. Мне хотелось уловить хоть малейший признак раскаяния, но вместо этого столкнулась с холодом.

Отвернулась, понимая, что больше там ничего не увижу и нет смысла тратить свои эмоции на этого человека. Ульяна решила быстрей разрядить обстановку и начала рассказывать о том, что они имеют на данный момент, но Макар перебил и продолжил сам.

– Вчера мы обходили организации рядом и напротив. Информации мало. Почти все камеры не записывали обзор, который нам нужен, а некоторые были муляжами.

Назаров вставил флешку в ноутбук, и на стене включился видеопоток – были показаны кадры с кафе, ресторанов и других камер, где зафиксированы нужные нам лица.

Сумерки, четыре человека вошли в банк, схожие с описанием сотрудников, с интервалом около минуты. Пятый остался у входа, в форме охраны. Видно, как многие пытаются войти в банк, но их не пропускают. Они разворачиваются и уходят. В итоге остальные вышли через двадцать пять минут с сумками и уехали на тёмном седане.

– Номера поддельные. – начал комментировать начальник. – Уехали в сторону набережной, но исчезли с видеонаблюдения возле церкви и позже были замечены в Частинском районе. Органы ГИБДД получили ориентировки. Это по поводу ограбления.

Назаров поставил на паузу и оглядел всех присутствующих.

Абрамов откинувшись на спинку кресла, тихо произнёс:

– Частинский район… глухомань, – пробормотал он себе под нос. – Там их и ищи теперь.

– Нужно прочесать все проселочные дороги, опросить местных жителей, – добавила Ульяна. – Вряд ли они решились бы ехать по трассе с такой добычей.

Назаров кивнул, соглашаясь.

– Верно. Уль, это на тебе. Раздай задания оперативникам.

Назаров отвернулся и запустил следующую запись.

На экране возникло изображение курьера, лицо которого было частично скрыто тенью, но его передвижения отслеживались достаточно четко. Он ловко лавировал по улицам, переходя от одной камеры к другой, словно играя в кошки-мышки с системой видеонаблюдения.

– Курьер начал свой маршрут от ресторана, – доложил Назаров, – далее направился в сторону центрального парка, где его след обрывается на улице Листовой. Однако через пару кварталов уже держал посылку на улице Вишнёвой. Даже если учесть, что он может быть под гипнозом. – на этой фразе остальные аккуратно посмотрели на меня, потом на Макара.

Но он, казалось, не заметил этих взглядов, полностью погрузившись в происходящее на экране ноутбука. Его взгляд был прикован к курьеру, словно пытаясь разгадать каждый его шаг.

– Хочу лично посетить ресторан, из которого вышел Болотов с заказам, а также его руководство и организацию, в которых он работает.

Сложил стопку документов. Затем наклонился на стол, сложил руки перед собой, осмотрел всех присутствующих и достал планшет из ящика стола, после чего открыл карту местности.

– Ульяна, возьми Ковалёву и отправляйтесь по указанному маршруту, просмотрите частные камеры. Может, где-то удастся заметить его. – указал пальцем на нужные улицы.

Напарница взяв блокнот, записывая, что-то тихо проговаривала себе под нос.

– Ярик, – продолжил Макар, – ты один по этому маршруту. – указал на экране. – Даниил, как у тебя по времени?

– С удовольствием. Работы много, но я согласен.

– Тогда ты с Абрамовым. Осмотрите все как можно быстрее.

Макар обвел взглядом команду. В воздухе повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь тихим шелестом страниц блокнота Ульяны.

– Всем выдвигаться немедленно. Докладывайте о любых зацепках, – скомандовал Макар, отрываясь от карты на планшете.

Мы по очереди покинули кабинет и пошли по своим местам, чтобы переодеться.

– Ангелина, подожди. – остановила меня Ульяна около дежурного. – Я сейчас до оперов схожу. – кивнув, последовала за ней.

Она быстро собрала оперативников, распределяя между ними задачи по прочесыванию проселочных дорог Частинского района. Она чувствовала груз ответственности, понимая, что от их внимательности и оперативности зависит поимка преступников, дерзко ограбивших банк. Инструкции раздавались четко и лаконично, каждый знал свой маневр. В голове Ульяны видимо уже вырисовывался план действий, включающий опрос местных жителей, проверку заброшенных зданий и лесных массивов.

Она вернулась ко мне с решительным видом.

– Готова? – обратилась, застёгивая пуговицы на своём чёрном пальто.

Я кивнула и мы направились к выходу.

10:22. 16 октября, среда.

Проходя по по указанному маршруту. Ульяна внимательно всматривалась в каждую деталь, не упуская из виду ни одной камеры видеонаблюдения. Я тоже сосредоточилась на сканировании местности, стараясь заметить что-либо подозрительное или полезное для нас.

Дома менялись одно за другим. Там, где были установлены камеры, мы обращались к вахтёрам и просили показать записи, но Болотов нигде не засветился. Казалось, он избегает их или просто мы следуем не по тому маршруту.

Ульяна достала из кармана телефон и сверилась с картой, которую предоставил Макар. Хмуря брови, она что-то просчитывала, а затем коротко бросила:

– Кажется, мы немного отклонились от маршрута. Нужно вернуться на перекресток и свернуть направо. Там должен быть небольшой магазинчик с камерой, захватывающей часть улицы. Я как то тут была. – пояснила она.

Мы развернулись и быстрым шагом направились в указанном направлении. Добравшись до магазина, Ульяна представилась и попросила просмотреть записи с камеры за последнее время. Продавец, немного поколебавшись, согласился помочь.

Просматривая запись, мы и тут ничего не обнаружили.

Немного расстроившись, последовали дальше. Ульяна рассказала о детях и праздновании дня рождения её мужа.

– Он так любит сюрпризы, – проговорила напарница. – В прошлом году устроила ему тематическую вечеринку в стиле его любимого фильма. Он был в восторге.

А я слушала её, стараясь не отвлекаться от осмотра окрестностей. Вскоре мы вышли к небольшому парку. Ульяна остановилась и посмотрела на карту.

– Здесь есть скамейки, – сказала она, – и, возможно, камеры. Давай проверим.

Прошли через парк, осматривая каждую скамейку и столб. К счастью, на одном из столбов заметили камеру, направленную прямо на аллею.

Нашли охранника парка и объяснили ему ситуацию. Он любезно согласился просмотреть записи. Но и на этот раз нам не повезло.

– Знаешь, – начала Ульяна, когда мы продолжили движение. – Постарайся не обращать внимания на Макара. У него сейчас действительно сложности с Миланой, его женой. Постоянные ссоры, и она уже давно приезжает в отдел, чтобы устроить разборки прямо в кабинете.

– Я, может, несколько раз её видела. Красивая, но характер явно стервозный.

– Что есть, то есть. Мы с Макаром дружим со студенческих времен. Их познакомили наши общие друзья около шести лет назад. Начался очень бурный роман, и уже через год Милана забеременела. Они поженились, Макар вроде бы и не был в восторге от брака, но ребёнка точно хотел. Он был просто на седьмом небе от счастья. Однако вскоре произошёл выкидыш.

– То есть выходит брак по залёту? – зачем-то решила уточнить я.

– Верно! – подтвердила Ульяна. – В последние годы они трижды пытались наладить отношения и завести ещё раз ребёнка, но безуспешно. В последний год Милана всё чаще устраивает скандалы, явно намекает на развод, однако прямо об этом не говорит. Макар же часто срывается на всех. Особенно по неизвестной для меня причине, иногда под горячую руку попадаешь ты, – она сделала глубокий вдох и выдох.

Я кивнула, впитывая информацию. Теперь мне стало немного понятнее поведение Макара, хотя это и не оправдывало его вспышки гнева. Тяжело, когда личная жизнь трещит по швам, и ещё тяжелее, когда это выливается на окружающих.

– Спасибо, что рассказала, – проговорила я тихо. – Постараюсь быть терпимее.

Ульяна ободряюще улыбнулась.

– Он хороший человек, на самом деле. Просто сейчас ему очень непросто. Он переживает непростое время для него.

В процессе разговора заметила, как на лице Ульяны появилось выражение грусти, когда она говорила о Макаре и Милане. Чувство бессилия и непонимания витало в воздухе. Она объяснила это тем, что они друзья и она переживает за него.

Несмотря на то, что ее рассказ был скорее отвлечением от монотонного прочесывания улиц, он невольно заставил в очередной раз задуматься о хрупкости человеческих отношений. Как легко любовь и страсть могут превратиться в разочарование и взаимные упреки. И как часто люди остаются в несчастливых отношениях, движимые страхом одиночества или чувством долга.

Мы шли дальше, погруженные в собственные мысли. Вскоре Ульяна остановилась возле небольшого кафе.

– Может, перекусим? – предложила она. – И заодно посмотрим камеры. Уверена, что они тут есть.

Зайдя внутрь, заказали кофе, чай и бутерброды. Ульяна, не теряя времени, подошла к администратору и, представившись сотрудницей полиции, попросила просмотреть записи с камер видеонаблюдения. К счастью, тот оказался сговорчивым и согласился помочь. Просматривая их, снова ничего не нашли.

Поблагодарили администратора и пошли дальше.

– Я очень надеюсь, что у ребят будет результат. – сказала Ульяна, когда мы подходили к светофору. – Давно я так не гуляла. – посмеялась и в её сумке заиграла мелодия телефона.

Позвонил Ярослав: у них появилось зацепка. Нужно ехать в отдел, они будут там через час.

13:00. 16 октября, среда.

В отделе царила привычная суета, но наши коллеги ещё не прибыли. Мы сходили на обед и каждая ушла заниматься своими делами. Договорились, что Ульяна сообщит когда они появятся.

Заглянула в расписание и заметила, что на два часа дня запланирована встреча с сотрудницей из соседнего отдела. У неё была травма после недавнего выезда.

Она работает криминалистом, и во время осмотра места преступления неожиданно появился вор, пока полицейский отсутствовал, он ушёл проверять балкон. Хотя девушка и не получила серьёзных повреждений, страх выездов всё равно остался. Мы активно работаем над этим, и результаты радуют.

Я решила немного поработать над отчетом, который нужно было сдать к концу недели. Включила любимую музыку, чтобы отгородиться от общего шума, и углубилась в детализацию. Эта работа требовала внимательности и сосредоточенности, но мне нравилось видеть, как разобранные данные складываются в стройную картину.

Время пролетело незаметно. Внезапно раздался тихий стук в дверь. Подняла глаза и увидела девушку – криминалиста. Антипову Ладу Евгеньевну, двадцати семи летнюю красивую девушку. Она стройная, одетая в объёмный свитер и джинсы, на руке висел сложенный плащ. Волосы пепельного цвета и на её лице выделялись большие глаза.

Она выглядела немного напряженной, но при этом старалась сохранить улыбку. Я встала, чтобы её поприветствовать, и предложила сесть.

– Привет! Как ты себя чувствуешь? – старалась создать непринужденную атмосферу.

– Привет! В целом нормально, – ответила она, усаживаясь на стул и повесив бежевое пальто на спинку. – Просто иногда накатывают воспоминания о том инциденте. Но стараюсь не зацикливаться на этом.

Я кивнула, понимая, что работа в её профессии может быть эмоционально тяжелой.

– Мы здесь, чтобы поддержать тебя, – положила свою руку на её ладонь. – Лада, если тебе нужно поговорить или обсудить что-то конкретное, я всегда готова выслушать.

Она поблагодарила меня и немного расслабилась, и облизнула губы.

Я же встала, заварила ромашковый чай и поставила нам горячие кружки с напитком. Начали обсуждать её текущие проекты и планы на будущее. Заметила, как её глаза загорались, а взгляд обращен в себя, словно она пытается уловить ускользающую мысль, когда она говорила о своих исследованиях и находках. Это помогло ей отвлечься от неприятных воспоминаний.

– А как у тебя дела? – затем она обратилась ко мне, когда разговор немного сменил направление.

Я рассказала о том, над чем работаю, и рассказала о банке, естественно только то, что можно. Её интерес к такой теме был заметен, и вскоре мы начали обмениваться идеями о том, как можно улучшить поиски.

Время пролетело незаметно, и я почувствовала, что встреча проходит успешно. Мы не только обсудили рабочие вопросы, но и помогли друг другу отвлечься от стресса.

Когда разговор о работе подошёл к концу, заметила, что она стала более расслабленной. Её улыбка стала шире, а напряжение в плечах утихло.

– Знаешь, иногда просто нужно поговорить с кем-то, чтобы почувствовать себя лучше, – сказала она, потирая виски. – Спасибо, что выслушала.

– Всегда пожалуйста! – ответила я. – И не стесняйся делиться своими мыслями. Это важно.

– Спасибо тебе… – Лада встала и, не дождавшись моего ответа, подошла ко мне, обняв крепко, как будто боялась, что я исчезну. Её голос дрожал от эмоций, а в глазах заблестели слёзы. – Ты читаешь людей, словно открытые книги. Ты вытащила меня из моего ада. Я благодарна.

Я почувствовала, как её тепло проникает в меня, и на мгновение время остановилось. Не могла сдержать улыбку, хотя внутри меня разгорелось множество чувств – радость, гордость и лёгкое смущение.

– Пожалуйста… – произнесла я, стараясь скрыть свою уязвимость. – Это моя работа…

– Никогда не думала, что смогу так открыться кому-то, – продолжала она, её голос был тихим, но уверенным. – Ты помогла мне понять, что я не одна. Это придаёт мне сил.

– Я всегда буду рядом, – сказала я с полной уверенностью. – Мы вместе справимся со всем.

Лада улыбнулась сквозь слёзы и мы попрощались с надеждой на новые встречи и обсуждения. Она ушла с чувством удовлетворения, понимая, что иногда простое общение может творить настоящие чудеса.

Сев за стол вновь в пустом кабинете, я попыталась сосредоточиться на заполнении отчёта о прошедшей встрече, но мысли неожиданно унесли меня к Трусову. Воспоминание о том, как он пробежал мимо меня в нижнем белье с окровавленными ножницами, вызвало внутри неприятный ток. Этот ток мерзости пробежал по всему телу, оставляя за собой холодный след. Я ощутила, как по коже ползут мурашки, и захотелось отмыться от этого ощущения, словно оно прилипло ко мне.

Неприятные эмоции накатывали волнами, и я поняла, что не смогу сосредоточиться на работе. Встала и подошла к окну, чтобы хоть немного отвлечься. Открыв его, я вдохнула свежий воздух. На улице люди спешили по своим делам: кто-то гулял с детьми, кто-то спешил на встречу, а кто-то просто наслаждался моментом. А некоторые дети пытались лепить снеговиков и делать снежных ангелов. Из-за малого количества снега, результаты получались неуклюжими, но они не сдавались и продолжали играть, не обращая внимания на неудачи.

Взяла со стола уже остывший чай и сделала глоток – он был горьким и крепким, как мои мысли. Солнце светило ярко. Я почувствовала легкий ветерок, пробиравшийся сквозь открытое окно, от которого пробежали мурашки. Затем закрыв его, вернулась к столу, решила закончить отчет и отложить воспоминания о Трусове в дальний угол сознания. Нужно было сосредоточиться на настоящем, на том, что я могу контролировать.

Внезапно в мою дверь снова постучали. Она распахнулась и ко мне зашёл сам Назаров. Это по моему третий раз за несколько месяцев и два из них за последние несколько часов.