Без запретов

– Господи, ты знакома с Раймондом Ротштейном!

Кимми хотела рассмеяться этому глупому восторгу, однако сдержалась.

Раймонд часто поглядывал в ее сторону, пытаясь понять, как будет лучше подобраться к разговору. Бегло смотреть на нее, переключая внимание на других, казалось невыносимым. Не имей он уважения и терпения, моментально бы бросился к ней.

– Что же, сейчас Раймонд Ротштейн будет вашим водителем, – без интереса сообщил он. – Готовы?

Кэти кивнула и обратилась к Кимми:

– Ты останешься здесь, Кимми?

– У меня еще много работы.

– Тогда точно готовы.

Раймонд уставился на девушку, но она не подняла взгляд, продолжая делать вид, что пишет. Он протянул Кэти ключи и попросил ждать в машине, не заметив волнующийся взгляд старой любви. В порядке вещей Кэти кивнула, хотя уходить ей не хотелось. Как только они остались наедине, Раймонд подошел ближе и присел на корточки рядом с ногами девушки. Молчал и просто всматривался в ее лицо, пока Кимми не попыталась отодвинуть стул, чтобы встать. С особой легкостью он потянул ножки стула на себя и оказался между ее ног, едва приоткрыв губы для более легкого дыхания.

– Не думай, что я поверю в случайность, – моментально ответила она. – Сначала появляется она, сейчас ты…

– Я не имею к этому отношения. Мне и в голову не приходило, что я смогу снова тебя встретить где-то здесь.

– Неважно. Ничего не изменилось.

Девушка поднялась, Раймонд повторил ее движение, благодаря чему они оказались друг напротив друга. Ненавязчивый аромат мужского парфюма влиял на Кимберли неоднозначно, красивые мужественные черты влюбленного лица напоминали о лете, которое она пыталась оставить в прошлом.

– Я же вижу, Кимми…

– Тебе разве не нужно спешить? Тебя же ждут. Не теряй доверие у других, если еще не до конца его растратил. – Ее взгляд предательски забегал от янтарных глаз к губам. Пришлось быстро опустить голову, чтобы обзавестись уверенностью смотреть прямо в глаза. – Очень правильное решение сойтись с Кэти, учитывая, как сильно ты ее любишь. Как ты искал ее все то время.

– Я просто согласился их подвезти. Это просто общение.

– Веришь в крепкую дружбу после такой сильной любви? Ее не было в твоей жизни семь лет, ты думал о ней, проклиная всех американок, чтобы в конечном итоге быть просто друзьями? В это я должна верить?

– Кэти не последний человек в моей жизни, нас многое связывает эмоционально, но о той любви уже не может идти речи. Поверь, Кимми.

Он сжал хрупкие пальцы, прерывисто выдохнул, смотря в голубые глаза и понимая, что она обдумывает и не собирается убегать или кидаться на него.

Она и правда этого не хотела, но и унять прошлую обиду ей казалось не по силам. То ли от его долгого отсутствия, то ли из-за собственной слабости Кимберли уже не могла сопротивляться словам и действиям Раймонда. Смотря на мужчину, ей приходилось ощущать нарастающее напряжение внутри всего тела: от живота до тяжелеющей грудной клетки, от слабости в коленях до напряжения в плечах. Пульс подскакивал от пристального ожидающего взгляда напротив, дыхание подводило, стремилось выдать истинные реакции, но Раймонд чувствовал то же самое. Тело перестало слушаться, благодаря чему он медленно подался вперед, чтобы с осторожностью застыть в паре миллиметрах от желанных губ. Он чувствовал, как ее глубокое дыхание прикасается к его губам, как ее губы приоткрываются в сомнениях – стоит ли поцеловать, чтобы дать им еще один шанс. Боясь разрушить хрупкую грань дозволенного, мужчина сдерживался, понимая, что еще совсем чуть-чуть и он поцелует ее сам, ну а пока рука с женскими пальчиками в ладони оказалась на его груди с отчетливым биением неспокойного сердца.

Кимми задела нижней губой его губы, как вдруг сзади раздался голос вернувшегося Криса. Дернувшись в сторону, девушка порывисто выдохнула, ощущая, как сильно горят щеки.

– Простите, я… Я забыл записную книжку…

Раздражение Раймонда вынудило сжать кулаки и быстро прикрыть глаза, чтобы не накричать на мальчишку.

– Вы уже освободились, Мистер Ротштейн? Кэти переживает, что не успеет на созвон с работодателем.

– Еще пара минут.

– Я лучше пойду, – неожиданно сообщила Кимберли, немного нервно надевая пальто. Раймонд хотел возразить, но Кристофер перебил:

– Мистер Ротштейн, вы не будете против, если я задам пару рабочих вопросов касаемо бизнеса? Наверняка ваш дедушка рассказывал о построении бизнеса в шестидесятые, как все это в Германии было построено и прочее?

Мужчина пытался сосредоточиться на девушке, но быстрый бубнеж на фоне сбивал с мыслей. Раймонд поймал ее руку, когда та уже проходила мимо.

– Кимми…

– Поговорим потом.

– Когда? – Он действительно боялся упустить момент этого снисхождения. – Позволь довести тебя. Я могу вернуться, если ты немного подождешь, и мы поговорим.

Девушка с недоверием взглянула на Криса, внимательно слушающего каждое слово чужого диалога.

– Дружище, можешь оставить нас? Еще пять минут, и я отвечу на все твои вопросы.

– Д-да. Да, конечно…

Кристофер подорвался, но Кимми понимала, будь его воля, он бы остался, чтобы запомнить каждое слово.

Каково его удивление, когда в неком смысле кумир так нежно относился к той, которую парень всячески задирал и осуждал? Он был в шоке, но догадался, что Раймонд Ротштейн и Кимберли Хилл когда-то что-то не поделили, из-за чего второй руководитель и не хотел втягивать кого-либо из Ротштейнов в свою работу. Кимми и Ротштейн, вот же черт! Это звучало в его голове весь путь до дорогого автомобиля.

– Что ты хочешь от меня услышать?..

– Смотря, что ты готова сказать. После нашего расставания я не смотрел ни на одну девушку. Ни одна не может вытеснить тебя из потока постоянных мыслей, да и я бы это не позволил. Пойми… – Казалось, у него не хватало дыхания от волнения. – Я не собирался обижать, не собирался что-то скрывать или заменить ее тобой. Кимми… Твоя схожесть с Кэти, наоборот, отталкивала. Вспомни, как я относился к тебе в самом начале, говоря, что между нами ничего никогда не будет. Я жалею о сказанном.

– Раймонд…

– Я жалею, Кимми. – Повторил он и обхватил девичье лицо ладонями, чтобы их лбы соприкоснулись. Вдыхая дурманящий аромат, мужчина ощущал, как сложно ему дается дыхание. – Не могу я… быть, представляя тебя с кем-то другим. Это невыносимо, неправильно.

– Мне постоянно приходится думать о Кэти, – призналась она. – И дело не в том, что теперь она часто находится рядом. Я словно зависима нашей схожестью, не могу концентрироваться на чем-то другом.

– Что мне сделать, чтобы ты поняла то, что для меня это полный абсурд?

Кимберли не знала ответ. Не знала, почему в этот самый момент не бежит от него сломя голову, а пытается найти компромисс, от которого наконец-то обида может сойти на нет и остаться всего лишь неприятной затянувшейся ссорой.

Глаза Раймонда, его прикосновения и голос после долгой разлуки будто пропитались к ней особой нежностью. Все из перечисленного было родным, теплым, нежным. Действовало на тело изнутри дрожью и слабостью влечения, от которого мысли путались. Она смотрела на приоткрытые губы, зная, что внимание Раймонда сосредоточено на ее лице в ожидании и мольбе о совете, чтобы на этот раз сделать все правильно.

– Понаблюдай за мной, – попросил мужчина. – Чтобы увидеть и ясно понять, я не чувствую к ней и половины того, что чувствую к тебе.

– Думаешь, будет легко сделать вывод под твоим влиянием?..

– Я не стану дурманить тебя лишними словами и действиями. Запомни ранее сказанное, этого достаточно.

– Предлагаешь на время такого эксперимента стать мне кем?..

– Знакомым, незнакомцем, как скажешь. Просто разберись с собой и с нами, чтобы окончательно понять, готова ли мне верить. Я буду ждать, клянусь тебе. Если это наша дорога, я могу идти по ней бесконечно.

Рай не мог отдалиться от Кимми, из-за чего не спешил отходить и выпускать ее из рук.

От одной только мысли, что она может окончательно с ним порвать, целый мир покрывался опасными трещинами. Мужчина еще никогда так не боялся потерять кого-то, тем более Кимми, без которой жизнь становилась бессмысленным существованием, где ему приходилось постоянно искать хоть какой-то компромисс, чтобы просто быть.

Шаги со стороны лестницы заставили его с раздражением закатить глаза и нехотя отстраниться, соблюдая уместную дистанцию. Саманта с недоверием выглянула из дверного проема, чтобы с неловкостью посмотреть на растерянную Кимми.

– Мы уже идем, – проговорил Раймонд и посмотрел на возлюбленную. – Я подвезу тебя.

– Я лучше своим путем.

– Не в этом районе.

Не дожидаясь ответа, он решительно подтолкнул ее вперед, и все трое вышли на улицу.

Кимми увидела, как Кэти с важным видом сидит на пассажирском месте рядом с водителем, и слегка закатила глаза, чтобы моментально взглянуть на Раймонда. Очевидно, кто-то из них нагло лгал ей об истине своих отношений, однако понять, кто именно играл не свою роль перед Кимберли, было сложно.

Чтобы не драматизировать, девушка глубоко вдохнула и выдохнула, открывая заднюю дверь и пропуская вперед Саманту. Мужчина хотел что-то сказать, но она поспешила занять свободное место и унять неприятные эмоции.

– Рада, что ты все же решила поехать, – обернувшись, сообщила Кэти с улыбкой. – В это время здесь небезопасно. Пьяные компании слишком любят эту подворотню и постоянно тут ошиваются. Надо бы перебраться куда-нибудь в более безопасное место.

Раймонд поправил зеркало заднего вида, и машина выехала на главную улицу.

– Как вы вообще выбрали именно эту улицу? – поспешил поинтересоваться мужчина. – От университета она слишком далеко.

Крис протиснулся между сиденьями и сказал:

– С малым бюджетом мы можем позволить только это. Помещение принадлежит дяде одного из членов команды, поэтому обходится чуть ли не даром, и очень кстати. В компьютерном классе, где мы обычно работали, ближе к защите, совсем не остается места. Сейчас все на взводе, а суета никому не помогает сосредоточиться, из-за этого и решили перебраться подальше от других, чтобы спокойно работать.

Кэти наклонилась к Раймонду.

– У них просто невероятный талант по созданию журнала, Рай. Ребята воспринимают его не как простой студенческий проект, а как настоящую работу с перспективами на будущее. Здесь еще нет погони за деньгами. Работает сама идея и желание.

– Каких тем придерживается ваш журнал?

Крис воодушевился:

– Мы очень долго определялись с этим! Реально очень долго. Сначала приходилось думать только о новостях города и штата, но это же так скучно! Кто будет читать о последних новостях, когда есть телевидение и их новостные сводки? Мы взвешивали за и против, чтобы в конечном итоге подобраться к тому, что интересует каждого из нас и многих других людей.

– Они выбрали психологию, – подытожила Кэти, зная, что Крис может подводить к итогу бесконечно долго.

– Познание, развитие, стремление. Сейчас наше поколение стремится к лучшей версии себя, сосредотачивается на личных границах и совершенстве, которое в каждом человеке индивидуально. Журнал называется «Солярис».

– Как роман Лема? – уточнил мужчина.

– Именно!

– Крис главный фанат фантастики, – улыбнулась Кэти.

Кимми прижалась к двери, умалчивая о том, что еще чуть-чуть и Крис буквально вожмет их с Самантой в дверь, но того уже было не остановить. О журнале он мог говорить вечно без кофебрейка и пауз, что было нормой. Хвастаться идеей и слышать похвалу больше для самого себя, нежели для группы и самого журнала – все, чего тот добивался, не давая вставить и слово другим. Члены группы давно привыкли к таким бурным рассказам, поэтому перестали дополнять их.

Как только Саманта и Крис были доставлены до дома, Кимми с неловкостью заерзала на месте, посматривая на парочку спереди. Ей хотелось провалиться на месте, чтобы не оставаться с ними наедине и не замечать какие-либо улыбки и переглядки, но предложение сначала отвезти домой ее было проигнорировано, пока Кэти тяжело не вздохнула.

– Я такая голодная… Можем заехать за перекусом?

– Конечно.

Понимая, что лишнее время наедине с этими двумя сведет ее с ума, Кимберли наклонилась вперед.

– У меня еще много домашней работы, поэтому можете для начала меня подбросить?

Раймонд успел только приоткрыть рот, чтобы возразить, но за него ответила девушка:

– Это не займет много времени, ты ведь тоже наверняка проголодалась.

– Не особо, правда. На завтра слишком много работы, поэтому я перекушу дома.

– Раз так, Рай… Давай сначала отвезем Кимми, а потом за едой. Ты же не торопишься?

– Нет…

Он посмотрел на девушку через зеркало, пытаясь определить эмоции и то, как она к подобному относится, но ничего точно выявить не удалось. Кимми держала лицо, не давала повода о беспокойстве, словно действительно не переживала, но про себя все же замечала, с какой интонацией Кэти сокращала его имя. До этого она знала, что Раймонда в сокращенной форме «Рай» называли в основном родственники, сейчас же это была Кэти.

Оказавшись на месте, мужчина поспешил выйти из машины, чтобы открыть для Кимми дверь и проводить до двери. Это был предлог не расставаться слишком быстро.

– Еще увидимся, – произнес он, сдерживая порыв прикоснуться. – Я люблю тебя.

– Ты обещал не влиять словами и действиями.

– Говорить правду – не значит влиять. Я не произносил эти слова достаточно давно, соскучился по звучанию… И по тебе.

Взгляд янтарных глаз невольно остановился на голубых глазах, в которых он видел прекрасный мир, каждый раз забывая о том, что происходит в реальности. Ни в чьих глазах не было такого таланта, ни один взгляд не мог сравниться глубиной и проницательностью, как ее. Раймонд был до чертиков влюблен и очарован.

Кимми застыла под его взглядом, но в один момент опомнилась.

– Мне правда уже пора…

– Доброй ночи, Кимберли.

– Доброй.

Она заметила, как ему тяжело уходить, когда тот посматривал в ее сторону с сожалением. Но даже такой расклад событий приносил мужчине облегчение с надеждой, что не все потеряно. У Кимми же были неоднозначные чувства на этот счет. На протяжении года девушка старалась не думать о Раймонде Ротштейне, пыталась возненавидеть каждую неожиданно подступившую мысль, чтобы в конечном итоге ощутить ту тоску и муку от его взглядов, слов и прикосновений. Она не могла и подумать, что такая неожиданная встреча поработит сознание. Что она снова окажется в тисках собственных чувств, которые то намеревались простить ему все, то никак не могли отпустить произошедшее.

Они не виделись несколько дней.

Кэти, договорившись с работодателем о плюс один, сообщила Кимми дресс-код данного мероприятия, чтобы в пятницу вечером встретиться на месте. На ней было короткое черное облегающее платье, которое в повседневное время та бы постеснялась надеть. Оно идеально обтягивало контуры спортивного тела, делая акцент на округлых бедрах и упругой груди, невольно цепляя взгляды как мужчин, так и женщин.

Настраиваясь на позитивный лад и доброжелательность, девушка выдохнула, но замерла при виде Раймонда и Кэти. Проявляя всю возможную заботливость, девушка поправляла мужской пиджак и что-то лепетала с довольным выражением лица, пока мужчина охотно слушал ее разговор.

Ревность кольнула.

Со стороны они выглядели, как пара.

Выпрямив спину, Кимми подошла к паре и спокойно улыбнулась, моментально встретившись с восхищенным взглядом Ротштейна. Внешний вид девушки повлиял на него приливом жара и обожания, от которых внутри все сжалось. Будь его воля, он без раздумий утащил бы ее отсюда, чтобы бесконечно долго предаваться животной страсти. Оставлять на коже следы, восторгаться сладким стонам и соблазнительным взглядом. На данный момент мысль о любви померкла на фоне этого желания, но не отступала.

– Ты очаровательна, – сообщил он, не в силах оторвать взгляд.

– И правда, – согласилась Кэти, параллельно взяв рядом стоящего мужчины под руку. – Крис точно бы не смог добиться нужного эффекта у публики. Один твой внешний вид приковывает внимание, что не оторваться.

– Вы тоже хорошо смотритесь.

В прозвучавшем комплименте было сложно с первого раза расслышать укор, но мужчина сразу уловил ту ноту, из-за чего с недовольством перевел взгляд на толпу.

Тактильность Кэти рядом с Раймондом, да и вообще с любым другим человеком, для менее тактильных людей выглядела немного странновато. У девушки была привычка касаться людей во время беседы, заглядывать в глаза, чтобы создавалось впечатление так называемого уединения, и на удивление это работало. Людям нравилось иметь с ней дело и привыкать к подобной манере поведения, поэтому Кимми при безобидном анализе сразу выделила этот «талант».

– Предлагаю пойти поближе к людям, – произнесла Кэти, взяв девушку под руку со свободной стороны, чем немного огорчала Раймонда. – Пока мы общаемся с клиентом, ты запросто найдешь общий язык с кем-нибудь из присутствующих.

– Как я понимаю, Раймонд и есть работодатель, о котором ты говорила?

– Да, мы собираемся настроить связи в Италии, чтобы расширить бизнес его фамилии. Популярность банка сама ищет потенциальных клиентов, поэтому сначала ты работаешь на имя, а затем уже имя работает на тебя. Именно к этому нужно стремиться журналу, чтобы в дальнейшем появляться на подобных мероприятиях в качестве званого гостя.

– Как много ты для всех делаешь… – Кимми не пыталась скрыть сарказм, поэтому Раймонд сразу уловил его ноту и ухмыльнулся.

– Я просто пытаюсь быть полезной для своих любимых. Мне за радость помогать.

Кэти одарила мужчину нежной улыбкой, на что он улыбнулся в ответ и благодарно кивнул.

Кимми и без лишних взглядов понимала, что между ними есть связь. Было бы глупо думать иначе, учитывая те несколько лет страданий Раймонда по первой истинной любви. На протяжении шести, если не семи лет он питал осуждение к собственной семье, так подло отнявшей ее у него. Можно было поставить точку в данной истории, но сейчас, когда Кимберли более-менее приняла происходящее и немного устала обижаться и вечно убегать от Ротштейна, ей стало любопытно, почему и под каким предлогом Кэти все же исчезла из жизни того, кого очень любила.

Они быстро отыскали в зале итальянца, чтобы Кэти приступила к профессиональной части своих способностей. Раймонд быстро поменялся в лице, став достаточно закрытым и серьезным владельцем сети именитого банка. В его взгляде читалась суровая сосредоточенность к важному разговору и обсуждению, но он все равно не упускал возможности посматривать на Кимберли, наблюдавшей за гостями изучающим взглядом.

Обзор этому взгляду закрыли холодные ладони. Она вздрогнула, как только уха коснулось теплое дыхание со звучанием знакомого мужского голоса.

– Угадай кто.

– Ник…

Парень моментально убрал ладони и наклонился к покрасневшему девичьему лицу через плечо, чтобы лукаво улыбнуться, заметив понравившуюся ему реакцию на свое неожиданное появление. Подхватив ее руку, парень по-хозяйски рассмотрел Кимми, вынуждая ее покрутиться.

– Кто бы мог подумать, что я заинтересуюсь женским платьем, а не тем, что под ним… Но это тоже немного интересно. Ты шикарно выглядишь.

– Прекрати.

– Тебе не нравятся комплименты? Неужели ты не соскучилась с момента нашей последней встречи? Я думал, после того ужина мы с тобой нашли общий язык, чтобы продолжить общение, но ты явно намеренно решила отдалиться. Где-то пропадала, когда я хотел зайти в гости.

Она неожиданно для самой себя забеспокоилась, что этот разговор услышит тот, кто не должен. Собрав выдержку в кулак, Кимми сосредоточилась на том, чтобы не смотреть на Раймонда и не выдать себя лишними взглядами.

– Тебе так нравится мой дом, Ник? Не слишком ли часто ты там ошиваешься?

– Вообще нечасто, поэтому и пытаюсь наверстать упущенное.

– У меня много дел, из-за чего дома приходится бывать только ночью и немного утром. Сейчас мы активно занимаемся журналом.

– Я знаю важность работы, расслабься.

Парень застыл, всматриваясь в лицо напротив. От этого взгляда Кимберли немного напряглась и замялась.

– Давай потанцуем?

От неожиданности предложения и растерянности она успела только приоткрыть рот, как ее руку потянули ближе к центру зала.

– Ник! Никто же не танцует…

– Ужасное упущение, согласись?

Парень легонько надавил на поясницу и немного прижал ее к себе, чтобы избавиться от дистанции и не упустить возможности как бы невзначай приблизиться к обаятельному личику. Он улыбнулся краешком губ ее сильному смущению и выпрямился, управляя руками девушки, словно та бы без посторонней помощи не смогла обвить его шею.

Фоновая музыка звучала негромко, чтобы не мешать присутствующим общаться, но при виде красивой пары в центре зала некоторые из них переключили внимание и с очарованием романтиков наблюдали за происходящим со стороны.

Раймонд слушал итальянскую речь, пока не обратил внимание на рядом стоящих женщин. Их интерес моментально овладел его сосредоточенностью, из-за чего мужчина скользящим и даже опасным взглядом нашел причину умиления. Ник не позволял себе ничего непристойного, но тот факт, каки какими глазами брат смотрел на Кимми, вызвал у мужчины небывалую вспышку ревности и злости. Его руки слегка скользили по ее платью, ненавязчиво, но по-хозяйски, обозначая для других степень близости.

Никлас без особого смущения изучающе смотрел на лицо напротив, но на несколько секунд отвлекся, лукаво улыбнувшись и подмигнув брату.

– Скажи-ка, маленькая мисс, как тебя угораздило забрести на этот вечер в компании моего старшего братца? Не пропадала ли ты часом из-за вашего тайного воссоединения?

– Воссоединения? Я здесь в статусе «плюс один» из-за журнала, а никак не из-за воссоединения…

– Ну ладно-ладно, не красней еще больше. Раз уже тут, расслабься и получай удовольствие. Для меня подобные вечера — официальный повод напиться и вкусно поесть перед каким-нибудь более вкусным ночным перекусом, если понимаешь, о чем я.

– Фу…

Бархатисто рассмеявшись, он убрал одну руку с шеи, чтобы переплести их пальцы.

– Главное, не произноси это при тех… – Ник спокойно кивнул на компанию из двух девушек, ненавистно и осуждающе рассматривающих Кимми с головы до ног. – И еще вон тех в противоположном углу. Они не согласятся с таким неверным описанием.

– Это реально мерзко… И похоже на то, что ты этим бездумно хвастаешься.

– Не бездумно — это абсолютно точно. Ты просто не знаешь, как они наслаждаются совместно проведенным временем. Как мы им наслаждаемся. Хвастовство? Ну нет, я просто предельно честен и не считаю удовольствие чем-то постыдным. Если думаешь, что наш Рай с подобных вечеров возвращается в отель один, ха-ха, это и есть бездумье. За минут тридцать прибытия здесь пришлось поздороваться как минимум с двумя его игрушками. Не принимай близко к сердцу, но американки сходят с ума по Ротштейнам. Немецкий шарм или деньги, не знаю, но факт обольщения налицо. В прямом смысле этого слова.

– Боже…

– Точно то же самое говорят и они. Только в более громкой манере.

Кимми показалось, что он над ней издевается, из-за чего не сдержала смех и ткнулась лбом в его грудь, чтобы скрыть смущение и неловкость.

– Наконец-то, – улыбнулся Ник. – О такихтемах нужно говорить, чтобы ты немного расслабилась и не была такой серьезной студенткой факультета?

– Не надо, – Кимми отстранилась, посмотрев в карие глаза все с той же неловкой улыбкой. – Это и правда мерзко, Ник, лучше заткнись.

– Возьму на вооружение.

Раймонд возник рядом слишком неожиданно, заставив Кимми буквально проглотить смех и с непониманием уставиться на мужчину с немым вопросом. Медленно переводя взгляд с брата на девушку, Раймонд потянул его руку в сторону, чтобы оказаться как можно дальше от других. Ник расслабленно вскинул брови и подпер копчиком стол с закусками, всем видом показывая безразличность.

Старший коротко, но угрожающе спросил:

– Что ты вытворяешь?

– Хорошо провожу время, на что это еще похоже?

– Займись делами, не провоцируй меня, Ник…

– Какие знакомые мотивы. Запрещаешь мне к ней приближаться, Рай? Ровно так же, как это было с мамой?

Раймонд смотрел брату в глаза, понимая, с каким колким упреком произносятся слова.

— Не здесь.

– Назначишь время и место, директор? Как ты там говорил? Оу! Моя гиперактивность только ее разозлит, сейчас она очень слаба, лучше не досаждать… Просто небывалое благородство для подростка.

– Дело не в благородстве.

– То есть ребенку лучше избегать собственную мать по наставлению ребенка постарше, чем хоть немного провести с ней время перед смертью? Легко об этом рассуждать, когда проводил ночи у ее постели. Обожания от отца и деда тебе было мало, хотелось получить его и от нее, но ты не думал, что мы с Генрихом могли растопить материнское сердце, если бы ты не запрещал нам ходить к ней?