Без запретов

– И что же сделать? Завести Раймонду страницы в социальных сетях? Он это ненавидит.

– Ты собираешься раскручивать племянника? Что происходит? К чему эти вопросы?

Марлен хотелось понимать, что Кимми не поддастся обаянию фотографа, или же ей просто не хотелось представлять кого-то другого рядом с ее девочкой. Она чувствовала, что их история с Раймондом еще не подошла к концу, и свято в это верила.

– Готовься поболтать с любимчиком Европы.

Стремительно шагая к столику, женщина с улыбкой подошла ближе и остановилась рядом со стулом Кимми, положив руку на спинку. Девушка немного растерянно улыбнулась, позабыв, что должна была найти крестную.

– Марлен, ты уже знакома с Теодором Лораном?

– Здравствуйте, Мисс Ротштейн. – Мужчина поднялся, чтобы выказать уважение, и тут же поцеловал руку женщины. – Хотел вас лично поздравить с открытием новых филиалов, но, к счастью, немного отвлекся.

– Я очень ценю ваше присутствие, Мистер Лоран, – без какой-либо наигранности ответила она, хотя, присмотревшись, в ее взгляде можно было заметить подозрительную наблюдательность. – К сожалению, я не видела ваши работы, о которых мне любезно рассказала моя хорошая подруга.

– Не страшно, о моих фотографиях, как и обо мне, не обязаны знать все и каждый. Достаточно тех, кто однажды их увидел и уже не сможет забыть. Будь это хоть один человек, я бы ценил и это.

Взглянув на Кимми, Марлен заметила, с каким восхищением та на него смотрит. Она по-настоящему восторгалась этим мужчиной, о чем говорил ясный взгляд.

– Очень достойно, Мистер Лоран.

– Прошу, зовите меня Теодор. Кимми рассказала, что вы недавно давали интервью Vogue. Кто делал ваш общий снимок?

– Я не запомнила, но моя подруга знает куда больше. – Марлен кивнула в сторону женщины. – Она фанатка твоих работ, Теодор, и, по секрету, я обещала, что смогу вас познакомить. Ее зовут Дарси.

– Что же… Я всегда открыт к новым знакомствам.

– А Дарси уже не в силах терпеть и вот-вот познакомится с кем-нибудь другим.

Марлен широко улыбалась, бегая взглядом от молодого человека к одиноко стоящей женщине, из-за чего Кимми слегка нахмурилась. Было понятно, что она пытается избавиться от Теодора, и, кажется, парень сам это понял. Сказал:

– Тогда нужно поспешить. Увидимся позже, Кимми, было приятно поболтать.

– Взаимно.

Наблюдая за ними, Марлен невольно закусила губы и ждала, когда Теодор уйдет.

– Что ты делаешь? – возмутилась Кимберли, как только парень отошел достаточно далеко.

– Ничего такого, просто исполняю желание моей подруги, только и всего.

– С таким лицом и притворством в голосе? Ни за что не поверю.

– Ладно, я решила, что он тебя донимает, и попыталась помочь.

– Донимает, Марлен? – Кимми рассмеялась. – Я встретила одного из самых талантливых людей нашей реальности. Ты видела его работы? Они невероятные! Нежность и легкость, эротика через взгляды моделей, которых Теодор снимает. Это самый лучший талант, который только может быть у человека.

– Ну… взгляды моделей не от него зависят.

– Это еще почему? Он же общается с ними, просит дать необходимую эмоцию и вдохновляет, чтобы добиться нужного снимка. Дело не только в умении моделей.

– Все профессии важны. Неужели он настолько гениальный, что от моделей ничего не зависит? Что? Он может фотографировать обычный манекен и остаться гениальным?

Кимми судорожно достала из сумочки телефон, чтобы быстро найти работы Теодора и показать их крестной. Марлен подметила, что снимки в действительности выполнены качественно и профессионально, однако признавать это или отрицать она не собиралась. Нет никого лучше Раймонда, тем более в борьбе за сердце ее Кимми.

– Неплохо.

– Серьезно?!

– Леди.

Теодор и Дарси подошли ближе, чем немного застали Марлен врасплох. Она натянуто улыбнулась, а как только Лоран перевел внимание на Кимми, с недовольством взглянула на подругу. Дарси лишь пожала плечами, а Теодор предложил:

– Давайте поболтаем все вместе. Кимми сказала, вы очень близки, Марлен? Что скажете о ее рвении стать журналистом? По мне, она может добиться в этой деятельности больших высот. Не каждый человек может расположить к себе одним лишь разговором, да и в индустрии сейчас так мало людей, с которыми так приятно поговорить.

Он будто бы прощупывал почву, чтобы узнать о Кимберли со стороны. Любой его брошенный в сторону девушки взгляд напоминал прищур хитрого лиса, и Марлен это видела. Раскусить Теодора было крайне просто, ведь ее средний племянник владел хитростью в сто раз профессиональней, в отличие от Лорана. Женщина не собиралась рассказывать о крестнице даже под предлогом обычной беседы.

– Кимми очень открытая девочка, и я без сомнений знаю, что рвения у нее не отнять, тем более в общении. Талант в разговоре действительно редкость.

Теодор лукаво улыбнулся.

– Ох, ну это я и сказал, Мисс Ротштейн. Она всегда владела таким талантом?

– С детства, Теодор.

– Расскажите.

Кимми с беспокойством взглянула на крестную.

Марлен вела себя неестественно, поскольку ранее никогда не упускала возможности с любовью поговорить о крестнице и рассказать, как сильно ей восхищается. Однако в этом случае подходила к ответам крайне осторожно. Со стороны казалось, что она и француз испытывают друг друга не только взглядами, но этим разговором.

Пауза под такими взглядами затягивалась, а когда Кимми хотела разрядить повисшее напряжение, телефон завибрировал. Это была Саманта по вопросу совместной работы, которую они договорились провести на вечернем созвоне.

– Прости, я потеряла счет времени, – сообщила девушка, отойдя в сторону. – Где-то через час буду дома, и тогда поговорим, ладно? Я сама наберу.

К счастью, Саманта не перенимала привычки своего парня и оставалась добра и непредвзята. Согласившись, она повесила трубку, а Кимми с извинениями вернулась к компании. Сообщив, что ей уже пора уезжать, девушка удивилась, что Марлен так легко ее отпускает и не настаивает остаться, Теодор же немного погрустнел и вызвался проводить ее до машины.

– Что на тебя нашло? – поинтересовалась Дарси, как только пара ушла. – Он же весьма милый парень.

Женщины не торопясь прогуливались по залу, не обращая внимания на присутствующих.

– Ну конечно, как и считает вся Европа. Ты тоже заметила, как он заинтересован Кимми?

– А что в этом плохого? Кимми — красивая девушка, она общительна и обаятельна, что зацепит любого мужчину. То, что они друг другом заинтересовались, со стороны выглядит очень мило, а ты как будто ревнуешь. Кимми вправе общаться с достойными людьми, и хорошо, что к ней тянутся именно такие. Твоя крестница просто чудо, и этим стоит гордиться.

Марлен закатила глаза, как неожиданно рядом с ними возник Никлас.

– Здесь Кимми?

– Она уже, наверно, уехала, – спокойно сообщила Марлен. – Ушла минуты три назад.

Парень быстро пробежался по присутствующим взглядом и ринулся к выходу, вынуждая женщин с непониманием поморщиться и переглянуться. Дарси усмехнулась:

– Кажется, и твой племянник это понимает. Ротштейны явно сходят с ума от присутствия этой малышки.

– Сейчас я и сама в шоке от увиденного. Чтобы Никлас за кем-то носился… Здесь легче думать, что она ему что-то язвительно ответила, а он еще не договорил, чтобы последнее слово было за ним. Пойдем-ка выпьем. Мои дети меня скоро доконают.

Теодор открыл дверь автомобиля и напоследок заглянул в голубые глаза девушки.

– Было приятно познакомиться, Кимми Хилл. Хочется верить, что наша встреча не была последней. Пообещай, когда станешь журналистом, первое интервью обязательно будет моим.

Кимми улыбнулась. Кивнула, понимая, что упускает возможность попросить, чтобы приблизить ее и ее команду к успеху. Она боялась показаться наглой. Это было первое знакомство, которое должно было закончиться на паре любезностей, а не просьбе. Как назло, Теодор не просил ее номер, давая понять, что встреча была первой и последней.

Ну нет, я должна что-то получить с этого знакомства, хоть что-то.

– Тогда мне нужен номер твоего агента, – кокетливо произнесла она, надеясь, что Теодор не воспримет это за шутку. Чтобы мужчина не успел опомниться, она не слишком настойчиво махнула телефоном в его сторону, и, к счастью, он с широкой улыбкой его принял и разблокировал, показав лицо хозяйки.

– Это личный контакт, можешь писать или звонить на этот номер.

– Учту.

Обмениваясь улыбками, они попрощались.

Когда машина отъезжала, Теодор провожал ее теплым взглядом, пока на ее место не подъехала другая, и ему не пришлось уйти.

Выйдя из автомобиля, Раймонд тут же одернул пиджак и без особого энтузиазма прошелся взглядом по фасаду. Ему предстояло в очередной раз выслушать очередную порцию лести, от которой он хотел воздержаться, не приезжая на мероприятие, но в последний момент передумал. Его внимание привлек брат, выбежавший из особняка. Вид у него был взволнованный, запыхавшийся, но от всего этого не осталось следа, как только взгляд Никласа остановился на удаляющейся машине, в которой Раймонд увидел ее. Кимми сидела на заднем сидении, слегка опустив голову, но этого момента хватило, чтобы Ротштейн застыл. Волна возбуждения обдала тело жаром, а сердце забилось так быстро, что у него не хватило сил отвести взгляд в сторону.

Что делать?..

Он хотел запрыгнуть в машину, чтобы поехать за ней и сказать, что судьба снова распорядилась в их пользу через год после последней встречи. Это был знак. Где бы они ни находились, путь всегда вел их к одному: к друг другу. Туда, где были признания в любви, страсть, в которой хотелось лишиться рассудка. По мнению окружающих, в этот самый период Ротштейн проживал свое первоклассное существование, но никто не мог и подумать, что все его мысли принадлежали не связям, не деньгам и не власти, которыми тот обладал. Нет. Он хотел обладать только ей и знал, что рано или поздно Кимми снова ворвется в его жизнь, как бы он ни пытался заставить себя перестать думать о ней и навязывать обиду. Он не хотел на нее обижаться.

Никлас от собственного разочарования топнул ногой и вернулся внутрь. Его тоже одолевала мысль, что он упустил возможность приблизиться к заветному, когда оно было совсем близко.

Ни одна девушка не могла затмить даже представление о Кимберли Хилл, из-за чего парень чуть ли не каждый вечер избавлялся от перевозбуждения с помощью ее фотографий. Он смотрел на ее глаза, губы, волосы и представлял, как медленно входит глубже, ловя губами каждый стон удовольствия. Эти воображаемые картинки доводили его до пика, и только после этого Ник мог спокойно заниматься своими делами. Такой секрет был ему по душе и на протяжении нескольких месяцев не надоедал.

Утром следующего дня, когда Кимми приехала в офис, все мысли были посвящены Теодору Лорану, а именно их возможному интервью, с помощью которого девушка с легкостью утрет Крису его веснушчатый зазнавшийся нос. Она представляла его лицо. Думала о том, что он мог бы сказать по этому поводу и какое лицо мог сколотить. Ротштейны были для него мечтой, только вот молодой перспективный фотограф из Франции казался куда интересней любого банкира того семейства. Его знали, любили и желали.

– Доброе выходное утро, Кимми, – заулыбался Джаспер, когда они случайно столкнулись в дверях.

– Доброе, уже уходишь?

– Хочу купить шампанское на вечер. У нас же пополнение, стоит отметить перед тем, как разойдемся.

Точно… Кузина Криса…

– Ты выразил личную инициативу или тебя Крис запряг?

Джаспер с неловкостью оглянулся, точно не зная, слышат ли их остальные.

– Перестань, Кимми. Сегодня Крис в хорошем расположении духа, поэтому не стоит вспоминать ваши разногласия.

– Его расположение духа – не моя забота. Хоть он и назван руководителем, это не дает ему право назначать человека на побегушках по первой его прихоти.

– Да мне же не сложно, и он не считает меня человеком на побегушках. Сейчас он показывает Кэти место работы…

– Нашу коробочку два на два? – Она умолкала, застыла от знакомого имени. – Господи, ну нет…

Обойдя ничего не понимающего Джаспера, она до последнего винила свою паранойю. Сколько девушек в Америке с именем Кэт? Сколько сокращений этого имени? Это не может быть именно она, не здесь… Не после того, как она наконец-то успокоилась и взяла себя в руки. Но это была именно таКэти.

Уставившись на ровную спину блондинки, чьи волосы волнами спадали по спине, Кимми буквально забыла, как дышать. Воспоминания пощечиной перенесли ее в последний день на острове, и, казалось, рядом с ней прямо сейчас стоит не Джаспер, а Ник, наблюдающий за происходящим с такой же растерянностью, как и у нее.

– О, вот и наш интервьюер! – заулыбалась Саманта, как только Кэти обернулась. – Кимми, это Кэти, наша новая коллега.

Девушка слегка прищурилась, но в итоге узнала Кимберли и слишком радостно произнесла ее имя.

Глава 3

Какой шанс встретить главную бывшую своего бывшего парня? Мал, но никогда не равен нулю.

Кимми пыталась не пялиться в ее сторону, когда все были за работой, но сложно не обращать внимания на девушку, из-за которой она возненавидела Раймонда и саму себя.

Они с Кэти и правда были похожи внешне, отличия разве что в возрасте и некоторых чертах лица, но визуально типаж был один.

– Мы ведь не виделись после твоего отъезда? – спросила Кэти при первой встрече, когда остальные разбрелись по офису. – Раймонд очень волновался из-за тебя.

– Давай… Не будем ворошить прошлое, ладно? На самом деле я считаю, что отныне и впредь моя жизнь круто изменилась, чтобы не возвращаться к прошлому, даже подвергаясь воспоминаниям.

– Конечно, я просто хотела найти общую тему для разговора, прости.

Такая милая и любезная.

Кимми не собиралась ее ненавидеть, и все же ощущения на ее счет были двоякие.

– Не воспринимай меня как девушку бывшего, хорошо? Я здесь исключительно для того, чтобы помочь вам и Крису с курсовой, поэтому работа превыше всего. Залог профессионализма – не касаться личной жизни и сосредоточиться на работе. Думаю, с таким настроем нам будет куда проще.

Кэти улыбнулась и по-дружески потрепала Кимми по плечу. Разница в росте вынуждала Кимберли слегка задрать голову, чтобы смотреть в зелено-голубые глаза со всей собранностью и силой воли.

Как часто Раймонд любовался этим лицом после долгой разлуки и долгожданного воссоединения?..

Стоило ей допустить подобную мысль, как злость моментально упрекнула. И все из-за Кэти. Хватит ли ей сил не думать о подобном, когда новая «коллега» будет одним лишь видом возвращать ее в неприятное прошлое?

– Отстой, – пробормотала она себе под нос.

И сейчас она снова на нее смотрит.

Черт возьми…Соберись же! Меня это не касается. Я должна заниматься работой и не думать об этом дерьме.

Тогда она назвала себя девушкой Раймонда, подразумевая, что они снова вместе, или это было образно? Что-то вроде: «Мы не говорим «бывшая», так как это и так ясно»?

Да бред. Он говорил, что до Кэти ему нет дела, когда пытался объясниться.

Хотя он много что говорил, и что мы имеем по итогу? Ник ведь говорил, что теперь Ротштейны могут встречаться и жениться не на немках. Нужно было его расспросить, чтобы узнать подробности.

Так… Ну нет.

Покидая рабочее место, она быстро накинула верхнюю одежду и направилась к выходу с мыслью, что сейчас просто необходим свежий воздух, чтобы не сходить с ума.

– Ты куда? – равнодушно уточнил Крис.

– За чаем. Мой закончился.

Кэти быстро поднялась, натягивая куртку.

– Составлю компанию, мне тоже надо бы перезарядиться и съесть что-то до ужаса углеводное. Вам что-нибудь нужно, ребята?

Кимми не понимала, ЗА ЧТО ЕЙ ВСЕ ЭТО? Нельзя было ее отшить на пустом месте, но и лишний раз избегать человека, которого толком не знаешь, было бы верхом эгоизма. Эмпат в такие моменты рыдал внутри нее, умоляя не быть предвзятой стервой, поэтому приходилось делать то, что совсем не по душе.

Кэти за последнюю неделю была крайне мила и дружелюбна со всей группой. Она вдохновляла студентов мотивационными речами, идеями и приближающимся совершенством, которого те могли добиться. Кэти верила в их успех. Была яркой вспышкой, ослепляющей радушием, открытостью и добротой, которые в самом начале казались Кимберли чересчур приторными, и все же это помогло понять, за что Раймонд ее любит. Противоположность его матери. Сама по себе она такой не была, но образ равнодушной женщины вынуждал Раймонда искать ее противоположность, чтобы позже найти и полюбить. Что же с Кимми… Она не была похожа ни на его мать, ни на Кэти. Что-то посередине. Иногда сговорчивая, чаще всего задумчивая.

Так и вышло, что Кимми снова начала думать о Раймонде и обо всем том, что между ними происходило. Зачастую мысли настигали девушку после учебы, когда нужно было в очередной раз увидеться с Кэти, но она понимала, что рано или поздно, привыкнув к ней, все встанет на свои места.

– Пока что мы привлекаем внимание к журналу у студентов универа, – рассказывал Крис, крутясь вокруг кузины. – Первоначальная аудитория состоит из друзей и знакомых, но WOM-маркетинг иной раз творит чудеса. Какая бы реклама ни была, сарафанное радио работает как часы.

Кэти задумалась.

– Согласна, Крис, но самое время потихоньку выбираться из рамок студенческой газеты, именуя ее журналом. Большинству студентов учеба часто наскучивает, становится нудной. После занятий или, допустим, на выходных им не хочется думать об учебе или том, что с ней хоть как-то связано. Поэтому и просмотры по субботам и воскресеньям значительно падают, хотя в идеале должны быть выше, чем в любой другой день.

– И как нам заинтересовать людей извне?

– Ты же сам сказал о сарафанном радио… В эту пятницу состоится закрытое мероприятие, куда меня любезно пригласили в качестве переводчика. Пожалуй, я могу взять кого-нибудь с собой, чтобы найти нужные знакомства и распространить информацию о журнале.

– Это же супер! – крикнул Крис. – У нас с Самантой были планы, но я готов перенести их, раз дело касается работы. Ты не против, детка?

– Конечно нет.

– Думаю, будет удачнее взять Кимми, – неожиданно сообщила Кэти.

– Меня?..

– Почему? – слегка поморщился парень.

– Я верю в женское обаяние и считаю, что с девушкой находить общий язык гораздо легче, чем с парнями. Можешь считать это сексизмом, но, заговори ты про журнал с мужчинами из высшего общества, они моментально поспешат уйти, но если разговор будет принадлежать милой девушке, они принципиально останутся. Кимми такой же руководитель, как и ты, поэтому разница только в поле.

– Наша Кимми иногда бывает предвзята…

– Крис! – попыталась вступиться Саманта.

– Я предвзята только по отношению к знакомым в тех делах, в которых можно обойтись без них.

– Только вот у нас до сих пор нет человека для громкого интервью, а время уже поджимает. Ты говорила, что через неделю будет человек, а через еще парочку громкий заголовок, только вот где все это, м?

– Названный срок еще не подошел к концу.

– Хочешь сказать, человек уже найден, Кимберли?

– Найден, Кристофер!

Все с волнением уставились на руководителей.

Крис застыл, пытаясь понять: не врет ли она, Кимми же со стороны казалась неприступной.

Еще не было возможности связаться с Теодором и попросить его об одолжении, но с каждым днем ее решимость набирала обороты, и девушка сама для себя решила, что свяжется с ним в выходной день. Если у знаменитого фотографа вообще есть выходные…

Крис выдохнул и спокойно спросил:

– И кто же это?

– Узнаешь. Когда я подготовлю вопросы и пришлю их на согласование.

– Если ты обманываешь и впустую тратишь время…

– Звучит как начало серьезной угрозы, Крис.

– Это предупреждение.

Кэти закатила глаза больше от усталости, чем от раздражения. Кимми же начинала закипать от очередной бессмысленной беседы.

Из раза в раз он придирался, из-за чего терпение постепенно изживалось. Никаких сил не осталось. Кимми с вызовом взглянула на Кэти и спросила:

– Ты наверняка уже в курсе, почему он со мной так общается?

– Я не…

Кимми перебила:

– Ему не дает покоя, что я не воспользовалась знакомством с Марлен Ротштейн, чтобы выклянчить интервью. Зная Криса и то, как его это тревожит уже несколько месяцев, не имею сомнений, что эта новость была первая, о чем ты услышала.

Кэти опустила голову и кивнула.

Не догадаться об этом было бы глупо, учитывая близость между кузенами. Кимми лишь надеялась, что эти двое не сломают ее к защите совместными усилиями.

Кристофер тут же начал отвечать на предъявленное обвинение, однако Кэти одним только прикосновением к мужскому плечу смогла успокоить брата. Кимберли обратила внимание на ее проницательный взгляд, сконцентрированный на глазах парня, на слабое движение пальцев, потирающих плечо. Она молчала, но, казалось, в этой, на первый взгляд невинной попытке присутствует что-то помимо обычной поддержки, ведь Крис с облегчением выдохнул и закатил глаза. Даже Саманта не владела таким талантом в успокоении.

– Если пойдет она, пойду и я, – сообщил рыжеволосый. – Сможешь достать два пригласительных?

– Я сама иду по приглашению, Крис. Навряд ли работодатель сочтет меня компетентной, если я буду просить сразу два пригласительных. Тем более речь идет о вечере только с надеждой, что мне позволят взять с собой человека. Я только поговорю, а ближе к пятнице скажу уже точно. Не расстраивайся, ладно? Вы работаете ради одного дела, важен результат, а не тот, кто его принесет.

– При этом думаешь, что она справится лучше…

– Потому что знаю, о чем говорю. Женское обаяние в тех кругах от девушки, которую в обществе видят впервые, вызовет интерес к любому ее слову.

Кимми выпрямилась и с вызовом взглянула на недовольного парня.

Конечно, он думает, что она в очередной раз не справится с поставленной задачей после случая с Марлен, но здесь ситуация совсем другая, не касающаяся принципов и личных знакомств. Все, что нужно – просто натянуть маску общительной кокетки и поговорить об их журнале. Большего не требуется.

С горем пополам Крис смирился с выбором сестры, но буравить второго руководителя взглядом не перестал. Кимми и сама удивлялась, как долго он может проявлять неприязнь. Он не упускал возможность даже при разговоре с кем-то третьим. Часто осудительно смотрел и в контексте упоминал о несостоявшемся интервью с Ротштейном. Это действовало на нервы каждый раз, но своим безразличием Кимми показывала, что выше каких-то ссор на пустом месте. Ей действительно начало казаться, что Кристофер намерен вывести ее на ссору.

Думая о Теодоре и подготавливая для него вопросы, она надеялась, что судьба будет к ней благосклонна.

Большинство студентов к вечеру уже ушли, оставив ее с Самантой, Крисом и Кэти, но Кимберли долгое время не обращала на ребят никакого внимания, сконцентрировавшись на работе. От мыслей и ноутбука ее отвлекли шорохи и голоса, когда оставшиеся члены группы начали собираться. Блуждая по ним незаинтересованным взглядом, внимание привлекли шаги и тень со стороны лестницы. Кто-то спускался в подвал достаточно уверенным и решительным шагом. Он появился в проеме и тут же застыл, машинально приоткрыв губы при виде Кимми, которую никак не ожидал увидеть.

– Раймонд. – Кэти нежно улыбнулась и поспешила поцеловать мужчину в щеку. – Мы уже почти готовы. Спасибо, что приехал.

Растерянность вынуждала его смотреть на Кимберли не отрываясь. Целый год без ее присутствия будто бы стер память, унес все мысли далеко от настоящего, чтобы в конечном итоге все произошло так, как он предполагал. Незапланированная встреча. Он не знал, что журнал, над которым Кимми работает, совместим с работой Кэти. Это было слишком иронично.

Кимми смотрела на него с широко открытыми глазами, пока буквально не вынудила себя вернуться к работе. Она делала вид, что увлеченно печатает, но сердце предательски колотило в груди, учащая дыхание. Ей было легко без него вначале, хотя Кимберли и привыкла, что Раймонд периодически ищет встреч и находится где-то поблизости при возможности. Не видеть его стало сложно спустя пару месяцев, из-за чего приходилось ругать себя и вытеснять любые с ним связанные мысли.

– Местечко у вас здесь, конечно, жуткое, – признался Ротштейн.

– Мистер Ротштейн?.. – Никлас понял, кто перед ним, из-за чего неловко и смущенно заулыбался, подходя ближе и начиная жать крепкую руку. – Мистер Ротштейн, я даже представить не мог, что мы когда-нибудь встретимся. Тем более здесь!

– Ты, должно быть, Крис? Я о тебе слышал от Кэт.