Dreamcore

Кэтрин Филона

Dreamcore

Примечание

1. Данная книга – итог вдохновения таких стилей и концептов, как Dreamcore, Weirdcore, Backrooms и пр., и может только отсылать на них. Но она не является их частью или частью каких-либо других произведений, созданных в похожей тематике. Это отдельная вселенная со своими законами и персонажами.

2. Опубликованная здесь версия – черновые варианты написанных глав. В окончательной версии книги будут внесены правки касательно и грамматики, и сюжета.

Надеюсь на понимание.

Приятного чтения!

От К. Филоны

Глава 1

Новое место

Белый пол, белые стены, белая кровать, девушка в белом одеянии. Идеальную белизну портил лишь русый цвет пушистых волос. А потом белизну стали портить и открывшиеся синие глаза.

Медленно приходящее осознание… Где она? Какое время? Что происходит? Зачем она существует?

Девушка мигом закрыла глаза. После тёмной материи сна больно воспринимать абсолютно белое пространство: глазам неприятно, их словно что-то жжёт изнутри черепной коробки. Поэтому по привычке приходилось работать другими органами чувств, чтобы услышать шум чужих и поставленных голосов в работающем телевизоре, чтобы в счастливом ожидании почувствовать запах чего-то вкусного, что может приготовить мать, и чтобы ощутить прохладу свежевыстиранной простыни. Но сейчас ничего этого не было. Абсолютно ничего. Словно вакуум задавил в своих объятиях и ограничил во всех прелестях жизни. Это очень странно. Что происходит?!

Девушка резко встала, напрягая руки и цепляясь ими в поверхность матраса чуть ли не до треска, выпучив от страха глаза и подняв широкие брови. А потом она прищурилась, до сих пор не привыкшая к столь яркому освещению. Поворот головы вправо, поворот головы влево. Девушка заметила только, что находилась в белом кубе. Сердце подскочило вместе с ней, пока она вставала, намереваясь рвануть вперёд. В мыслях вспышкой пронёсся образ возможной двери. Но оглядевшись вокруг, запертая не нашла ничего. Только кровать у стены посередине одиноко стояла посреди всей чистейшей пустоты, словно напоминая о жалком положении дел.

Может, это сон? Слишком тихо и плоско было здесь, слишком нереалистичное окружение. Ведь не бывает такого, чтобы за ночь можно было здесь запереться: если человек в состоянии сюда попасть, значит, есть место, из которого он пришёл. Поэтому девушка мигом опустилась на колени, глядя на пространство под кроватью, но и там ни намёка на выход. По коленям мелкими молоточками забились отголоски резкой от падения боли. Вспотевшей и дрожащей ладонью протерев пострадавшее место, запертая тяжело вздохнула, продолжая вертеть головой. В конце концов, невозможно же уснуть у себя в комнате, в безопасности, а проснуться не пойми где, да ещё и взаперти. Если, конечно, это не похищение…

Сердце вновь дёрнулось, как человек при возникновении неожиданного шума. В голову стали лезть неприятные навязчивые мысли, собственные страдающие и кричащие в цепях образы. От разыгрывающейся фантазии глаза нервно забегали по комнате, не зная, за что цепляться. Наконец, чтобы убедиться в реальности происходящего, девушка решила ударить себя по лицу. Не рассчитала – ударила очень сильно, розовое пятно лёгкими волнами растеклось по лицу. Зато убедилась…

Но панике это не помешало: она окутывала всё тело, заставляя его сильнее потеть, трястись и краснеть. От самого живота начинает кружащимся комком, словно на качелях, распространяться холодный страх. Руки и ноги откровенно дрожали, а в глазах уже темнело, от чего взгляд частично стал казаться неживым.

Прошлая стадия, кажется, подошла к концу. На замену тем эмоциям подступила новая: ярость, что просачивалась диким и болезненным рыком сквозь сцепленные до хруста зубы. Девушка напрягла ладони в кулаки; словно молния, примчалась к стене напротив кровати и начала угрожающе и быстро туда стучать, что было мочи. Помещению с этого не было: ничего не отпадало и даже не подавало признаков «увечий». От этого было хуже только той, что решила наносить так отчаянно удары, становившиеся всё слабее… Зато шершавый комок в горле увеличивался, желал вырваться. Пока его пытались сдержать, слёзы уже вовсю начинали литься:

– Выпустите меня!

Интересно…Кого это она просит? Она уверена, что её кто-то вообще слышит?

– Выпустите!!! – крик срывался на истерический, даже животный. Ох уж эта человеческая жажда свободы, которая любого цивилизованного превратит в дикого, бушующего зверя…

А девушка всё повторяла свою просьбу. Да кто её услышит? Она ведь понимает, что бунтовать бессмысленно? Видимо, нет, раз в надежде прислушалась к тишине, которую уже перекрывали не вопли, а собственный звон в ушах. Этой бедняжке никто не ответит, никто её не услышит. Отчаянный удар всем телом завершил акт ярости. Тяжёлое дыхание срывалось с губ кусками, как у человека, что подвергается пыткам, от которого пытаются вытянуть информацию. Недолго так удалось простоять: спустя секунду часть стены будто перевернулась снизу вверх, а девушка вместе с ней. Скатилась, после упала плашмя на пол, жмуря красные от слёз глаза.

– Я уже думал, что один здесь… – спокойным, вялым голосом сказал кто-то, чья фраза потом раздалась лёгким эхом.

Девушка резко, до состояния кружения, подняла голову и увидела перед собой сидящего в позе «бабочки» смугловатого парня с тёмными волосами по плечи и в таком же белом одеянии. Посреди такой же белой комнаты с белой кроватью. Да что здесь за ерунда происходит?! А тем временем едва видные из-за шевелюры зелёные глаза так и сверлили пострадавшую.

– Это ты меня запер?! – неожиданно крикнула девушка сквозь злобный рык. – Зачем ты это сделал?! Кто ты такой?!

Эмоциональный всплеск парень никак не прокомментировал, лишь легонько сморщил горбатый нос, не до конца протянув ладони к ушам. Однако он до сих пор смотрел на девушку своими полузакрытыми глазами, явно желая что-то сказать, но ему изнутри словно что-то не позволяло это сделать. Вздохнув, а после улыбнувшись, парень нашёл в себе какие-то силы:

– Повезло, что я успел раньше проснуться.

Девушка приоткрыла искривившийся рот, широкими и растерянными глазами вцепилась в образ впереди неё и упёрлась ладонями в пол, пока что не намереваясь вставать – видимо, слишком сильно её поразила невозмутимость паренька.

– И это всё, что ты можешь сказать?.. – не меняя положения, с запинками спросила она. – Так спокоен, будто ты знаешь, какое сейчас время! – новая порция злости нахлынула девушку, как облили бы любого неожиданным контрастным душем, да так, что даже от такого тело само находило силы резко встать, как у запертой сейчас. И тут же в её глазах без всяких пауз блеснула искра, – погоди, а ты знаешь время? И да, – девушка заморгала, пытаясь вернуть себя на прошлый лад. Поэтому голос снова уплотнился и стал громче, – ты не ответил на мои изначальные вопросы!

Парень поджал губы, с которых уже испарилась та лёгкая, спокойная улыбка. Глаза, как неподвижные, глядели только в глаза чужого ему человека. И не было точно ясно, думает он, как ответить, или просто осматривает соседку.

—Я такой же, как и ты.

– То есть?.. – запертая подняла одну бровь и согнула в локте левую руку, чья ладонь сжалась в ненавязчиво угрожающий кулак.

Снова лёгкая улыбка осветилась на лице незнакомца. Он кивнул плечами, на этот раз опустив голову и водя расслабленными пальцами по матовому полу, легонько касаясь его.

– Какая ты? – с его уст этот вопрос казался таким непринуждённым, словно сейчас происходит обычная культурная дискуссия между зрелыми людьми.

Девушка скривилась. В мозгу словно полопались шарики, в которых содержались остатки ясного ума. В голове собеседницы по пути встретился тупик, что никак, кажется, сейчас не побороть. Перед глазами только одно: чего от неё хочет этот тип?

А тот, тем временем, сидел, продолжая водить медленнее рукой, находясь в явном ожидании ответа. При взгляде на него девушка ощущала не только кипящую злость, но и какую-то неловкость. Скорее, это от того, что представитель мужского пола выглядит столь безынициативным в разговоре. Кажется, если продолжать молчать, то ты никогда от него больше ничего не услышишь! Девушка, вставив кулаки «в боки», уже открыто демонстрируя явно не мягкий настрой, заговорила сквозь зубы:

– Я думаю, ты прекрасно осознаёшь, что твои вопросы только больше злят меня. Я чую, какую ты там строишь довольную и наглую физиономию!..

– Значит, это ты меня и заперла?

Тишина. Парень вновь приподнял голову, глядя без какого-либо эмоционального подтекста. Девушка скривилась до такой степени, что на её лице проявились отчётливые субтитры: «что ты, чёрт возьми, несёшь?» Будь она предметом, то была бы похожа на истошно свистящий чайник. А кем был бы незнакомец?.. В прочем, сейчас это не важно…

– С чего такие тупые выводы? – от гнева зубы скрипели друг об друга, лицо покраснело, а ноги сделали громкий и грозный шаг в сторону паренька, который снова лишь задумчиво повёл плечами:

– Но ты тоже пришла к таким же выводам, когда…упала в гости. Зачем тогда спрашиваешь?

Девушка бешено расширила глаза, сделала громко и возмущённо звучавший глубокий вдох и тут же замерла, будто даже не пронизывая, а полноценно расстреливая своим взглядом. Губы еле соприкасались друг с другом, как у задыхающейся рыбы на суше.

– Нахал! – после эмоциональной «немой паузы» сорвалось оглушающим звуком, от чего парню снова пришлось протягивать ладони к ушам. – Как ты так смеешь говорить? Да и не запирала я никого, я сама запертая! И в конце концов, ты так и не ответил, кто ты такой, – напомнила девушка, скрестив руки на груди так крепко, что ткань свернулась во множество складок.

– Вообще-то, ответил, – и на этот раз он сказал без лишнего молчания.

– Имя. Мне нужно знать твоё имя. И фамилию, – собеседница презрительно и изучающе сощурила глаза.

– Меня зовут «запертый», – спокойно и монотонно раздалось с уст парня, словно он действительно сейчас отвечал собственное имя.

Это он так пошутил, наверное. Но девушка явно не одобрила подобный юмор: вместо обычных и частых вздохов скрипело рычание, от чего ткань одеяния на груди с бешеной скоростью поднималась вверх-вниз, брови нахмурились до предела, а руки резко откинулись напряжённо по бокам. Все признаки того, что она скоро взорвётся от ярости. Грозный топот понёсся в сторону незнакомца:

– Слушай сюда, пацан. Нас здесь заперли. Мы находимся непонятно где, одеты непонятно во что, и сами мы не знаем друг друга. Положение настолько неизвестное, что уже, кажется, легче умереть. Думаешь, мне смешно сейчас от этих глупостей?! Да я чуть ли коньки не отбросила, когда увидела вместо своей любимой комнаты вот…ЭТО! – и девушка скованно и истерично подняла руки вверх, сама при этом не сводя взгляда. Кажется, она сейчас ударит этого мальчишку, раз она в ответ на его тихий вздох и без всяких подтекстов ухмылку пытается заправить широкие и длинные рукава.

– Дайте листок бумаги и карандаш! – на этот раз максимально неожиданно прикрикнул парень.

– Чего? – девушка сразу остановилась, окидывая собеседника частым взглядом сверху вниз. – С чего вдруг на вы, и где я тебе их возьму?

Но парень лишь многозначительно молчал, ровно сидя и смотря в пустоту. Вдруг откуда-то сверху звонко свалился белый карандаш. Запертая подняла голову и заметила плавно спускающийся листок бумаги. Тоже белый. Злостно хмыкнув на уже не шуточную помешанность неизвестного на белом, девушка поджала губы, желая воздержаться от комментариев.

Юноша и не подал виду. Спокойно дотянувшись до карандаша и спустившегося листка, он тут же принялся за дело: начал что-то рисовать прерывистыми линиями. Собеседница наклонила заинтересованно голову, но всё ещё не успокаиваясь от своего гнева.

– Что…ты…делаешь?.. – с запинками на каждом слове произнесла она.

Но парень всё равно молчал, его рука двигалась так, будто теперь писал на линиях какие-то слова. Девушка с глухим рыком закатила глаза и села рядом, аккуратно придерживая низ одеяния, которое похоже на платье. И, наконец-то, пока она садилась и что-то недовольно бурчала себе под нос, парень подал этот лист ей прямо в руки. Соседка, конечно, сначала не оценила этого жеста. Она лишь сморщила нос, с очевидным непониманием окидывая взглядом синих глаз руки и лицо парня. Но не стоило долго ждать, как девушка приняла предложенное, прищуриваясь.

Перед ней на белом полотне серым цветом открылся домик, каким бы его нарисовал абсолютно любой ребёнок: кривой квадратик с таким же кривым треугольником сверху и прямоугольником внутри – своеобразное окно. По всем линиям сверху что-то повторно было проведено, и не трудно догадаться – какой-то текст. Но почему-то при попытках прочитать перед глазами изображение плыло, шаталось, а то и вовсе в глазах начинало темнеть с цветным визуальным шумом. Руки автоматически разжались, отпустив листок в свободный полёт. Девушка отрывисто и испуганно вздохнула. Парень уже с каким-то блеском в глазах оглядел собеседницу, дожидаясь удобного момента что-то сказать.

– Что ты натворил? – не так яростно, а уже растерянно отреагировала девушка, не меняя положения своего тела. Она лишь глубоко дышала, водя взглядом по полу, вспотевшие ладони дрожали. Громкий глоток слюны. Спустя пару секунд запертая заговорила чуть тише, уже смотря парню в глаза, – почему я не смогла ничего прочитать?..

И в какой раз в ответ последовало молчание. Запертый плавно поднял голову, откуда и появились предметы, недолго помял зубами губу, равнодушно окидывая взглядом потолок. После уже опустил голову, подбирая всё тот же листок с карандашом. Твёрдым движениям парень разрисовал всё пространство бумаги с двух сторон. Удивительно, что в этот момент девушка восклицала лишь недовольным взглядом. А теперь снова тишина. Юноша, сделав короткий вздох, вновь направил ввысь непринуждённый голос:

– Дайте ещё лист бумаги, пожалуйста.

Теперь никто не шевелился, и, скорее всего, даже не дышал. Все смотрели наверх, в надежде, что вот-вот откроется неизвестная дверца, с которой спустится желаемый листок, а в щелке можно будет разглядеть лицо того, кто обрёл запертых на неизвестную судьбу. Но ничего не происходило.

– Дайте ещё лист бумаги, пожалуйста, – более настойчиво повторил парень, слегка придавливая ладонью на голову девушки, чтобы та не смотрела вверх. В ответ сорвалось кроткое «эй», потом последовала сцепка ладонями. Осуждающий взгляд соседки исходил исподлобья. Однако сам «экспериментатор» тоже опустил взгляд, и лишь после этого бунтарка угомонилась, оставаясь теперь наедине с мыслями о том, насколько нелепой сейчас выглядела ситуация с учётом всех обстоятельств. Все вопросы оставались открытыми: с чего этот тип был так уверен, что получит загаданное, с чего решил, что может что-то утаивать? Всё равно он своими действиями только меньше вызывает доверия и больше желания бежать из-за всех ног…если бы было, куда.

Тишина, ожидание, кроткое дыхание… Время словно замедлилось, либо это листок падал слишком долго. Тем не менее, парень продолжал придерживать чужую голову, контролируя, как неугомонного ребёнка. Он молчал, но, казалось, тихо шепчет: «подожди ещё чуть-чуть» … Но сколько бы уже ни ждали, ничего так и не появилось.

– Вот и всё, истратил ты все листочки, гений! – агрессивным тоном упрекнула собеседница, вертя импульсивно головой из стороны в сторону, передразнивая.

– Зато в кое-чём мы убедились, – парень отпустил голову девушки, без подтекста вздыхая и глядя в пол.

– Убедились? Ха, смотря в чём. Лично я в том, что ты безмозглый дурак, – поправив волосы, она продолжила осуждающим и высокомерным тоном, – портишь листы, а потом просишь ещё. И это несмотря на то, что ты испортил его изначально. Я не то, что прочитать, даже ничего разглядеть не смогла!

– Даже так? – совершив резкое движение, зелёные глаза уже как при первой встрече своеобразным пламенем окутывали собеседницу. Та лишь опустила уголки губ, покрутила пальцем у виска и отвернулась, издав обиженное: «Хм!» и скрестив руки на груди. Но не прошло и минуты, как девушка развернула голову, подняла брови, прищурила глаза и заговорила протяжно и недоверчиво:

– Так… А как зовут тебя?..

– Скажу после того, как скажешь ты.

Удивительно, что собеседница даже не повела носом и не стала разгонять излишки агрессии:

– Меня зовут Ждйер…Что? – девушка тут же закрыла свой рот вспотевшими ладонями, полностью разворачиваясь к парню и глядя на него искренне напуганными широкими глазами. Её щёки от такого поворота событий порозовели, и благодаря этому образ выглядел не грозным, а уже наивным, детским. Как будто случайно ругнулась при родителях, будучи в дошкольном возрасте, когда ты в глазах старших – ничем не осквернённый ангелок.

– Ждйер? Странное имя, – хмыкнул парень, сминая пальцы и более заинтересованно глядя на собеседницу, – а почему ты удивлена?

– Потому что меня зовут Ждйер! А-а-а, что за ерунда! – ладони судорожно дёргались из стороны в сторону, словно неживые. – Ждйер меня зовут, а не…Да что ж такое?! – девушка вновь сорвалась на крик, в краснеющих от эмоций глазах блистали капельки слёз. Незнакомец лишь поджал губы.

—Меня зовут Сенмла́к, – молчок, задумчивый взгляд. Будто он говорил не для того, чтобы представиться, а чтобы проверить происходящее, – удивительно, но я тебя понимаю.

– Тебя тоже зовут далеко не Сен …Сенмлак?

– Может быть. А тебя разве не Ждйер зовут?

– Меня зовут так, но… – девушка подняла вновь испуганный взгляд на парня, поднося кончики пальцев к побледневшим губам. – Это словно не моё имя.

Собеседник покачал головой, уже полноценно кусая губы. Его взгляд на время помутнел, но спустя секунду зелёные краски в нём загорелись вновь:

– Тогда как тебя, по-твоему, зовут?

Взгляд девушки теперь тоже временно помутнел. Отрывисто бегающие зрачки растерянно метались, следя за собственными дрожащими руками. В голове абсолютная пустота. Тот же самый вакуум, в котором здесь удосужилось проснуться. Никаких намёков прошлого, никаких чужих голосов, зовущих по имени, никаких надписей или подписей собственным, или хотя бы чужим почерком – самая истинная бездна, в которую тебя толкнули, и ты не сможешь из неё выбраться. Там же, как и сейчас в мыслях, не за что зацепиться, что хотя бы напомнило о том, как тебя звали. На языке, будто по команде, вертелась эта навязанная кем-то посторонним кличка, от которой ты не в состоянии избавиться. Словно раб или домашнее животное. Однако от рук хозяина не веет даже относительно отдалённым теплом, только холод небытия. Это ощутимо стало даже на физическом теле: толпа непослушных мурашек пробежалась по телу, заставив позорно дёрнуться. Лёгкие будто окутались плотным слоем льда… Сейчас началось самое что ни есть падение на это невидимое дно?

– Я не знаю, – единственное, что удалось выдать в такой ситуации.

И опять – ни слова. Лишь кроткий кивок в ответ. Только губы парня шевелились, при этом даже в такой тишине не было слышно ни единого намёка на какой-то шёпот. После каких-то таких многочисленных попыток Сенмлак почесал затылок, облизывая пересохшие губы. И как же он даже в такой ситуации остаётся не то, что спокойным, даже равнодушным?!

Еле слышное дыхание. Лёгкий шорох одежды, издаваемый при нервных движениях девушки. Откуда-то и правда налетал холод, укрывая своей шёлковой пеленой. А может, это всего лишь игры с собственным разумом и преувеличение? До этого же ничего не было ощутимо. Но когда очередная попытка вспомнить своё имя провалилась, то мороз будто уплотнился в пространстве, только вот уже не нежное покрывало ложилось под его властью на ребят, а иголки кололи по всему телу. Даже Сенмлак передёрнулся, даже его глаза от такого слегка расширились в удивлении, прояснившись под густой чёлкой. Значит, он чувствует то же самое…

От навязчивых мыслей отвлёк шум, раздавшийся где-то сзади. Плоский, но сильный удар пронёсся лёгкой дрожью. Первая обернулась девушка, автоматически хмурясь при виде неизвестных личностей. Парень лишь медленно приподнял голову, тяжело вздыхая.

– Это вы нас заперли?! – вернулась к обвинениям Ждйер, чьи глаза пылали новой злостью. В её голосе нарастали строгость и пренебрежение.

Этими двумя новыми личностями оказались парни. Оба они пока что лежали на полу, как и девушка ранее. Один из них, правда, долго отдыхать не собирался, и высокая, светлая фигура поднялась в пространстве:

– Ты такая недоверчивая, – ровный, но не лишённый недовольной интонации голос раздался из этого типа. Своими ладонями он грубо проходился по белому одеянию, что почти сливалось с ним самим: белоснежная кожа, идеальный светлый блонд и небесные глаза, которые пока ни на кого не обращали внимания. Лишь после «отряхивающей» операции лицо приподнялось, и тут же взгляд стал сверлить девушку. Парню даже пришлось замереть. Сверху вниз, снизу-вверх… По поднимающемуся одеянию видно, как ускорилось его дыхание. Издалека еле виднелись зрачки – до чего сильно они сузились. Из-за этого взгляд выглядел более грозным, но девушка продолжала стоять ровно, не выдавая своего смятения, в отличие от незнакомца. Тот уже кашлянул, попытавшись вернуться к строгой интонации, однако в этот раз его обращение звучало куда нежнее прошлого, – ты пытаешься обвинить тех, кого видишь в первый раз. И нельзя ли повежливее…пожалуйста?

– Ха, вы посмотрите, какой нежный! – передразнила Ждйер, начиная вставать всё с такой же агрессией, как на Сенмлака. Сценарий у неё явно не менялся. Поэтому синие глаза резко метнулись на второго парня, что еле поднимался, – небось, с дружком своим в сговоре!

– Да я его толком даже не знаю! – ответил скупо второй, с живостью отходя от первого, с которым он, пожалуй, был противоположного вида: низенькое, худенькое тело с чёрными волосами и карими глазами, нервно бегающими по округе. Лишь одно объединяло этих двоих: бледность кожи.

– Ты на приколе? – крупный парень максимально скривил лицо, – мы только что знакомились, сидели и пытались выбраться вместе, кого ты из себя строишь?

На слове «строишь» второй сощурил и так немного узковатые по природе глаза, медленным движением скрещивая руки на груди. Через пару секунд взгляд уже расширился, будто парень что-то вспомнил, и стал надувать губы в сторону щёк. Первый закатил глаза и фыркнул, немного отходя в сторону:

– Ты же вёл себя как относительно адекватный человек, что за идиотизм в тебе стрельнул?

– Да кто вы вообще такие?! – истошный крик сорвался с Ждйер, пока она топала ногами и раскидывала руками. – Пока вы тут прикалываетесь, мне приходится нервничать в лишний раз из-за раздумий, не убийцы ли вы!

– Ага, в нашей компании истеричка-эгоистка, я понял, – первый парень усмехнулся, медленно переводя взгляд на Семнлака. Пока девушка в очередной раз замирала, готовя кулаки, светлые брови незнакомца восхищённо приподнялись, крупная рука указывала в ту сторону, – а ты глянь на него! Он вообще… невидимка… Хотя по внешности не скажешь, – короткий смешок снова сорвался, Сенмлак поджал губы и слегка нахмурился, – ну, извини, правда же! Зато своей скромностью создаёшь маскировку…

– Так-так, а это ещё что за комментарии?! – на новый крик Ждйер все невольно вздрогнули, только каждый смотрел по-своему на неё: Сенмлак опустил голову, как ни в чём не бывало, и без особого настроя рисовал пальцами невидимые круги на полу. Первый «выпавший» лишь зажмурился, опуская ладонь вниз в знак того, чтобы девушка была тише. Второй ещё сильнее напрягся, зажимая руками грудь и стараясь уже в лишний раз не шелохнуться, лишь глаза его изучающе смотрели.

– Само с языка слетело. Прошу привыкать к таким комментариям. Но если неудобно, так уж и быть, простите за мою прямолинейность. Я Сентйертс, кстати.

На слове «прямолинейность» Ждйер показательно фыркнула, на что Сентйертс неодобрительно покачал головой и, тут же словно забыв, обратил осторожно взор к своему знакомому, который тем временем просто стоял и изучал новых для себя людей. Из-за этого всем пришлось провести малое количество времени в полной тишине.

– Мне приглашение достать? – грубо выкрикнула девушка, подходя поближе ко второму типу с топотом. Тот, казалось, стал слегка озадачен. Вытянул резко ладони, будто пытался остановить девушку, и начал бегло оглядывать каждого в комнате:

– А что, собственно..? Необходимо представляться?

– Пф, нашёлся парень-загадка! Йал его зовут, – Сентйертс скрестил руки и издевательски поглядывал на того самого Йала.

– Это что за подстава? – второй тип сжал кулаки и сделал скромный шаг навстречу блондину, но карие глаза не отражали той уверенности в нём, что сейчас он изображал. Те, пусть и на долю секунду, но стали влажными и от того блестящими в таком ярком помещении, – меня так идиотски не зовут, я…