Полная версия
С13H16N2O2
– Экстренный челнок номер ноль-пять продолжает движение в «ТЕХНИЧЕСКО-ИНЖЕНЕРНЫЙ ОТСЕК, уровень [-1]», дабы оценить ущерб и оказать первую медицинскую помощь пострадавшим.
Когда платформа почти уехала, Ион и Лаза успевают разглядеть надпись на тыльной части глаза – RPHL. Когда он исчезает в тоннеле, в воздухе все еще стоит тяжелая тишина. Первым ее нарушает Ион:
– Лаза?
– Да?
– Я ни хрена не понимаю.
– По-другому и не скажешь.
Патогены в Слепой Туманности: комплексное исследование возможных биоаэрозольных процессов и ксенобиотической устойчивости в условиях космических аномалий
Доктор Альфино Зе’мер, кафедра космической биологии, Абаддонский Университет (планета Абаддон, созвездие Плакальщицы)
Доктор Понтий Дрийя, кафедра ксеноальгиатрии, Университет имени Ульриха д’Санта (планета Лорения, созвездие Бродяги)
Профессор Вивиенна-Изма Граусс, Лаборатория Экстренных Медицинских Исследований (спутник Илинирр-2, планета Илинирр-Апоплекс, созвездие Коронованного Змея)
Журнал ксенобиологических исследований, том 7, выпуск №3 (4557 г.), стр. 114–137
Удельный индекс аккредитованного исследования: 2.42.1454/FD7P36R3
Аннотация
Настоящее исследование посвящено анализу биологических и ксенобиотических факторов среды Слепой Туманности. Несмотря на устойчивые слухи о «космических инфекциях» и «нейро-дегенеративных эпидемиях», результаты десятилетней программы наблюдений свидетельствуют об обратном: в Слепой Туманности отсутствуют жизнеспособные патогены.
Были проанализированы более двух тысяч образцов аэрозольных частиц и микроскопических конденсатов, собранных с внешней обшивки исследовательских аппаратов. Не обнаружено ни одного устойчивого биологического организма, способного воспроизводиться или сохранять метаболическую активность. Следовательно, Слепая Туманность не представляет эпидемиологической угрозы в классическом понимании.
1. Контекст наблюдений
Слепая Туманность впервые зафиксирована Форримской заполярной обсерваторией в 3578 году по архаике. С тех пор объект породил множество легенд и тревожных докладов о «неизвестной заразе», неуловимой для стандартных сканеров. Рост подобных версий совпал с трагическими событиями в области Слепой Туманности, включая потерю связи с транспортными модулями серии Oberlicht (4237) и инцидент с транспортно-логистическим узлом компании LeadLeep (4301).
Вопрос ксенобиотической угрозы вновь обострился после эпидемии tenebrisrubella («черная корь», 4499), чье достоверное происхождение до сих пор не установлено. Вирус унес жизни более девяти миллиардов людей и был нейтрализован вакциной «Корфиш» (Ульрих д’Сант, 4511). На фоне этого внимание к любым «внеземным источникам инфекции» стало постоянным фактором политики и науки.
Окончательное решение о системном исследовании Слепой Туманности принято после катастрофы первой межгалактической колонизаторской миссии «TARDEMA» (4545). Финансирование предоставила компания Two-Eyed Beholder. Была запущена долгосрочная научно-исследовательская программа «Algiatris Maximus» (4546–4556) под надзором Центральной Комиссии по Биобезопасности Космических Объектов (ILLIMO).
Примечание: в ходе научного исследования дополнительно применялась автономная система биомониторинга RPHL компании Two-Eyed Beholder.
2. Результаты
Полученные данные оказались однозначными и в некотором смысле разочаровывающими для сторонников гипотезы «космической чумы»:
Ни в одном из 2437 образцов не выявлено ДНК, РНК или иных биополимеров, способных к репликации или метаболизму.
Попытки культивирования микрофлоры из аэрозольных фракций при различных температурах и давлениях не дали результата.
Комбинация температурного, радиационного и электромагнитного фона среды приводит к быстрой денатурации белков и разрушению известных клеточных структур.
Состав частиц соответствует преимущественно силикатно-углеродным конгломератам с высоким содержанием ионов металлов – без признаков биологической организации.
Не выявлено инфекционных агентов, вирусных частиц или аналогов микробной активности.
3. Обсуждение
Проведенное десятилетнее исследование позволяет заключить, что среда Слепой Туманности не поддерживает существование или формирование биологических структур в каком-либо известном науке виде. Гипотеза о «космической чуме» в рамках актуальных критериев биологии получила окончательное опровержение.
Тем не менее, наблюдения фиксируют ряд устойчивых физико-химических аномалий, природа которых остается неясной:
Колебания электромагнитного фона при отсутствии видимых источников;
Непостоянство параметров плотности плазмы и пылевых конгломератов;
Отклонения в распределении редких изотопов серебра (¹⁰⁷Ag и ¹⁰⁹Ag), не соответствующие моделям равновесного синтеза.
Аналогичные изотопные аномалии для других элементов не выявлены. Причины наблюдаемых отклонений на данный момент остаются неясными.
Эти особенности не нарушают известных законов физики, однако не вписываются в существующие теоретические модели межзвездных объектов. Отдельного внимания требуют причины высокой стабильности фронта Слепой Туманности, ее необычно четких границ и происхождение локальных возмущений, влияющих на работу измерительных приборов.
4. Заключение
Слепая Туманность не содержит признаков биологической активности и не является источником инфекционной угрозы. Вместе с тем зафиксированные аномалии указывают на наличие процессов, природа которых остается неясной и требует дальнейшего изучения.
Таким образом, Слепая Туманность на данный момент классифицируется как неконвенциональное астрофизическое образование: неживое, но и не полностью инертное, демонстрирующее сложную внутреннюю динамику.
ГЛАВА 6.
Ион и Лаза беспорядочно перемещались по темным тоннелям, подобно слепым грызунам. Почти все дороги, по которым могла пройти их платформа, оказались намертво перекрыты. На пути то и дело появлялись гигантские металлические ворота, раскрашенные черно-оранжевой краской. Лаза нашел карту корабля и интерактивный путеводитель на личном планшете какого-то работника. Как выяснилось, у этой системы путей есть свое название – «УЗЕЛ». Всего таких систем три, по одной на каждый уровень корабля.
Минус-первый уровень, или «[-1]», служит скелетом TARDEMA. Здесь располагаются посадочные шахты и ангары, распределительные и перерабатывающие отсеки, углеродные принтеры и ИИ-центр, генераторы и хранилища, крематорий, двигатель и система защиты корабля. Рабочие, инженеры, погрузчики и охранники трудились тут день и ночь, не покладая рук, как муравьи в муравейнике. У каждого своя роль и свои обязанности. Работа не прекращалась ни на секунду, ибо TARDEMA жила именно благодаря труду этих людей. Несмотря на автоматизацию многих процессов, механизм должен был работать как часы.
Если минус-первый уровень – скелет корабля, то нулевой уровень, или «[0]» – тело и сердце. Здесь обитало большинство экипажа и колонизаторов – почти девять тысяч человек. Этот уровень представлял собой город внутри корабля. Здесь располагаются жилые комплексы: общие помещения, кухни, душевые, комнаты отдыха, секции с регулируемой гравитацией и климатом. Между жилыми модулями находились столовые, бары и рестораны, зоны для развлечений и занятий спортом, игровые залы и кинотеатры – места, где можно провести время, не вспоминая о холодном космосе за бортом. На окраинах уровня располагались диагностические центры и небольшие оранжереи, где люди проводили время среди зелени и искусственного солнечного света. Тут проходила основная жизнь TARDEMA – на нулевом уровне отдыхали, спорили, женились и устраивали праздники. Все, что делало существование на корабле хоть немного похожим на обычную планету, было сосредоточено здесь.
Над всем этим располагается «[1]» – первый уровень, закрытый сектор, куда допускались лишь специалисты и офицеры. Это был мозг TARDEMA. Здесь находился капитанский мостик, исследовательские лаборатории, координационные центры и аналитические ядра, логистические узлы и комнаты связи. Помещения уровня были изолированы друг от друга герметичными шлюзами и системой доступа, контролируемой по биометрии. В отличие от шумных жилых секторов внизу, здесь царила тишина и стерильный порядок: ровное освещение, стеклянные панели, гул серверов за стенами. Вдоль главных коридоров тянулись модули наблюдения и командные терминалы, где операторы в реальном времени отслеживали состояние всех отсеков корабля. Любая неисправность, перегрузка или сбой сразу фиксировались на тактических панелях. Именно здесь принимались решения, от которых зависели жизни девяти тысяч человек.
Ион и Лаза объездили весь минус-первый уровень вдоль и поперек. Им нужно было попасть в основные посадочные шахты, где располагались корабли технического обслуживания. Они планировали угнать один из них и сбежать с TARDEMA, однако двери были закрыты биометрическими замками. Самое интересное, что сектор со спасательными капсулами тоже оказался наглухо запечатан. Оба не понимали, как такое вообще возможно.
– Какого хрена? – возмущался Ион. – Спасательные капсулы они на то и спасательные, что к ним должен быть доступ в любую секунду, чтобы дать деру. Идиотизм полный!
Положение крайне печальное. С TARDEMA попросту не было выхода, кроме резервной шахты, через которую они и попали. Но теперь она тоже сломана с концами.
– Скорее всего, единственный способ покинуть корабль – добраться до самого верхнего уровня, найти там капитанский мостик и открыть изнутри эту консервную банку, – говорит Лаза, управляя платформой.
– Но для начала нам надо подняться на нулевой уровень в жилые помещения, – бурчит Ион. – Я охренеть как хочу есть.
– Я тоже. А еще спать. У меня все перед глазами плывет от усталости.
Ион стучит пальцами по сенсорной панели наушников. Он снял эту гарнитуру с тела одного из работников отсека, где перерабатывался углекислый газ. Специальная маркировка и активное шумоподавление – то, что нужно для такой тяжелой работы. С помощью этих наушников сотрудники минус-первого уровня связывались друг с другом и координировали действия. Если запастись удачей и терпением, то есть шанс выйти на связь с кем-то, кто сохранил рассудок.
– Ну как успехи? – спрашивает Лаза.
Ион отрицательно мотает головой.
– Почти все каналы отключены, а те, что работают, транслируют полоумный бред.
– Ты пролистал их все?
– Дважды.
– И ничего?
– Ничего.
Лаза озадаченно цыкает. Ион продолжает стучать пальцем по наушнику. Его донимает сломанная кисть. Наспех сделанная шина из куска металла и троса для стяжки грузов спасает положение, но не сильно – рука все еще сильно болит и ноет.
– Лаза, смотри…
В темноте у края шахты валяется человек в темно-синем бронежилете и в шлеме. Поначалу кажется, что он мертв, но если приглядеться, становится ясно, что это не так. Он быстро-быстро моргает, закатив глаза, что видны лишь белки, и время от времени дергает ступнями. На плече – минималистичный шеврон в виде белой стрелы, пронзающей галактику – символ колонизаторской миссии TARDEMA. Ниже надпись: «Охранная служба, приоритет: ХИМЕРА». Он одет совсем не как обычный охранник – на нем куда более серьезное обмундирование. Под бронежилетом проступают искусственные мышцы экзоскелета. Руки мертвой хваткой вцепились в грозный автомат.
– Это может нам пригодиться, – Ион кивает на оружие.
– Что будем делать?
Ион стучит по плазменному резаку. Лаза хмурится, выкатывая глаза.
– Ты собираешься убить его, чтобы забрать автомат?
– Он ему все равно не нужен, он валяется тут, как овощ.
– Ты убьешь человека ради оружия?
– Поверь мне, будь он в состоянии стоять на ногах, он бы нас уже пристрелил, не задумываясь.
Охранник начинает ерзать и мычать, услышав посторонние голоса. Ион и Лаза тут же замолкают. Через пару секунд охранник снова отключается.
– Давай не будем его убивать, а просто отберем автомат, – шепчет Лаза.
– Ага, может еще под расписку попросишь одолжить? – сквозь зубы шипит Ион. – Я уже один раз послушал тебя, и мы чуть не померли!
– Это совсем другая ситуация.
– Вот тогда сам и пробуй.
Ион демонстративно отходит назад. Лаза фыркает и подкрадывается к охраннику на цыпочках. Медленно тянется за автоматом, не сводя глаз с его лица. Кусает нижнюю губу от волнения. Когда пальцы касаются автомата, Лаза резко тянет его на себя и вырывает из рук охранника. Тот сразу приходит в себя, широко раскрывает заплывшие кровью глаза и визжит.
Лаза пытается выстрелить. Нажимает на спусковой крючок, но ничего не происходит. Разъяренный охранник валит его на землю и хватает за горло. Секунда – и в плечо вонзается плазменный резак Иона. Резкий рывок, и охранника распиливает надвое. Горячие капли плоти падают на лицо Лазе. Ион протягивает ему руку, помогая подняться.
– Ну как, попробовал отнять?
Лаза истерично нажимает на спусковой крючок, тыкает подряд на все кнопки, но ничего не происходит.
– Какого черта?! Почему не работает?!
Лишь затем он находит на тыльной части рукоятки специальную выемку. Она грозно вибрирует каждый раз, когда Лаза пытается выстрелить из автомата.
– Что это такое? – спрашивает Ион.
– О нет…
– Что?
Лаза поднимает руку мертвого охранника и приставляет его ладонь к автомату. Оружие издает приятное «дзынь» и щелкает затвором.
– Автомат защищен биометрией. Им может пользоваться только хозяин.
До Иона сразу же доходит, что к чему, и он потерянно фыркает.
– Твою мать… Это значит, что все пушки на TARDEMA привязаны к охранникам?
– Похоже на то, – грустно кивает Лаза.
– Нахрена так делать?
– Чтобы, если начнется бунт или что-то в этом роде, простые люди не могли воспользоваться оружием.
– То есть мы вообще не сможем найти здесь простое оружие без биометрической защиты?
– Не знаю, – Лаза нервно прикусывает нижнюю губу. – Будем надеяться, что найдем.
Ион принимается обыскивать труп. Щупает охранника по карманам и находит на поясе небольшое устройство – тонкое и чрезвычайно легкое.
– Пергаментный планшет? Ни хрена себе, – Ион мнет гаджет как лист бумаги. – Я думал, такие стоят как целое состояние.
– Они и вправду стоят как целое состояние.
Экран устройства вспыхивает и требует пройти биометрическую проверку. Ион хватает руку убитого охранника и вкладывает пергаментный планшет в ладонь. Отпечаток есть, но этого мало – требуется отсканировать сетчатку. Заплывший пустой глаз мертвеца не проходит проверку. В итоге Иону представляется доступ к недавним заметкам, но не более. На экране всплывает последнее уведомление – срочный приказ «сверху», из департамента охраны TARDEMA на первом уровне. Короткое сообщение, обернутое в строгий протокол:
ПРИКАЗ #8.8/2
ДАТА И ВРЕМЯ: !!!В ДОСТУПЕ ОТКАЗАНО!!!
ОЧЕРЕДНОСТЬ: НЕЗАМЕДЛИТЕЛЬНО
ИСПОЛНИТЕЛЬ: отряд «ХИМЕРА»
ПРЕДОТВРАТИТЬ БЕСПОРЯДКИ на УРОВНЕ [-1] в следующих секторах:
ТЕХНИЧЕСКО-ИНЖЕНЕРНЫЙ ОТСЕК
РАСПРЕДЕЛИТЕЛЬНЫЙ ЦЕНТР
ЦЕНТР УГЛЕРОДНОЙ ПЕЧАТИ И 3D ПРИНТИНГА
ОПИСАНИЕ ТЕКУЩЕЙ СИТУАЦИИ:
– Массовые нарушения общественного порядка;
– Проявление агрессии и неподчинение по отношению к сотрудникам службы охраны;
– Наличие пострадавших и агрессивных лиц;
– Неадекватное кататоническое состояние нарушителей;
ПОРЯДОК ДЕЙСТВИЙ:
1. Развернуть отряд «ХИМЕРА» на следующих маршрутах:
[маркеры на общем плане]
2. Установить контроль доступа на входах/лифтах/коридорах
[маркеры на общем плане]
3. Усмирение беспорядков путем прямых переговоров и психологического воздействия
4. В случае неповиновения и дальнейшей агрессии применить нелетальное оружие
5. В случае эскалации конфликта или прямой угрозы жизни членам отряда «ХИМЕРА» открыть огонь по приказу командира подразделения
ВОЗМОЖНЫЕ ПРИЧИНЫ БЕСПОРЯДКОВ:
!!!В ДОСТУПЕ ОТКАЗАНО!!!
!!!В ДОСТУПЕ ОТКАЗАНО!!!
!!!В ДОСТУПЕ ОТКАЗАНО!!!
ПРИЛОЖЕНИЯ: !!!В ДОСТУПЕ ОТКАЗАНО!!!
[схема зоны, списки личного состава, логи доступа]
Дочитав до конца, Лаза задумчиво чешет подбородок:
– По всей видимости, беспорядки начались очагами. И служба безопасности пыталась остановить распространение… чего бы это ни было, – он сминает в руках пергаментный планшет. – Все самое важное скрыто от посторонних глаз. Интересно, почему у них ничего не вышло и почему они стали такими же, как остальные?
– А еще интересно, где остальные члены его отряда? – Ион касается ногой трупа охранника.
В тоннеле впереди слышится тихое электромагнитное жужжание. В темноте появляется знакомый свет трех фар.
– Смотри, опять одна из этих штук…
В их сторону подъезжает сферический белый челнок RPHL. Он учтиво сбавляет скорость, проплывая мимо. Пока Ион и Лаза мотались туда-сюда по минус-первому уровню, они дважды пересекались с ними. Сначала им казалось, что это один и тот же челнок, но как оказалось, их несколько. На первый взгляд они выглядят одинаково, но у каждого из них разные модули. У одного были инструменты для оказания первой помощи, у другого – система экстренной реанимации. Неизменным оставался лишь жуткий глаз с левитирующими крылатыми кольцами.
Тот, что проезжает перед ними, выглядит как отельная вешалка на колесах. Только вместо одежды на ней висят люди. Ион и Лаза роняют челюсти от шока. Робот везет тела, подвешенные за шеи, как туши на скотобойне. Побитые и искалеченные трупы медленно болтают руками и ногами. Глаз молча смотрит на Иона и Лазу. Смотрит долго, словно хочет просверлить их насквозь. Кольца застыли, не двигаются. Механическая рука плавно, по-кошачьи аккуратно тянется в их сторону. Хватает труп охранника и резко вешает к остальным.
Робот не отрывает взгляд от Иона и Лазы даже когда начинает уезжать, даже когда почти полностью растворился в темноте шахты. Лишь когда электромагнитное жужжание RPHL пропадает, Ион хватается за голову:
– Мать твою за ногу! – на его лице страх. – Там были следы от моего резака!
– Что?
– Там был один из трупов с ожогами от моего плазменного резака.
Лаза вспоминает и ужасается – среди тел действительно был тот безглазый грузчик, который поднял панику в инженерном отсеке.
– Что вообще здесь происходит?
– Уходим отсюда как можно скорее…
Лаза дает полный вперед. Платформа едет в темноте вдоль широкого многополосного тоннеля. Вдруг по левую руку появляется какая-то дыра. Похоже на очередную шахту. Лаза сверяется с картой «УЗЛА» минус-первого уровня, но на ней одна сплошная прямая – никаких дополнительных путей или ответвлений.
– Что это?
Платформа аккуратно вписывается в поворот и еле-еле помещается в узкий проем. Ион и Лаза поднимают голову. Им кажется, будто они оказались в шахте гигантского лифта. Она уходит вверх более чем на сотню метров и заканчивается приятной пеленой света, будто путь прямиком на небеса. Под рукой у Лазы вспыхивает сенсорная панель. На ней мигают жирные красные буквы:
«ПРЕДОСТАВЬТЕ ПРОПУСК ДЛЯ ПЕРЕХОДА НА УРОВЕНЬ [1]».
Ион радостно сжимает кулаки.
– Подъем наверх! Мы нашли его!
Лаза чешет затылок.
– Подожди, тут нужен какой-то пропуск…
Оба ненадолго задумываются. Ион ахает и щелкает пальцами.
– Может это про ту самую карту, которую ты подобрал с подстреленного лысого мужика?
Лаза достает голографический ключ. Подносит его к сенсорной панели. Экран мерцает и на нем появляется кружок. Он долго и тревожно крутится. Ион и Лаза затаили дыхание. Экран снова мерцает, а затем вспыхивает зелеными буквами:
«ОСОБЫЙ ПРОПУСК ДЛЯ ПЕРЕХОДА НА УРОВЕНЬ [1] УСПЕШНО АКТИВИРОВАН».
– Я чертов гений! – Ион выкатывает грудь колесом. – Что бы ты без меня делал?
Лаза облегченно выдыхает, чувствуя, как платформа под ним начинает медленно подниматься навстречу свету.
– Особый пропуск, – читает он с экрана. – А теперь представь, что было бы, если у нас его не было.
– Не хочу представлять.
Ион смотрит вверх. Приятный теплый свет все ближе и ближе. Ощущение, будто он возносится из темного царства смерти прямо в рай.
– Эта штука может идти быстрее? – он стучит по перилам платформы.
Лаза щипает себя, чтобы не уснуть на ногах.
– Теперь нам надо найти безопасное место и еду. Если мы поднимаемся отсюда, – он проводит пальцем по планшету с интерактивной картой TARDEMA, – значит, будем… тут? Или тут? Как считаешь?
Он переводит взгляд на Иона. Тот задумался, сосредоточенно смотрит в одну точку, не моргая.
– Что-то случилось?
– Голос…
– Голос?
– По передатчику, – Ион показывает на ухо. – Какой-то сигнал. Очень слабый.
– Ну-ка дай мне.
Лаза хватает один из наушников. В плотной стене неприятного гудения пробиваются обрывки фраз. Женский голос говорит что-то про «выживших», «точку сбора» и «яблоневый сад».
– Надо же, – протягивает Лаза. – Живой человек. Не съехавший с катушек.
– Это охренеть как здорово! Значит мы здесь не одни! Надо связаться с ней!
Ион выдергивает передатчик из уха Лазы. Нажимает на кнопку в виде микрофона.
– Прием! Вы меня слышите? Прием?!
– Я не уверен, что это так работает…
– Прием?! Меня зовут Ион! Мы выжившие! Алло?! Вы меня слышите?!
– Хватит кричать. Она на другой частоте и разговаривает через другие устройства.
Ион хмурится.
– То есть она меня не слышит?
– Я почти уверен, что нет.
Он складывает руки на груди.
– Тогда почему я ее слышу?
– Случайно поймал сигнал. Такое бывает. Твое устройство работает только на минус-первом уровне.
– С чего ты взял?
– Потому что оно специально для работников.
Лаза раздраженно снимает с него наушники и показывает особую маркировку на тыльной части. Ион обиженно выхватывает передатчик обратно.
– Бред. Я все равно…
Треск и скрежет. Резкий и противный, как металлом по стеклу. Золотой свет наверху лихорадочно мерцает. Затем слышится долгий гул, будто кто-то резко вдавил по тормозам старого трактора. Платформа под Ионом и Лазой резко останавливается. Снова тьма.
– Да чтоб ты в гробу поперек лег! – сплевывает Ион. – Что это за хрень? Что теперь?!
Лаза быстро-быстро моргает, в глазах рябит от вспышек света.
– Плохо дело…
Они застряли посреди вертикальной шахты. Ион подбегает к пульту управления и тыкает на все без разбора. Крутит туда-сюда шар, но ничего не происходит. Со злости пытается схватить его и выбросить, но тот намертво приклеился к пульту управления.
– Кусок говна!
Лаза пытается не отчаиваться, но у него не получается. Это все напоминает один большой несмешной анекдот. Еще минута, пара десятков метров вверх, и они бы доехали до первого уровня! Лаза чувствует, что его тело становится мягким, как пластилин. Хочется лечь и больше никогда не вставать.
Разозленный Ион мечется из стороны в сторону как ужаленный.
– Что будем делать?
Лаза ничего не отвечает.
– Не молчи! Думай!
Он хватает друга и насильно ставит на ноги.
– Есть идея – будем лезть наверх! Ты готов?
– Я не смогу, – скулит Лаза. – Если я полезу сейчас наверх в полной темноте, то сорвусь и разобьюсь.
– Другого пути нет!
– Там метров сорок вверх…
Ион чувствует, что хочет расквасить Лазе лицо, но сдерживается.
– Тогда хватит ныть! Предложи что-нибудь!
