Хроники Лунного камня. Книга 1. Союз льда и пепла

И именно в этот миг, когда чаша была опущена и формальная связь установлена, чары равновесия лопнули.

Чаша не разбилась. С ней случилось иное. Иней в левой чаше вдруг вспыхнул ослепительно-белым светом, и от него во все стороны бросились призрачные, морозные лучи. Холодное пламя в правой чаше сжалось в точку, потемнело до цвета пепла и испустило волну густого, беззвучного жара.

Эти две волны – света и тьмы, холода и жара – встретились не в конфликте, а в мгновенном, полном взаимного уничтожения.

Глава 12

Тишина после слов Хранителя Скрижалей была звенящей, натянутой до предела. Потом её прорвало. Не аплодисментами, а единым, вырвавшимся из сотен глоток выдохом – смесью облегчения, что кошмарный ритуал завершён, и суеверного трепета перед увиденным. Герольд, бледный как мел, выкрикнул что-то о первом тосте. Слуги, дрожащими руками, начали разливать вино в кубки. Казалось, самый страшный позади.

Первый кубок поднял король Кассиан. Его рука не дрожала, но взгляд был устремлён куда-то в пространство между сыном и невесткой, словно он видел там не людей, а две непрочитанные катастрофы.

– За союз! – прохрипел он, и его голос сорвался. – За… будущее!

Это была искра в бочке с порохом. Искра, упавшая на ту самую, только что натянутую между ними струну.

У Алиры, услышавшей это «будущее», прорвалась наружу слепая волна облегчения. Не радости. Животного, физического ощущения, что акт продажи завершён, ярмо надето, и теперь можно на секунду перестать сопротивляться, потому что битва проиграна. Это облегчение выплеснулось из неё не слезой, а чистым, бессознательным выбросом её сути – тоской по тишине, холоду, покою.

У Ардена в тот же миг сорвалась глухая волна раздражённого напряжения. Ярость на отца, на ритуал, на свою беспомощность, на эту девушку, ставшую вечным напоминанием о его клетке. Напряжение, которое он копил неделями, и которое уже не могло удерживаться за плотно запертыми воротами его контроля.

Две волны – леденящего принятия и тлеющей ярости – вырвались наружу и столкнулись в центре зала, в точке, где секунду назад висело только эхо тоста.

Последствия были мгновенными и тотальными.

Все свечи и лампы в зале не погасли. Они превратились. Пламя замерло, стало матовым, неподвижным, и из его контуров посыпалась мелкая, серебристая изморозь, падая на скатерти и плечи гостей тихим, звенящим дождём. Одновременно все металлические предметы – кубки, украшения, пряжки на ремнях стражников – покрылись тончайшим, радужным налётом мгновенной окалины, будто их на секунду вынули из горна и дали остыть на ледяном ветру. В воздухе запахло не гарью, а резкой свежестью, как после первой зимней грозы, смешанной с запахом раскалённого камня.

В зале воцарился хаос. Крики. Звон падающих кубков. Дамы падали в обморок. Мужчины хватались за оружие, не понимая, откуда ждать угрозы. Лорд Валерус что-то кричал, пытаясь восстановить порядок, но его голос тонул во всеобщем смятении.

Алира и Арден не видели этого хаоса.

Они смотрели только друг на друга. И это был уже не взгляд. Это было физическое ощущение.

Каждый чувствовал это в самой глубине груди, в том месте, где жила их магия. Будто та самая невидимая струна не просто дрогнула, а зазвенела чистым, мощным, абсолютно чуждым и невероятно родным аккордом. Звуком, от которого содрогнулись кости и остановилось дыхание.

У Алиры «Ледяное Сердце» на груди не замерло, а начало биться – ровно, тепло, как второе, успокоенное сердце. Тепло разливалось по жилам, смывая дрожь и тоску, оставляя после себя странную, ясную пустоту.

У Ардена Часовой Кристалл не взорвался жаром. Он… затих. Его вечная, мучительная вибрация, гудение распада, смолкли. Впервые за много лет в его груди воцарилась не боль и не страх, а глубокий, холодный покой. Он чувствовал, как каналы под кожей остывают, а шрамы перестают ныть.

Их силы не боролись. Они замкнули круг. Нашли точку равновесия не во внешнем мире, а в самом факте своего одновременного, беззащитного проявления.

– Что… – начала Алира, но слова застряли в горле. Её голос был тихим, но он услышал его сквозь весь гам.

– Ты… – выдохнул Арден, и в его глазах не было ни страха, ни ненависти. Только ошеломлённое, почти научное изумление, смешанное с первобытным шоком.

Их не дали договорить. К ним пробились стражники во главе с Кадмусом и капитаном северян. Большие, грубые руки обхватили их, не как жениха и невесту, а как две опасные, нестабильные реликвии.

– Развести их! Немедленно в покои! Разными путями! – командовал чей-то голос.

Их потащили прочь. Алира успела лишь мельком увидеть, как Ардена уводят в противоположный проход, и как он, уже за дверью, обернулся, чтобы бросить на неё последний, пронзительный взгляд – уже не отстранённый, не испуганный. Заинтересованный.

Её заперли в её покоях. Приставили стражу снаружи. Элоди, бледная и испуганная, пыталась помочь ей снять платье, но Алира только покачала головой. Она стояла посреди комнаты, прижимая ладонь к груди, к тёплому, ровно пульсирующему кулону.

Страх не исчез. Он был тут, знакомый и холодный. Но он больше не был один. Его теснило знание. Ошеломляющее, невербальное, физическое знание. То, что случилось, не было атакой. Не было конфликтом. Это было… признание. На уровне материи, на уровне магии их сущности узнали друг в друге не врага, а недостающую часть. Ключ и замок. Вопрос и ответ.

Она подошла к окну. Ночь была тихой. Ничего не напоминало о хаосе внизу. Она думала о его взгляде в последнюю секунду. В нём не было победы. Не было торжества. Была та же самая, зеркальная жажда понять, что клокотала теперь и в ней.

В своей башне Арден сорвал с себя душащий камзол. Он стоял перед большим зеркалом, касаясь пальцами груди над Кристаллом. Он был спокоен. Ужасно, неестественно спокоен. Ни единого намёка на привычную боль, на зуд под кожей, на давление.

Он мысленно возвращался к тому ощущению. К тому аккорду. Он, инженер, пытался разложить его на частоты. Частота её холода. Частота его распада. При столкновении они не погасли. Они дали третью, результирующую частоту – нейтральную, стабильную, невероятно мощную.

Он взглянул на приборы в углу. Все датчики, отслеживающие его состояние, показывали зелёную, ровную линию. Идеальный покой. Такого не было с тех пор, как в него вживили Кристалл.

Страх был рационален. Они не понимали, что это было. Не понимали последствий. Это мог быть временный эффект. Это могло быть предвестием чего-то худшего.

Но под страхом, глубже, бушевало неутолимое любопытство. Он только что стал свидетелем (и участником) явления, которое опровергало все известные законы магического взаимодействия. Он получил первый, неопровержимый экспериментальный результат. И теперь ему был нужен доступ ко второму компоненту эксперимента. К ней.

Он подошел к балкону, глядя в сторону её крыла замка. Там горел одинокий огонёк – свет в её окне.

Они оба не спали в эту ночь. Разделённые каменными стенами и сотнями шагов. Связанные теперь не просто указом старейшин, а гораздо более прочной, пугающей и невероятно интересной нитью – общей тайной их собственного существования. Брак был заключён. Но их настоящая история, история льда и пепла, которые вместе породили нечто третье, только что сделала свой первый, оглушительный вдох.

Глава 13

На севере ночь никогда не была по-настоящему тихой. Ветер выл в башенных щелях, старые балки скрипели под тяжестью снега, иней оседал на окна с лёгким, похожим на дыхание – шорохом. Но эти звуки были родными…

Здесь же была гулкая, абсолютна тишина, нарушаемая лишь отдалёнными и незнакомыми звуками: где-то хлопнула дверь, стражи за дверью нахаживали шаги. Это всё не успокаивало – это пугало. Всё это было чужим.

Алира лежала на своей кровати, смотря в потолок. Всю ночь её мучили воспоминания о произошедшем на церемонии. Солнечный свет пробирался сквозь закрытые шторы. Мягкие лучи солнца падали на её лицо заставляя изредка щурить глаза. Солнце не просто светил – оно било, обрушиваясь на золочённые ручки кровати, на полированный мраморный пол. Воздух в покоях был тёплым, сухим и неподвижным – обжигая горло.

Её дар. Она всегда чувствовала его, но сейчас… сейчас он как будто притупился. Уснул. Исчез. Тот случай, произошедший на церемонии, был виновником этого. Чувство пустоты, пожирало изнутри. Единственная веточка, связывая её с домом пропала. Сейчас она была беззащитна.

Дверь отворилась без стука, и в покои вошла Элоди, единственная поддержка в этом месте. Девушка несла поднос, и Алира, почувствовала запах – терпкий, горьковатый, родной.

– Доброе утро, Ваше Высочество, – голос Элоди был тихим будто она сама понимала, что громкие звуки были сейчас неуместны. – Думаю вам не легко после произошедшего на церемонии, – осторожно произнесла Элоди и поставила поднос на столик рядом с кроватью. – мой брат посоветовал приготовить вам чай из северного можжевельника и сушёной брусники

Алира присела на кровати. Взгляд упал на поднос. Запах дома ударил ей в нос, отмораживая замёрзшее сердце.

– Спасибо, – тихо произнесла Алира убирая челку за ухо. Её волосы, которые обычно были собраны в длинную косу, сейчас были распущенными и слегка волнистыми. Она ненавидела это. У неё были прямые длинные волосы, которые вчера накрутили и закололи в высокую пышную причёску.

Элоди мягко улыбнулась. Это была улыбка не просто прислуги, которую похвалили. Эта улыбка была друга. Тот, кто понимает и готов помочь.

– Совет и его высочество ожидают вас к завтраку через час. Придётся переодеться в парадное, – в голосе Элоди звенели извинения, хотя Алира понимала, что в этом нет её вины и лишь молча взяла чашку с чаем и молча кивнула.

Весь процесс одевания был для Алиры пыткой. Платье Солнечных Равнин было соткано из десятка слоёв воздушного шёлка цвета утреннего неба. Оно струилось, переливалось, было красивым, но совершенно бесполезным. Алира не привыкла к такой одежде. На Севере девушки одевали по-другому. Там нет пышных платьев. Там были лишь обычные платья, сделанные из плотной ткани. Причёску тоже пришлось изменить. Элоди бережно собрала волосы Алиры в полу-распущенную причёску. Для Алиры это было чужим, длины волосы в распущенном состоянии были ниже талии. Половина собранных волос была в небрежный пучок. Алира смотрела в отражение зеркала, пока Элоди затягивала корсет платья сзади. Это была не она. Чужой наряд, нелепая причёска, такое чувство что из неё пытаются сделать похожей на всех….

Алира вместе с Элоди и ещё двумя служанками шли по длинному коридору. Руки слегка дрожали от небольшого страха, но она шла прямо. Ровные шаги, прямая осанка, взгляд только вперёд. Вдоль коридора стояли стражи и при виде Алиры они кланялись. Прислуга, проходившая мимо, не забывали отдавать поклон. Но за этим не стояло доброта или честность, каждый их взгляд, каждое действие говорили, что они перепуганы. Теперь в королевстве новая кронпринцесса, та, что может своей силой уничтожить королевство Северных Равнин.

Алира вместе с Элоди и двумя служанками зашли в большой зал для утренних аудиенций. Он был огромен, холодным и пустым, если не считать длинного стола из тёмного дерева и людей за ним. Девушку провели на специально отведённый для неё место – противоположная сторона от Ардена. Двадцать шагов пустого, сверкающего пространства разделяли их.

Он вошёл минуту спустя. Не как новобрачный, как смущённый жених. Он вошёл как хозяин, не замечая никого вокруг, даже её. Он выглядел идеально: безупречный камзол, белая рубаха, волосы, собранные в строгий хвост. Его лицо было спокойным. Он занял своё место напротив Алиры, его движения были экономичными, лишёнными суеты.

За столом повисло напряжение. Каждый находящийся здесь ощущал этого, казалось будто воздух накалился.

– Совет Солнечных Равнин имеет честь приветствовать принцессу Алиру из Северных Озёр за общим столом, – откашлявшись произнёс один из Совета Старейшин. – Да благословит этот союз все бога. И поможет это союз укрепить наши земли.

Все встали подняв бокалы, но Арден не шевельнулся. Он лишь поднял голову и посмотрел на неё. В нём не было ни вчерашней ярости, ни даже любопытства. Был лишь интенсивный, аналитический расчёт. Все взгляды уставились на него, а король Кассиан немигающе сверлил взглядом сына.

– Арден, – голос прорезал тишину, но Арден не отводил взгляда от Алиры.

– Принцесса Алира, – произнёс Арден не замечая лишних глаз, голос был ровным, лишённый каких-либо оттенков. – Надеюсь ваши покои вам подходят и вас здесь всё устраивает

Алира посмотрела на него сжимая в руке бокал с вином. Он будто специально пытал надавить на больные точки.

– Благодарю вас за беспокойство, Ваше Высочество, но меня всё устраивает, – голос звучал чуждо, тихо, но не дрогнул.

Арден ничего не сказал, лишь кивнул. В зале снова повисла тишина. Напряженная. Тягучая. Никто не решался её нарушить, даже сам король. Все сели на свои места, так ничего не сказав. Весь завтрак прошёл в нагнетающей обстановке. Алира не смогла даже кусочка взять в рот, лишь ковыряя еду в тарелке. В основном говорили только советники. Арден как ни в чём не бывало завтракал не поднимая взгляда на людей.

Когда формальности были окончены, и Арден, кивнув совету, первый покинул зал, даже не взглянув на неё, Алира ощутила, что воздуха в лёгких не хватает.

– Ваше Высочество? – тихо позвала Элоди, появляясь у её плеча как тень. – Вам дурно?

– Воздуха, – с трудом произнесла Алира. – Мне нужен…. просто воздух. Не здесь.

Элоди молча кивнула и помогла Алире встать. Они покинули зал, поблагодарив всех присутствующих. Они вышли на внутренний дворик за северной кухней. Это единственное место где она чувствовала себя менее живой. Где было тихо. На клумбе где она пытала вырасти свой дом, до сих пор блестел на солнце маленький островок покрытый тонким слоем иней. Он не растаял, хотя прошло уже два дня. В сердце девушки зародилась надежда. Элоди это тоже видела и поняла замысел Алиры.

– Ваше Высочество, – осторожно произнесла Элоди становясь сбоку от Алиры. – Это место всё равно никому не нужно…. Тогда может…

– Тогда это место будет частичкой моего дома, – перебив Элоди произнесла Алира. Приподняв подол платья она подошла по ближе к клумбе где светился иней.

Алира не могла до конца поверить, что это вообще возможно. Рука потянулась, чтобы коснутся этого участка и только тогда когда её палец ощутил лёгкую прохладу, она осознала что это правда. Иней не растаял. Она замёрз, окутывая сухое пространство небесно синим цветом.

– Это прекрасно… – ели слышно произнесла Алира касаясь пальце оголенной части клумбы, где вновь расположился иней, захватив больше части сухой земли.

Алира не стала останавливаться, её рука выпустила ещё часть силы, заполняя пустое пространство инеем. Элоди смотрела на это заворожённо. Никогда она не видела такого… пространство которое было пару минут назад пустым и безжизненным, теперь становилось живым. Иней покрывал все пустые участки, преображая в нечто другое.

– Ваше Высочество, – тихо прошептала Элоди рассматривая как из рук девушки расплывается иней. – Это просто невероятно

– Северный лёд всегда прекрасен, особенно когда светит солнце.

Когда иней полностью окутал весь сад, Алира встала отряхнув подол платья и подошла к Элоди.

– Это место должно остаться между нами, – произнесла девушка, посмотрев на Элоди. – Никто не должен здесь быть кроме меня и тебя

– Слушаюсь Ваше Высочество, – Элоди покорно поклонилась. – Думаю нам пора.

Алира кивнула и последний раз бросила взгляд на своё творение и вернулась в свои покои под сопровождением Элоди.

Глава 14

В покоях Элоди снова подготавливала Алиру к новому ужину в компании Ардена. Пышное плать сшитое из тканей Солнечных равнин, слишком пышное и чересчур яркое. Новый образ значительно отличался от утреннего, только причёска изменилась. Девушка заранее попросила Элоди убрать в обычную, но в то же время привычную косу. Только с небольшими правками: Элоди вплела в косу цветы, не затемняя красоту Алиры. Нежные оттенки, они не выделялись, но делали образ изящнее и запоминающейся.

– Ваше Высочество это платье вам очень идёт, – произнесла Элоди вплетая в белоснужную косы цветки. – Принц Арден распарядился сшить для вас его. Хотя эта ткань не схожа с тканями Северных Озёр, но шьвеи постарались, чтобы это платье было хоть чуточку похожим.

– Платье и вправду прекрасное, но оно далеко от платьев в Северных равнинах, – с тоской ответила Алира глядя в своё отражение. Швеюхи и вправду постарались, сделали его чуточку пышным и оттенок был подобран правильно: светло синий с отливом серого, чем-то даже напоминало небо в солнечный день на севере

элоди ничего не ответила, лишь тяжело вздорхула, понимая как Алире сейчас тяжело. Доделав прическу Алира в сопровождении Элоди покинули покои и направились в сторону столовой.