Тайна венецианского зеркала. Исторический детектив

Если капитан стражи действительно связан с Орденом, то миссия Эдмунда оказалась под угрозой. Нужно было предупредить Изабеллу и подготовиться к худшему.

Венеция играла с ним в опасную игру, и ставки с каждым часом становились все выше.

Проходя мимо собора Святого Марка, Эдмунд невольно поднял глаза на золотые мозаики фасада. Святые и ангелы смотрели на него с высоты веков, словно предупреждая об опасности. Но он уже не мог остановиться – слишком далеко зашёл по пути, который начал его отец двадцать лет назад.

Тени Сан-Марко хранили свои секреты, но Эдмунд был полон решимости их раскрыть.

ГЛАВА 8: "ПЕРВАЯ ОПАСНОСТЬ"

Эдмунд покинул площадь Сан-Марко, стараясь двигаться естественно, но чувство тревоги не покидало его. Взгляд капитана Барбариго преследовал его, как призрак. Он свернул в узкую улочку, ведущую к мосту Риальто, и оглянулся – площадь была пуста, но это не успокоило его.

Венеция днём казалась открытой книгой, но стоило солнцу начать клониться к закату, как город преображался. Тени удлинялись, превращая знакомые улицы в лабиринт тайн. Эдмунд шёл по набережной, прислушиваясь к звукам города – плеску воды, скрипу причальных канатов, отдалённым голосам.

Внезапно он услышал за спиной мерные шаги. Обернувшись, увидел двух мужчин в темных плащах, которые шли на расстоянии примерно в пятьдесят шагов. Когда он остановился, остановились и они, притворившись, что рассматривают витрину лавки.

"Слежка," – подумал Эдмунд, и сердце забилось чаще.

Он ускорил шаг, свернув в боковую улочку. Шаги за спиной тоже участились. Сомнений больше не было – его преследовали.

Эдмунд знал Венецию недостаточно хорошо, чтобы легко оторваться от погони, но у него было одно преимущество – годы фехтования и верховой езды развили реакцию и выносливость. Он резко свернул направо, затем налево, петляя по узким переулкам между палаццо.

Преследователи не отставали. Более того, их стало больше – теперь Эдмунд слышал как минимум четыре пары ног. Они загоняли его, как зверя, отрезая пути к отступлению.

Он выбежал на небольшую площадь перед церковью Сан-Джакомо-ди-Риальто и понял, что попал в ловушку. Три выхода с площади были заблокированы – из каждого появились фигуры в плащах. Оставался только четвёртый путь – узкий мостик через канал.

Эдмунд бросился к мосту, но один из преследователей оказался быстрее. Мужчина с ножом в руке преградил ему дорогу.

"Стой, англичанин," – прохрипел он по-итальянски. "Тебе некуда бежать."

Эдмунд достал свой кинжал – тонкий, но острый клинок, который всегда носил с собой.

"Чего вы хотите?"

"Документы, которые ты украл. И молчания. Навсегда."

Нападавший выпад вперёд, но Эдмунд был готов. Годы обучения фехтованию не прошли даром – он отпарировал удар и нанёс ответный, оставив длинную царапину на руке противника.

Остальные преследователи приближались. Эдмунд понимал, что против четверых у него нет шансов. Нужно было бежать.

Он оттолкнул раненого нападавшего и бросился на мост. Каменные перила были скользкими от вечерней влаги, но он сумел удержать равновесие. За спиной раздались крики и топот ног.

Перебежав мост, Эдмунд оказался в еще более узком переулке. Стены домов почти смыкались над головой, оставляя лишь полоску темнеющего неба. Он бежал, не разбирая дороги, лишь бы уйти от погони.

Переулок привёл его к очередному каналу. Эдмунд остановился, тяжело дыша. Слева и справа тянулись стены домов, впереди – вода, сзади – приближающиеся шаги преследователей.

"Тупик," – с отчаянием подумал он.

Внезапно из-под моста выплыла гондола. За веслом сидела знакомая фигура – Изабелла! Она увидела его и быстро направила лодку к берегу.

"Прыгайте!" – крикнула она.

Эдмунд не раздумывал. Он разбежался и прыгнул с набережной в гондолу. Лодка качнулась, но выдержала его вес. Изабелла уже отталкивалась от берега, направляя гондолу в глубь канала.

"Пригнитесь!" – шепнула она.

Эдмунд лёг на дно лодки как раз вовремя – на набережной появились преследователи. Один из них что-то крикнул, но Изабелла уже скрылась за поворотом канала.

Они плыли молча, пока не оказались в безопасности. Только тогда Эдмунд поднялся и сел рядом с Изабеллой.

"Как вы оказались здесь?" – спросил он, все еще тяжело дыша.

"Следила за вами," – призналась она. "Видела встречу с тем человеком на площади, заметила, что за вами наблюдают. Решила быть поблизости на случай опасности."

"Спасибо. Вы спасли мне жизнь."

Изабелла улыбнулась, но в ее глазах читалась тревога.

"Кто это был?"

"Люди Ордена, без сомнения. Они знают, что мы расшифровали послания."

Гондола плавно скользила по темной воде. Венеция ночью казалась другим городом – таинственным и полным опасностей. Фонари в окнах палаццо отражались в воде, создавая дрожащие дорожки света.

"Эдмунд," – тихо сказала Изабелла. "Мы попали в очень опасную игру. Эти люди не остановятся ни перед чем."

"Я знаю. Но мы не можем отступить. Слишком много поставлено на карту."

Она направила гондолу к небольшой пристани у заброшенного палаццо.

"Здесь мы сможем переждать. Этот дом пустует уже несколько лет."

Они причалили и поднялись на террасу, откуда открывался вид на лагуну. Луна поднималась над водой, окрашивая все в серебристые тона. Звезды отражались в спокойной глади, создавая иллюзию двойного неба.

"Красиво," – прошептал Эдмунд.

"Да," – согласилась Изабелла. "Венеция прекрасна, но смертельно опасна. Как и любовь."

Он повернулся к ней, удивлённый неожиданным признанием.

"Изабелла…"

"Я знаю, что это безумие," – продолжала она, не глядя на него. "Мы знакомы всего несколько дней, вокруг нас опасность, впереди неизвестность. Но я не могу бороться с тем, что чувствую."

Эдмунд подошёл ближе, взял ее руки в свои.

"И я не могу. С того момента, как увидел вас, мой мир изменился."

Она подняла глаза, и он увидел в них отражение звёзд.

"Это может плохо кончиться."

"Или хорошо. Мы не узнаем, пока не попробуем."

Он наклонился к ней, и их губы встретились в долгом, нежном поцелуе. Время остановилось. Существовали только они двое под звездным небом Венеции, окружённые тишиной лагуны и ароматом морского воздуха.

Когда они разомкнули объятия, Изабелла прижалась к его груди.

"Что с нами будет?" – прошептала она.

"Не знаю," – честно ответил Эдмунд. "Но я обещаю – что бы ни случилось, я защищу вас."

"А кто защитит вас?"

Он улыбнулся, гладя ее волосы.

"Вы. Как сегодня."

Они стояли в объятиях, слушая плеск воды и далёкие звуки ночной Венеции. Где-то в темноте каналов их искали враги, где-то плелись нити заговора, который мог изменить судьбу города. Но в эту минуту для них существовал только этот момент – первый поцелуй под звёздами, обещание любви среди опасностей.

"Завтра мне нужно проникнуть во дворец Дожей," – сказал наконец Эдмунд.

"Я пойду с вами."

"Нет, это слишком опасно."

"Мы договорились действовать вместе," – напомнила она. "И потом, вам понадобится помощь. Дворец – это лабиринт, а я знаю его лучше вас."

Эдмунд хотел возразить, но понимал, что она права. Одному ему не справиться.

"Хорошо. Но при первых признаках опасности вы уходите. Обещайте."

"Обещаю," – согласилась она, хотя в глубине души знала, что никогда не оставит его в беде.

Луна поднялась выше, освещая их лица серебристым светом. Впереди их ждали новые испытания, но теперь они встретят их вместе. Любовь, родившаяся среди тайн и опасностей Венеции, была их силой и их слабостью одновременно.

Но они были готовы рискнуть всем ради истины и справедливости.

ЧАСТЬ II: РАССЛЕДОВАНИЕ (Главы 9-20)

ГЛАВА 9: "БИБЛИОТЕКА САН-ДЖОРДЖО"

Утренний туман еще не рассеялся над лагуной, когда гондола Изабеллы причалила к острову Сан-Джорджо-Маджоре. Белокаменная церковь работы Палладио возвышалась над водой, как видение из мрамора и света. Рядом с ней стоял древний монастырь бенедиктинцев, чья библиотека славилась по всей Европе.

"Брат Лоренцо – один из самых ученых людей в Венеции," – тихо говорила Изабелла, когда они поднимались по каменным ступеням к входу в монастырь. "Если кто и знает о древних символах и тайных обществах, то это он."

Эдмунд кивнул, крепче сжимая папку с зарисовками алхимических знаков, которые они обнаружили на зеркалах Марко Веронезе. После вчерашней погони и первого поцелуя под звёздами между ними установилась особая близость – они двигались как единое целое, понимая друг друга с полуслова.

Привратник, пожилой монах с добрыми глазами, узнал Изабеллу и радушно их встретил.

"Синьора Веронезе! Как давно вас не было. Примите мои соболезнования по поводу вашего отца – он был хорошим человеком."

"Спасибо, брат Антонио. Мы хотели бы встретиться с братом Лоренцо. У нас есть вопросы, которые может разрешить только он."

Монах кивнул и повёл их через внутренний дворик, где в тени аркад прогуливались другие братья, читая молитвенники. Воздух был наполнен ароматом роз и лаванды из монастырского сада.

Библиотека располагалась в отдельном крыле монастыря. Когда массивные дубовые двери распахнулись, Эдмунд невольно ахнул от восхищения. Перед ним простиралось огромное помещение с высокими сводчатыми потолками, расписанными фресками эпохи Возрождения. Вдоль стен тянулись ряды полок, заставленных древними манускриптами и фолиантами. Солнечный свет, проникавший через высокие окна, создавал золотистые столбы в воздухе, наполненном пылью веков.

" Великолепный," – прошептал Эдмунд, разглядывая роспись потолка, где ангелы и святые склонялись над открытыми книгами.

"Да, это одна из прекраснейших библиотек Европы," – раздался мягкий голос за их спинами.

Они обернулись и увидели высокого худощавого монаха лет пятидесяти с проницательными темными глазами и седой бородой. Его руки были испачканы чернилами – верный признак человека, проводящего дни за переписыванием и изучением манускриптов.

"Брат Лоренцо," – представилась Изабелла. "Это мой друг, синьор Эдмунд Грейвс из Англии."

Монах внимательно посмотрел на Эдмунда, словно пытаясь прочесть его душу.

"Англичанин… Интересно. Давно у нас не было гостей из туманного Альбиона. Чем могу служить?"

Эдмунд достал зарисовки символов.

"Мы изучаем древние алхимические знаки и хотели бы узнать их значение. Возможно, вы сможете нам помочь."

Брат Лоренцо взял листы и внимательно их изучил. Эдмунд заметил, как изменилось выражение его лица – удивление сменилось настороженностью.

"Где вы нашли эти символы?" – тихо спросил монах.

"На старинных зеркалах," – ответила Изабелла. "Работы моего покойного отца."

Лоренцо долго молчал, рассматривая рисунки. Затем оглянулся, убеждаясь, что они одни в этой части библиотеки.

"Следуйте за мной," – сказал он наконец. "То, что вы принесли, требует особого разговора."

Он повёл их в дальний угол библиотеки, где за высокими стеллажами располагался небольшой кабинет для работы с редкими манускриптами. Здесь царила полутьма, и воздух был пропитан запахом старого пергамента и воска.

"Садитесь," – предложил брат Лоренцо, указывая на деревянные стулья у массивного стола. "И расскажите мне правду – зачем вам нужна эта информация?"

Эдмунд и Изабелла переглянулись. Интуиция подсказывала, что монаху можно доверять.

"Мой отец был убит," – начала Изабелла. "Мы думаем, что это связано с тайным обществом, которое использует подобные символы."

"А мой отец погиб двадцать лет назад при загадочных обстоятельствах," – добавил Эдмунд. "Он расследовал деятельность организации, называвшей себя 'Орденом Золотой Маски'."

Брат Лоренцо побледнел.

"Орден Золотой Маски… Я надеялся, что эта история похоронена навсегда."

"Вы знаете о них?"

Монах встал и подошёл к одному из стеллажей. Достал толстый фолиант в кожаном переплёте и положил на стол.

"Это хроника нашего монастыря, которую ведут уже четыреста лет. Здесь записаны не только церковные события, но и… другие происшествия в Венеции."

Он открыл книгу на определенной странице.

"1580 год. Впервые упоминается тайное общество, называющее себя 'Speculum Ordo' – Зеркальный Орден. Они использовали зеркала для передачи зашифрованных посланий между членами организации."

"Зеркальный Орден?" – переспросил Эдмунд.

"Да. Позже они стали известны как Орден Золотой Маски. Их цель была… амбициозной. Они хотели контролировать торговые пути Венеции, влиять на политические решения, в конечном счёте – управлять самой Республикой из тени."

Изабелла наклонилась над книгой.

"А эти символы?"

"Каждый символ имеет двойное значение," – объяснил брат Лоренцо, указывая на рисунки. "Внешне это алхимические знаки – золото, серебро, ртуть. Но для посвящённых они означают совсем другое."

Он взял перо и начал делать пометки рядом с символами.

"Переплетённые змеи – это знак высшего совета Ордена. Золотая маска – символ самого главы организации. А вот эти руны…" – он указал на сложные переплетения линий. "Это карта."

"Карта чего?"

"Тайных ходов под Венецией. Орден создал целую сеть подземных туннелей, соединяющих ключевые здания города – дворец Дожей, собор Сан-Марко, главные палаццо патрицианских семей."

Эдмунд почувствовал, как учащается пульс.

"Эти туннели существуют до сих пор?"

"Полагаю, да. Венеция построена на сваях, но под ней есть и естественные пещеры, и искусственные ходы. Орден использовал их для тайных встреч и быстрого перемещения по городу."

Брат Лоренцо перевернул страницу.

"Но самое интересное не это. Смотрите – здесь описан ритуал инициации новых членов. Он проводился в особом месте, которое хроника называет 'Camera Speculorum' – Зеркальная комната."

"Где она находится?"

"Точно неизвестно. Но есть намёки, что она располагается под дворцом Дожей, в самом сердце венецианской власти."

Изабелла взяла его за руку.

"Брат Лоренцо, а что случилось с Орденом? Почему о нем перестали говорить?"

Монах закрыл книгу и задумчиво посмотрел в окно, где виднелись купола Сан-Марко.

"В 1797 году Наполеон захватил Венецию. Старый порядок рухнул, многие патрицианские семьи бежали или потеряли влияние. Орден, казалось, исчез вместе с ними. Но…"

"Но?"

"В последние годы до меня доходили слухи. Странные происшествия, необъяснимые смерти, люди, которые исчезали без следа. Возможно, Орден возродился."

Эдмунд встал и начал ходить по кабинету.

"Если это так, то они снова активизировались. Убийство Марко Веронезе, попытка убить меня…"

"Вас пытались убить?" – встревожился монах.

"Вчера вечером. Но нам удалось скрыться."

Брат Лоренцо покачал головой.

"Тогда вы в смертельной опасности. Орден не прощает тех, кто узнает их секреты."

"Но мы не можем остановиться," – решительно сказала Изабелла. "Слишком много людей пострадало."

Монах долго смотрел на них, борясь с внутренним конфликтом.

"Есть еще кое-что," – сказал он наконец. "Но это очень опасная информация."

"Говорите."

"У меня есть копия плана тех самых подземных туннелей. Мой предшественник, брат Марко, тайно скопировал его из архивов Ордена перед их исчезновением."

Эдмунд и Изабелла переглянулись.

"Вы дадите нам этот план?"

"Да. Но взамен я прошу вас об одном – если найдете логово Ордена, уничтожьте его. Венеция слишком долго страдала от их интриг."

Брат Лоренцо поднялся и подошёл к стене, где висело распятие. Нажал на скрытую пружину, и часть стены отъехала в сторону, открывая тайник.

"Вот," – он достал свиток пергамента. "План подземелий Венеции. Да поможет вам Бог в этом опасном деле."

Эдмунд принял свиток, чувствуя его тяжесть – не физическую, а моральную. Это была карта в подземный мир венецианских тайн.

"Спасибо, брат Лоренцо. Мы не забудем вашу помощь."

Когда они покидали библиотеку, монах проводил их до дверей.

"Будьте осторожны," – сказал он на прощание. "Зеркала могут отражать не только свет, но и тьму человеческих душ."

Гондола увозила их обратно в Венецию, а в руках Эдмунда лежала карта, которая могла привести их к разгадке тайны Ордена Золотой Маски. Или к смерти.

ГЛАВА 10: "ПАЛАЦЦО СЕКРЕТОВ"

Палаццо Контарини возвышался на Большом канале как воплощение венецианского величия. Его фасад из истрийского камня, украшенный готическими арками и византийскими мотивами, отражался в темной воде, создавая иллюзию дворца, уходящего в бездонные глубины.

"Лоренцо Контарини – один из самых влиятельных патрициев Венеции," – тихо говорила Изабелла, когда их гондола приближалась к мраморной пристани палаццо. "Его семья веками торгует с Востоком. Отец делал для них особые зеркала – говорил, что граф очень разборчив в вопросах красоты."

Эдмунд кивнул, поправляя камзол. Они решили явиться под видом торговцев произведениями искусства – Изабелла представилась бы как наследница мастерской отца, а он – как английский коллекционер, интересующийся венецианским стеклом.

Слуга в богатой ливрее встретил их у входа и проводил через мраморный атриум в главный зал палаццо. Эдмунд невольно замедлил шаг, поражённый роскошью убранства.

Потолок зала был расписан фресками Тинторетто – сцены из венецианской истории разворачивались в золотых рамах между резными балками из драгоценного дерева. Стены украшали гобелены из Фландрии и картины великих мастеров. Мраморный пол был выложен сложным геометрическим узором, а в центре зала возвышался фонтан работы Сансовино.

"Синьора Веронезе!" – раздался мелодичный голос.

К ним навстречу шёл мужчина лет сорока пяти, одетый в бархатный камзол темно-синего цвета. Лоренцо Контарини был красив той утончённой красотой, которая свойственна венецианской аристократии – высокий лоб, правильные черты лица, изящные руки с длинными пальцами. Но в его темных глазах Эдмунд заметил что-то настораживающее – слишком пристальный взгляд, слишком натянутую улыбку.

"Граф Контарини," – поклонилась Изабелла. "Позвольте представить вам синьора Эдмунда Грейвса из Лондона. Он интересуется произведениями венецианских мастеров."

Контарини протянул руку Эдмунду. Его рукопожатие было крепким, но ладонь оказалась влажной – признак нервозности.

"Добро пожаловать в мой дом, синьор Грейвс. Всегда рад встретить ценителя прекрасного. Примите мои соболезнования по поводу вашего отца, синьора Изабелла. Марко был выдающимся мастером."

"Спасибо за добрые слова," – ответила она. "Собственно, мы пришли по делу, связанному с его работами. Я привожу в порядок заказы отца и хотела бы убедиться, что вы довольны последним зеркалом."

Эдмунд заметил, как дрогнули веки графа при упоминании зеркала.

"Конечно, конечно. Прекрасная работа, как всегда. Но зачем беспокоиться? Все было выполнено безупречно."

"Отец оставил записи о том, что в зеркале могли быть некоторые… особенности. Хотелось бы проверить, не требуется ли дополнительная обработка."

Контарини помолчал, явно обдумывая ответ.

"Особенности? Не понимаю, о чем вы говорите. Зеркало обычное, очень красивое."

"Возможно, мы могли бы на него взглянуть?" – вмешался Эдмунд. "Я изучаю технику венецианских мастеров и был бы благодарен за возможность увидеть работу синьора Веронезе."

Граф колебался. В его глазах боролись вежливость хозяина и явное нежелание показывать зеркало.

"Ну… если это так важно… Следуйте за мной."

Он повёл их по мраморной лестнице на второй этаж. Стены лестницы украшали портреты предков Контарини – суровые дожи и адмиралы смотрели с полотен, словно оценивая пришельцев.

"Мой кабинет," – объяснил граф, открывая резную дверь.

Комната поражала изысканностью убранства. Стены были обшиты панелями из черного дерева, инкрустированными перламутром. Книжные полки ломились от фолиантов в кожаных переплётах. У окна стоял письменный стол работы флорентийских мастеров, а рядом – глобус работы венецианских картографов.

Но взгляд Эдмунда сразу привлекло зеркало, висевшее на стене напротив окна. Оно было заключено в раму из позолоченного дерева, украшенную резными херувимами и виноградными лозами. Размером примерно в три фута высотой и два шириной, оно отражало комнату, но что-то в этом отражении казалось странным.

"Великолепная работа," – сказал Эдмунд, приближаясь к зеркалу. "Рама тоже работы вашего отца?" – обратился он к Изабелле.

"Нет, раму заказывал сам граф. Отец делал только зеркальную поверхность."

Эдмунд внимательно изучал зеркало. При определенном угле зрения на поверхности проступали едва заметные символы – те же переплетенные змеи и алхимические знаки, которые они видели раньше.

"Удивительно," – пробормотал он. "Кажется, здесь есть какие-то узоры."

Контарини резко повернулся к нему.

"Узоры? Что вы имеете в виду?"

"Посмотрите сами," – Эдмунд указал на зеркало. "При таком освещении видны какие-то символы."

Граф подошёл ближе, и Эдмунд увидел, как побледнело его лицо.

"Я… я ничего не вижу. Возможно, это игра света."

Но Изабелла уже достала из сумочки небольшую свечу.

"Позвольте, я покажу. Отец научил меня читать такие послания."

"Нет!" – резко воскликнул Контарини. "То есть… не стоит беспокоиться. Уверен, что никаких посланий там нет."

Его реакция была слишком бурной для невинного замечания. Эдмунд и Изабелла переглянулись.

"Граф, а не могли бы вы рассказать, для чего заказывали это зеркало?" – мягко спросила Изабелла. "Отец упоминал, что у вас были особые требования."

Контарини отошёл к окну, повернувшись спиной к гостям.

"Никаких особых требований. Просто хотел красивое зеркало для кабинета."

"Но почему именно мой отец? В Венеции много мастеров."

"Марко… у него была особая репутация. Говорили, что он умеет делать зеркала, которые… которые показывают больше, чем обычные."

"Что вы имеете в виду?"

Граф обернулся, и в его глазах читалось отчаяние.

"Слушайте, я не хочу в это вмешиваться. Да, я заказал у Марко особое зеркало. Да, в нем зашифровано послание. Но я не знаю, что там написано, и знать не хочу!"

"Кто вас заставил сделать этот заказ?" – прямо спросил Эдмунд.

Контарини замолчал, борясь с собой.

"Я не могу… Если я скажу, меня убьют."

"Вас и так могут убить," – заметила Изабелла. "Как моего отца."

"Марко стал слишком любопытным. Он пытался расшифровать послания, которые передавал. Это было ошибкой."

Эдмунд подошёл ближе.

"Граф, мы можем вам помочь. Но для этого нужна правда."

Контарини долго смотрел в окно на канал, где проплывали гондолы с туристами – мирная картина, контрастировавшая с напряжением в комнате.

"Орден," – прошептал он наконец. "Орден Золотой Маски. Они возродились. И они хотят вернуть Венеции былое величие… любой ценой."

"Кто их возглавляет?"

"Не знаю. Никто не знает. Даже члены Ордена знают только своих непосредственных контактов. Но влияние у них огромное – в Совете Десяти, в торговых гильдиях, даже в церкви."

Изабелла зажгла свечу и поднесла к зеркалу. На поверхности проступили чёткие символы – дата, время и место встречи.

"Сегодня, полночь, крипта Сан-Заккария," – прочитала она.

Контарини ахнул.

"Вы не должны были этого видеть! Теперь мы все в опасности!"

"Успокойтесь," – сказал Эдмунд. "Мы найдём способ остановить их."

"Остановить?" – граф горько рассмеялся. "Вы не понимаете, с кем имеете дело. Орден существует веками. У них есть деньги, влияние, люди во всех ключевых позициях. Двое чужестранцев против целой организации?"

"Иногда двое решительных людей могут больше, чем армия," – ответил Эдмунд.

Они попрощались с графом, который проводил их до дверей с видом человека, идущего на казнь. Палаццо Контарини остался позади, но информация, полученная там, открывала новые горизонты расследования.