Счастье в каждом взгляде

Я хотел вцепиться в её губы, почувствовать её вкус, но вместо этого просто отпустил. Её фигура исчезла за дверью, а в голове всё ещё звучали мысли: «Повезло Егору…». В этот момент ко мне подошли коллеги, и я попытался отвлечься от навязчивых чувств.

- Дим, кто эта дама? — любопытно произнёс бухгалтер моего отца. — Отец в курсе твоих похождений?

- Эдик, не твое дело, — ответил я, стараясь скрыть раздражение.

- Если она свободна… — вставил Коля, юрист отца, с ехидной улыбкой. — Дай мне её номерок.

- Она помолвлена, — произнес я и уставился на стол, чувствуя, как внутри меня закручивается комок ревности и злости. Я понимал, что они уловили атмосферу и больше не задавали вопросов.

Мы заказали еду и продолжили разговоры, но мои мысли были далеко от них. Я думал только о ней — о том, как её волосы струились по плечам и её манящие губы. Это было настолько отвлекающе, что я едва мог сосредоточиться на работе.

На утро следующего дня ко мне пришла Эльза, моя невеста. Хотя наш брак был лишь формальностью — всего лишь бумажная сделка между нашими семьями ради слияния компаний — её присутствие вызывало во мне смешанные чувства. Я зашел в душ, пытаясь привести мысли в порядок.

Выйдя обратно, я обнаружил, что Эльза разговаривает по моему мобильному, что вызвало у меня вспышку гнева. Я выхватил аппарат, и тут же из динамика послышался голос Таси…

Каково же было моё удивление, когда она согласилась на мои условия: встретиться через пятнадцать минут в ресторане. Внутри меня поднималась волна волнения и ожидания. Словно электрический разряд пробежал по телу — я почувствовал, как сердце забилось быстрее. Я быстро вытерся и оделся, ощущая, как каждая клеточка моего тела готовится к встрече.

Я не раздумывал, просто бросился одеваться, как влюбленный мальчишка, игнорируя настойчивые вопросы Эльзы. Сердце стучало в груди, а руки тряслись от волнения, когда я ждал такси. Я почти умолял водителя ехать быстрее, обещая щедрые чаевые, если он доставит меня за десять минут.

К моему удивлению, таксист оказался настоящим асом — через несколько мгновений я уже стоял у дверей ресторана. Войдя в помещение, сразу увидел её. Она была невероятно красива: лёгкое платье нежного цвета обвивало её фигуру, а волосы струились по плечам, словно солнечные лучи. Запах её парфюма, сладковатый и свежий, окутывал меня, заставляя сердце биться быстрее.

Когда она изложила свои условия, я почувствовал, как внутри меня всё сжалось. Мне стало неловко за своё поведение накануне. Я собрался с мыслями и решился объясниться. Слова вырывались из меня, как будто сами стремились к ней: я признался в ревности и гневе. Но главное — я был готов отказаться от всего ради неё. Свадьба не имела для меня смысла, хоть отец и настаивал на этом. Я знал, что он уступит, если я действительно этого захочу.

После звонка её начальника мы направились ко мне в отель. Внутри меня всё дрожало от волнения; мысли о том, что могу забрать её в охапку и запереться в комнате, не покидали меня. Я чувствовал, как адреналин бурлит в венах. Когда мы подошли к двери, я чуть было не поцеловал её — момент был напряжённым и полным ожидания. Я видел, что она тоже чувствует эту связь между нами, но понимал: если я сделаю этот шаг, она никогда себе этого не простит.

Я остановился и, вместо того чтобы взять её в объятия, слабо поцеловал её в лоб. Этот жест был полон нежности и прощания. Внутри меня бушевали чувства, но я знал, что это лучшее решение на данный момент. Мы обменялись взглядами, полными невыраженных слов и эмоций, и я попрощался с ней, чувствуя, как сердце разрывается на части.

Весь оставшийся день я чувствовал себя словно потерянный, словно тень самого себя. Мысли о ней не покидали меня ни на минуту. Почему она снова появилась в моей жизни? Чтобы испытать меня на прочность? В голове крутилось множество вопросов. Как она узнала о свадьбе? Я ведь так старался сохранить это в тайне, чтобы никто не знал. Но, похоже, слухи разлетелись по редакции быстрее, чем я успел сказать «стоп». Один из её коллег, так сказать, мой личный шпион, сказал мне, что в их кругу уже обсуждают предстоящую свадьбу.

Затем, благодаря отцовским связям, узнал, когда Тася улетает, и решил прийти её проводить. Она сидела на скамье в зале, погружённая в свои мысли, и когда увидела меня, попыталась сделать вид, что не заметила. Но я не мог пройти мимо. Подошёл к ней, и в тот момент сердце забилось быстрее. Я произнёс слова прощания и искренне попросил прощения. Её глаза, полные эмоций, говорили больше, чем любые слова. Я чувствовал, как внутри меня всё сжалось от тоски.

Когда я уходил, меня охватила волна ностальгии. Каждый шаг давался с трудом, а в голове крутились образы её губ и тела. Я даже узнал через друзей дату их свадьбы и, несмотря на всю боль, планировал появиться. Видимо, я был настоящим мазохистом. А после ночами я просыпался в холодном поту от кошмаров: в них она сбегала к Егору, и это зрелище сводило меня с ума.

Эльза всё это время пыталась меня приободрить. Мы ходили в кино и рестораны, делая вид, что мы пара. Но каждый раз я чувствовал, как её присутствие лишь подчеркивает пустоту внутри. Я ловил себя на мысли, что даже она не способна затмить воспоминания о Тасе.

Спустя время мне пришло сообщение от Макса: у Егора сильно заболела дочь после неудачного падения, и ему срочно нужен опытный ортопед. Я сразу нашёл данные местного врача для малышки Евы. Мне для неё ничего не жалко, ведь она не виновата в том, что её отец и друг его отца влюблены в одну и ту же девушку. Я передал контакты через Макса, чтобы избежать возможных недоразумений и претензий.

Затем, благодаря своему шпиону в редакции, я узнал, что начальник Таси долго мучил её, но она стойко держалась. А на днях до меня дошли слухи, что их свадьба может не состояться: Егор стал часто пропадать. Это мой шпион случайно подслушал разговор Таси с её подружкой Лерой. Эти новости стали последней каплей.

Сначала я встретился с Эльзой и всё ей объяснил. На удивление, она приняла это спокойно; ей самой не нравилась идея свадьбы, она была увлечена другим парнем. Затем я поговорил с отцом. Спасибо ему за понимание — он дал своё благословение, хотя мне хотелось бы верить, что оно не будет пустым. С его помощью я расторг договор с «Олимпией» с минимальными потерями и собрал чемоданы, отправляясь навстречу своей судьбе.

Что касается блондинки — она появилась, когда я встречался с парнями накануне. Девушка с подругами пристала к нам в клубе. Я решил использовать её как часть своего плана: позлить Тасю. И вот, моё триумфальное появление прошло на ура. Я заметил, как её лицо покраснело от злости, когда она увидела меня с Татой — именно так она попросила её называть.

Когда я вышел к ней, она была полна эмоций — гнев, недоумение и даже немного зависти смешались в её взгляде. Я почувствовал, как внутри меня разгорается огонь — это было одновременно приятно и болезненно. Я вывел её на те эмоции, которые хотел вызвать. А когда она упала ко мне в руки, это было неожиданно: но я с наслаждением держал её, не желая отпускать. В этот момент я чувствовал её тепло, её дыхание рядом с собой — это было ошеломляюще.

Она говорила какую-то чушь про предательство и мою блондиночку, но я лишь улыбался про себя, наслаждаясь этой игрой. Я чувствовал, как адреналин бурлит в крови, а сердце колотится от волнения. Каждый её упрёк ощущался как легкие удары по моему эго, но в то же время я понимал: игра должна продолжаться. Я упивался моментом, наблюдая за тем, как она краснеет от злости и отчаяния.

С чувством выполненного долга я покинул офис и направился к себе на квартиру. Перед этим отправил Тату на такси. Черт возьми, как же она была настойчива! Я еле отвязался от этой назойливой дамы. Но ничего, я и не так укрощал женщин в своей жизни.

Ближе к вечеру я съездил по делам, а затем направился к дому Таси. Но ни машины, ни света в её квартире не было. Разочарование накрыло меня, как холодная волна. Тогда я решил зайти к соседям снизу — тем, кого она затопила. Выяснил, что после ремонта их дети забрали к себе в город, и они сейчас живут там.

Я вернулся к машине и сел ждать. Сердце стучало в унисон с музыкой, доносившейся из динамиков. Я внимательно следил за дорогой, боясь пропустить её. И вот, когда уже начал терять надежду, увидел её машину. Она подъехала и не выходила, сидела внутри с грустным выражением лица.

Я набрал её номер и стал выводить на эмоции, стараясь заставить забыть о Егоре и думать обо мне — пусть даже в плохом ключе. Главное, чтобы я был у неё в мыслях. Она так забавно ревновала! Когда она поняла, что я сижу в машине у её дома, её лицо исказилось от шока. Она даже не хотела выходить. Я заметил, как она внимательно смотрит на мою руку — такая милая и уязвимая.

Несмотря на все мои планы, я уговорил её пойти в кафе. Я хотел обсудить важные вещи, но разговор пошёл не по плану. Зачем-то предложил остаться друзьями, включив импровизацию. И тут ещё до кучи позвонил Егор.

Его жёсткий тон прозвучал как удар молнии — в нём слышалась злоба. Он заявил, что не намерен терпеть моё присутствие рядом с его невестой, и велел мне ждать его. Мне стало смешно и любопытно, чем закончится наш разговор. Но ещё больше меня интересовало, как отреагирует Тася.

Я видел её лицо, полное эмоций — каждая из них читалась на её чертах, как открытая книга. Я чувствовал, как напряжение между нами нарастает, как воздух наполняется электричеством. Внутри меня всё бурлило от адреналина: это была игра, и я наслаждался каждым её моментом. Я ловил каждый взгляд Таси, каждое движение её губ — всё это было для меня очень важно.

В тот момент, когда она посмотрела на меня с недоумением и злостью одновременно, сердце забилось быстрее. Я понимал: сейчас всё зависит от меня. Я был готов взять на себя эту ответственность — за наши чувства и за то, что будет дальше.

Неожиданно она выскочила на улицу, а я, стараясь не напугать её своим напором, последовал за ней. Я видел, как она тяжело дышит, её грудь поднималась и опускалась в быстром ритме. В этот момент её телефон зазвонил. Егор. Его голос звучал на той стороне.

«Егорушка, приятного аппетита», — эти слова были произнесены с таким разочарованием, что меня чуть не разорвало от злости. Инна. Только она могла так его называть.

Внутри меня нарастала ярость, и я думал о том, как бы я врезал ему, если бы он был рядом. Я собрал все эмоции в один большой ком, который позже, возможно, выпущу наружу. Осторожно обнял Тасю, боясь, что она сбежит. Она лишь посмотрела на меня с жалостью, и это ощущение пронзило меня до глубины души. Но, к моему удивлению, она согласилась, чтобы я проводил её до дома.

Мы шли молча, и каждый шаг давался мне с трудом. Я чувствовал, как холодный ветер щиплет лицо, а в груди разливается горечь. Дойдя до её подъезда, она быстро ушла внутрь. Я остался стоять под окнами, глядя на её квартиру. Вдруг увидел, как загорелся свет в прихожей. Внезапно почувствовал чью-то руку, которая разворачивает меня за рукав. На автомате я замахнулся и нанёс удар, но Егор успел увернуться.

Сердце забилось быстрее от ярости, я готов был к словесной перепалке, но он лишь быстро поднялся к Тасе, оставив меня в состоянии полной безысходности. Я постоял ещё немного под её окнами, потом сел в машину и уехал. Зачем себя мучить? Мысли о том, что он сейчас может прикасаться к ней, а может быть, и больше, сводили с ума.

Вернувшись домой, я опустошил бутылку виски. Горький вкус алкоголя заполнил рот, а тепло спиртного разлилось по телу, как будто пытаясь заглушить боль. Усталый и опустошённый, я уснул на диване в одежде с телефоном в руках. На экране светилась её фотография — такая милая и недосягаемая. Я понял — я просто болен ей.

На следующий день я проснулся почти в обед, голова гудела от похмелья, а во рту был привкус виски и сожаления. Вспомнив о том, что обещал Тасе встретиться утром, я посмотрел на себя в зеркало и понял: сейчас я не готов её увидеть. Нужен порядок. Нужно привести себя в чувство перед встречей с ней. Я взял холодную воду и умыл лицо — резкий холод вернул меня к реальности. Внутри всё ещё бурлило от эмоций, но я знал: ближе к вечеру я смогу встретиться с ней.

Глава 22

Моё настроение было отвратительным. Лера весь день крутилась рядом, пытаясь разговорить меня, но сегодня я совершенно не настроена на беседу. Возможно, позже, когда я успокоюсь и приду в себя, я буду готова обсудить всё. К счастью, Берестов никак не проявлял себя — ни звонков, ни сообщений, за что я была ему очень признательна. После полудня раздался звонок. Я взяла трубку и увидела на экране, что звонят с городского номера.

- Алло, — тихо произнесла я.

- Добрый день, Таисия. Вам звонят из свадебного салона. Ваши наряды готовы. Необходимо подъехать на примерку.

«Платье…» — эта мысль пронеслась в моей голове. Внутри всё сжалось, как будто кто-то сжал моё сердце в кулак. Я ощутила, как по спине пробежал холодок, а в горле пересохло.

- А костюм? — уточнила я.

- Минуту, сейчас посмотрю. - положили трубку, затем вновь ответили. - Да, он тоже готов. Во сколько вам было бы удобно подъехать?

- Я сейчас же уточню у жениха и сразу же сообщу.

Отключилась.

Тут же попыталась связаться с Егором, но он не отвечал. Ни через пять минут, ни через полчаса.

Через час я решила позвонить в свадебный салон и перенести примерку.

Затем я попросила Леру выяснить у Дамира, где пропал мой жених. Вскоре она вернулась с новостью: Егор не на работе, он уехал к своей дочери. Внутри меня всё обрушилось. Работа не шла, мысли путались, а руки словно не слушались. Я знала, что так продолжаться не может. С трудом собравшись, я попросила директора о выходном, сославшись на простуду и поднимающуюся температуру. В этот момент мне казалось, что даже голос звучит слабо и устало.

А Лере я строго велела не рассказывать Дамиру о моём состоянии, если тот начнёт расспрашивать. Моя личная жизнь теперь была под полным запретом.

Светило солнце, но мне было не до него. Я вернулась домой раньше обычного, купив по дороге мороженое — сладкое облегчение, которое обещало хоть немного поднять настроение. Устроившись на диване, я включила мелодраму и погрузилась в чужие страдания, надеясь хоть на миг отвлечься от своих.

Вдруг раздался стук в дверь. Я насторожилась: обычно в это время я на работе, и никто не должен был прийти. Сердце забилось быстрее — вдруг это Егор? Но он даже не перезвонил. Подойдя к двери, я заглянула в глазок и увидела букет цветов. Он был ярким пятном на фоне серой двери, и на мгновение во мне зажглась надежда. Это Егор!

Пытаясь сохранить серьёзный вид, я открыла дверь, но увидела Дмитрия, обеспокоенного и счастливого одновременно.

- Таисия, Игнат Михайлович сообщил мне, что ты заболела, — произнёс он как-то тревожно.

Внутри меня всё сжалось. Вместо радости от цветов я ощутила лишь пустоту. Запах свежих роз смешивался с ароматом мороженого, которое я держала в руках. Я почувствовала, как горло сжалось от разочарования. В этот момент мне стало ясно: вместо того чтобы наслаждаться моментом, я снова оказалась в ловушке своих эмоций.

- Да, немного приболела… — вымолвила я, стараясь звучать убедительно. Мой голос дрожал, и я чувствовала, как щёки начинают гореть от смущения.

Дмитрий продолжал смотреть на меня, а я пыталась скрыть свои чувства за маской спокойствия. Внутри же бушевали волны неопределённости и страха.

- Дмитрий, что вы тут делаете? — выдавила я из себя, пытаясь скрыть растерянность.

- Делаю работу твоего жениха. Кстати, ты знаешь, где он? — произнёс настолько уверенно, что я поначалу растерялась.

- Он должен быть у дочери, — произнесла я, а в груди что-то сжалось.

- Тася, оденься потеплее, пожалуйста, и поехали. Мне нужно с тобой кое-что обсудить, — сказал он ещё более настойчиво.

— В смысле? Я никуда не поеду… — скрестила руки на груди, как будто это могло защитить меня от всего происходящего.

- Поехали. Я не хочу, чтобы ты страдала. Мне больно видеть тебя такой разбитой. Лучше пусть будет Таисия Андреевна, которая умеет профессионально держать лицо в любой ситуации. — он слегка подтолкнул меня в сторону спальни. — А то сейчас страшно смотреть на тебя.

Не знаю почему, но его слова задели меня. Я посмотрела в зеркало и увидела отражение, которое меня испугало: усталые глаза, тусклая кожа и заплетённые волосы. Я не была той счастливой невестой, какой хотела бы быть.

Натянула джинсы и кофту, накинула пальто и запрыгнула в сапоги. Сумка тяжело свисала с плеча, но я всё равно пошла за ним, словно в каком-то трансе. Интересно, почему я послушалась его?

Когда мы сели в машину, тишина окутала нас. Я чувствовала, как сердце колотится в груди, а дыхание становится поверхностным. Дмитрий молчал, и я была ему благодарна за это. Не хотелось говорить.

Мы подъехали к новостройке, и на улице уже начинало темнеть.

- Тут не Егор живёт… — тихо произнесла я, и дрожь пробежала по телу. Я боялась увидеть то, что не должна была видеть. Чувство, что Берестов знает больше, чем говорит, давило на меня.

- Верно. Тут живёт его дочь, — ответил он и заглушил мотор.

А значит, и Инна, его бывшая жена...

Он вышел первым, а я осталась сидеть в машине, не желая покидать это убежище. Страх охватывал меня с каждым мгновением.

Дмитрий галантно открыл дверь и протянул руку. Но, увидев мою нерешительность, он аккуратно взял меня за запястье и с лёгкостью вытащил из машины. Я даже не почувствовала его тепло; мысли были заняты чем-то другим.

Шаги давались мне с трудом. Я шла медленно, словно пыталась оттянуть эту встречу. Сердце сжималось всё сильнее, а в горле стоял ком от страха.

Дмитрий заметил моё состояние и попытался подбодрить:

- Да не переживай ты. Мы просто поговорим и всё. Я объясню ему, что так нельзя поступать с невестой.

Я уже не слушала Дмитрия — в ушах звенело, и все вокруг словно расплывалось. Лифт поднимался медленно, а я чувствовала, как страх сжимает грудь, заставляя сердце колотиться в унисон с его шагами. На двенадцатом этаже Дмитрий нажал на кнопку, и я ощутила, как дрожь пробегает по всему телу, словно кто-то невидимый нажал на меня, добавив весомости в мой страх.

Пара звонков, и вскоре я услышала шорохи из квартиры, а затем голос Егора:

- Тише, у нас ребёнок спит.

Дверь открылась, и передо мной оказался Егор — в одних трусах и с помадой на лице. Он уставился на меня с таким же удивлением, как и я на него. Внутри всё перевернулось; я почувствовала, как горло сжимается от эмоций.

Дмитрий рядом сжал кулаки от гнева, его напряжённые мышцы словно предвещали бурю. Я заметила, как он готов был броситься на друга, но тут раздался женский голос.

- Егорушка, кто там?

Она появилась в чёрном шёлковом халате, волосы взъерошены, но лицо светилось радостью. Инна! Она удивилась, но это была радость, полная наслаждения происходящим. Словно всё это было частью какого-то спектакля. Она поправила волосы и с улыбкой обратилась к Дмитрию:

- Привет, Дима! Какими судьбами?

Пока она наигранно проводила пальцами по губам Егора и стирала остатки помады с его лица, я почувствовала, как во мне закипает ярость. Из нас четверых только Инне было весело.

Егор, застывший на пороге, казался пойманным врасплох. Помада на его лице, его нагота — всё кричало о том, что он только что провёл время в объятиях Инны. Мой мозг лихорадочно пытался собрать воедино пазл, уже начавший складываться в ужасающую картину. Инна, с её нарочитой веселостью, была кульминацией этого спектакля, и моя роль в нём была роль обманутой невесты.

«Так вот куда ты поехал, Егор», — мысленно прошипела я, чувствуя, как кровь приливает к лицу. Акт понимания был болезненным, как удар под дых. Дмитрий, стоявший рядом, излучал ярость. Его рука поднялась, как будто он хотел ударить Егора, но я инстинктивно прикоснулась к его руке.

-Не надо, — еле слышно прошептала я, стараясь сохранить хоть каплю достоинства.

Инна, заметив моё состояние, лишь ухмыльнулась. Её взгляд скользнул по мне, задержавшись на кольце.

-Таисия, дорогая! Не ожидала тебя здесь увидеть, — произнесла Инна с ноткой яда в голосе. Её улыбка казалась мне теперь жуткой, как у хищника, увидевшего добычу.

Егор, наконец обретя дар речи, попытался что-то сказать, оправдаться, но Дмитрий перебил его.

— Сука, Егор! Я от кого угодно мог ожидать этого, но не от тебя! — вырвалось у него. И я увидела, как он снова начинает делать шаг вперёд, готовясь к удару. В тот момент я подлетела к нему и прижалась всем телом, пытаясь удержать. Инна испуганно прильнула за Егора, словно искала защиту за его спиной.

- Дмитрий, пожалуйста! — еле сдерживая слёзы, тянула его обратно. — Пойдём домой. Ева там… Она не должна это видеть. Прошу… — слова давились в горле, и слёзы уже готовы были прорваться.

Но Берестова было не остановить. Он замахнулся, и кулак уже летел в сторону Егора, но резко остановился — удар пришёлся в стену коридора. От неожиданности мы с Инной тихо вскрикнули.

Дмитрий ещё раз посмотрел на Егора и развернулся ко мне.

- Прости, Тася, я не знал… — его голос дрожал от эмоций. Он схватил меня за плечи, развернул и повёл обратно.

Шаги назад казались легче, чем вперед. Дмитрий вел меня, не говоря ни слова, но его рука на моем плече была твердой и успокаивающей. Я все еще чувствовала адреналин, пульсирующий в висках, но уже начинала приходить в себя, осознавая, что произошедшее осталось позади. Инна и Егор остались там, в квартире, в своем мире, где, похоже, царили свои пугающие правила.

Когда мы вышли на улицу, холодный вечерний воздух приятно освежил разгоряченное лицо. Дмитрий посадил меня в машину, и на этот раз тишина в салоне не казалась такой гнетущей. Я смотрела на проплывающие мимо огни города, пытаясь уложить в голове всю абсурдность ситуации. Мой жених, мой Егор, встретил меня в трусах с помадой на лице в доме его бывшей жены. И в этот момент я поняла, что мне больше нечего ловить в этой истории.

- Мне нужно домой, — прошептала я, и мой голос показался мне чужим, слабым.

Дмитрий кивнул и, не задавая лишних вопросов, повернул руль. Он не пытался утешать меня, но его присутствие рядом было молчаливой поддержкой. Я цеплялась за эту реальность, за его твердый взгляд, за уверенность, с которой он вел машину, как за спасательный круг. Затем заметила, как его костяшки были в крови — яркие пятна на побелевшей руке. Я потянулась к нему, прикоснулась к ране, и по моей щеке скатилась слеза.

Дмитрий резко остановил машину на обочине, и я в ужасе замерла. Он выпрыгнул из салона, как ужаленный, и я почувствовала, как в груди закололо от страха. Его движения были резкими и агрессивными: он ходил взад-вперёд, прижимая руки к бедрам, словно искал опору, чтобы не упасть. Я могла видеть, как его челюсть сжата, а глаза сверкают гневом.

Ветер трепал его волосы, и он смотрел то вверх, к тёмному небу, то на меня, то в сторону — словно искал ответ на вопрос, который сам себе не мог задать. В его взгляде читалась ярость, смешанная с растерянностью. Я чувствовала, как напряжение в воздухе накаляется, и это заставляло моё сердце колотиться всё быстрее.

Дмитрий вернулся в машину, его дыхание было прерывистым и тяжёлым, словно он только что пробежал марафон. Я заметила, как его грудь вздымается и опускается с каждым вдохом.

- Прости, Тася, — выдохнул он так тихо, что я едва расслышала. — Я не мог иначе.

Неожиданно он ударил кулаком по рулю, и машина затряслась от силы удара. Я вжалась в кресло.

- Сука! — крикнул он так яростно, что мне стало не по себе. Я ощущала, как холодный пот выступает на лбу, а в горле пересохло от страха. Мне хотелось выбежать из машины и убежать подальше от этого хаоса.

Он снова повернулся ко мне, но теперь его выражение лица изменилось. Я увидела, как напряжение уходит из его плеч, а взгляд становится мягче. Он вдруг отвернулся и начал тереть лицо руками, словно пытаясь стереть с себя всю ту ярость, что переполняла его.

Я продолжала смотреть на него с тревогой, как испуганный кролик, который не знает, как реагировать на приближающуюся опасность. Каждый мускул моего тела был напряжён, я боялась пошевелиться — вдруг это спровоцирует новую бурю.

Затем Дмитрий запрокинул голову назад и вдруг рассмеялся. Этот смех был такой резкий и неуместный, что у меня по спине пробежали мурашки. Он казался одновременно потерянным и злым, как будто пытался найти выход из безысходной ситуации.

Дмитрий, всё ещё смеясь, повернулся ко мне.

- Ты только подумай, Таисия, – сказал он, дрожа от остатков истерического веселья. - Егор. В трусах. С помадой. Перед твоим носом. Сам Егор. Мой друг, который клялся. И вот так. - он снова рассмеялся, но теперь в этом смехе мелькала горечь. - Мне жаль, что тебе пришлось это увидеть. Правда жаль.