Другая жизнь: Бергингтон (США)

Туман окутал нас. Вдалеке виднелись старые могилы, а деревья шумели под дуновением ветра. Алекс взял меня за руку, чтобы поддержать:

– "Давай найдем могилу твоих родителей."

Я кивнула, и мы медленно направились через кладбище, проходя мимо величественных могильных камней. Здесь покоились не только обычные люди, но и великий вождь североамериканских повстанцев, Итен Аллен, и многие другие. Каждый камень нес в себе историю и память, словно открывал страницы прошлого, для тех, кто готов их прочитать.

Мы подошли к могиле, на которой были высечены имена. "Здесь покоятся Амелия и Пол Уолтер – вечная любовь и память. 16 декабря 2011 года."Я почувствовала, как слезы подступают к глазам, и попыталась сдержать их.

Среди вековых дубов и гранитных памятников, в тени высеченных ангелов, я увидела старый дневник с выгравированным на обложке гербом.

Алекс нахмурился:

– «Это дневник герцога Густаффа Альвенсон-Стенберга-Де Винтерфилда… моего отца!»

Я осторожно взяла дневник с печатью в виде розы. Его потрёпанная обложка словно хранила в себе древние тайны. Медленно открыв, я прочла первую запись:

– "Каждый день я вспоминаю о болезненном выборе, который я сделал много лет назад."

Алекс внимательно посмотрел на меня:

– "Лиз, ты же не собираешься читать это здесь, правда?"

Я кивнула, аккуратно закрывая дневник, чувствуя его тяжесть, не только физическую, но и эмоциональную.

– "Не сейчас. Мне нужно время, чтобы осмыслить всё, что там написано."

Мои глаза встретились с его, полные вопросов:

– «Но почему именно здесь? Почему Густафф оставил его на кладбище? Почему для меня?»

Алекс мягко положил руки на мои плечи, его прикосновение успокаивало:

– "Когда будешь готова, я буду рядом, если захочешь поговорить. А сейчас давай я отвезу тебя домой."

Мы медленно направились к чёрному седану. Я заметила ворона, сидящего на дальнем дереве и наблюдающего за нами. Его чёрные глаза зловеще блестели в тусклом свете. Это было жутко, как в фильме. Когда двигатель запустился, машина плавно двинулась вперед, направляясь к дому моего дяди.

Я попрощалась с Алексом, вышла из машины, и тихо зашла в дом. Затем поднялась в свою комнату, сбросила вечерний наряд в клозет. Посмотрев на себя в зеркало, я услышала голос Густаффа.

– "Лиза, спокойно на счет три начни осознавать свое дыхание. Почувствуй, как ты снова находишься в комнате, на диване. Постепенно открой глаза и вернись к моменту здесь и сейчас. Ты в безопасности. Когда будешь готова, медленно открой глаза."

Я открыла глаза и заплакала.

– "Это снова было так реалистично!"

– "Лиза не переживай, я знаю это ощущение, так как уже долго изучаю сновидения и так называемый «Лимбический лабиринт», в который мы с тобой попадаем во сне – это именно та часть нашего мозга, которая ответственна за обработку эмоций и памяти. Я предполагаю, что наша собственная нейронная активность и подсознательные процессы переплетаются, на фоне не закрытых потребностей," объяснил я. "В моем случае, после потери дочери, я испытывал глубокую психическую неустойчивость. Не мог принять потерю. А воспоминания во сне помогали мне – прикоснуться к ней и быть рядом. Но со временем контакт исчез.

– «Теперь я словно заблудившийся в «Лимбическом лабиринте», путешествую и живу, как бы, в двух измерениях. Как и Лиза!" подумал, я не сказал ни слова ей.[MOU9]

– "Лиза, сновидения могут быть способом, которым твой разум обрабатывает эмоциональные проблемы. Встречи с разными людьми и приключения в сновидениях могут отражать твои желания и нерешенные вопросы. Разберем каждый образ, чтобы понять, какие проблемы они могут отражать, и найти способы решения."

– «Профессор, что это – сон или другой мир?»

– "Лиза, в этом случае можно сказать, что это и то, и другое одновременно. В сновидениях наши переживания, связи и приключения кажутся реальными, хотя они происходят внутри нашего разума. Возможно, для нас с тобой сны – это особый вид жизни, где мы можем иначе исследовать свои мысли и чувства. Они не менее значимые, чем реальность, потому что через них мы понимаем себя лучше. Но, это всего лишь сон!"

– "Прощайте, доктор. Я не хочу больше видеть вас в своем сне", – Лиза выбежала из кабинета. Опустив взгляд, я ощутил печаль и разочарование. Подойдя к окну, я молча глядел вдаль, стремясь проникнуть в суть ее слов. Затем, невольно вздохнув, понял, что это был не просто отказ, но и важный поворот в наших сессиях.

– "До свидания, Лиза," – прошептал я тихо, ощущая горечь утраты.