Турнир Первых Магов. Другие правила

Ещё Веналь смогла создать себе артефакты, помогающие пробудить вторую стихию. Правда, это уже за счёт матери. Но девушке очень этого хотелось. Она сделала четыре различных артефакта для водной и два – для воздушной. Она больше склонялась к тому, что пробудится вода, как у матери, но и воздух был предсказуем: в роду Азалии было много сильных воздушников. Обидно, конечно, что она сначала потратила три артефакта для стихии воды впустую и лишь после попробовала с воздухом. Всё получилось легко и с первой попытки.

– Нет, – Веналь виновато покачала головой. Шеланар наверняка тоже расстроился, хотя и не показал этого. Как и всегда. – Но у меня есть некоторые идеи.

Девушка только надеялась, что Шеланар не поймёт это превратно – как её желание содрать с него как можно больше денег, имитируя работу.

– Можно сравнить воздействие этого артефакта с воздействием самого активизатора и посмотреть, есть ли какие‑либо кардинальные различия. Затем определить, что именно их вызывает.

– Что для этого нужно? – сразу по‑деловому спросил мужчина, и она подумала, что зря только переживает. Для таких, как он, аристократов, эти деньги ничего не значат – как, например, для Дернира, который потратил кучу денег на свидания с ней только из‑за капризного желания позлить родню. А с Катариной у них после этого всего «не вышло». Именно так он ответил ей на прямой вопрос на их общем занятии по магии воздуха, который она задала из‑за того, что Катарины не было видно рядом с ним, как раньше, и из‑за его изменившегося поведения.

– Артефакт‑активизатор. У меня его нет, я же не хожу на вызов аберраций, – ответила она.

– Хорошо, я достану. Только помни: никаких экспериментов с вызовом аберраций и работать только в здании магитета под присмотром.

Веналь согласно кивнула, хотя и считала Шеланара излишне предусмотрительным.

Он вышел из аудитории, кивнув входящему внутрь Хорину. Тот ответил ему таким же кивком и поздоровался с Веналь, но не сел рядом с ней, как бывало прежде. В последнее время он уделял ей всё меньше внимания и перестал садиться с ней в пару.

Теперь он общался в основном с Эриан Тенавир, которая с начала учебного года неожиданно стала посещать занятия по артефакторике. Веналь не знала, почему это произошло: возможно, она приняла такое решение под давлением семьи, а может, и сама так захотела. После того как Эриан помогла ей и отдала свой артефакт, они больше не общались. Изредка, когда они пересекались – в основном при общении Веналь с Хорином, – Эриан лишь кивала ей в ответ, а в остальное время даже не смотрела в её сторону.

Впрочем, она держалась так со всеми – за исключением Хорина. Они постоянно что‑то оживлённо обсуждали, из‑за чего порой получали замечания от магистров. Время от времени к ним на переменах присоединялась весёлая, открытая девушка, которую Веналь не знала. А вот она, напротив, бросала на Веналь странные взгляды.

Шеланар тоже общался с Эриан, и Веналь удивлялась, что он не обратился к ней. Ведь она – внучка изобретателя активизатора и, как теперь выяснилось, неплохой артефактор: даже Хорин так увлечён общением с ней. Наверняка у неё есть доступ к записям своего деда по разработке активизатора и к редким семейным книгам по артефакторике. Разве что она посчитала ниже своего достоинства браться за заказы – вряд ли она испытывала нехватку денег, в отличие от Веналь.

Впрочем, и та по происхождению была внучкой Гестаса Тенавира, но Шеланар об этом не мог знать. Известно ли это самой Эриан? Похоже, что нет. Не то чтобы Веналь ожидала крепких сестринских объятий, скорее наоборот – ещё проблем, подобных тем, что создавала её мать. Однако Эриан оставалась к ней совершенно равнодушной, не проявляя ни симпатии, ни враждебности.

Но в любом случае Веналь была рада, что эта работа досталась ей: на самом деле поработать с активизатором ей очень хотелось.

Занятие тянулось скучно, и мысли девушки крутились вокруг заказа Шеланара: какие эксперименты провести, чтобы сравнить два артефакта? Несколько любопытных идей всё же пришло в голову. Погружённая в размышления, Веналь не заметила, как подошла к концу лекция. Следующим занятием был факультатив по магии воздуха.

Глава 3.2. Влюблённая парочка

– Опаздываешь! – бодро заявил подошедший к ней Дернир, хотя это было совсем не так: Веналь приходила как раз ровно к началу занятий, а любителем опозданий был как раз именно он.

Он сразу взял из её рук достаточно тяжёлую сумку с деталями артефактов и инструментами. Веналь не стала возражать – не вырывать же было её на виду у всех. Однако от неё не укрылось, что он нарочно слишком долго задержал свою горячую ладонь на её руке. Обычный приём соблазнения у проституток, которому её научила Азалия ещё лет в десять. Откуда Дернир мог знать о таком? Сам додумался – или у демонов это врождённый талант?

В аудитории Веналь привычно опустилась на своё любимое место у окна. Дернир устроился рядом – так близко, что его плечо невольно касалось её. Возможно, это даже не было уловкой – просто из‑за своих габаритов он занимал больше половины отведённого им двоим места. Веналь слегка подвинулась к краю стола.

– Покажи ещё раз, как ты это делаешь, – попросил Дернир, придвинувшись чуть ближе.

У него до сих пор не очень хорошо получалось создавать самый простой воздушный поток. И это – победитель турнира! Правда, не последнего, который недавно прошёл, а прошлогоднего.

Может, представители стихийных княжеств действительно способны использовать лишь магию своей стихии? Не зря же, даже пробудив другую, они почти всегда отказываются её развивать. А может, это тоже один из приёмов соблазнения – тот, что Веналь освоила немного позже, лет в пятнадцать: заставить человека чувствовать себя умным и важным, таким, без кого никак не обойтись.

– Ты, скорее всего, пытаешься действовать так же, как и с огнём, а это разные стихии, – сказала она и легко продемонстрировала Дерниру создание воздушного потока.

– И в чём разница? – разозлился он. Поток в его руке тут же вспыхнул – правда, огненный, а не воздушный.

Веналь пожала плечами. Она не владела стихией огня и не могла объяснить разницу. Для магии земли важны были спокойствие и самообладание, а для воздуха – уверенность и непоколебимость. Но она не успела озвучить свои мысли: в аудиторию вошла преподаватель Элария Рантариэль, и занятие началось.

И вроде бы оно не было скучным: магистр Рантариэль была увлекательной рассказчицей и истинным энтузиастом своей стихии. Она объясняла понятно, всё показывала на примерах, а иногда могла разрядить атмосферу весёлой шуткой. Однако Веналь всё равно пребывала в своих мыслях.

Она понимала, что Дернир хочет её. Его поведение кардинально изменилось, и все его знаки внимания не укрывались от неё, хотя она упрямо делала вид, что ничего такого не замечает. Теперь между ними не было преграды в виде Катарины, существование которой раньше успокаивало Веналь.

Дернир ни разу не упомянул о поцелуе и обо всём, что произошло на торжестве в честь дня рождения близнецов. Веналь, разумеется, тоже избегала этой темы. Их разговоры сводились к нейтральным вопросам – в основном к учёбе и магии воздуха. Дернир больше не выказывал раздражения при её появлении и не отворачивался, стараясь не встречаться с ней взглядом. Напротив, он постоянно пытался поймать её взгляд – а она изо всех сил старалась этого не допустить.

Справедливости ради стоило признать, что Дернира она не боялась – в отличие, скажем, от Гестаса и его приятелей. За время общения она успела составить о нём представление. Да, характер у него был не подарок, но представить, чтобы он принуждал женщин, было трудно. Тем не менее его внимание всё равно создавало ей проблемы.

Веналь вскоре наскучит ему – в этом не стоило и сомневаться. Даже Катарина, идеально подходившая ему по всем параметрам, не сумела удержать его внимание надолго. Возможно, демоны попросту не способны на длительные отношения – их природа слишком непостоянна и ненадёжна. И даже если Веналь не будет на него никак реагировать, его внимание к ней не останется незамеченным. Другие мужчины могут воспринять это как разрешение: поиграть и бросить. И далеко не каждого остановит её отказ.

А девицы уже поглядывали на неё с явной неприязнью, а порой и с завистью. Особенно в этом смысле выделялась Сана, которая, похоже, не забыла, что Дернир сперва ей предложил роль своей фиктивной невесты. Возможно, теперь она жалела о своём отказе. При каждом удобном случае она то завуалированно, то не очень намекала Веналь, что Дернир никогда на ней не женится. Будто бы это Веналь была одержима мечтой выйти замуж за аристократа, а не сама Сана.

Да, Дернир с первых же дней их знакомства неизменно становился источником неприятностей, но тогда это хотя бы имело свою цену. Терпеть же его забесплатно она не была готова.

Нужно было как‑то отвадить его от себя. Оптимальный выход – полностью прекратить встречи: тогда он быстро переключится на какую‑нибудь другую девушку, скорее всего рыжеволосую. Однако раз в неделю им приходилось видеться на совместных занятиях по магии воздуха, от которых Веналь не собиралась отказываться ни при каких обстоятельствах. Это было не просто интересно – такие знания обещали пригодиться в будущем. Владея техникой работы со стихийными артефактами, она сможет самостоятельно заряжать воздушные, что существенно упростит её работу и расширит перечень предоставляемых услуг.

– Так в чём особенность воздуха, ты говоришь? – прошептал Дернир почти в самое её ухо.

«Вот! Ещё и от занятий постоянно отвлекает», – возмутилась про себя Веналь.

– Надо просто быть уверенным в себе, – нехотя ответила девушка, поджав губы.

– Я очень в себе уверен, – улыбнулся демон, так и не отстранившись.

– Так! Влюблённая парочка! – обратилась к ним магистр Рантариэль. – Хватит шушукаться! Выполняем задание.

Веналь готова была провалиться сквозь землю от стыда. А ещё лучше, если бы туда провалился Дернир. Прежде преподаватели никогда не делали ей замечаний за поведение на занятиях – пока он не решил сесть рядом. А теперь вот сделали – да ещё в какой форме!

Не сдержавшись, она бросила на соседа яростный взгляд – и тут же мысленно обругала себя: она же намеревалась не смотреть на него. Дернир лишь расплылся в самодовольной улыбке.

«Хватит! – мысленно воскликнула она. – Так дальше нельзя. Надо срочно что‑то придумать, чтобы избавиться от его навязчивого общества».

Глава 4. Непристойное предложение

Шеланар Эфферил

Шеланар обедал в ресторане магитета, вынужденный вдыхать так неприятный ему аромат ещё дымящегося судака с лимоном, имбирём и свежей зеленью. Марджен ещё не подошёл, и Шеланар в очередной раз подумывал о том, чтобы прикрыть ему эту лавочку с экзотическими рыбными блюдами.

Однако скучал в одиночестве он недолго. Вскоре к нему подсела Эриан Тенавир, и он смог разделить хоть с кем‑то свою нелюбовь к рыбе. Девушка поморщилась и постаралась сесть подальше от ароматного лакомства, однако самое дальнее место было занято Шеланаром, и уступать его даме он не собирался.

– А у меня к тебе интересное предложение, – наконец произнесла Эриан, не дождавшись от него учтивости.

Шеланар воодушевился, вспомнив её прошлое предложение про обмен информацией, когда она поведала им с другом много нового про аберрации.

– Ты что‑то узнала про аберрации? – спросил он с надеждой, потому что у них с Мардженом за всё прошедшее время с их общей поездки на Ледарскую фабрику артефактов никакой новой информации не появилось. И сложно было не впасть в уныние из‑за этого. Разве что прошедшие соревнования несколько отвлекли. Шеланару, правда, они ничего весёлого не принесли, но Марджен с командой – молодцы, они заслужили победу.

– Нет, ничего. А предложение по другому поводу, – огорчила его Эриан.

– Надеюсь тогда, что оно хотя бы пристойное, – усмехнулся мужчина.

– О, нет! Предельно! Совершенно непристойное! – вдохновенно произнесла Эриан.

И протянула ему небольшой листок бумаги с написанными на нём четырьмя строчками:

Дилона Тензир +

Эриан Тенавир +

Хорин Скирилат +

Шеланар Эфферил ?

Он ошарашенно посмотрел на девушку. От испорченной Дилоны, конечно, можно было всего ожидать. Но от Эриан и тем более Хорина?

– Что это?

– Это, надо полагать, состав предполагаемой команды на следующий турнир, – невозмутимо пожала плечами она.

Кхм… Так, ладно. Похоже, испорченный здесь только он.

– Действительно, непристойное – даже больше, чем то, о чём он подумал. – С чего ты взяла, что мне нужна новая команда?

Шеланару было неприятно, что уже не только Мартин, но и за пределами команды его считали неподходящим магом для «Пламени и льда». К тому же в последнее время он замечал странные взгляды, которые на него бросала Джерсиналь. Вероятно, и она тоже предпочла бы видеть на его месте кого‑то со стихией огня или воздуха.

– А тебя разве ещё не выгнали из «Пламени и льда»? Прости, – Эриан развела руками и попыталась изобразить раскаяние. Вышло это у неё не слишком убедительно. – Я, похоже, немного поторопилась.

Надо признать, что иногда Эриан была вполне нормальной. Но – крайне редко. А большую часть времени её хотелось банально придушить. Всё же у неё с закадычной подружкой было гораздо больше общего, чем могло показаться на первый взгляд.

– Если тебе есть что сказать, говори сразу прямо или уходи, – холодно произнёс он.

Он предпочёл бы, чтобы она выбрала второй вариант. Этот разговор был ему неприятен, утомлял и раздражал. С какой стати он должен покидать команду, которую сам же и создал? Да, вместе с Дерниром. Но не с Мартином, которого взяли незадолго до начала первого турнира. А теперь Шеланар должен уступить его наглым желаниям?

– Прямо? Хорошо, – девушка положила локти на стол, сцепила пальцы рук и решительно посмотрела прямо ему в глаза.

Шеланар запоздало подумал, что, может, не стоило ей предоставлять опцию «говорить прямо», а только вариант уйти?

– Либо ты уходишь сам, либо тебя вежливо попросят покинуть команду. Даже если и не попросят, то будут винить в проигрыше – вслух или про себя. И всё это лишь потому, что твоя стихия – вода.

Сказав это, она ожидающе уставилась на Шеланара.

– С чего такая уверенность, что мы проиграем, а твоя оригинальная команда выиграет? – недоверчиво спросил он.

Мужчина был убеждён в том, что Эриан решилась создать команду с артефактором лишь потому, что других вариантов у неё, по сути, не было.

– Ни с чего. Я, очевидно, не могу гарантировать ни первого, ни второго. Зато могу гарантировать интересный, необычный опыт, который ты не получишь ни в одной другой команде элитных магов огня и воздуха. Для этого у нас есть некоторые занимательные идеи.

Шеланара не интересовал ни её необычный опыт, ни занимательные идеи. На самом деле он был глубоко убеждён, что ни одна команда с артефактором не дойдёт до основного этапа турнира.

Организаторы, конечно, предоставили им формальную возможность участвовать наравне со всеми, поддавшись на постоянные жалобы, но выглядело это просто как попытка отмахнуться. Шеланар очень сомневался, что полноценное участие артефакторов в турнире в принципе возможно – как и в случае целителей.

Если бы он и решил уйти из своей команды, то выбрал бы что‑то посерьёзнее, чем этот вот экспериментальный вариант Эриан. Уходить из команды, которая уже становилась чемпионом, в ту, которая, скорее всего, не пройдёт отборочные матчи? Глупая идея. Хотя, справедливости ради, с ним бы они, возможно, прошли. Да и Хорин был не только лучшим артефактором, но и неплохим магом.

– Нет, Эриан, – твёрдо сказал он. – Поищи кого‑нибудь другого. Меня не интересует твоё предложение.

Девушка лишь недовольно поджала губы, и некоторое время они сидели в полном молчании.

– К вам можно? Или у вас свидание? – поинтересовался подошедший к ним Марджен Валайрен. Не дожидаясь ответа на свой вопрос, он сел напротив Шеланара, рядом с Эриан. Та, однако, сразу встала, собираясь уходить.

– Пока, к сожалению, нет – Шеланар мне отказал, но я очень надеюсь, что он передумает, – напоследок съязвила она.

Судак Марджена уже почти остыл, но он не обратил на любимое лакомство никакого внимания, провожая Эриан странным взглядом.

– Она это серьёзно? Вы встречаетесь? – спросил он и осуждающе посмотрел на друга.

– Какое серьёзно? Это же Эриан, у неё не бывает серьёзно, – отмахнулся Шеланар.

Хотя она, конечно, очень достойная девушка, достаточно знатная, а самое главное – прямая и честная и не станет изворачиваться, как некоторые. Вероятно, брак с ней был бы удачнее, чем с Лориель, с которой у Шеланара совершенно не было точек соприкосновения, несмотря на то, что он уважал её и к которой он совершенно не испытывал физического влечения, хотя она и была очень красива.

Он подумал: если бы всё‑таки решился на участие в этой авантюре Эриан с командой с артефактором, оказался бы в одной команде с Дилоной Тензир. С ней он ни разу не разговаривал с тех пор, как они целовались в подвале Ледарской фабрики. Он сознавал, что это глупо и по‑детски, и злился на себя за это. Впрочем, и за то, что вообще поддался её провокации.

Но сейчас он уже остыл. В конце концов, он мужчина – и как ещё он должен был реагировать, когда красивая девушка сама лезет к нему с поцелуем? Так что его отказ вступить в команду к Эриан никак не относился к Дилоне. Он вполне был способен поддерживать с ней нейтральное деловое общение.

Марджен молча сидел напротив, не притронувшись к еде, погружённый в несвойственную ему задумчивость. Может быть, он наконец разлюбил рыбу – и Шеланару больше не придётся даже смотреть на неё во время их общих обедов?

– Ты идёшь на осенний бал? – вдруг спросил приятель.

– Что я там забыл? – удивился Шеланар такому вопросу. – Да и ты, если мне не изменяет память, не особенно любил подобные мероприятия.

– А что мне остаётся? Меня же не зовут на свидания. Скорее наоборот, – как‑то даже обиженно произнёс Марджен.

В тот же момент, как будто опровергая его слова, к их столику подошла неизвестная Шеланару рыжая красавица, которая оказалась магом огня. Она стала задавать Марджену вопросы по общей стихии. Тот вежливо отвечал, хотя выглядел рассеянным, как будто мыслями был очень далеко.

Шеланар усмехнулся. Как же все любят прибедняться! Вот уж кому не пристало жаловаться на невнимание противоположного пола, так это Марджену. Раньше‑то он никогда не страдал от недостатка внимания – девушки постоянно вились вокруг него, а уж после недавней победы на турнире… Победителей все любят. Шеланару было все еще досадно из-за результата прошедших соревнований, но смысла предаваться унынию он не видел. Нужно будет хорошенько поработать над навыками и сыгранностью команды. Как оказалось, все это далеко от идеала.

После того как девушка ушла, получив чёткие разъяснения от Марджена по заданному вопросу, но, возможно, не получив того, что на самом деле хотела, Шеланар спросил:

– Ты ходил к ректору?

Они решили, что должны как можно шире распространить известную им информацию об агрессивных аберрациях. Возможно, это спасёт кому‑то жизнь. Марджен уже побывал в Управлении магической защиты, где у него сохранились знакомства со времён расследования трагедии в его поместье. Кроме того, следовало уведомить ректора магитета – магистра Мелонира. Скоро начнётся осенняя практика студентов, и необходимо принять ряд мер. Например, формировать пары только из магов разных стихий и настоятельно рекомендовать им быть предельно осторожными. Хотя бы это.

– Ходил. Этот скользкий старикашка меня даже слушать не стал! – Марджен поморщился, как будто вспомнив о чём‑то неприятном.

– Не принял? Тебя? – удивился Шеланар.

– Да принял. И выслушал, вежливо поддакивая и кивая. Но, не сомневаюсь, предпринимать он ничего не станет.

Шеланар не был в этом так уверен. Всё же Мелонир достаточно осторожен. При прошлой жалобе он ввёл обязательный набор защитных артефактов для практики. Возможно, и сейчас примет какие‑либо меры – особенно если это не потребует от него слишком много усилий.

Глава 5.1. Осенний бал

Эриан Тенавир

– Наденьте это платье – оно идеально подчёркивает фигуру и подходит к вашим глазам, – так сказала Тония – личная служанка Эриан Тенавир, которую она знала с детства и вполне могла доверять её мнению. Именно поэтому Эриан сразу же решила, что это платье точно не наденет. На предстоящем вечере ей совершенно ни к чему было хорошо выглядеть. Впрочем, и в остальное время тоже. С её фамилией это имело мало значения.

– Давай следующее, – уверенно приказала она, и Тония неохотно и понуро подчинилась. Обиделась она, что ли?

Она была доброй, хорошей и преданной девушкой, однако не слишком умной. Они с матушкой не особенно ладили: точнее, Пиалара её терпеть не могла – вероятно, потому, что она подчинялась не ей, а Эриан. Но в одной мысли они были единодушны: замужество – это предел мечтаний любой девушки.

Это ужасно раздражало. Слишком уж часто все вокруг ей рассказывали о том, как это замечательно – выйти замуж. В чём эта замечательность, никто, однако, не пояснял, а сама Эриан, как ни старалась, не смогла найти ни одного для себя плюса такого развития событий.

– Это платье тоже смотрится неплохо, но немного вас полнит, – уже без прежнего энтузиазма заметила служанка.

– Пойдёт, – быстро сказала Эриан, проигнорировав недовольство и обиду Тонии. Примерив аж три платья, она чувствовала себя уже слишком вымотанной, а ведь ещё предстоит целый бал. Почему нельзя пойти в брюках? Даже танцевать так было бы удобнее.

На прошлой неделе леди Пиалара Тенавир – мать Эриан – принесла ей приглашение на ежегодный королевский осенний бал и сообщила, что её внесли в списки особо почтенных гостей. Эриан бы полностью проигнорировала всё это, если бы не знала, что инициатива её посещения осеннего бала исходит от деда – Фиамара Исины. Он был единственным в семье, чьи требования целесообразно было иногда выполнять.

В отличие от своего отца, Пиалара была крикливой, истеричной, постоянно что‑то ото всех требующей. Однако её никто не воспринимал всерьёз. Может, именно поэтому она и была такой злой и вечно недовольной? А возможно, связь и обратная. Даже Гестас, который, вероятно, был очень привязан к матери, вряд ли её при этом уважал.

Отца уважали… когда‑то. По словам некоторых слуг и знакомых – сама Эриан тех времён не застала. Она лишь помнила из детства, как он изредка возвращался до того, как её укладывали спать, с резким запахом алкоголя и слащавым – цветочных женских духов. Весёлый и добрый, он шутил и смеялся, показывал чудесные магические фокусы, и маленькая Эри в такие вечера была счастлива.

Пока не появлялась мать… Она кричала, обвиняла, оскорбляла отца – так же, как и временами саму Эриан, – и девочка ощущала свою связь с отцом ещё сильнее. А с матерью – ещё меньше.

Правда, став чуть старше, ей стало понятно, что мать в отношении отца во многом была права. И маленькая девочка стала просить папу не ходить к чужим леди и не пить много вина. И он обещал. И она верила. Снова приходил пьяным поздней ночью и снова обещал, но в какой‑то момент верить она перестала. Как и считать, что чем‑то похожа на отца, как и уважать его, как и ожидать от него чего‑то хорошего и достойного.

Да, собственно, он ничего и не решал в семье. Решал Фиамар. И если Пиалара любила и готова была на всё ради сына, Тамиор – ради выпивки, то он – ради власти.

Эриан думала, что он никого не любил и воспринимал всех лишь как инструмент для усиления влияния семьи и своего личного положения. Его отец, прадед Эриан, рассказывал, что так и воспитывал сына – в строгости, в стремлении доминировать, быть во всём первым, жить ради семьи и не поддаваться чувствам. Сам Абгар Исина тоже жил по таким правилам – до поры до времени. Пока не встретил женщину, которую полюбил всем сердцем. На тот момент у него уже было двое взрослых детей и внуки, но он смог измениться: оставил дела на сына, а сам уехал жить на ферму, подальше от столицы.

Однако Фиамар вряд ли последует тому же пути. Он не одобрял решение отца и презирал его новую жену (мать Фиамара имела слабое здоровье и давно умерла). Сейчас отец и сын не общаются уже много лет.

Впрочем, Эриан дед Фиамар донимал не сильно, не воспринимая её всерьёз. Он позволил ей отказаться от артефакторики в пользу защитной магии, не особо пытаясь надавить и заставить – вероятно, считая, что Пиалара родит ещё мага земли, а Эриан можно использовать, как и положено женщину, для заключения выгодного брака.

Девушка, конечно же, не собиралась следовать его плану, но для него это знание пока будет лишним. Чем позже он это поймёт, тем лучше. Поэтому сходить на бал раз в год – это, конечно, неприятно, но не смертельно. Незачем лишний раз обращать на себя внимание деда. Сначала нужно хотя бы окончить магитет. И поучаствовать в турнире – не ради победы, а ради интереса.