Кайтерра

– Что думаешь, мальчик? – внезапно раздался тихий голос меча. Его тон был спокойным, но в нём звучала едва уловимая насмешка. – Доверишь свою жизнь этому ящеру?

Каэль вздрогнул, но быстро взял себя в руки. Он старался не реагировать на голос, чтобы Эйнар ничего не заметил.

– У тебя есть предложения получше? – пробормотал он едва слышно, чтобы только Летарн его понял.

– Возможно, – ответил меч с лёгкой ухмылкой в голосе. – Но иногда проще принять обстоятельства, чем спорить с ними.

Каэль вздохнул, чувствуя, как внутри него снова зашевелились сомнения. Он посмотрел на Эйнара, который, казалось, полностью сосредоточен на дороге впереди.

– Ты уверен, что Сефрият – это безопасное место? – спросил он, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно.

Эйнар обернулся, его глаза сузились.

– Безопасных мест не бывает, парень. Но Сефрият достаточно велик, чтобы нас не заметили сразу. Там мы сможем перевести дух и решить, что делать дальше.

– А что, если нас там уже ждут? – продолжил Каэль, чувствуя, как тревога возвращается.

Эйнар на мгновение замолчал, затем пожал плечами.

– Тогда придётся действовать. – Он повернул голову к мальчику, его взгляд стал жёстче. – Знаешь, Каэль, если хочешь выжить, перестань думать, что кто-то постоянно строит планы против тебя. Иногда нужно просто идти вперёд и решать проблемы по мере их появления.

Каэль хотел возразить, но Летарн вновь тихо вмешался.

– Слушай его, мальчик. Мир не даёт времени на размышления, если хочешь остаться в живых.

Его слова, хотя и были спокойными, отдавали мрачным предупреждением. Каэль стиснул зубы, снова ощущая груз ответственности, который с каждым шагом казался всё тяжелее.

Шираки шли уверенно, их восемь лап мягко ударяли о камни дороги. Пейзаж вокруг становился всё более открытым, а воздух – прохладнее. Тенверх уже скрывался за горизонтом, и Каэль чувствовал, что они только начали долгий путь, полный неизвестностей.

Шираки шли уверенно, их восемь мощных лап поднимали пыль на сухой, потрескавшейся земле. Пустыня Дахары простиралась до самого горизонта, обожжённая солнцем и иссушенная ветрами. Мягкий хруст песка и камней под лапами ящериц был единственным звуком, нарушавшим тягучую тишину.

Каэль плотнее закутался в плащ, защищаясь от сухого ветра, который нёс с собой мелкие песчинки, цеплявшиеся за одежду и кожу. Летарн, закреплённый за спиной, казался тяжелее, чем обычно.

– Долго ещё? – спросил он, чувствуя, как солнце безжалостно печёт затылок.

– Пока не найдем место для привала, – коротко бросил Эйнар, не оборачиваясь. Он сидел на шираке с лёгкостью, словно эти путешествия были для него обычным делом. – Здесь ночевать нельзя. Когда солнце сядет, температура упадёт до обжигающего холода. Нужно найти укрытие.

Каэль вздохнул, размышляя о том, как Эйнар выдерживал этот темп без единой жалобы. Даже шираки, казалось, устали: их движения становились чуть более медленными, а дыхание – тяжёлым.

Спустя несколько часов пути Эйнар, наконец, поднял руку, останавливаясь. Вдалеке виднелись останки старого каменного сооружения, почти полностью поглощённого песками.

– Там сделаем привал, – сказал он, соскальзывая с ширака. – Идти больше нельзя.

Каэль тоже спрыгнул, чувствуя, как ноги тут же налились свинцовой усталостью. Он погладил ширака по шершавой чешуйчатой шее, благодарно вздохнув.

– Спасибо за помощь, приятель, – пробормотал он, пока Эйнар вытаскивал бурдюк с водой и отдавал его Каэлю.

Когда они устроились в тени полуразрушенной стены, Эйнар развернул кусок засушенного мяса и принялся есть. Каэль медленно отпил из бурдюка, чувствуя, как вода восстанавливает силы.

Молчание тянулось долго, пока Каэль наконец не решился задать вопрос, который давно крутился у него в голове.

– Эйнар, – начал он, глядя в сторону, словно боясь взгляда спутника. – Ты даже не спросил, почему я пошёл с тобой. Почему это тебя вообще не волнует?

Эйнар поднял глаза, внимательно посмотрел на него и пожал плечами.

– Меня учили не задавать лишних вопросов. – Его голос был ровным, почти бесстрастным. – В моей работе каждый ответ может стать проблемой. Чем меньше знаешь, тем дольше живёшь.

Каэль нахмурился.

– Но ты ведь доверяешь мне? Иначе ты бы не взял меня с собой.

Эйнар усмехнулся, в уголках его губ мелькнула едва заметная горечь.

– Доверие – это роскошь. – Он посмотрел на песок, будто видя что-то за пределами горизонта. – Я не уверен в тебе, как и в любом другом. Но пока ты не стал угрозой, у нас нет причин быть врагами.

Каэль ощутил, как слова резанули, но промолчал. Вместо этого он прислонился к холодному камню и задумался. Летарн, лежавший рядом, был тих, но его молчание казалось тяжелее обычного.

Солнце клонилось к закату, окрашивая пустыню в алые тона.

Эйнар достал из сумки небольшой свёрток и развернул его, обнажив несколько кусочков сушёного мяса, ломоть хлеба и бурый сыр. Он молча протянул часть Каэлю, оставив себе остальное.

– Еда путников, – сказал он сухо, отломив кусок сыра и бросив его в рот. – Без изысков, но сытно.

Каэль взял предложенное, слабо улыбнувшись.

– Спасибо.

Он устроился на камне, глядя, как Эйнар ест спокойно и методично, будто давно привык к такой жизни. Сам же он жевал медленно, чувствуя, как каждый кусок пищи скрипит на зубах. В тишине пустыни, нарушаемой только слабым свистом ветра, это казалось странно умиротворяющим.

– Ты часто путешествуешь? – спросил Каэль, чтобы как-то заполнить тишину.

Эйнар лишь кивнул, занятый жеванием.

Когда оба доели, Эйнар сложил остатки в сумку и откинулся назад, прикрывая глаза. Каэль, воспользовавшись передышкой, осмотрел горизонт. Он ожидал увидеть лишь бескрайние пески и камни, но внезапно заметил что-то движущееся вдали.

– Что это? – спросил он, указывая рукой.

Эйнар резко открыл глаза и повернул голову. На фоне колышущегося от жары воздуха виднелись фигуры: целая группа людей с караваном, медленно приближающаяся из-за горизонта.

– Караванщики, – ответил он, нахмурившись. – Но что они делают здесь?

Когда караван подошёл ближе, детали стали различимы. Грузовые животные – верблюды и несколько шираков – шли неспешно, нагруженные мешками, ящиками и странными тюками. Люди, управляющие ими, выглядели так, словно жизнь потрепала их нещадно. У каждого на лице или руках виднелись шрамы, а глаза сверкали настороженным блеском.

Караванщик, ехавший впереди, оказался высоким, худощавым мужчиной с длинным шрамом, пересекающим правую щёку. Он остановил своего верблюда, наклонил голову набок и оглядел путников.

– Что тут делаете, странники? – хрипло спросил он. Его голос звучал, будто он давно не пил воды.

– Идём в Сефрият, – спокойно ответил Эйнар, внимательно наблюдая за мужчиной. – А вы?

Караванщик ухмыльнулся, обнажив кривые зубы.

– Торгуем. Может, что-то интересует? У нас есть всё: специи, ткани, оружие… или кое-что редкое, – он указал на большой ящик, привязанный к спине одного из шираков.

Эйнар задержал взгляд на ящике. Он был крепко закрыт, обит железными полосами и скреплён тяжёлыми замками. В какой-то момент ящик дёрнулся, будто внутри что-то пыталось вырваться наружу.

– Что это? – холодно спросил Эйнар, шагнув ближе.

Караванщик недобро улыбнулся.

– Особый груз. По заказу одного влиятельного господина. Он хорошо заплатил, чтобы мы доставили его целым и невредимым.

Каэль насторожился, а Эйнар слегка прищурился, его голос стал ещё тише, но резче.

– Животное?

– Да, – ответил караванщик, его улыбка стала шире. – Очень редкое. Даже опасное, говорят.

Эйнар покачал головой, будто не веря. Его взгляд снова упал на ящик, и он на мгновение нахмурился.

– Не похоже на правду, – сказал он. – Скорее, кто-то переправляет то, что лучше держать в тайне.

Караванщик прищурился, его взгляд потемнел.

– Мы выполняем свою работу, – резко ответил он. – А вам какое дело?

Эйнар проигнорировал его тон и продолжал изучать караван. Он не торопился уходить, словно выискивая ещё что-то, что могло выдать их истинные намерения. Каэль почувствовал напряжение, повисшее в воздухе.

Эйнар, не говоря ни слова, молниеносным движением выхватил два метательных кинжала из-за пояса. В этот момент все вокруг будто замерли, но через долю секунды кинжалы уже сверкали в воздухе.

Первый караванщик даже не успел дернуться – кинжал вонзился ему в лоб с глухим, неприятным звуком, мгновенно оборвав его жизнь. Второй караванщик, тот, что потянулся к кинжалу, лишь слегка повернул голову, и второй метательный нож пронёсся мимо, оставив глубокий порез на его щеке. Кровь брызнула, и мужчина яростно заорал.

Эйнар застыл, его лицо исказилось. Обычно спокойный, почти безразличный, сейчас он выглядел ужасающе. Гнев смешался с недоумением – промах был для него немыслим. Этот момент длился всего миг, но Каэль заметил, как пальцы Эйнара едва заметно дрогнули.

«Ты ослабел, старик», вдруг раздался голос Летарна в голове Каэля, холодный и насмешливый. «Твои спутники недотягивают. Гляди, как всё посыплется».

– Замолчи, – прошептал Каэль, стиснув зубы и хватаясь за эфес меча.

Но у караванщиков уже не было времени на разговоры. Те, кто не был поражён, бросились в атаку. Один выхватил кинжал, другой – топор, третий поднял тяжёлую дубину. Их шаги были резкими и быстрыми, как у загнанных зверей.

Каэль рванулся навстречу, обнажив Летарна. Меч засветился ледяным голубым светом, как будто сам оживал. Увернувшись от удара дубины, он с силой провёл мечом по диагонали, разрубая оружие караванщика пополам.

«Ха! Смотри, как они разбегаются!» – Летарн засмеялся, отдаваясь эхом в голове Каэля.

– Не время для шуток! – выкрикнул Каэль, отталкиваясь от песчаной земли, чтобы уйти от следующего удара.

Тем временем Эйнар уже схватился за длинный нож, которым парировал атаку караванщика с топором. Схватка была молниеносной: Эйнар извернулся, поднырнув под руку противника, и со всей силой всадил нож в бок нападающего. Мужчина вскрикнул и рухнул на землю.

– Ещё есть желающие? – процедил Эйнар, его голос был низким и угрожающим.

Караванщики не сдавались. Трое оставшихся окружили путников. Один из них был вооружён цепом, который со свистом разрезал воздух, другой держал короткое копьё, а третий, тот, что с порезанной щекой, поднял кинжал, его глаза метали молнии.

Каэль закружил меч, удерживая врагов на расстоянии. Летарн засиял ярче, словно радуясь битве.

«Прекрасно! Вперед, добей их всех!»

– Каэль, за левым! – выкрикнул Эйнар, уклоняясь от удара цепом.

Каэль развернулся и в последний момент успел отбить копьё, которое метнул другой противник. Секунда – и Летарн, свистнув в воздухе, вонзился в плечо караванщика. Тот вскрикнул, выпустив копьё, и отступил, зажимая рану.

Тем временем Эйнар, с ловкостью хищника, поднырнул под цеп и с силой ударил оставшегося противника рукоятью ножа в челюсть. Караванщик пошатнулся, и Эйнар мгновенно нанес следующий удар в грудь, сбив его с ног.

Когда пыль осела, лишь двое караванщиков остались стоять, их лица исказились страхом. Один из них бросил оружие и поднял руки.

– Хватит! Мы сдаёмся! – закричал он, задрожав всем телом.

Эйнар, тяжело дыша, оглядел поле боя. Его взгляд задержался на ящике, который всё ещё оставался привязанным к шираку.

– Каэль, – сказал он, его голос был твёрдым. – Нам нужно выяснить, что там.

Эйнар шагнул вперёд, его нож всё ещё был в руке, окровавленное лезвие блестело в тусклом свете пустыни. Он кивнул в сторону двух оставшихся караванщиков.

– Открывайте. Сейчас же.

Караванщики замялись, переглянувшись. Тот, что держал поднятые руки, посмотрел на своего спутника, словно ожидая разрешения.

– Быстрее! – рявкнул Эйнар, его голос прозвучал так, что даже Каэль невольно вздрогнул.

Караванщики начали двигаться. Один подошёл к ящику и начал нервно возиться с замками, а другой медленно снял топор с пояса, будто собирался попробовать напасть. Но прежде, чем он успел что-то сделать, Эйнар поднял нож и бросил его в землю прямо у ног мужчины. Тот замер, лицо побледнело.

– Открывай, – добавил Каэль, крепче сжимая Летарн, который всё ещё мерцал слабым голубым светом. «Вот и начнётся веселье», раздался голос меча в его голове.

Когда первый замок упал на песок, ящик дёрнулся, и изнутри раздался приглушённый стук. Караванщик скинул второй замок, потом осторожно приподнял крышку.

Каэль наклонился вперёд, напрягая глаза, чтобы разглядеть, что внутри. Когда крышка полностью открылась, он замер, его дыхание участилось.

Внутри ящика, окружённый цепями, лежал гном. Его руки и ноги были закованы в массивные железные оковы, прикреплённые к стенкам ящика. На лице была надета тяжёлая маска, похожая на намордник, с решёткой перед ртом, из-за которой доносилось только приглушённое дыхание. Глаза гнома, чёрные как угли, смотрели вверх с яростью и болью, а на лбу виднелась свежая ссадина.

– Что за… – пробормотал Каэль, отступив на шаг.

Эйнар же остался стоять неподвижно, его взгляд был ледяным.

– Объясните, – приказал он, обратившись к караванщикам. Его голос звучал настолько холодно, что казалось, воздух вокруг него замёрз.

Один из караванщиков заикнулся, пытаясь что-то сказать:

– Э-это… это груз… заказанный… одним важным человеком. Он платит хорошо. Мы… мы ничего не знаем, клянусь!

Эйнар скрестил руки на груди, и его взгляд сузился.

– Важный человек? Имя. Сейчас же.

Караванщик замотал головой, глаза его расширились от страха.

– Мы не знаем! Нам просто заплатили, чтобы доставить его! Сказали не задавать вопросов!

Эйнар подошёл ближе, наклоняясь так, что оказался вровень с лицом говорившего.

– Вы не похожи на тех, кто боится задавать вопросы, – процедил он, затем повернулся к Каэлю. – Что думаешь?

Каэль посмотрел на гнома, сердце сжалось. Железные оковы, маска – всё это казалось слишком жестоким, даже для наёмников или контрабандистов. Он сглотнул и посмотрел на Эйнара.

– Мы не можем просто оставить его здесь.

Эйнар молча кивнул, словно соглашаясь с Каэлем, но его лицо оставалось непроницаемым. Он шагнул к гному и склонился над ним, внимательно рассматривая оковы и замки.

– Кто бы ни заказал его доставку, очень старался, чтобы он не сбежал, – тихо сказал он. Затем бросил взгляд на караванщиков. – Ключи.

– Ч-что? – пискнул один из них, сжимая руки у груди.

– Ключи от замков, быстро, – повторил Эйнар, его голос был твёрже, чем сталь.

Караванщик дрожащими руками полез за пояс и достал связку ключей, протягивая их Эйнару. Тот выхватил их с таким видом, будто даже прикосновение к этому человеку вызывало у него отвращение.

Пока Эйнар разбирался с замками, Каэль вдруг обратил внимание на шираков. Их боковые пластины, похожие на толстую броню, были покрыты кровавыми следами. На шее одного виднелся глубокий шрам, а второй заметно хромал.

– Посмотри, – тихо сказал он, указывая на животных. – Они же все в ранах.

Эйнар мельком посмотрел на шираков, и на его лице промелькнуло что-то похожее на гнев.

– Заметил, наконец, – раздался в голове Каэля спокойный, но саркастичный голос Летарна. – Бедолаги. Им явно досталось от этих… «торговцев».

Каэль вздохнул в ответ на замечание меча, но его взгляд остался сосредоточенным на животных.

– Эти твари их мучили, – добавил он, обернувшись к Эйнару.

Эйнар усмехнулся, но в его глазах пылал холодный огонь. Он шагнул к караванщикам, возвращая нож в ножны.

– Вы свободны, – сказал он, махнув рукой.

– Ч-что? – Караванщики переглянулись, будто не веря своим ушам.

– Бегите, пока я не передумал, – добавил Эйнар, его голос был почти ленивым, но в нём ощущалась угроза. – И оставьте всё, что у вас есть.

Караванщики побросали оружие, мешки и оставшиеся товары. Они даже не попытались забрать своих шираков, с ужасом глядя на животных, прежде чем броситься прочь, цепляясь за свои жизни.

Эйнар повернулся к ящику и быстро снял оковы с гнома, который, освободившись, тяжело рухнул на колени. Затем Эйнар осторожно снял с него маску, обнажая суровое лицо с глубокими морщинами и густой бородой. Гном взглянул на своих спасителей с немым выражением благодарности, но оставался молчаливым.

После этого Эйнар подошёл к ширакам, которые тревожно перебирали лапами на месте, то и дело оглядываясь на пустыню, куда исчезли караванщики.

– Умные существа, – сказал он, опускаясь на одно колено перед одним из шираков. Он протянул руку, и тот медленно опустил морду, слегка ткнувшись в ладонь Эйнара. – Они знают, кто с ними добр, а кто хотел убить их.

Шираки издали глубокий утробный звук, похожий на благодарное урчание, и резко сорвались с места. Их когтистые лапы оставили глубокие следы в песке, когда они помчались в сторону горизонта – туда, где скрылись караванщики.

Каэль молча смотрел им вслед, не зная, что сказать.

– Надеюсь, они найдут свою справедливость, – сказал Летарн, его голос звучал мягче, чем обычно. – Даже такие создания заслуживают мести.

Глава 4

IV

Пустынная тропа

Гном медленно поднял голову, его чёрные глаза были полны недоверия. Он хрипло заговорил, явно с трудом подбирая слова после долгого молчания:

– Зачем вы это сделали? – Его голос был грубым и низким, как скрежет металла по камню. – Что вам нужно?

Эйнар бросил на него быстрый взгляд, затем отвернулся, проверяя своё оружие.

– Мы не охотники за головами, если ты об этом, – спокойно ответил он. – У нас нет причин таскать тебя по пустыне в цепях.

Гном нахмурился, тяжело поднялся на ноги, но, едва сделав шаг, пошатнулся. Каэль быстро подхватил его под локоть, помогая устоять.

– Тогда кто вы такие? – с подозрением спросил гном, вырывая руку и снова падая на колени. – Не может быть, что вы просто… спасли меня. Никто не делает ничего просто так.

Каэль опустился рядом, потянулся к своей сумке и достал кусок хлеба и немного сушёного мяса. Он протянул еду гному с мягкой улыбкой.

– Ешь, – сказал он. – Ты долго был в этом ящике. И я сомневаюсь, что тебя там кормили.

Гном подозрительно взглянул на еду, затем на Каэля, но, видя, что тот не собирается убирать руку, медленно взял хлеб. Его трясущиеся пальцы сжали ломоть, и он начал жадно есть, забыв обо всём на свете.

Эйнар наблюдал за этой сценой с лёгким прищуром. Когда гном отвлёкся на еду, он обратился к Каэлю:

– Осмотри караван. Там может быть что-то ценное или хотя бы полезное. Я займусь остальной частью.

Каэль кивнул, поднялся и направился к повозкам, оставленным караванщиками. Эйнар, не теряя времени, пошёл к другим сундукам, разыскивая что-то, что могло бы пролить свет на происходящее.

Каэль методично осматривал один из оставленных караваном тюков, развязывая его узлы. Внутри оказалось несколько металлических инструментов для ковки, явно гномьей работы: молоты, клещи, заготовки для оружия и доспехов. Он взял один из молотов в руки – тяжёлый, с идеально сбалансированной рукоятью и сложным узором на металлической части.

– Это что-то интересное, – пробормотал он, оглядывая находку.

Эйнар подошёл к другому тюку и открыл его. Внутри были мешки с зерном, несколько контейнеров с водой и свёртки с тканями. Рядом с тюком он нашёл сундук, запертый на простой замок, который Эйнар без труда вскрыл кинжалом. Внутри лежали монеты, камни, похожие на необработанные драгоценности, и небольшая стопка пергаментов, исписанных неразборчивыми символами.

– Это уже интереснее, – сказал Эйнар, перебирая находки. – Но ничего особо ценного. Караванщики явно работали по мелочи.

– Думаешь, они и гнома тоже по мелочи возили? – саркастически заметил Каэль, бросив взгляд в сторону железного ящика.

Эйнар усмехнулся и продолжил осмотр, пока гном, закончив трапезу, медленно поднялся на ноги. Его шаги были неуверенными, но он всё же подошёл ближе. Когда он оказался на достаточном расстоянии, гном громко выкрикнул:

– Дриммир! – но тут же закашлялся, согнувшись пополам, и опустился на одно колено. Его дыхание было хриплым, лицо побелело.

Каэль быстро подошёл к нему, положив руку на плечо.

– Эй, тебе нужно ещё немного отдохнуть, – мягко сказал он. – Ты ещё слишком слаб.

Эйнар стоял чуть поодаль, скрестив руки на груди. Он нахмурился, глядя на гнома, а потом перевёл взгляд на Каэля.

– Мы не можем брать его с собой, – холодно сказал он. – Лишний человек – это риск. Больной и изнемождённый – тем более.

Он ожидал, что Каэль согласится, но парень выпрямился и посмотрел ему прямо в глаза.

– Мы берём его с собой, – твёрдо заявил он.

Эйнар с прищуром взглянул на него.

– Ты серьёзно? Каэль, ты сам понимаешь, что говоришь?

– Понимаю, – ответил он. – Я не могу оставить его здесь. Это не правильно.

Гном поднял голову, всё ещё тяжело дыша.

– Мужик прав, – проговорил он с кривой усмешкой. – Хоть ты и козёл, но тут я с тобой согласен: тащить больного гнома через пустыню – идея идиотская.

Он собрал остатки сил и поднялся на ноги, покачиваясь.

– Но… – добавил он, глядя на Каэля. – Спасибо тебе.

Каэль улыбнулся и помог Дриммиру встать ровнее.

– Ты пойдёшь с нами, – сказал он. – И точка.

Эйнар отвернулся, уставившись куда-то вдаль, словно обдумывая что-то важное. На его губах мелькнула едва заметная улыбка – гордость, хорошо скрытая за его обычной суровой маской. Парень отстоял свою точку зрения, пусть и упрямо, но Эйнар не мог не признать в этом что-то достойное уважения. Он тихо вздохнул и, обернувшись к ним, бросил коротко:

– Ладно. Берём его с собой. Но если он начнёт отставать, мы его не тащим.

Каэль застыл, широко раскрыв глаза от неожиданности. Это была победа, но совсем не такая, какой он ожидал. Он быстро взял себя в руки и сделал серьёзное лицо, будто всё происходящее было вполне естественным.

– Хорошо, – кивнул он, стараясь, чтобы его голос звучал уверенно.

«Молодец, мальчишка,» раздался голос Летарна в голове, на этот раз без капли сарказма. «Ты стоял на своём, и это заслуживает уважения. Даже если Эйнар этого не скажет вслух, он впечатлён.»

Каэль почувствовал, как внутри у него распирает тепло от слов меча. Он отвёл взгляд, стараясь скрыть лёгкую улыбку, которая всё же мелькнула на его лице.

– Давайте посадим его на ширака, – сказал Каэль, глядя на измождённого Дриммира, который всё ещё с трудом стоял на ногах.

Эйнар кивнул и начал помогать гному. Они с трудом, но осторожно усадили Дриммира на ширака Каэля, стараясь не причинить тому лишней боли. Гном что-то проворчал себе под нос, но в глазах его читалась благодарность.

Всё, что они нашли в караване – воду, еду, ткани и инструменты, – уложили в седельные сумки. Эйнар, как всегда, действовал быстро и умело, проверяя, чтобы ничего не рассыпалось и не было лишнего веса. Когда всё было готово, он похлопал ширака по боку, проверяя, как тот отреагирует на новый груз.

– Всё, вперёд, – скомандовал он, поворачиваясь к Каэлю.

Каэль кивнул и направился к своему шираку. Он почувствовал, как Летарн едва уловимо "шевельнулся" в его сознании. «Держи курс, парень. Ты сделал всё правильно.»

С этими словами они отправились дальше в путь, оставляя за собой пустыню и караванщиков, которые остались далеко позади.

Путь снова лёг под когтистые лапы шираков. Жар пустыни наваливался тяжело и вязко, как мокрое покрывало – не пекло, не обжигало, а давило. Песок внизу переливался, будто шептал о миражах, о вещах, которых на самом деле нет. Но трое всадников, один из которых сидел не по своей воле, двигались молча и упрямо – как те, кто уже видел слишком много и готов увидеть ещё больше.

Каэль сидел чуть напряжённее, чем обычно, удерживая равновесие вместе с гномом, пристроившимся позади него. Дриммир держался без ремней, без седельных подпорок – только за Каэля. Иногда его хватка усиливалась, когда ширак неровно ступал по рыхлому склону или резко поворачивал голову в сторону звука, но в остальном гном сохранял молчание. Он словно собирал в себе силы, прятал их в кулак, копил на потом.

– Всё нормально? – негромко спросил Каэль, не оборачиваясь.

– Сносно, – пробурчал Дриммир после паузы. – Хуже бывало. Хотя обычно я тогда хотя бы не ехал на ящере, который, похоже, презирает меня за то, что я вообще жив.

Каэль усмехнулся. Его ширак действительно иногда бросал косые взгляды на нового пассажира, но терпел. Видимо, знал: сейчас не время спорить.

Эйнар ехал впереди, слегка повернув голову к ветру. Он не спешил – будто чуял, что пустыня ещё не сказала своего последнего слова. За его плечом качался длинный меч в ножнах, поблёскивая металлическими гранями. Летарн молчал, но Каэль чувствовал его присутствие – ровное, выжидающее, как дыхание перед следующим словом.