Тайны крови и амбиций

Стало хуже, в глазах потемнело, а к горлу поступил неприятный ком, который, казалось, сейчас выйдет наружу. Я облокотилась головой на стенку кабинку, как вдруг услышала чей-то разговор:

— Ты слышала, что к нам Коннор перевёлся?

От упоминания этой фамилии стало дурно. Хотелось сразу встать и выйти, но сил не хватало.

— Может за сестрой пришел?

Здесь ещё и его сестра? Наверное так он и узнал, где я нахожусь.

Я пыталась не слушать их и сосредоточиться на своем самочувствии, но получалось плохо.

— Да нет! Она тут уже давно учится, а он приехал сюда только после того, как Коффин перевели.

Снова слухи. Я стала довольно известной в этом институте за такой короткий срок.

— Зачем?

— Ну ты че, тупая совсем? Ты новости читаешь?

— Я не слежу за твоими богатенькими мажорами, — я представила, как эта девушка скривилась, и полностью ее поддерживала в этот момент.

— Да ты не за кем не следишь, — бросила ее подружка и быстро продолжила: — Ну так вот, он писал, что у них там какие-то дела с семьёй Коффин... А я, чтобы ты понимала, и на дочку подписана, ну на эту, Эмили. Она сейчас пропала конечно...

Эмили перестала вести свой блок? Что это с ней? Но времени думать об этом не было.

— Представь, если Коннор и Коффин решили объединить свои компании!

— Что за бред. — Спросила девушка и мне стоило большого труда не закричать на весь женский туалет тоже самое. — Зачем, если у них и так много денег?

— Слышала о такой штуке, как франчайзинг? — прошипела ее подружка. — Две влиятельные семьи объединяются, чтобы управлять франшизами друг-друга. Да и в случае с Коффин, не думаю, что у них есть понимание «много денег».

Я почувствовала змеиный укол в сердце.

— Им всегда их мало.

Да как она смеет так отзываться о моей семье, даже ничего не зная!?

— Ну... — замялась ее собеседница. — Я все равно не понимаю, зачем им это...

— Дэниел парень не тупой, на бедную дурочку даже не посмотрит. А вот дочки Коффин его точно привлекли, я уверена. Тем более, если я не ошибаюсь, папаши двух семей хорошо дружили раньше. Что там произошло потом, не знаю.

Внезапно послышался глухой стук, в туалет кто-то зашёл по строгому голосу я узнала старенькую учительницу.

— Хватит тут сидеть! А ну выходите, бездельницы.

Девушки тут же замолчали, а через несколько секунд я услышала щелчок кабинки. Подружки вышли из туалета, и я, схватив сумку, вышла вслед за ними. Конечно, они заметили меня, и если бы мне не было так плохо, я бы посмеялась с их выражения лица.

Переглянувшись, сплетницы быстрым шагом пошли на пары, старенькая учительница проводила их строгим взглядом и ушла в кабинет.

Всё ещё находясь в туалете, я хотела выйти, но не успела. Моё состояние ухудшилось, в глазах снова потемнело, а в висках застучало. Ноги внезапно стали ватными, словно две хрупкие ветки, готовые сломаться в любой момент.

Я увидела знакомое и не очень приятное лицо, после чего погрузилась в темноту.

***

Эшли вышла, и Девид наконец смог выдохнуть. Он откинулся на спинку кресла и задумался: а правильно ли он вообще поступает? И что теперь делать?

Лучше всего просто держаться от неё подальше. В скором времени она привыкнет, а он, в свою очередь, снова станет собой — тем Девидом, каким был до неё. После этих мыслей он вдруг осознал: как сильно эта девушка повлияла на его жизнь.

Он стал мягче, спокойнее, даже, кажется, счастливее. Гнев и раздражение уступили место терпению. Раньше он шёл напролом, не думая о других, а теперь научился смирению.

Внешне он всё тот же, но внутри всё по-другому. Эшли, сама того не желая, перевернула его мир с ног на голову. Всё изменилось с того дня, как она впервые вошла к нему в кабинет.

Он не хотел ей зла и уж точно не желал ее смерти. Но как защитить человека, если все близкие умирали у него на руках?

Безопаснее будет, если они оборвут все связи. Говорить ей что-то будет только хуже. Он понимал, что даже грубого слова ей сказать не сможет.

Оставалось надеяться, что этот разговор был последним.

Звонок прозвенел резко, словно выдернул его из тяжёлых мыслей. Пар у него больше не было, можно было ехать домой. Но только он вышел из учительской, как тут же наткнулся на секретаря директора.

— Мистер Графский! Как хорошо, что я вас встретила! — затараторила она, поправляя очки. — Мистера Френсисона нет, а экономику никто не отменял. Вы пока замените его.

— Я не обязан брать ещё один предмет, если вы не можете найти замену, — отрезал Девид.

Неужели этот человек будет портить ему жизнь даже после ухода?

— Директор уже всё решил. Вы временно ведёте экономику, пока не найдём нового преподавателя.

Она сунула ему бумаги с расписанием и быстро ушла, цокая каблуками.

Девид устало посмотрел на документы. Первой парой стояла группа Эшли. Судьба будто специально снова и снова сталкивала их лбами.

Мужчина поспешил по коридору, когда из женского туалета ему навстречу вышел парень. Это был Дэниел. Но не это заставило его остановиться — на руках у Дэниела, безвольно свесив одну руку, лежала Эшли. Она была бледна как полотно, и сердце Девида болезненно сжалось от тревоги.

Бумаги полетели на ближайший диванчик. Девид угрожающе шагнул к парню.

— Что ты с ней сделал?! — прошипел он, впиваясь взглядом в голубые глаза. Если бы не Эшли, он бы уже схватил Дэниела за воротник рубашки.

— Да успокойся! Я ничего не делал. После директора меня отправили ждать следующую пару, а тут она проходила. — Он указал на девушку. — Ей плохо стало. Я, как хороший друг, пришел на помощь. Или вы, мистер Графский... — резко перешел он на вы. — Считаете, что я не могу помочь подруге детства?

Он нагло ухмыльнулся. Девид почувствовал, как внутри поднимается волна неприязни. Он не верил ни единому слову этого скользкого типа.

— Вам пора, мистер Коннор, — отрезал мужчина, забирая Эшли с рук парня.

Дэниел что-то пробормотал вслед, но Девид уже не слушал. Он осторожно понёс Эшли в медпункт, не сводя с неё встревоженного взгляда. Пульс был слабый, а руки — ледяные. Девид ускорил шаг.

Ворвавшись в медпункт, он бережно уложил девушку на кушетку.

— Девушке стало плохо, позаботьтесь о ней пожалуйста.

Девид говорил спокойно, но в душе у него бушевала буря. Он не углублялся в подробности, стараясь выглядеть непоколебимо. Не хотелось бы, чтобы Эшли проснулась на начало новых слухов.

— Мужчина, успокойтесь.

Сказала одна из медсестёр попивая чай. Она вытерла руки, и подошла к телу девушки.

— Неси спирт и ватку, у бедняжки, кажется, срыв случился.

Вторая медсестра принесла прозрачную ёмкость со спиртом, промокнула ватный тампон и передала его коллеге. Она поднесла её к носу девушки, затем взяла её руки и осторожно начала разводить их в стороны и скрещивать на груди, повторяя эти действия несколько раз. Девид нахмурился. Её движения были настолько неумелыми, будто эти медсестры только учились оказывать первую помощь. Обращались с Эшли так, словно та была безжизненной куклой.

— Скоро очнётся спящая красавица.

Женщина вновь села за стол, где её ждал горячий чай, ещё не остывший после приготовления.

— Безмерно благодарен вам.

У Девида не было сил на сарказм или обычную грубость. Он сидел на стуле рядом с кушеткой, не отрывая взгляда от тела Эшли. На него нахлынуло чувство, как в ту ночь, когда мама просила собственными руками лишить ее жизни. Сердце билось сильнее, если Эшли рядом, и не прекращало тревожиться, когда она уходила. Неприятные колющие ощущения, словно всё тело парализовано ядом, который постепенно достигает головы.

Он вышел из медпункта. Медсёстры были так увлечены своим разговором, что не заметили его ухода. Девид вспомнил, что хотел позвонить Ричарду и попросить забрать Эшли домой. Продолжать посещать занятия — не самое мудрое решение, и что бы там ни решила Эшли... Пора и Девиду принять участие в этом.

Он взял свой телефон и набрал номер Коффина, и к счастью, тот ответил быстро.

— Здравствуйте, мистер Коффин.

— Мистер Графский, Эшли не берёт трубку. Надеюсь, у неё уважительная причина?

Тут Девид занервничал. Он уже не был уверен, что хочет говорить о состоянии Эшли.

— Более, чем уважительная, — серьёзно отозвался Девид, присаживаясь на скамейку рядом с дверями медпункта. — Эшли стало слегка плохо, закружилась голова и видимо давление поднялось. Сейчас она в медпункте и с ней всё хорошо. Ее может забрать водитель?

В трубке повисла тишина, и через некоторое время раздался вздох.

— Я отправлю кого-нибудь... Благодарю за информацию. И передайте ей, чтобы не задерживалась. Важные люди придут на ужин.

Дэвид, сжимая телефон в руках, выпрямился. Нетрудно было догадаться, о каких важных людях говорил Ричард. О семье Коннор.

— Да, я передам.

Сбросив трубку, так и не попрощавшись, мужчина снова скривился. Как часто за этот день он будет вспоминать эту фамилию? Уже въелась и раздражала своим названием.

Глубоко вдохнув, он вернулся в медпункт и начал искать телефон Эшли. Но ни в карманах, ни в сумке его не оказалось.

— Эй эй! Чего творишь? — воскликнула одна из медсестер, чуть не подавившись своим чаем.

— Я оставлю тут свой телефон, когда проснётся, скажите, чтобы позвонила отцу.

Он положил телефон на стол медсестры, и вышел из кабинета. Желание остаться, проконтролировать её и не отпускать снова. Непонятное чувство вины, будто если бы не выпустил её тогда за дверь своего кабинета, она бы была цела. И если он уйдёт, с ней снова что-то случится, о чем он не будет знать и что уже не сможет исправить.

Девид остановился и, протерев глаза, попытался прийти в себя. Ему было тяжело сосредоточиться, когда в душе царил страх, вызванный тем, его ещё не произошло. Такое случилось впервые, именно сейчас и именно с ней.

Взглянув на часы, он не спеша поднялся на следующий этаж, взял свои бумаги, которые оставил на одной из скамеек, и вошёл в кабинет. Там царил настоящий хаос, и, конечно, главным героем этого шоу был Дэниел Коннор.

Как только студенты заметили преподавателя, в аудитории воцарилась тишина. Девид сел за свой стол, внимательно оглядывая всех присутствующих.

— Чего замолчали? Думаете, мистера Френсинсона уволили, и экономики больше не будет? Открываем тетради и записываем сегодняшнее число. — Студенты с неохотой зашуршали листочками, все, кроме одного. Дэниел смотрел с призрением, деловито ухмыляясь, будто издеваясь над Девидом. Все это смущало мужчину: резкое прибытия Коннора в институт, самочувствие Эшли, мистер Коффин и их «важные гости». Что-то намечалось, и Девид точно был лишним во всей этой неразберихе.

Глава 4 «Последний глоток свободы»

Вивиана не проронила ни слова. Больше всего ее напрягал не гул в аудитории, а то, что Эшли так и не появилась. Раньше бы она подумала, что подруга просто решила уйти, но сейчас почему-то чувствовала — что-то случилось. Да и Дэниел вернулся, с которым ее как раз таки и выгнали.

Виви даже собиралась подойти к парню, спросить про подругу, побороть свой страх, дабы перестать переживать. Но не успела. В кабинет зашёл преподаватель, и не Френсинсон, о котором думала девушка, а Девид Графский.

Вдруг Виви вспомнила, как Эшли переживала за него на первой паре. Она не знала всех интриг между ними, но до чего-то догадывалась.

— Мистер Графский, вы преследуете нашу группу? — вдруг спросил Дэниел, когда мужчина объявил открывать тетради. — Интересно, из-за кого?

Он расплылся в хитрой улыбке, чувствуя, что знает больше, чем другие.

— К сожалению той, ради которой вы приходите, сейчас нет на паре. Но вы же об этом знаете, не так ли?

Вивиана удивлялась наглости этого парня, но его слова заинтересовали не меньше. Неужели мистер Графский как-то причастен к тому, что Эшли сейчас нет на паре?

Девушка посмотрела на преподавателя и по ее рукам тут же прошлись мурашки. Настолько его взгляд был ледяным и угрожающим.

— Причина, по которой мисс Коффин сейчас нет на паре, вы должны знать не хуже меня, мистер Коннор.

Встав с места, он медленно направился к студенту.

— Бедная девочка была без сознания, и ты в это время случайно проходил мимо. Или у тебя есть какие-то проблемы со своей одногруппницей? Специально отравил, дал слабительное или что-то в этом духе?

У Вивианы расширились зрачки от услышанного. Эшли стало плохо? Ее отравил Дэниел? Она сейчас лежит без сознания?

— Вы правда думаете, что я мог ее отравить или дать слабительное!? — с возмущением спросил Дэниел. — Да вы, наверное, не знаете, кто я и кто мой отец, если смеете делать такие выводы! Да если я захочу, вас тут же уволят, а институт и вовсе закроют!

По виду Девида, слова Коннора его ни как не задели и не напугали.

— Мистер Коннор, может это удивительная случайность... Но мне подозрительно интересно, как вы в первый же день успели навести столько хлопот?

Дэниел открыл рот, чтобы возразить, но видимо не нашелся словами. Мужчина тихо усмехнулся и отвернувшись, зашагал к своему месту.

— Я не держу вас, идите по более важным делам. Вы же таким образом математику прогуливали. Спешу вас обрадовать, на моих парах можете даже не стараться. Я просто выставлю незачет.

Встав возле доски, Девид стал расписывать пару формул и решения задач.

Вивиана посмотрела на Дэниела, который, судя по выражению лица, не считал их разговор оконченным. Однако преподаватель не дал ему возможности возразить.

В какой-то момент Дэниел просто встал с места и вышел из кабинета за минут десять до окончания пары.

А Виви, словно сидя на иголках, ждала, когда закончится пара. Ей было жизненно необходимо узнать, как там Эшли, и, похоже, не одной ей.

—Мисс Смот, — Позвал ее мистер Графский и, осмотревшись по сторонам, чуть тише продолжил: — идите в медпункт и проконтролируйте состояние Эшли. Про то, что было тут, на парах, не говорите, и про меня в том числе.

Вивиана кивнула и поспешила к медицинскому пункту. Она не совсем понимала, что произошло с подругой, но постепенно её охватило осознание... В этом как-то замешан Дэниел, а Девид, вероятно, и отнёс её в медпункт.

Подойдя к двери, она постучала и заглянула внутрь. В глаза тут же бросилось лежащее на кушетке тело Эшли. Девушку охватил ужас, но сказать она ничего не успела.

— Эй, не видишь, тут занято! — рявкнула одна из медсестёр, закрывая собой пациентку.

— И-извините пожалуйста... Я за подругой пришла. Ей плохо.

— Вот как очнётся, тогда и приходи, — выкрикнула изнутри вторая.

Виви медленно кивнула, и дверь сразу же закрылась. Присев у медпункта, она стала ждать. Ждать и думать.

Ей всё больше казалось, что Девид каким-то образом связан с Эшли. Что могло произойти за эти каникулы?

Вивиана не обижалась, что подруга ей ничего не рассказывала. Они не так долго знакомы, чтобы доверять что-то личное. Но ей очень хотелось стать той, кому Эшли бы могла доверять.

Ее одногруппники уже начали расходиться по домам, но Виви сидела и ждала, пока проснётся Эшли. Графский доверился ей, она не хотела подводить его, но в первую очередь она не хотела оставлять подругу в тяжёлом состоянии.

Прошёл час, полтора, два. Вивиана уже начала засыпать, когда наконец из кабинета вышла Эшли.

***

Удивительно, но мне почти ничего не снилось, или же я просто не запомнила. Всё, что осталось в памяти — это ощущение падения в тёмную, глубокую и очень холодную пустоту. Я подала очень медленно, будто бы осознавая каждую секунду, как настоящее мгновение. Лишь на короткий миг мне становилось тепло и спокойно, пока снова не стало холодно.

Я ощущала, как теряю нечто ценное. Но сколько бы ни старалась поймать это, у меня не получалось.

Я распахнула глаза, тело, будто его ударили током, подорвалось. От резкого пробуждения голова начала раскалываться. Медсестра дернулась, чуть не облившись водой, и недовольно что-то проворчала в мою сторону.

Но я даже не обратила на неё внимания. Прижав ладонь к голове и зажмурив глаза, я почувствовала мокроту на них. Неужели плакала пока спала?

Привыкнув к свету, я осторожно взглянула на медсестёр и спросила хриплым голосом, который ещё не совсем восстановился после сна:

— Где я?...

— Где-где, в медпункте. Мы уже думали, что ты не проснёшься. Скорую вызывать хотели.

Они не проявляли признаков беспокойства за меня, но я не обращала на это внимания. Медленно спустив ноги с кушетки, я попыталась встать.

— Аккуратно, не упади, — сказала одна из них, когда вторая наконец-то соизволила встать и налить мне стакан воды.

Я сделала глоток воды и, наконец, встала с кушетки, хотя голова всё ещё болела. Машинально я ощупала карманы в поисках телефона, чтобы узнать время, но его не оказалось на месте.

— Где мой телефон?

— Не успела встать, уже за телефоном полезла, — женщина закатила глаза и протянула мне телефон, который лежал на столе. — На, твой дружок тебе оставил.

— Дружок? — не поняла я, но телефон взяла.

— Принес тебя, переживал, еле как за дверь выпроводили.

Я так и не смогла понять, о ком они говорили. В голове крутилось только одно имя, но я старалась не думать об нем. Ему глубоко все равно, что со мной и как я.

Моё сердце сжалось от боли, когда я вспомнила лицо Дэниела, которое видела перед тем, как потерять сознание. Попрощавшись, я вышла из медпункта и сразу же увидела Виви, которая сидела на скамейке.

— Ты чего? — спросила я.

Подруга подняла глаза и улыбнулась.

— Как ты себя чувствуешь?

— Вроде нормально... Почему ты домой не ушла?

— Я переживала за тебя... — Виви встала и обняла меня. — Тебя проводить до дома?

— Нет... Не надо...

Я ещё не до конца осознавала происходящее, но мне было приятно видеть, как сильно переживает Виви. Но я не могла выразить свои чувства.

Я посмотрела на часы и ужаснулась: шесть часов вечера! Сколько же времени я провела в отключке? И сколько же Виви здесь просидела?

— Кто меня отнес сюда? — посмотрела я на подругу.

Виви уже открыла рот, но вдруг запнулась. Я нахмурилась, но она быстро ответила:

— Дэниел, наверное... Он пришел на физику, когда ты уже была в медпункте...

Я грустно простонала:

— Френсинсон точно мне 2 поставил...

— У нас была замена... — аккуратно сказала Виви. — Думаю, тебе ничего не поставили.

Я удивилась и после чуть успокоилась.

— Хорошо...

— Позвони отцу, — напомнила подруга.

Я кивнула и взяла телефон, который дали медсестры. Я была приятно удивлена, что Дэниел оставил мне свой телефон. Неужели он не так уж и плох? Мне с трудом в это верилось, но факт оставался фактом.

— Алло? Пап? — набрав номер отца и приложив телефон к уху, начала я.

— Ты все ещё в институте? — своим привычным голосом спросил он.

— Да... Я только проснулась.

— Едь домой. Не в свою квартиру, ты нужна мне в особняке.

— Зачем?

— У нас гости. Эмили плохо, а мне нужна помощница.

— Ладно, — больше разговаривать с ним не хотелось. Завершив разговор, я убрала телефон и посмотрела в сторону. Меня переполняла злость, особенно на отца, которому было всё равно, почему я задержалась. Хотя чего я ожидала?

— Пошли, — махнула я головой и пошла к раздевалке.

На улице уже было темно, дул прохладный ветер. Мы вышли из здания и направились к дороге. Я уже ждала машина, а Виви только заказала себе такси.

— Спасибо, что подождала меня... —слабо улыбнулась ей я.

Вивиана так же улыбнулась:

— Не за что, я рада, что с тобой все хорошо.

Обнявшись, мы разошлись. Я села в машину к водителю, который не понятно сколько времени уже стоял там.

— Все хорошо, мисс Коффин? — спросил он, отъезжая от института.

— Да, спасибо. — ответила я и облокотилась головой на окно, закрыв глаза.

Понимание, что это ещё далеко не конец, давил большим грузом на меня. Чего мне ждать дома? Какие гости? И тот разговор в туалете... Хотелось открыть дверь и выбежать из машины, убежать далеко и навсегда, но это были лишь мечты.

Мы подъехали к особняку. Я вышла из машины и направилась к двери. Внутри меня встретил ароматный запах еды. С кухни доносились различные голоса, которые казались мне знакомыми и одновременно чужими.

Повесив верхнюю одежду на крючок, я прошла на кухню. ТамОтец сидел за столом и беседовал с другим мужчиной. Рядом с ними находилась привлекательная и ухоженная женщина. Увидев меня, она улыбнулась и радостно воскликнула, прервав разговор мужчин:

— Эшли! Какая ты уже большая! — мгновенно подскочив, она обняла меня. — Красивая такая... Как у тебя дела?

— Все хорошо... — неуверенно сказала я и взглянула на отца.

— А вот и моя дочка, — сказал он, представляя меня своему собеседнику.

Женщина отошла и я смогла разглядеть мужчину. Он был довольно крупным, широкоплечим, с блондинистыми волосами. Оценивающим голубым взглядом он осматривал меня с ног до головы, будто какой-то экспонат. Хмыкнув, он снова повернулся к Ричарду.

— Хорошая, помню ее совсем маленькой. Жаль, вторая не смогла выйти.

От каждого его слова и взгляда мне становилось противно. Мужчина и сам был неприятен.

— Эшли, — обратился ко мне отец. — Это Мистер и Миссис Коннор, помнишь их?

Теперь ясно, почему они были мне неприятны. К сожалению, я помнила лишь отрывки из детства, связанные с Дэниелом и его сестрой Дианой... Она наверняка тоже тут.

— Здравствуйте, — поздоровалась я, несильно кивнув. Я хотела сказать «рада вас видеть», но врать не в моих принципах.

Мужчина кивнул в ответ.

К счастью, меня не стали задерживать надолго. Выйдя из кухни, я заметила сидящую на диване светловолосую девушку. Она читала книгу, но какую, я не смогла рассмотреть.

Заметив мой взгляд, она подняла глаза и слегка кивнула, приветствуя меня.

Я поднялась к себе в комнату, радуясь, что не встретила Дэниела, который, я знала, был где-то поблизости. Тем не менее, я была обязана поблагодарить его за то, что он отнёс меня в медпункт и даже дал свой телефон. Я не любила оставаться в долгу.

Зайдя к себе, я сразу же разочаровалась в своих мыслях. Дэниел по хозяйски расхаживал по комнате и рассматривал вещи. Накаркала...

— Эшли, привет! — заметил он меня.

— Выйди из моей комнаты и возьми себе в привычку не заходить сюда, — прошипела я вместо приветствия.

— Почему ты так груба? — притворно расстроился он. — Мне просто интересно посмотреть, где живет моя подруга детства. Если Эмили не открывает... Кстати, что с ней?

— Я не знаю, и знать не хочу. — Бросив сумку на кровать, я прошла к нему. — Спасибо, что донес в медпункт, держи свой телефон, — достала из кармана мобильник и протянула ему. — И выйди из моей комнаты.

Парень удивленно посмотрел на телефон, а после на меня.

— А, так значит ты не знаешь? — снова улыбнулся он. Я приподняла одну бровь. — Не я тебя принес в медпункт, а твой дружок. Наорал на меня, что я что-то там сделал, но я наоборот спас тебя от встречи с полом.

— Девид? — удивленно спросила я, пропустив все остальные слова мимо ушей.

— А вы друг-друга по имени называете? — спросил Дэниел, но ответ ему был и не нужен. — Да, он уже успел достать меня в первый же день.

Как это было знакомо. Я усмехнулась, но быстро вернула серьезность к лицу.

— Ну тогда тем более! Уходи из моей комнаты! — Обойдя парня, я начала выталкивать его из комнаты. — Спасибо, что не дал поцеловаться с полом, надеюсь, больше тебе меня спасать не придётся.

Дэниел попытался что-то ответить, но я вытолкнула его из комнаты и заперлась. Как ему вообще хватило наглости зайти в женскую спальню и начать рассматривать здешние вещи? Выдохнув, я наконец смогла спокойно переодеться. Если бы дома были только моя сестра и отец, я бы надела шорты и длинную футболку. Но из-за гостей я решила найти что-то более сдержанное. Под руку попалось обтягивающее грудь чёрное платье.

Мне не хотелось выходить из комнаты, но я приехала сюда, чтобы помочь отцу, поэтому мне всё же пришлось это сделать.

Когда я спустилась, Дианы уже не было. Все уже сидели за столом, но не для того, чтобы поесть, а для серьёзного разговора. Я медленно вошла на кухню и окинула взглядом всех присутствующих. Все были в сборе, за исключением Эмили.

— Эшли, присаживайся, — пригласил меня отец, отодвигая стул рядом с собой.

Я присела и встретилась взглядом с семьёй Конноров. Удивительно, как по-разному они смотрели на меня. Миссис Коннор — с нежностью, Диана — с безразличием, Дэниел — с интересом, а мистер Коннор — как на товар.

— Эшли, у нас очень важный разговор с тобой. — начал он. — С твоим отцом мы уже все обсудили, он не против, надеюсь, как и ты.

Я насторожилась.

— Как мы недавно узнали, произошло несчастье. Клара Цепкин умерла, потерпев крушение на частном самолёте. Приношу свои соболезнования.