Тайны крови и амбиций

Я достала стакан и налила воды с прозрачного графина.

— Ты всегда сдерживаешь свое слово, — будто самому себе, сказал отец.

— Ты искал меня? — Вспомнила я слова сестры.

— Я просто начал волноваться, что ты уехала, ничего не сказав. — Я уже хотела возразить, но он меня перебил. — Но, ты права, вы с Эмили уже достаточно взрослые, чтобы не спрашивать у меня разрешения.

Я изумилась, но виду не подала. Не припомню, чтобы отец когда-то говорил таким тоном.

— Я все еще вижу в вас тех маленьких и постоянно ссорящихся девочек... — Проговорил он ещё тише.

Я не на шутку заволновалась и подошла ближе к нему.

— Что случилось? Ты... Пьян?

— Я выпил, но не до такой степени, чтобы нести чушь.

— Что-то не похоже... — Я невесело усмехнулась.

Наконец мужчина поднял на меня голову. Его глаза, всегда казавшиеся стеклянными и ледяными, будто растаяли. В них затаились слезы, которые он пытался сдержать.

— Ри... — Я оборвала себя на полуслове. — Пап... Ты чего?

Я привыкла видеть в нем сильного мужчину, который никогда не показывает своих чувств, но сейчас... Из моего отца он превратился в маленького и беззащитного ребёнка.

— Я обидела тебя? — Зачем-то спросила, также начиная чувствовать себя маленькой.

— Нет, — слабо улыбнулся он, — совсем нет...

Я долила воды и села напротив него.

— Я никогда не думал, что буду скучать по той, что бросила меня. — Он сделал глубокий вдох, собираясь с мыслями. — Я не хотел говорить, да и если бы вы были все ещё теми малышками, я бы молчал, но... Вы уже большие... — Он ненадолго замолчал, и мне стало не по себе. — Эшли. Они полетели в отпуск... На зимние каникулы... Но самолет разбился, упал куда-то в океан. Его все еще не могут найти.

Я продолжала молчать, чувствуя, как в висках учащается пульс. Я боялась спросить «кто?», но отец сам ответил на вопрос:

— Клара...

Его голос потух, а у меня внутри что-то оборвалось. Та маленькая ниточка, которая держала меня на плаву, порвалась. Почему именно она?

Я опустила глаза в которых начали наворачиваться слезы. Услышав тихий всхлип, я подняла мутный взгляд на отца. Он старался выглядеть сильным при мне, но свои чувства и эмоции не обманешь. Даже взрослые могут плакать.

Я медленно пододвинула ему стакан с водой, тот сначала посмотрел на стакан, а после благодарно взглянул на меня. Выпив до дна. Он чуть успокоился и, поставив стакан, прошептал:

— Я никогда не думал, что человеческая жизнь может так быстро оборваться... Когда умерла моя мать, я не так сильно грустил, понимая, что она прожила долгую жизнь. Но лишь сейчас будто до меня дошло очевидное: мы можем умереть в любой момент. Даже прямо сейчас... Это мгновение. И тебя нет.

По коже пробежали мурашки. Меня заштормило то в жар, то в холод. Я чувствовала, как трясутся ноги, но ничего не могла поделать со своим телом.

— Прости, дочка, — прошептал мужчина, продолжая смотреть в пол.

Не понимая, что делаю, я встала и подошла к отцу. Чуть помедлила, а после, медленно подняв руки, неуверенно обняла его. Не помню, когда обнимала отца, сестру или мать. Это было слишком давно, а может и не было вовсе.

Также помедлив, мужчина повернулся ко мне и обнял в ответ. Когда он позволял себе быть таким слабым? Никогда. По крайней мере в глазах семьи. Время застыло, пока он вдруг не взял мои холодные ладони и не взглянул мне в глаза.

— Ты молодец, Эшли. Ты сильная. Извини за те моменты, когда я мог тебя обидеть. Извини.

— И ты извини меня, — прошептала я.

Всю оставшуюся ночь я сидела у распахнутого окна, не обращая внимания на холод и снег. Я смотрела в небо, как и когда-то в детстве, когда ждала маму. Но сейчас я никого не ждала. Больше ждать было некого.