Десять секунд до трона. Том первый

– Как ты увернулся от болта? – взволнованно проговорил Болтун.

– Лучше спроси, как этот идиот с двадцати шагов промахнулся, – усмехнулся Степан.

– На то он и Резкий, – добавил Флоки.

А я что? Что я мог ответить? Что меня убили, а после всё каким-то волшебным образом вернулось, и я смог увернуться. Пришлось соврать:

– Так сразу понял, что те пятеро, о которых стража говорила. А раз их четверо вышло, значит, пятый сидит в засаде, вот и был готов к нечто подобному.

Парни легко поверили, а большего мне и не надо. Когда мы подкрепились и собрали вещи, а котёл был отмыт в ручье, мы подняли пленных и пошли к замку. Того, что я убил, оставили. Захотят – пусть сами за ним возвращаются. Пока шли, беглые всё просили отпустить их. Мол, им точно светит висельница, но тумаки, что им раздал Флоки со словами «Нечего было девчонку трогать да мирской люд губить», заставили их смолкнуть.

***

К воротам замка мы подошли спустя несколько часов. Внутрь нас впустили без лишних вопросов, но едва мы оказались в каменном мешке внутреннего двора, как нас плотным кольцом окружили вооружённые люди.

Сразу около двух десятков человек нацелили на нас острия копий и лезвия мечей.

– Доброго вечера, господа, – начал я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. – Мы от Дария. Он передал, что вы разыскиваете беглых рабов. Вот они.

Мы швырнули к ногам стражников наших связанных пленников. В тот же миг строй воинов расступился, и к нам вышел мужчина. Кожаные штаны, простая льняная рубаха, открывающая седую грудь, лысая голова и белоснежная борода. На нас смотрел цепкий, изучающий взгляд. Сомнений не оставалось – перед нами был сам владыка этих земель. Человек волевой и явно знает, с какой стороны браться за меч.

– Я Конрад Хальтермарш, – прогремел его властный голос. – Барон здешних рубежей. Кто вы такие?

– Вольные люди, – ответил я. – Ищем работу. По дороге наткнулись на ваш патруль. Дарий велел нам явиться сюда…

Далее я изложил всё как было, почти ничего не утаив. Почти.

– Ах вы, гадёныши, – барон усмехнулся, но в его глазах не было ни капли веселья. – Прямо у меня под носом укрывались. Ловко. Кто бы вас подумал искать так близко к замку, – отвернувшись от пленников, он обратился к окружившим нас стражникам замка. – Всех четверых на плаху! А тела потом доставить барону Макару. Пусть сам разбирается со своим «добром».

Затем он снова обернулся к нам.

– А вы… следуйте за мной.

Барон провёл нас на задний двор за донжоном, где царила совсем иная, хозяйственная жизнь.

– Берта!

– Я здесь, господин, – отозвалась пожилая женщина с властными манерами и тут же склонила голову в почтительном поклоне. Явно не просто слуга.

– Отведи их в помывочную. Отмой, накорми, выдай чистую одежду. Пусть лекарь на вши проверит. После проводи на площадку. У тебя час. Время пошло.

Отдав распоряжение, он удалился. Мы же молча последовали за женщиной, которая одним коротким кивком указала нам направление.

Нас отмыли, проверили на болезни, а после накормили чёрным хлебом, солёным сыром и дымящейся кашей. Давно мы не ели так досыта. Похлёбка не в счёт, её было мало. Но Берта предупредила не налегать на еду – впереди нас ждала проверка и лучше быть слегка голодным, дабы еда не просилась наружу. Если всё пройдёт хорошо, мы сможем вернуться и есть до отвала. Барон, по её словам, своих людей никогда не ограничивает в пище. И мы охотно поверили – за время нашего короткого пути мы не увидели ни одного измождённого голодом лица. А уж мы-то знали в этом толк побольше многих.

Когда мы прибыли на указанное место, нашему взору предстал не только барон, но и наш недавний знакомец Дарий. Интересно, кем он приходился владыке этих земель?

– Итак, вы в поисках работы, – начал Конрад Хальтермарш, его суровый взор скользнул по каждому из нас.

– Всё верно, ваша благородие, – подтвердил я.

– Что можете предложить?

– Меня зовут Игорь. Владею клинком, хотя мне давно не доводилось иметь практику. Флоки, – я указал в сторону северянина, – искусен с топорами и секирой, но и ему в последнее время не хватает времени на тренировки. Молчун метко бросает ножи и не промахивается из лука. Болтун проворен как угорь. А Сосиска – лучший пращник, что мне доводилось видеть.

– Разношёрстная компания, – усмехнулся барон. – Начнём с тебя, Сосиска. Кстати, откуда такое прозвище?

Едва он произнёс эти слова, как мы вчетвером, словно по команде, встревоженно замотали головами.

– Господин барон, умоляю, не стоит, – поспешно вступил я. – Он сможет рассказывать об этом часами. Поверьте, мы уже через это проходили.

– Неужели? – Хальтермарш с интересом поднял бровь. – Может, тогда сразу отправить его на кухню? Пусть продемонстрирует своё искусство там.

– С удовольствием, – тут же согласился Степан.

– Вот и славно. Сперва покажешь, на что способна твоя праща, а после – чем можешь удивить на кухне. Тогда и решим.

Наш товарищ, с позволения Дария, взял три стальных шлема, отмерил полтораста шагов и водрузил их на перья воткнутых в землю копий. Вернувшись, он с невозмутимым видом метнул три камня. Каждый нашёл свою цель с такой сокрушительной силой, что металлические основания смялись, двое при этом сорвались, покатившись по земле.

– Хорош, – с одобрением произнёс барон, а солдаты согласно загомонили. – Видал всяких, но такое… Если и на кухне окажешься не промах, даже не знаю, куда тебя определить.

Он дружески хлопнул Степана по плечу, и собравшиеся вокруг нас стражники разразились одобрительным смехом.

Испытания продолжились, раскрывая умения каждого из нас. Флоки в поединке на мечах уступил Дарию, но стоило ему взять в руки парные топоры, как исход схватки повис на волоске – стражник уже не мог похвастаться безоговорочным преимуществом.

Затем свой черёд настал для Молчуна. Взяв в руки лук, он попросил время на пристрелку, сославшись на долгий перерыв. Однако барон отказал, резонно заметив, что если мышцы утратили память, то несколько минут их не вернут. Истинного лучника, мол, видно сразу. Так и вышло. Первые две стрелы ушли выше мишени. Но три последующие угодили в один из шлемов, всё ещё красовавшихся на копьях. Они не пробили сталь, а лишь оставили вмятины, но суть была не в этом. Конрад разглядел главное – вернувшееся чувство цели. Остальное, как он отметил, было делом времени, хорошей пайки и регулярных тренировок. В целом результат удовлетворил всех.

Следом свою ловкость продемонстрировал Болтун. Против него выставили дюжего бойца. Здесь наш товарищ показал себя во всей красе: сначала он ловко выводил противника из себя, язвительно высмеивая его тучность, рост и форму усов, а когда тот, взбешённый, ринулся в захват, юркий малый ускользнул от его медвежьих лап, вскочил ему на спину и железной хваткой сдавил горло. Великану ничего не оставалось, как хрипло сдаться, едва переводя дух.

Наконец настал мой черёд.

Против меня вышел сам хозяин замка.

– Покажи, на что способен. И не бойся задеть – я не фарфоровый, – с этими словами он взмахнул клинком, принимая испытанную боевую стойку.

За последние дни я успел несколько окрепнуть, и мы с Флоки не раз скрещивали импровизированные клинки в лесных чащобах на привалах. Пришла пора проверить, пошло ли это впрок.

Я ринулся в атаку – и мгновенно наткнулся на остриё его клинка, замершего в сантиметре от моего горла. На лице Хальтермарша расплылась снисходительная усмешка. Моя ошибка была вопиющей, простительной лишь для того, кто впервые держит оружие в руках. И в тот самый миг я отчаянно пожелал, чтобы знакомое ощущение повторилось.

«Петля активирована», – пронеслось в сознании, и мир дрогнул, поплыл.

Не обращая внимания на то, как это у меня получилось, да и помнил, что миг равен всего трём секундам. Я вновь ринулся вперёд, но на сей раз траектория моего движения была иной. Я позволил лезвию барона пройти в опасной близости, но этого оказалось достаточно. Остриё моего меча упёрлось прямо в его грудь, в область сердца.

– Примерно так, – сказал я, не скрывая улыбки.

Барон застыл с каменным, ничего не выражающим лицом, его взгляд стал отрешённым. Затем он резко тряхнул головой, словно стряхивая оцепенение, и изрёк:

– Вы все пришлись мне по нраву. С завтрашнего дня будете поставлены на довольствие и отправитесь нести службу в форт у ущелья.

Лица окружавших нас воинов мгновенно переменились. Прежняя доброжелательность сменилась недоумением, а в некоторых глазах мелькнуло нечто похожее на жалость. Едва владыка замка удалился, мы попытались выяснить подробности, но никто не пожелал нам отвечать. Что это за форт? О каком ущелье речь? Нас окутала завеса молчания.

Пришлось вернуться на кухню. Но и там нам не сказали ни слова, кроме названия, прозвучавшего как приговор: форт «Скальный Клык».

Глава 4

Глава четвёртая

Форт «Скальный Клык».

Ночь.

Всюду царила кромешная тишина, нарушаемая лишь мерным дыханием спящих. Я же бодрствовал, пытаясь разгадать загадку, что стала частью меня самого. Было очевидно, что эти странности начались с того мгновения, когда таинственный артефакт обвил моё запястье. Также я понял, что он пробуждается, только когда моей жизни угрожает смертельная опасность. Но сегодня… Выходит, я могу запускать его по своей воле? Но как?

Я проводил за размышлениями уже второй час, тщетно пытаясь воссоздать в памяти тот миг. Что я сделал? Ничего, кроме сильного, почти отчаянного желания повторить.

В отчаянии я попытался нащупать на руке невидимую границу браслета и сорвать его. Тщетно. Я не чувствовал ничего – ни выпуклости, ни перепада температуры, того самого холода. Словно всё это было игрой воспалённого сознания. Тогда я просто обхватил запястье и мысленно провернул незримый механизм. Сам не понимая, что побудило меня к этому жесту.

«Интерфейс системы “Итератор” активирован».

Перед глазами всплыла светящаяся надпись, и я едва сдержал крик. Я протёр глаза, но буквы, отливающие изумрудным светом, не исчезали. Одним усилием воли мне удалось подавить панику, особенно когда Флоки на соседней койке беспокойно заворочался.

Фантомная надпись висела в воздухе ещё с десяток секунд, а затем растворилась. Ей на смену пришли новые строки:

«Запуск системы. Инициализация ОС устройства. Версия 16.2, идёт распаковка…».

Внизу замигал цифровой счётчик. Когда он достиг ста процентов, появилось новое сообщение:

«Носителю Воронову Игорю Александровичу предлагается пройти курс обучения».

Рядом замер наконечник стрелы, и, к своему изумлению, я понял (через полчаса), что могу управлять ею силой мысли.

Что ж… Если этот артефакт способен чему-то научить… Почему бы и нет? Я был уверен, что держу в руках творение древних магов, созданное для передачи знаний избранному. О которых я слышал от моих бабушек, что часто нам рассказывали сказки. Как же я ошибался.

Перед мной висели два слова:

Да/Нет.

Я навёл наконечник на «да» и мысленно ткнул им. Хм, сработало.

В моём сознании прозвучал спокойный, нейтральный голос:

«Добро пожаловать в базовый курс оператора системы "Итератор". Курс пройдёт в режиме симуляции. Не беспокойтесь, ваше физическое тело в безопасности, и всё, что с вами происходит – нереально».

– Кто это? Кто говорит? – проговорил я вслух, но тихо. Так, чтобы не разбудить друзей и других людей.

– Базовый ассистент ОС «Выбор».

– Ты что, сидишь внутри этой штуки?

– Нет. Прошу носителя оставить вопросы на время инструктажа. Сейчас необходимо провести курс вашего обучения.

Активирую симуляцию тренировочной площадки.

Реальность вокруг меня – казарма, спящие товарищи – всё растворилось в ярком потоке света. Я оказался в пустом белом пространстве, похожем на бесконечный зал. Мысленно я постоянно твердил себе – всё нормально, всё нормально, но на деле ни хрена ничего нормально не было. Хотелось кричать, возмущаться, задавать вопросы.

– Ваше обучение пройдёт на практике:

Модуль 1: аварийная активация. Перед мной появился барон Хальтермарш.

Я резко склонился.

– Простите, а что вы тут делаете?

– Уважаемый носитель. Перед вами не реальный человек. Это его симуляция, как и всё, что вокруг вас. Он не может вам отвечать, а только выполняет функцию тренировочного манекена. Прошу вас сосредоточиться на моём голосе и следовать инструкциям.

– Хорошо, – ответил я, толком не поняв ни слова. – Простите, а…

– Да?

– А вы могли бы изъясняться как-нибудь не так сильно умно? – спросил я в надежде, что он поймёт меня.

– Да. Ожидайте.

Прошло около минуты, но я терпеливо ждал, рассматривая барона, что стоял и не двигался, даже не моргал, затем высветилась огромная красная надпись:

УСТАНОВКА СВЯЗИ – ОШИБКА.

ВХОД ПО ЗАПАСНОМУ ПРОТОКОЛУ – УСПЕШНО.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ БАЗОВЫХ КОНЦЕПЦИЙ НОСИТЕЛЯ… ОТСУТСТВУЕТ ДОСТУП.

ОБХОД ЗАЩИТЫ.

ПРАВА ДОСТУПА ПОЛУЧЕНЫ.

СЛЕДУЮЩИЕ ФУНКЦИИ ДЕАКТИВИРОВАНЫ: "БЛОКИ ПАМЯТИ", "НЕЙРОИНТЕРФЕЙС", "ЭНЕРГОСИСТЕМА".

АКТИВАЦИЯ «НЕЙРОИНТЕРФЕЙСА» – ОШИБКА, ПРОТОКОЛЫ НЕ СОВПАДАЮТ.

ПЕРЕХОД НА АДАПТИВНЫЙ ПРОТОКОЛ. ИСПОЛЬЗУЮ ОБРАЗЫ: КУЗНИЦА, ВЕСЛО, МЕХА».

– Итак, результаты тестирования. Носитель не обладает базовыми понятиями для понимания принципов работы устройства с кодовым названием «Итератор». Система вынуждена адаптироваться, будут использованы образы, метафоры и ощущения из привычного для вас мира, Игорь.

Ваше обучение будет проходить через образы.

Белая комната или это зал, впрочем, неважно, куда меня перенёс артефакт, исчезла. Вместо неё я оказался в обычной лодке на реке с веслом в руках.

– Слушаем меня внимательно.

Метафора Времени: «ВРЕМЯ – РЕКА. ТЫ ПЛЫВЁШЬ ПО ТЕЧЕНИЮ. "ИТЕРАТОР" – ЭТО ТВОЁ ВЕСЛО. ОДИН МОЩНЫЙ ГРЕБОК – И ТЫ ОТКАЧИВАЕШЬСЯ НАЗАД, НА ТРИ СЧЁТА ВПЕРЁД».

Всё исчезло, а я оказался в кузне, стоя пред огромными кузнечными мехами.

– Метафора Энергии: «МЕХ – ЭТО СИЛА "ИТЕРАТОРА". ПОСЛЕ КАЖДОГО ГРЕБКА МЕХУ НУЖНО ВРЕМЯ, ЧТОБЫ РАЗДУТЬСЯ СНОВА. ПЫТАТЬСЯ ГРЕСТИ БЫСТРЕЕ – ЗНАЧИТ ОСТАТЬСЯ БЕЗ ДЫХАНИЯ ПОСРЕДИ РЕКИ».

СОСРЕДОТОЧЬТЕСЬ, ВЫ ДОЛЖНЫ ЭТО ПРОЧУВСТВОВАТЬ.

– Далее, аварийный режим…

Едва эти слова прозвучали в сознании, я вновь оказался на замковом плацу. Передо мной вырисовывалась фигура барона, его клинок уже заносился для стремительного выпада.

На этот раз сталь беспрепятственно вошла мне в горло, но боли не последовало. И в тот же миг во мне вспыхнуло нечто первобытное, чистое животное побуждение – СПАСТИСЬ! ОТМЕНИТЬ! ВЕРНУТЬ! – и тут же мне явили, как незримое «весло» отбрасывает всю реальность вспять. Это повторялось снова и снова, десятки раз, пока леденящий душу ужас не стал сменяться холодным, выстраданным пониманием.

– Переходим к осознанной активации: теперь я научу вас вызывать это же побуждение по собственной воле. Не из страха, а по МЫСЛЕННОМУ приказу.

Мой незримый наставник явил мысленный образ – тугую, дрожащую от напряжения тетиву лука.

– ЧУВСТВУЕТЕ НАТЯЖЕНИЕ? СОСРЕДОТОЧЬТЕСЬ НА НЁМ. ЭТО – КЛЮЧ. МЫСЛЕННО ПОДАЙТЕСЬ ВПЕРЁД… И ОТПУСТИТЕ. ТОЧНО СТРЕЛУ.

А теперь я продемонстрирую, что происходит, когда ресурсы «Итератора» исчерпаны.

Предупреждение для лучшего усвоения пройдёт через Боль. Готовы?

– Готов, – ответил я, стиснув зубы и ничего не понимая.

Чтобы явить мне понятие «системного отказа», он на мгновение обрушил на моё сознание волну жгучей боли в висках и ощущение полнейшего мышечного бессилия, будто я вновь вернулся в шахты и без еды долбил камни битый час.

– Посыл для вас должен быть кристально ясен: ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЕ РАВНОСИЛЬНО ГИБЕЛИ. Итератор не сработает.

– Постоянно использовать нельзя, так?

– Верно, носитель.

– Можешь обращаться ко мне Игорь.

– Принято. Игорь.

– Твоя манера речи… она необычна, – наконец проговорил я, ощущая холодок на спине. Голос звучал не в ушах, а где-то в самой глубине черепа, тихим эхом. Всё это время я ощущал себя каким-то психом.

– Это объяснимо, – последовал бесстрастный ответ. – Я не представляю собой целостный разум. Я – эхо. Отголосок системы, чьи масштабы ты не в состоянии охватить. Мои задачи определены и конечны: предоставлять данные, касающиеся устройства «Итератор», осуществлять базовое обучение и отслеживать биометрические показатели носителя. При наличии компонентов я могу развиваться. Всё.

– Как понять «можешь развиваться»?

– Для разблокировки расширенного функционала и инициации процесса синтеза защитного комплекта требуется соблюдение ряда внешних условий, – продолжил голос, при этом делая паузы, будто давал мне время для осмысления. Хотя надо признаться, я и вправду мало что мог понять.

– Каких условий? И зачем они? – я замер, предвкушая, что сейчас мне откроет тайну.

Первичное условие – обретение высокоэнергетического элемента, кодовое обозначение: «Ганий». Это не просто ресурс. Это фундамент, квинтэссенция внесистемной энергии, способная оживить спящие протоколы. Вторичные условия – сбор специфических кристаллических матриц, артефактов, чья структура была перманентно изменена под длительным воздействием того же Гания. Каждая такая матрица – ключ к определённой функции, семя для роста конкретного модуля.

В моём сознании всплыл образ: не груды железа, а синего порошка, что смешивают с драгоценными камнями. После появляется шлем, как у рыцаря, но живой и податливый, возникающий на мне по велению мысли. Как тот же «брусок», что казался поначалу твёрдым, а после растаял, обволакивая запястье.

– Успешное выполнение данных условий позволит инициировать сборку полного боевого комплекта. Кодовое имя комплекта: «Отражение Воли».

«Отражение Воли». Слова повисли в тишине моего разума, обретая тяжесть и смысл. Это был не доспех для сокрытия слабости. Это был инструмент для воплощения силы. Моей силы. И сейчас у меня одна его часть.

– А теперь, Игорь, возвращаю вас в реальность, – и его присутствие растворилось, оставив после себя гуляющий по нервам холодок и тишину, что оказалась громче любого шума. Голова кипела от потока информации.

Но в этой тишине уже звучало новое знание. Путь вперёд был очерчен не тропами через леса или дорогами между баронских замков. Он лежал через охоту за сгустками чуждой энергии и поисками непонятных кристаллов, в которых был заперт свет далёких, безразличных точек на небе, что зовутся звёздами. Чтобы перестать быть эхом чужой воли, мне предстояло сначала собрать её буквальное отражение. Однако с чего начать, я без понятия. Но то, что я его хочу, это однозначно. Если браслет способен возвращать время, то что может полный комплект доспехов? Меня аж затрясло от предвкушения.

Окружающий мир проплыл перед глазами и сменился привычными очертаниями казармы. Обучение завершилось столь же внезапно, как и началось. Я с трудом мог собрать в голове обрывки показанных мне видений, но мои пальцы сами повторили тот самый жест «проворачивания», а в подсознании отпечаталось железное правило: «Я могу отменить три секунды. Но потом должен выждать какое-то время, пока не наполнится мех. Ну, то есть энергия в браслете». Что ж, пока сойдёт и так. Голова раскалывалась, а всё тело ныло, словно я снова вернулся на рудники, болела каждая мышца, а ещё я непроизвольно трогал горло, которое множество раз дырявил меч барона.

***

Отбытие.

Утренний рассвет застал нас уже на ногах. Умывшись ледяной водой из колодца, мы собрались в трапезной. Завтрак был простым, но сытным, и именно за ним мы узнали новость: Сосиска с нами не идёт. Баронский приказ был краток – нашему товарищу надлежало отправиться на кухню. Оказалось, сам повар замка, суровый мужчина с руками, покрытыми шрамами от ожогов, высоко оценил усердие и врождённый талант Сосиски. Мы порадовались за него – он наконец-то обретёт дело по душе, где его старание принесёт плоды и уважение. Глядишь, и нам вкусняшки перепадут.

Плотно позавтракав, мы с Дарием направились на склад. Там нам выдали снаряжение, подогнав по мерке: прочную кожаную броню и оружие на выбор. Флоки, не раздумывая, выбрал пару сбалансированных топоров и круглый щит с железным умбоном. Я остановился на коротком, удобном мече и таком же щите. Болтун взял аналогичный набор. Только Молчун взял два кинжала, связку метательных ножей, а после протянул руку к длинному луку из тёмного дерева и колчану. «Стрелы получите на месте», – буркнул кладовщик, делая пометку в свитке. Так мы и не выяснили, что это за форт и зачем, собственно, нас туда посылают. Попрощавшись с Сосиской, чьи глаза сияли предвкушением нового жизненного этапа, мы вскочили на коней. Вместе с караваном, гружёным припасами для баронских солдат, коими теперь являемся и мы, наша маленькая группа покинула замковые врата.

Путь занял не так много времени – всего двое суток в седле. Но даже за этот краткий срок меня поразил масштаб владений Конрада Хальтермарша. Бескрайние поля, окаймлённые лесами, ухоженные хутора. А затем возник и сам форт. Он впечатлял с первого взгляда. Грозное сооружение втиснулось в узкий проход между двумя грандиозными скалами, что уходили горной грядой в обе стороны так далёко, аж вплоть до самого горизонта. Тем самым наглухо запирая путь из глубокого ущелья в сердце баронских земель. Его стены были высоки – настолько, что казались неприлично высокими для простого форпоста. Ещё немного, и они могли бы поспорить с замковыми бастионами. Толщина их была не менее внушительной: когда наш караван въезжал в ворота, я заметил, что повозка занимала в проёме почти всю ширину стены. Сторожевые башни возвышались и со стороны дороги, и с той, что смотрела в чрево ущелья.

И тут меня озадачила мысль. Против кого возведена эта каменная твердыня? От чьих атак она призвана защищать? Даже замки в моих родных краях не могли сравниться с этим гигантом.

Переступив порог, я осознал, насколько много здесь людей. Двести душ, не меньше. И каждому из них нужно платить жалование, кормить, обеспечивать снаряжением. Неужели барон настолько богат? Откуда берутся такие средства на содержание целой маленькой армии?

Спрыгнув с усталых коней, мы повели их к конюшне. Внутри форта царил образцовый порядок. Ни пыли, ни беспорядка. Дорожки между постройками были аккуратно вымощены камнем, приподнятым над землёй для стока воды. Комплекс зданий был продуман до мелочей: просторная казарма, несколько добротных домов, вероятно, для офицерства, столовая, кузница и – что поразило меня больше всего – отдельное здание лазарета. Имелись и тренировочный плац, и хозяйственные амбары. Всё располагалось с холодной военной логикой: кузница и лазарет – подальше от стен, на случай обстрела, арсенал же с оружием и боеприпасами, напротив, – в самой доступной близости. Я также заметил здесь женщин – не просто служивших при кухне или в прачечной, но деловито сновавших между строениями с луками за спинами и в той же практичной кожаной броне. Это место было не просто укреплённым пунктом. Это был тщательно отлаженный механизм. И нам предстояло стать его новыми винтиками.

Сдав коней на попечение конюхов, мы направились к административному зданию – низкому, но крепкому строению из тёсаного камня. Здесь предстояло встать на довольствие и, что важнее, узнать наконец, в чём будет заключаться наша служба. Главный вопрос, не дававший покоя, всё ещё витал в воздухе: зачем, в сущности, нас сюда привезли? Точнее, зачем понятно, но вот от кого подобное сооружение воздвигнуто – непонятно.

Переступив порог, мы замерли в прохладном полумраке сеней. Первый же вышедший нам навстречу мужчина, коренастый и быстрый в движениях, стал нашей целью. На вопрос, куда пройти, он не ответил сразу. Вместо этого он замедлил шаг, окинул нас оценивающим, проницательным взглядом – от грубых сапог до неуверенных лиц. Затем, молча развернувшись, он лишь коротко махнул рукой, приглашая следовать, и зашагал вглубь здания по длинному, слабо освещённому коридору, всего две масленые лампы.

Он привёл нас в небольшую комнату в самом конце. Кабинетом это можно было назвать с большой натяжкой: обстановка была самой что ни на есть простецкой. Несколько простых стульев, массивный некрашеный стол и огромный шкаф, до отказа забитый свитками, бумагами и… книгами. Я застыл, вперившись в полки. Столько бумаги я не видел за всю свою жизнь. Но книги… Каждый том, переплетённый в кожу или плотный холст, представлял собой состояние. А здесь их было, наверное, сорок, если не больше. Мелькнула мысль: а дадут ли когда-нибудь их почитать?

– Так, – начал мужчина бодро и чётко, отложив в сторону только что прочитанное письмо с баронской печатью. – Присаживайтесь и слушайте внимательно. Писать кто умеет?

Я медленно поднял руку.

– Читать?

Я снова поднял, и следом – Флоки. Но когда начальник уточнил: «Бегло?» – мой друг только смущённо опустил ладонь.

– Значит, ты, Игорь, за них и отдуваться будешь. Ах да, совсем из головы вон вылетело. – Он откинулся на спинку стула, и его лицо, до этого момента собранное, слегка смягчилось. – Я Александр Астапов. Начальник этого форта. Здесь я – отец, царь и бог. Имею право казнить без оглядки на барона. Но, – он сделал паузу, давая словам проникнуть в наши головы, – у нас всё по справедливости. Без самодурства. Служите исправно, приказы выполняйте, со стены не бежите – будет вам и почёт, и уважение, и зарплата полновесная. В любом другом случае… – его голос вновь стал твёрдым, как гранит скал вокруг, – или выгоним к чёртовой матери, или повесим. Всё ясно?