Живи!

Старик вскочил и забегал по кабинету, потирая руки.

–И не называйте. Просто расскажите о моём деле, каковы перспективы, каковы мои действия.

–Нора! Нора! Подай нам кофеёк. А пока я начну рассказывать. Имейте в виду, что рассказ длинный.

Наконец, он перестал бегать и указал мне на офисный стул.

–Нора, а где пирожные? Разве у нас нет пирожных? Присаживайтесь! А то как можно угощаться вкусняшками стоя. Никакого удовольствия. Только присев.

Из соседнего помещения послышался голос секретаря:

–Да всё у нас есть! Несу, несу. Надеюсь, все расселись? Никто не путается у меня под ногами?

Появилась секретарь. Я и не заметила как откуда-то появился небольшой столик на резных ножках и красивой древесиной на столешнице. Поверх великолепия легла льняная с вышивкой скатерть. Появился сливочник, изящные чашечки, кофейник.

Сто лет я не видела настоящих кофейников. Металлический. Почему-то я подумала, что серебряный. На подставке, в которой предусмотрено место для подогрева.

Нора вновь удалилась, и в глубине приёмной хлопнула дверь холодильника, и на стол водрузили коробочку с выпечкой. Некоторые были с кремом, некоторые со свежими ягодами. На любой вкус.

–Нора составит нам компанию, так она, скорее всего, примет дела после меня. Вот закончу с вашим наследством, и можно на покой. За город. Цветочки. Рыбку удить. Вечерами собираться с такими же как и я стариками и вспоминать молодость. Или почитывать Бальзака. Нет, нет, лучше Луи Стивенсона. Детские приключения. О людях, для которых слово “честь” значило так много! Чем плохо?

Кофе я выпила одним глотком, пирожное проглотила также быстро.

Старик и Нора смотрели на меня с укоризной. Нора налила мне кофе ещё.

–Разве вам не понравилось? У нас старинный кофейник и приготовляется в нём настоящий раритет, если так можно высказаться. И с выпечкой можете не стесняться. Всё свежее. Это моя дочь приносит. Она работает в кондитерском цехе, здесь, неподалёку. А это у них называется брак. Вот видите? На этом складочка, тут цветовая гамма нарушена. Им и разрешают бракованные изделия разбирать по себе. Она нам приносит.

–И не заметила никакого брака. Надо же как есть привереды! Складочка! Цвет не совсем. Странные люди.

–Капитализм у нас во всю развернулся, отсюда и претензии. Эта выпечка уходит в какие-то очень дорогие рестораны при отелях, не помню название сети, и там всё стоит очень дорого. Так что владельцы пекарни имеют стабильную прибыль. Специалистов своих удерживают не только зарплатой, но и такими вот акциями. Девчонки-то кто для себя берёт, как дочка моя, а кто и на продажу. Так что не стесняйтесь.

Мы продолжили угощаться.

–А теперь приступлю я к рассказу. Однажды вечером раздался телефонный звонок…

И потёк долгий рассказ о таинственном наследстве.

К старику-нотариуса обратился внук его старинного друга, который служил (он так и выразился “служил”) в Инюрколлегии и попросил помочь его дальнему родственнику, который вёл деятельность нотариуса в самом западном регионе нашей страны. В регионе открылось наследство. И вокруг него стали кружить какие-то сомнительные личности. При этом они приносили тамошнему нотариусу то какие-то московские доверенности, то какие-то плохо читаемые копии документов о рождении, о браке неизвестно кого, о смерти кого-то не имеющего отношения к делу, то просили опрашивать каких-то свидетелей, и много ещё чего. И все они заявляли себя наследниками. Тамошний нотариус сделал все необходимые запросы. Приходящие ответы не стыковались с заявлениями и документами, представленными московскими якобы наследниками. И решил региональный нотариус для прояснения обстоятельств воспользоваться своими родственными связями. Вот таким непростым способом старик-нотариус узнал о наследстве. Меня известили, что наследодателем была некая Хильда Юнкерс. А местонахождения наследства – бывшая Восточная Пруссия, а ныне наша Калининградская область. А также то, что якобы от моего имени являлись непонятные люди и пытались склонить московского нотариуса к составлению неких запросов касаемых моих личных данных.

–Я, разумеется ничего подобного делать не стал, а внучок моего старинного дружка помог мне оформить некоторые запросы в очень, понимаете, очень серьёзные организации. И вот мы нашли вас. Отправили вам официальное письмо. А вы что-то долго к нам собирались.

–Как долго? Я вчера только обнаружила его в почтовом ящике, сразу созвонилась, и вот я здесь.

Я открыла сумочку.

–Кстати, вот обратите внимание в каком виде письмо дошло до меня. А кто же являлся к вам якобы от моего имени?

Оба, старик и Нора, поочерёдно брали конверт в руки, вертели по-всякому, цокали языками, вздыхали.

–Подумать только, что же с ним такое выделывали?

–Как будто в сельской местности под колёса трактора подкладывали. Ну и почтальоны пошли!

–А почему вы считаете, что это сделали почтальоны?

–А кто же ещё? У кого был доступ к письму? Только у почтальона. А вы не интересовались у них?

–Нет. Не успела. Спешила к вам. И мне показалось, что письмо вскрывали. Посмотрите. Склейка неровная.

–Да уж. А от вашего имени приходила сюда одна такая мадам. Тёмненькая такая. Назвала ваш адрес точно, и дату рождения, и место рождения. Предъявила какую-то пластиковую карту, но никакого имени в ней не было указано, а когда я спросил паспорт, она заявила, что забыла дома. И стала так подхихикивать, зачем-то. А потом прибегал мужчина, заявил, что он почти муж. Такой, с узким лицом. Дёрганый какой-то. Кому-то очень важно то имущество, владелицей которого вы становитесь.

Ой! Ещё ведь один мужик был. Он приходил самый первый из них. На чурбак похож. И говорит, я, мол, из спецслужб и мне надо узнать. А я говорю, спец или не спецслужба, а официальный запрос давай, и документы предъяви. А он говорит, мол, в машине оставил, сейчас сходит на парковку и вернётся с документами и группой поддержки. Но так до сих пор и не вернулся!

–Но вам не надо волноваться. – Вновь вступил в беседу старик. – Всё необходимое мы отправили тамошнему нотариусу. Внучок моего друга имел с ним разговор. И даже я имел с тем нотариусом разговор. Мы всё объяснили. Кстати, ваши документы там получены, а прохиндеи из поля зрения исчезли. Вам не надо ничего дополнительно собирать. Нора, выдай всё, что требуется.

Секретарь подошла к сейфу и вынула какие-то бумаги.

–Это ваше свидетельство о наследстве. И кое-что, что к нему прилагается. Ознакомьтесь. Распишитесь.

Я быстро просмотрела бумаги. Поставила подпись в толстой учётной книге.

Сам нотариус помолчал недолго:

–А места там курортные. Природа укрепляет здоровье. Знаете ли, что в то ли восемнадцатом, то ли в девятнадцатом веке тамошний король потребовал, чтобы все чиновники не меньше месяца проводили на отдыхе месяц, для поддержки здоровья. А кто не выполнял указания, того могли даже и уволить с казённых должностей. Рядом Балтика. Будете, как и все местные жители собирать янтарь в непогожие штормовые дни. А в погожие будете загорать и купаться. А известна ли вам та женщина, которая недвижимость отписала?

–Нет. Ни имя, ни фамилия ничего мне не говорят.

–Ничего. Там на месте разберётесь.

–Что же мне делать?

–Как что? Ехать. Заниматься своим имуществом. Приводить всё в порядок. Уж если вам там не понравится, то смело продавайте. Сейчас те места очень модные. Если потребуется реализация – милости прошу. Нора и я вам поможем. Будем считать как постоянному клиенту.

В приёмной звонил телефон. Нора выскочила туда.

Я ещё выпила кофе, добавила ещё одно пирожное, поблагодарила.

–Что ж. Пойду собираться.

Старик хитро посмотрел на меня:

–Подождите. Есть ещё одно… секретное сообщение. Оно не для всех. Только для вас

Он поднял и подошёл к старинному шкафа красного дерева с многочисленными дверками, и отомкнул одну из них. И стал что-то перебирать. Прошло несколько томительных минут.

Уже и Нора прекратила телефонный разговор и куда-то протопала. Может, встречать электриков? А старик всё возился и шуршал у шкафа.

В моей груди нарастало тревожное чувство.

Наконец нотариус оборачивается. Его лицо искажено. Он смотрит на меня, словно впервые видит, и вдруг кричит:

–Вы кто?! Что вам надо?! Караул! Полиция!

Я в испуге вскакиваю и слышу топот множества ног. Точно! Засада! Да что они хотят от меня.

Старик повторяет одно и то же, всё громче, почти в истерике.

К счастью я увидела ту, другую дверь, ведущую на улицу. Схватив со стола все лежащие деловые бумаги, я со скоростью света рванула к двери и успешно вынеслась на улицу. И побежала. На звуки города. К людям.

Фу!!! Кажется, спаслась! Да что же это делается?!

По дороге домой размышляла о том, как странно судьба сплетает нити жизни. После лечения совершенно случайно побывала в Калининграде. Не успела вернуться домой и очухаться, как появилось таинственное наследство и тоже в Калининграде. Разве похоже это на случайные совпадения?