Неверный курс

— Потом боль возвращается.

— Чувствую, — сказал Герман и поднялся. — Это твоё, — отдал он Галену его рюкзак.

Вытирая кровь, он пошёл вверх, к источнику света.

За этот день Герман видел небывалое. Но то, что открылось перед ним теперь, оскорбляло все его мучительные потуги выбраться на землю. Ему хотелось увидеть синее небо, кроны деревьев, траву. А он видел издевательство над самой сущностью человека.

Что может быть чернее полночи? Глубже бездонной впадины? До этого момента Герман ответил бы: «Космос». Космическое пространство несоизмеримо ни с чем, его горизонт невидим для человеческого глаза, а размеры столь невообразимы, что заставляют страдать от одной мысли о масштабах вселенной.

Но сейчас он видел тьму не над головой, а под босыми ногами.

Та ночь, беззвёздная и глухая, укрывала бездну. Из её глубин доносились звуки, заставляющие разум дрожать.

Как отвести взгляд от такого зрелища? Герман стоял, не чувствуя боли. Кровь медленно стекала с его лица на грудь, а он смотрел. Его привёл в чувство Гален.

— Как же так На какой мы глубине? — говорил Гален, пытаясь всмотреться в тёмные просторы.

— Ты видишь землю? — спросил Герман.

— Я вижу только мост.

— Мост — прошептал Герман.

И действительно, вдали виднелся настоящий мост. Он стоял на невидимых колоннах, подсвеченный колыхающимися огоньками светильников. С одной стороны он начинался от арочного коридора, с другой — заканчивался колоссальными вратами из сверкающего металла. Мост был гигантским, его протяжённость исчислялась сотнями метров. По нему могла пройти целая процессия. Но он был пуст и одинок в центре бесконечного мрака.

— Мне кажется, не время наслаждаться зрелищем, — раздался голос Люта. — Там вода под Ох, вот так дела, — сказал он, когда перед ним предстала чёрная пустыня.

Пока Герман всматривался в мост, Гален изучал стены и увидел неподалёку узкий изгибающийся выступ вдоль обрыва.

— Пойдём здесь, — сказал Гален.

Он сделал первый шаг, и камни под его ногами посыпались вниз, не издав ни звука.

— Очередное испытание, — проворчал Лют.

Перейти оказалось проще, чем казалось. Через две минуты они зашли в арку и снова достали светящиеся палочки. Поднимаясь по гладкому угловатому подъёму, они вскоре попали на распутье. Неверно выбрав дорогу, упёрлись в завал. Расстроенные, пошли противоположным путём.

Стены коридора ничем не отличались от тех, где им пришлось плыть: всё те же ровные гладкие поверхности, пол, размытый течением. Здесь было сухо, но Германа не покидало чувство опасности. Он остерегался любых звуков, боясь, что в любой миг туннель снова затопит. Потому они поднимались осторожно, высматривая выступы, за которые можно ухватиться.

Так они шли около получаса. Им удалось выбраться из неудобных стоков в обширные пещеры, не менее мрачные и жуткие. Герман почувствовал облегчение, но сердце продолжало отбивать тревожный ритм. Где-то в глубине души голос шептал, не давая ни на миг расслабиться.

— Что-то я плохо себя чувствую, — сказал Герман.

— Только не здесь. Ещё несколько часов я здесь не протяну, — ответил Лют.

— Я не про это.

— Я тоже. Тихо. Послушайте, — Лют огляделся по стенам, затем на потолок, потом уставился куда-то в темноту.

Они остановились и прислушались.

— Я ничего не слышу, — прокомментировал Гален. — Тишина.

— Вот именно, — сказал Лют. — Не бывает такой тишины. Знаешь, что это значит?

— Что?

— Что скоро начнётся то, что нам не понравится. Помнишь, что было перед грозой?

— Жара стояла невыносимая, я в том жилете чуть не сварился.

Лют промолчал.

— Пока стоим — шансы, что с нами что-то произойдёт, возрастают. Если идём — Германа отвлёк шорох из одного из проходов. Кроме него, никто не услышал. Он повернулся в ту сторону, помолчал и продолжил: — то шансы никуда не денутся. Но мы хотя бы попытаемся найти выход.

— Я не хочу возвращаться в тот затопленный туннель, — сказал Гален.

— Только один не хочет, — сказал Лют и первым пошёл вперёд.

Через двадцать минут Гален заговорил:

— Почему ты не отказался?

— От чего?

— Идти на задание.

Герман пожал плечами:

— Такая работа. Хотя в следующий раз откажусь.

— Ты переговорщик. Не слишком много грязи для человека, который работает ртом?

— Ещё как много. Но у нас необычное задание. Мы идём за информацией.

— И ты просто согласился?

— Я понимаю положение, в котором мы все находимся. Если бы всё было просто, я бы потребовал вертолёт и виски.

В свете разноцветных огней они добрались до необычного зала с высокими потолками и запахом железа.

— Странное место, — говорил Лют, задрав голову.

Герман рассматривал изогнутые железки на стенах у входа. Они напоминали петли, но в несколько раз больше обычных, с широкими отверстиями. Арка когда-то служила входом в зал, и на петлях висели огромные ворота, которых теперь не было. Одна петля лежала у стены — разорванная пополам.

— А это для чего? — спросил Лют.

Он стоял у продольного углубления, ведущего в дальнюю часть. Приблизившись, скривил лицо и отошёл к стене.

— Что там? — спросил Герман.

— Сам посмотри, — кашляя, ответил Лют.

Герман подошёл и ощутил привкус крови во рту. В нос ударил сильный смрад.

— Я думал, это от крови, что течёт из носа.

— Нет, — Гален подошёл, протирая слезящиеся глаза. — Я тоже чувствую.

Гален и Лют остались у стены, морщась. Герман привык к запаху и присел, рассматривая полосу, проходившую по каналу. Тёмная, с багровыми отблесками, густая субстанция давно налипла на пыльную поверхность.

— Это не кровь, — сказал Герман. — Может, субстрат с похожим составом.

— Ты нас успокаиваешь? Это кровь! И воняет соответственно. Сколько её здесь — Лют нервно посмотрел по сторонам.

— Кровь впитывается. А эта жидкость высохла и превратилась в осадок.

— Типа как вино? — приподнял бровь Лют.

— Да. Только вонь от неё — как от бассейна с кровью.

— Так это кровь.

— Да не кровь! Может, она содержит что-то от крови. Или разведена водой.

— Не может такого быть. Всё, что разведено водой, теряет концентрацию. Не было бы такого смрада. Погоди А где Гален?

Они развернулись. Гален исчез. Через мгновение из темноты дальней части зала раздался его голос:

— Чего кричать-то? Пойдёмте, я нашёл кое-что интереснее.

И он исчез во мраке.

Герман и Лют пошли следом и вышли к очередной арке, ведущей в ещё больший зал. Там их ждало поразительное зрелище: высокая пещера с куполообразным потолком и свисающими вниз корнями и растениями. Вся она светилась белым светом, исходящим из дыры в потолке. Мириады капель рассеивались по всей пещере, падая на стены и заставляя их светиться перламутровым блеском. Под ногами извилисто вела та же красная линия — к центру, к красному озеру, в середине которого красовался одинокий луч света.

Картина была впечатляющей, но, отведя взгляд, они тут же замечали жуткое озеро из багряно-красной жидкости. На его поверхности всплывали и лопались пузыри.

— Там что-то было, — указывал Гален в отдалённую часть пещеры.

— Тебя не заботит, что здесь полость, наполненная кровью? — напряжённо говорил Лют.

— Это не кровь.

— Да очевидно же!

— Откуда она могла здесь взяться? — спросил Герман.

— Я не знаю! Я хочу только выбраться отсюда!

Лют развернулся и вышел обратно в зал.

— Говнюк, — сказал Гален. — Надеюсь, он не уйдёт. Искать его здесь я не собираюсь.

— Он боится замкнутых пространств. Дальше первой комнаты не выйдет.

— Когда я зашёл сюда в первый раз, то услышал копошение в том месте. А потом засёк движение и ушёл позвать вас.

Герман увидел, что луч света поблёк. Из дыры донеслось дуновение ветра, и миллионы капель забили по поверхности озера. Разразился гром. Они услышали шорох из того угла, куда показывал Гален. Тот пошёл проверить.

Освещая мрак красной палочкой, он приблизился к затемнённой полости и принялся разглядывать содержимое.

— Видишь что-нибудь? — спросил Герман.

Гален молчал, затем вылез обратно — обескураженный и взволнованный.

— Что там? У тебя лицо бледное.

— Там ребёнок.

Глава 5

— Что ты сказал? — переспросил Герман.

— Ребёнок. Очень тощий, тонкие ноги и спина. Свернулся калачиком и дрожит.

Герман растерялся. Никто не ожидал увидеть ребёнка в таком месте. Такая находка сулила немало проблем.

— Что делать? — спросил Гален.

— Нужно достать его оттуда и узнать, как он здесь оказался.

Гален снова полез в полость. Освещая тесное пространство, он отметил, что вид лежащего перед ним дитя вызывал смутную тревогу. Он не мог понять, отчего один лишь вид этого ребёнка рождал в нём такие чувства.

— Ну что там? — раздался голос Германа.

Гален тянулся вперёд, стараясь не застрять между камней. Ему удалось приблизиться достаточно, чтобы разглядеть почти голое, сморщенное тельце.

Ребёнок спал и дрожал, вцепившись костистыми пальцами в неестественно тонкие плечи.

«Да что с тобой?» — думал Гален, разглядывая волосы на ногах и груди. Над ушами росли обычные волосы, но сама голова была почти лысой, с несколькими грязными пучками.

Гален пытался сопротивляться отвращению. Он понял: это не ребёнок. Низкорослый старик с невероятно тощими конечностями и дряблой кожей, похожей на кору. Но бросить его не мог. С опаской он потянулся к его плечу, стараясь не напугать.

— Сколько же лет ты здесь живёшь? — прошептал Гален и застыл от неожиданного удара грома.

Существо дёрнулось и с молниеносным рефлексом повернуло лицо к нему.

Гален глухо закричал. Его ноги затопали, сопровождаемые душераздирающими воплями. Герман попытался схватить его за ноги, чтобы вытащить друга. Но Гален в панике лягнул его в солнечное сплетение. Герман рухнул на пол, пытаясь схватить ртом воздух.

Герман забыл о криках товарища. А Гален выбрался из ловушки, но его вид вызвал новую бурю. На его голове сидело нечто, похожее на человека, вцепившееся в волосы и с поразительной скоростью ползающее по телу и рюкзаку. Гален тщетно пытался стряхнуть тварь, но, ослеплённый паникой, не заметил, как приблизился к краю озера, и с громким хлопком упал в него, разбрызгивая красную жидкость.

Наступило затишье. Герман смотрел на расходящиеся по озеру волны. Он подполз к краю, стараясь не касаться глади. Ничего нельзя было разглядеть, лишь отражение своего избитого лица. Он отполз и попытался встать, когда в зал вбежал Лют.

— Что случилось?! — закричал он. — Где Гален?!

— Он упал в воду.

Лют подбежал к нему и принялся поднимать.

— Я не знаю, что тут у вас случилось, но там, в коридорах, кошмар.

— Какой кошмар?

— Наверное, оживший. Или проснувшийся. Надо бежать. Мы здесь не одни.

Герман поднялся и увидел, как из воды показалась чья-то голова, потом руки, гребущие в их сторону.

Он застыл, показывая пальцем. Лют тоже увидел.

Страх отступил, когда из воды поднялся Гален. С его головы и по всему телу стекала красная маслянистая жидкость. Он с отвращением посмотрел на руки и лихорадочно начал оттираться.

— Ты живой! — крикнул Герман.

Но Гален не ответил. Он склонился, упёрся руками в колени, сплёвывая красные сгустки.

— С днём рождения, малыш, — развёл руки Лют. — Теперь быстрее двигаем!

Они выбежали в зал, затем в коридор.

— О каком кошмаре ты гово — Герман замолк, услышав хищные визги из дальнего конца туннеля. За одним криком последовала череда других, доносившихся по стенам и вырывавшихся из тёмных арок.

Лишь один проход встретил их молчанием. Все ринулись в него, а позади с нечеловеческими воплями устремилась сама преисподняя. Никто не оборачивался. Ужас прошёлся холодным потом по спинам. Каждый шаг ощущался как глоток надежды, но туннели растягивались и уходили под уклон. Природный инстинкт активировал все силы, но энергия не была бесконечной.

Побег привёл их в тупик. Они оказались в небольшой пещере с низкими потолками.

— И что?! — вопил Лют. — Нам конец? Добегались?

— Нет. Нет. Подожди, — Герман дрожащими руками ощупывал стены. — Так не бывает.

— Как, например?! Мы в тупике! Нас растерзают!

— Это не звери, — сквозь зубы сказал Гален.

Эхо приближалось, исходя уже от конкретных источников.

Затем над головами прозвучало глухое ворчание. Лют поднял лицо. На его лоб посыпалась земля, и вверху он увидел корни, проросшие сквозь камень.

— Вот оно, — сказал он и принялся искать на полу что-нибудь острое.

— Ты решил закопать себя? — спросил Герман.

— Наоборот. Откопать нас.

Лют нашёл заострённый камень и начал бить им по потолку. Земля сыпалась ему на голову, но он продолжал рыть. Он наткнулся на толстые корни, ухватился, подтянулся. Его силуэт исчез в облаке пыли. Под ногами образовалась горка.

Скоро сквозь пыль стал пробиваться дневной свет. Гален и Герман полезли вслед. Они задыхались, кашляли, в глаза попадала грязь. Стимулом служили приближающиеся вопли. Герман подталкивал Люта снизу, Гален толкал Германа.

Лют был поглощён спасением и не заметил, как наступил на пальцы Германа. Тот громко вскрикнул.

— Скорее! — кричал Гален. — Они рядом!

Лют прорывался, не чувствуя боли от корней и камней. Им двигала одна идея — жизнь на поверхности.

Он выполз на холодную мокрую траву. За ним выбрались остальные. Они отползли на десяток метров и упали на спины, всматриваясь в уходящие тучи. Солнце выхватило момент, чтобы одарить их лучом, затем скрылось за облаками, оставив землю в серости.

Глава 6

Герман, Гален и Лют, обессиленные долгой ходьбой, валились с ног каждые несколько десятков метров. Они сидели под кроной большого дерева и любовались мелькавшими в листве фрагментами небосвода.