Малышка на миллион

Прежде чем спрятаться в своей спальне, забегаю на кухню и стаскиваю с тарелки красное яблоко. Заглядываю к маме, вижу, что она болтает по видеосвязи с подругой из другого города, тихо закрываю к ней дверь и иду к себе.

Вгрызаюсь в сочное яблоко, выбирая книжку на вечер. Пальцы скользят по корешкам на книжной полке, пока не замирают над яркой обложкой. Зажимаю книгу подмышкой и забираюсь с ногами на подоконник.

За окном идет снег. Крупные хлопья медленно кружат в воздухе, напоминая, что совсем скоро наступит зима. Соседние многоэтажки приветствуют меня горящими окнами, в некоторых уже мигают разноцветные гирлянды. В моей комнате эти лампочки горят круглый год, создавая непередаваемый уют. Они подсвечивают стену, украшенную фотографиями с моими самыми счастливыми и любимыми моментами.

Безошибочно нахожу карточку, где мы с Даней корчим рожицы перед празднованием Нового года. На мне дурацкий колпак с цветными снежинками и пластмассовые очки-елочки, а у него на голове ободок в виде оленьих рожек и оранжевая мишура на шее. Это было три года назад. Последний раз, когда мы праздновали Новый год вместе. Рядом висит фотография с родителями на фоне Колизея, а чуть ниже мы с Васькой чокаемся кофейными стаканчиками. Тут же карточка, где я позирую в боксерских перчатках, а Леша Волков подставляет к моей голове «рожки».

Вибрирует телефон, и я опускаю взгляд на экран: два непрочитанных сообщения от Василисы, несколько в общем чате и одно от Дани.

Что?!

Резко выпрямляюсь. Пульс отдает в ушах, рука сама тянется к телефону.

Данил Шмелев: Малышка на миллион, прием.

Как же меня раздражает это прозвище, которое придумал Шмелев, как только я записалась на бокс. Этот идиот даже в телефоне мой номер так переименовал. Ладно, у меня он вообще подписан без имени — когда Даня звонит, на экране высвечивается лишь смайлик пчелы.

Я: Чего тебе?

Ответ приходит через пару секунд.

Данил Шмелев: Хотел спросить, что ты делаешь в след пятницу?

Сердце начинает разгоняться, качая кровь с повышенной скоростью. В голове кружит множество мыслей, словно разъяренный рой пчел. Да простит меня Шмелев за каламбур. Но тут телефон снова вибрирует.

Данил Шмелев: Если снова поставят сдвоенную физру, есть заказ.

Данил Шмелев: Зовут Женя Рогов.

Данил Шмелев: Бесит меня с первого курса.

Ну вот не придурок? Я закатываю глаза и против воли улыбаюсь этой глупой шутке.

Я: Не смешно.

Шмелев присылает улыбающийся смайлик, на который я не отвечаю. Какое-то время просто смотрю на нашу переписку. Два года я не получала от него сообщений. И очень по ним скучала.

Глава 4

Субботу я отдыхала, а утром в воскресенье честно отрабатываю это на тренировке. Юрий Петрович гоняет нас уже полтора часа и, по моей скромной оценке, не собирается останавливаться. Мы стоим в паре с Лизой и отрабатываем удары, когда тренер громко хлопает в ладоши, привлекая внимание.

— Ребята, общий сбор!

Я пользуюсь моментом, чтобы попить воды, пока тренер быстрым шагом направляется к нам. Следом за ним идет высокий парень в джинсах и толстовке со спортивной сумкой на плече. Он на ходу стягивает с головы шапку, отчего его темные волосы остаются в милом беспорядке.

— Ребята, знакомьтесь, в миру Артем Корьев, — Юрий Петрович кладет руку парню на плечо и одобряюще похлопывает. — А в нашем зале — Томми.

Артем-Томми-Корьев недоуменно хмурит брови, а мы понимающе переглядываемся и улыбаемся.

— Переехал в наш прекрасный город из столицы, будет заниматься с вами в секции.

— Добро пожаловать в столицу закатов, дружище, — хмыкает Леша, протягивая руку для рукопожатия.

— Рад знакомству, ребята.

— Потом будете прохлаждаться. Томми, быстро переодеваться, — командует Юрий Петрович.

Леша провожает Артема до раздевалки, а я возвращаюсь к тренировке. Мне приходится отрабатывать удары по груше, потому что Лиза не отлипает от телефона.

— Что решила с чемпионатом? — интересуется вернувшийся Леша.

— Юрий Петрович все решил за меня, — хмыкаю я. — А ты?

— Я в деле. Остальных Юпитер выставлять не хочет. Говорит, они не готовы. Диман чуть не расколотил шкафчики в раздевалки после этого.

— Переживет. Не первый раз.

— Как тебе новенький? — Леша расслабленно потягивает воду из бутылки и кивает в сторону.

Я оборачиваюсь и вижу, как в зал заходит Артем. Теперь свободная толстовка не скрывает его натренированного тела, и мой взгляд непроизвольно скользит по выделяющимся на руках венам.

— Привет, — улыбается Артем. Он выглядит дружелюбным и заметно старается влиться в коллектив.

— Привет, — глупо повторяю я.

Артем чуть наклоняет голову набок и неловко потирает шею.

— Один вопрос: почему тренер зовет меня Томми?

Мы с Лешей заговорщицки переглядываемся и улыбаемся. Этот вопрос нас всех когда-то ставил в тупик.

— Юпитер — невозможный фанат «Острых козырьков»4. Слышал о таком?

Артем отрицательно качает головой, бросая на меня веселый взгляд. Я отмечаю, что у него довольная приятная внешность, а глаза определенно можно назвать красивыми. Зеленые, с карим ободком у самого зрачка.

— Ну, короче, это такой сериал про семейный бизнес, — очень кратко пересказывает сюжет Леша. — Вот Юпитер и называет нас в честь главных героев. Меня зовет Джонни, Полинку — Полли, — затем кивает на Димана, колотящего грушу. — Это Артур.

— Надеюсь, Томми — классный парень, — усмехается Артем. Легкий тон нашего разговора помогает ему немного расслабиться.

— Он очень крутой, — успокаиваю я. — Мы смотрели сериал.

— Это радует, — хмыкает Артем, осматривая зал.

— Что привело тебя в Нижний? — Леша даже не пытается скрыть интерес и задает вопрос напрямую. — Из самой-то столицы.

— На то были причины, — уклончиво отвечает Артем, и я замечаю, как он меняется от этого вопроса. Уверена, переезд вынужденный. — Наслышан про вашего тренера. Я хотел с ним поработать, — переводит он тему.

— Мечты сбываются, дружище, — подмигивает Леша, резко выпрямляясь.

В зале появляется Юрий Петрович, и все мгновенно вспоминают, зачем собрались здесь этим прекрасным воскресным утром.

Домой прихожу почти без сил, хотя еще только полдень. Мама снова на дежурстве в больнице, поэтому я устало плетусь в комнату и падаю на кровать. Позволяю себе несколько минут бессмысленно листать новостную ленту, пока взгляд не выхватывает один пост. Даня выставил фотографию, на которой вместе с Русланом и несколькими ребятами танцует в одном из ночных клубов. Я приближаю картинку, чтобы получше рассмотреть Шмелева. Ох, ну какой же он красивый!

Со вздохом откладываю телефон и заставляю себя подняться с кровати. Надеваю пижаму с кактусами — на этот раз действительно кактусы, — достаю учебники и принимаюсь готовиться к завтрашним парам.

***

Сегодня Василиса забирает меня вовремя. Всю дорогу она рассказывает, как здорово они с Владом провели выходные. Стараюсь, чтобы на моем лице не проскальзывало недовольства. Я не люблю Назарова, но не хочу расстраивать Василису. Взамен я рассказываю ей о нашем новичке в секции. Даже не скрываю, что Артем красавчик.

— Кстати, мы ведь хотели пройтись по магазинам и купить тебе новое платье на день рождения, — вспоминает Василиса наш недавний разговор. — Может, сходим сегодня?

— Давай, — с радостью соглашаюсь я. — Я как раз свободна.

— Договорились! Тогда сразу после пар устроим день шоппинга и объедимся вафлями в нашем любимом кафе, — с энтузиазмом озвучивает план Васька.

— Звучит заманчиво!

Мы приезжаем в универ вовремя и неожиданно сразу находим свободное парковочное место. Первой парой у нас стоит перевод, на который опаздывать нельзя, но мы с Василисой приходим не просто до начала занятия, а даже на пятнадцать минут раньше. Саши, конечно же, еще нет, а вот Веселова сидит за первой партой и о чем-то оживленно болтает со своей подружкой Настей.

— Эй, Нестерова! — Стоит только порадоваться, что мое появление осталось незамеченным, как в спину прилетает противный голос старосты. — После этой пары тебя ждет куратор.

— Это из-за волейбола, да? — тихо уточняет Василиса, встревоженно оглядываясь на Веселову.

Я неопределенно пожимаю плечами и подталкиваю ее вперед. Пока мы занимаем наши любимые места, я перебираю в голове варианты, зачем Алексей Витальевич вызывает меня к себе. Все они неутешительные: либо Веселова сдала рапортичку и меня отчитают за опоздания, либо в самом деле из-за ситуации на физкультуре.

— Не переживай, — пытается подбодрить меня Василиса.

— Ого! — с восхищением смотрю на упаковку сливочных эклеров, которые словно по волшебству появляются у нее в руках. — Где ты их взяла?

— Мама вчера приезжала в гости и устроила кулинарный вечер, а меня заставила помогать, — в шутку жалуется Василиса. Заметив мою реакцию, она быстро добавляет: — Ешь, не бойся, я принесла тебе те, что готовила не я.

Смеюсь и с благодарностью прячу сладости в сумку. В кабинете появляется преподаватель, все замолкают и покорно достают тетради. Пара длится бесконечно долго. К ее концу у меня болит рука из-за многочисленных записей, а от понимания, сколько придется учить к следующему занятию, начинает болеть еще и голова.

— Если я задержусь, предупреди Елизавету Борисовну, — прошу я Василису, сворачивая на лестнице направо. Мой путь лежит в кабинет куратора.

— Удачи! — бросает мне вслед она.

Замираю перед дверью на пару секунд. Разглаживаю складки на юбке, поправляю воротник рубашки, тяжело вздыхаю и стучу. Алексей Витальевич стоит у высокого шкафа и просматривает какие-то папки.

— Полин, присядь, — просит он, не оборачиваясь.

Я сажусь и нервно вглядываюсь в спину куратора, гадая, за что мне сегодня влетит. Телефон в руке вибрирует.

Васька: Ну что там?

Именно в этот момент Алексей Витальевич наконец находит нужную папку и бросает ее на стол. Я вздрагиваю и выпускаю телефон из пальцев.

— Ой. — Я наклоняюсь за мобильником и с извинениями смотрю на куратора.

Алексей Витальевич садится, ставит локти на стол и складывает пальцы домиком. Я волнуюсь все сильнее, потому что он внимательно смотрит на меня и молчит.

— До меня дошли слухи, — начинает наконец куратор, а я покорно готовлюсь выслушивать замечания, — что ты записалась на чемпионат между вузами и будешь представлять наш славный университет.

— Ну да, — растерянно мямлю я. Этого я совершенно не ожидала.

— Похвально, Полина! — Алексей Витальевич хлопает ладонью по столу, и я подпрыгиваю на стуле от неожиданности. — Просто замечательно! Ко мне приходил Юрий Петрович, он сказал, что поставил тебе дополнительную тренировку для подготовки, поэтому просит нас пойти на небольшие уступки и освободить тебя от занятий физкультурой. Мы, конечно же, согласились. В наших интересах поддержать молодую спортсменку.

— Правда? — недоверчиво вырывается у меня. Мысль о том, что меня вызвали не отчитывать, а освобождать от физкультуры никак не закрепляется в голове.

— Университет заинтересован в твоей победе, Полина, — серьезно кивает Алексей Витальевич. Он откидывается на спинку кресла и не сводит с меня внимательного взгляда. — Юрий Петрович высокого о тебе мнения, а у меня нет причин ему не верить.

Я вспоминаю, что они с тренером когда-то учились вместе. Неудивительно, что Юрий Петрович пришел с подобной просьбой. Алексей Витальевич выжидающе на меня смотрит, и мне приходится выдавить:

— Постараюсь вас не подвести.

— Вот и славно! — хлопает он ладоши, словно только этого и ждал. А затем резко наклоняется к столу и протягивает мне лист. — Возьми. Это официальное освобождение. За семестр получишь «автомат», до конца декабря можешь физкультуру не посещать. Отдай это Зинаиде Николаевне.

Я беру освобождение, прощаюсь и со смешанными эмоциями выхожу из кабинета. Меня не отчитали — это хорошо. На меня накинули дополнительной ответственности — это плохо. Смотрю на часы и понимаю, что все же опаздываю на пару Елизаветы Борисовны. Приходится ускориться.

— Простите за опоздание.

— Проходи скорее, — скупо комментирует мое появление преподаватель, делая записи на доске.

Игнорируя злорадный взгляд Веселовой, который провожает меня до заднего ряда, я присаживаюсь рядом с Сашей.

— Привет. — Он зевает и прикрывает рот ладошкой.

— Ну, что тебе сказал Алексей Витальевич? — одновременно с ним спрашивает Василиса.

— Ты была у куратора? — оживляется Саша. — За что на этот раз?

Я возмущенно хмурю брови. Что значит: за что на этот раз? Алексей Витальевич вызывал-то меня всего дважды. Или трижды. Не суть. Звучит все равно обидно.

— Я…

— Еще звук, — раздается сердитый голос Елизаветы Борисовны, — и в среду сдаем устный зачет по пяти последним темам.

Мы мгновенно замолкаем. Василиса украдкой поглядывает в телефон, Сашка рисует смешные мордочки на полях, а я быстро переписываю тезисы с доски в тетрадь.

После пары мы покупаем кофе в автомате и идем к нашему любимому подоконнику. С первого курса это место стало для нас негласным пунктом сбора, если выдавались свободные минутки. Мы с Василисой бросаем сумки и забираемся на подоконник, а Саша приваливается плечом к стене рядом с окном. На улице снова идет снег, покрывая крыши соседних домов ровным белым слоем.

Я достаю из сумки эклеры, к которым Сашка тут же тянет руку. Успеваю взять лишь один, потому что остальные он отнимает у меня в неравной борьбе.

— Так ты наконец расскажешь, зачем тебя вызывал Алексей Витальевич? — Василиса прячет телефон в сумку и поворачивается ко мне. Затем замечает Сашку, блаженно уплетающего эклеры, и хмурится.

— Дал освобождение от физкультуры до конца семестра.

— Что? — недоверчиво переспрашивают Василиса и Саша одновременно. Последний даже жевать перестает от удивления.

— Ага, — киваю я, мысленно усмехаясь реакции друзей. — Тренер попросил.

— Я что-то пропустил? — догадывается Саша, запихивая остатки эклера в рот. Затем он отбирает у Василисы стакан и делает большой глоток горячего шоколада.

— У тебя точно будет сахарный диабет, если ты не прекратишь есть столько сладкого, — назидательно комментирую я.

— Так что вы от меня утаиваете? — отмахивается он.

— Полли участвует в соревнованиях по боксу. — Василиса недовольно складывает на груди руки и прожигает взглядом свой стаканчик в Сашкиных руках. — Ты почему ничего себе не купил?

— Так я ничего не хочу, — хмыкает он.

— Тогда верни мой шоколад, — требовательно протягивает руку Василиса.

— Ну ты и жадина, — вздыхает Саша, снова делает большой глоток и возвращает стакан. Затем с довольным видом поворачивается ко мне и треплет по волосам. — А ты, Полин, всех победишь. Мы будем за тебя болеть.

— Конечно! — моментально подключается Василиса. — На все твои бои придем.

— Спасибо. — Я со смехом скидываю руку Сашки со своей головы. — Кстати, как вы смотрите на то, чтобы посидеть в нашей любимой кафешке в субботу, а потом поехать в «the young»5?

— Отличный план! — Саша показывает большой палец.

— Кто-нибудь еще будет? — интересуется Василиса, допивая шоколад.

— Честно, даже не думала об этом, — признаюсь я. — Может, позову Леру и Лешу Волкова с девушкой.

— А вашего новенького? — оживляется Василиса.

— Что за новенький? — с любопытством толкает меня в бок Сашка.

— А его зачем? — игнорирую толчок и поворачиваюсь к Василисе. — Мы же почти не знакомы.

— А Даню позовешь? — не унимается она, с сожалением выбрасывая пустой стаканчик в ближайшую урну, и достает зеркальце и помаду, чтобы поправить макияж.

— Шмелева? — снова вклинивается Сашка. Заметно, как ему не нравится, что он не в курсе событий.

— Нет… Не позову, — с заминкой отзываюсь я. Сама мысль об этом вызывает у меня непонятное волнение и смятение.

— А может…

— Не может, — твердо отрезаю я.

За то, какими взглядами обмениваются друзья, хочется дать им в лоб. Прекрасно ведь знают, что последние два года у нас натянутые отношения, но всегда находят момент напомнить об этом.

— Что вы тут сидите? — к нам подходит наша одногруппница Настя Воронова и кокетливо улыбается Саше. — У нас публичные выступления отменили, не слышали?

— Серьезно? — Василиса от радости выпускает зеркальце из рук.

— Круть! — комментирует Сашка, молниеносно вытягивая руку и подхватывая падающее зеркальце. Вот это реакция! — Спасибо за информацию.

— Всегда пожалуйста, — улыбается Настя, перекидывая на спину свои длинные русые волосы.

— Так, ладно, мне надо в спортивный зал. — Я спрыгиваю с подоконника и направляюсь к лестнице. — Я быстро.

— Тогда жду тебя в машине! — кричит мне в спину Василиса.

По пути к спортзалу достаю из сумки освобождение и пробегаюсь по нему глазами. Эх, Юрий Петрович, во что вы меня втянули?

Пара уже началась, но студенты в зале одни. Кто-то разминается, кто-то бросает мяч в кольцо, а кто-то разложил маты и попросту спит. Я ищу глазами Зинаиду Николаевну, но нахожу Даню. Он меня не замечает, вместе с Русланом перекидывая баскетбольный мяч. Я останавливаюсь и просто наблюдаю за ним. Сегодня Даня в своей любимой толстовке с логотипом Jordan и свободных шортах.

От наблюдения меня отвлекает резкая боль в плече от удара баскетбольным мячом. Я тру ушибленное место и высматриваю этого неумелого баскетболиста, который не может отличить кольцо от человека. И нахожу. Невысокий коренастый парень равнодушно подбирает упавший мяч и стучит им об пол. Рядом с ним стоит девушка, и по синеватым кругам под глазами я догадываюсь — именно ей я разбила нос в пятницу на волейболе.

— Нестерова?

Я поворачиваюсь на голос Зинаиды Николаевны.

— Здравствуйте. — Я протягиваю ей листок. — Алексей Витальевич просил…

— Вижу, — прерывает она, недовольно поджимает губы и бегло пробегается взглядом по содержимому. Затем неаккуратно складывает бумагу пополам и прячет в карман. — Мне не нравятся такие поблажки, но пойти против приказа ректора я не могу.

— Спасибо за понимание, — выдаю я нейтральную фразу, которая не совсем уместна после ее слов, но ничего другого в голову не приходит.

Никак не реагируя, Зинаида Николаевна поворачивается и уходит. Чувствую, аукнется мне это освобождение в следующем семестре.

Почти дохожу до двери, когда в меня кто-то врезается.

— Ауч! — шиплю я, чудом удержавшись на ногах.

Сумка падает с плеча, половина вещей высыпается на пол. Я опускаюсь на корточки и принимаюсь собирать тетради и карандаши. Едва успеваю схватить кейс с наушниками, как на место, где он лежал, опускается нога в синем кроссовке. Мои любимые желтые ручки трещат и ломаются. Поднимаю злой взгляд на этого придурка и понимаю, что извинений не дождусь.

— Может быть, хватит? — ледяным тоном спрашиваю я парня, который пять минут назад запустил в меня мячом.

— Ты видела синяки Светы? — Его лицо кривится от злости, и он с силой вновь наступает на оставшиеся на полу вещи. Жертвой этого поступка становится милая точилка в форме авокадо и один текстовыделитель.

— Это произошло случайно. И я извинилась, — грубо бросаю я, выпрямляясь и складывая руки на груди. Я не боюсь этого парня, и его жалкие выходки не производят должного впечатления.

— Ты разбила ей нос, — выделяя каждое слово, произносит этот неприятный тип. Он делает шаг вперед, пытаясь давить на меня морально. — А я всего лишь «случайно», — он рисует пальцами кавычки в воздухе, — наступил на твои вещи. Несправедливо, тебе не кажется?

Мое терпение тоже имеет границы.

— Мне кажется, что это низко, — с презрением бросаю я. Приходится немного приподнять голову, чтобы смотреть ему прямо в глаза. — Кем ты себя возомнил? Чертовым Бэтменом?

Конечно, надеяться, что этот противный тип проведет параллели с борцом за справедливость и оценит мое блестящее сравнение, не стоит. Я даже немного расстраиваюсь, наблюдая, как он пытается понять, оскорбила я его или нет. Когда усилием воли он приходит к какому-то выводу, я успеваю заскучать.

— Ах ты…

— Какие-то проблемы? — между нами протискивается Шмелев с мячом в руке. Уголки его губ ползут вверх, когда он смотрит на меня через плечо. — Привет, Полин.

Чувствую легкое разочарование от того, что нам помешали. Еще чуть-чуть, и дошло бы до рукопашной. Готова поспорить — я бы сломала нос этому придурку в первые две секунды. Это не позерство, это статистика.

— Тебе че надо, Шмелев? — раздраженно спрашивает мой обидчик, отступая на шаг.

— Поболтать с вами захотел, — с улыбкой поясняет он и поворачивается ко мне. — Все в порядке?

Я фыркаю и не отвечаю. Хотя мне приятно, что Даня решил заступиться. Молча обхожу парней и наконец покидаю зал. Чтобы хоть как-то сбросить напряжение, захожу в интернет-магазин и выбираю себе новые ручки и точилку. Когда вижу уведомление «Ваш заказ оформлен», становится чуть легче. Шоппинг исцеляет!

Убеждаюсь в этом еще раз, когда мы с Василисой приезжаем в торговый центр и устраиваем забег по магазинам. Наша главная цель — купить мне платье, но мы не упускаем возможности просто подурачиться. В одном отделе примеряем женские шляпы с огромными полями и длинными лентами, а затем — забавные летние панамки. Василиса нахлобучивает мне на голову детскую кепку с плавником акулы на макушке.

— Тебе идет! — смеется она.

— А ты примерь вот эту, — в ответ натягиваю на ее непослушные волосы шапку-ушанку.

Нахожу на одной из полок солнцезащитные очки, похожие на те, которые носил Нео в «Матрице», и надеваю их. Поворачиваюсь к Василисе, которая где-то откопала лыжную маску. Мы смотрим друг на друга и смеемся.

— Ого, классный прикид.

Стягиваю очки и не верю своим глазам, когда вижу перед собой Влада. Мое веселье мгновенно испаряется, сменяясь недовольством. Как он тут оказался? Влад словно читает мои мысли, потому что криво усмехается и с искусственной улыбкой фокусирует внимание на удивленной Василисе.

— Влад? — Она растерянно переводит взгляд со своего парня на меня и обратно. — Что ты тут делаешь?

— Ну, ты говорила, что вы с Полиной пойдете гулять по торговому центру. — Влад берет одну из забавных кепок, несколько мгновений крутит в руках и небрежно бросает на место. — Вот решил составить вам компанию, вы же не против?

— Эм… — Василиса мнется и бросает на меня короткий взгляд. — Нет, конечно, не против. Просто… Мы ведь выбираем платье, не думаю, что тебе будет с нами интересно.

— Это лучше, чем скучать в одиночестве. — Теперь Влад без интереса крутит в руках панамку.

Мое настроение моментально ухудшается. Чтобы не расстраивать Василису, натягиваю улыбку и делаю вид, что все в порядке. Мы в тишине снимаем наши шуточные наряды и идем к вешалкам с платьями. Признаться честно, желание искать наряд у меня полностью пропадает. Но Василиса старательно пытается спасти этот день и с энтузиазмом предлагает мне несколько вариантов.

— Хотя бы примерь, — просит она, видя отсутствие эмоций на моем лице. — Уверена, тебе очень подойдет красное!

— Ладно, — неохотно соглашаюсь я, бросая взгляд в сторону Влада, который рассматривает какие-то футболки.

Какого черта он тут делает?! Эта раздражающая мысль снова и снова бьется в сознании, но я не могу найти ответа на этот вопрос. Такое ощущение, что Влад делает это мне назло.

Захожу в примерочную и сажусь на пуфик. Кручу в руках красное платье и понимаю, что оно мне совсем не нравится. Тяну время, чтобы подруга не заподозрила саботажа, а потом выглядываю.

— Не подошло.

— Правда? — Василиса расстроенно забирает платье и внимательно разглядывает. Оттягивает воротник и всматривается в ярлычок. — Я была уверена, что это твой размер. Ну ничего. А как тебе вот этот синий комбинезон?

Мы вместе идем к стойке с одеждой и перебираем костюмы. Ко мне постепенно возвращается хорошее настроение, и я забываю о присутствии Влада, наслаждаясь общением с Василисой. Вместе мы находим черное короткое платье, которое мне хочется примерить. Внезапно в сознании вспыхивает вопрос: а какую реакцию этот наряд вызвал бы у Дани? Отмахиваюсь от этой мысли, словно от надоедливых мух.

— Все! — довольно сообщаю я Ваське, прижимая к себе плечики с платьем. — Иду в примерочную.

— Я с тобой. — Она со смехом подхватывает меня под локоть. — А то снова меня обманешь.

— Да нет, я…

— Василис, — голос Влада обрывает меня на полуслове. Мы с Василисой одновременно поворачиваем головы в его сторону. — Пойдем посмотрим мне новую футболку? Там есть пару достойных вариантов.

— Давай подождем Полину? — просит Василиса. — Она примерит платье, и вместе сходим в другой отдел.