От мрака к свету

– Мы куда сейчас шагаем вообще?

– Шагаем до города Кенех или хотя бы до его окрестных деревень, – ответила ему Верита, остановившаяся вслед за ним.

– Без еды и питья?! – запричитал наёмник.

Верита с неопределенностью посмотрела на Проходимца и тут же ответила:

– С чего же это, монета у меня найдется, да и у тебя, пьянь, судя по всему, тоже. Доберемся до деревень, что на границе с Кенехом, а затем и в сам город!

Фубитоссо заворчал и задумался, скрестив руки на груди, но неожиданно его обросшую голову осенила идея, и он, сверкнув глазами, предложил:

– Зайдем в Линево!

– Что за «Линево», это что вообще?

– Ну, Линь правильно деревня называется вроде… До меня так-то дошел подтвержденный слух, что у их леса окопались ороки, а Нью-Деров король послал туда рыцарей, можем помочь заскочить, а может, и нажиться.

Глаза Вериты лишь на мгновение расширились в удивлении от услышанных слов, будто Фубитоссо на мгновение обратился в благородного и одновременно хитрого наемника.

– От тебя точно такого не ждала.

– Что захочу разжиться?

– Нет, что хочешь пойти на выручку рыцарям короля, я-то думала, что для «Проходимца» Фубитоссо добродетель – это сломанный раритет, который не продать.

– Меня так-то раньше по городам называли «Герой героев» было!

– Да, да-а.

Фубитоссо глубоко выдохнул, опустил руки и медленно повертел головой из стороны в сторону. Его лицо светилось гордостью, и он сказал с уверенностью:

– Нет, ну можно, конечно, пойти в «Кенех», где точно никакой новости не сыскать.

Верита не стала вступать в спор, понимая, что он прав: они действительно могли бы помочь тем, кто нуждается. Даже если бы они отправились в Кенех, там вряд ли кто-то что-то знал или мог найти. Собравшись с мыслями и укрепив решимость, они направились к Линеву. Идя по дороге, Верита погружалась в красоту природы вокруг, наслаждаясь каждым мгновением и чувствуя, как её сердце наполняется уверенностью и спокойствием.

Ороки

Путешествуя по намеченной торговой тропе, Верита и Фубитоссо достигли деревни Линь. Это было небольшое поселение, затерянное в глуши, ничем не отличавшееся от других подобных мест. Основной промысел и страсть местных жителей – охота, которая была разрешена, возможно, потому что деревня не была отмечена на картах.

Ближе к вечеру, обходя улочки деревни, Верита заметила двух рыцарей-ратников, собиравших провизию. Она остановилась у ветхой деревянной ограды, наблюдая за ними. Фубитоссо нехотя шмыгнул носом и, стараясь не привлекать её внимания, быстро подбежал к ратникам. Он начал что-то решительно им рассказывать, активно жестикулируя и указывая на девушку. Верита нахмурилась, но продолжала наблюдать. В какой-то момент один из ратников махнул рукой в сторону густого леса. Фубитоссо обернулся, убедился, что Верита заметила его сигнал, и одобрительно поднял вверх большой палец. Девушка презрительно цыкнула, но всё же последовала за ними. Фубитоссо уверенно шагал за ратниками, стараясь не выдать своего волнения. Они двинулись в сторону леса, надеясь, что смогут остаться незамеченными. Верита шла за ними, её шаги были размеренными, но в голове крутились тревожные мысли.

По правую руку от деревни ближе к еловому подлеску стояли тенты с Нью-Деровскими гербами. Там и обосновался отряд вооруженных рыцарей. Верита начала подмечать, что солдаты были большей своей частью одеты в кольчугу да шлем, очень скромно для ратников короля. Самих рыцарей на глаз было меньше сорока, таким отрядом не то что с ороками биться, даже шайку разбойников в лесу тягостно забить. Нехорошо. Рыцари возле тентов кое-как пытались развести костры для обогрева, что было весьма тяжко из-за шедшего днем дождя. Мокро, слякотно и холодно. Конец весны, ничего не поделаешь.

Фубитоссо понял, что они не ошиблись, и, заметив, как один из рыцарей смог зажечь костер, решил подойти к нему. Наемник не успел и рта открыть, как ратник обернулся в их сторону с сильным удивлением на лице и произнес:

– О как… Какие люди, идущие на гибель?

– Совсем не изменился, как вижу, а, дзук ты безперый? – крикнула ему в ответ улыбающаяся Верита.

Рыцарь поднялся с бревна, на котором сидел, и поприветствовал девушку солдатским жестом и произнес:

– Рад видеть старого соратника, так раз так… А этот, какой он там, этот «Проходимец», знаменитость, что с тобой забыл?

– Телохранитель. – тут же ответила Верита.

Фубитоссо сразу уловил, что они знакомы, но его всё равно смутило, что обычный ратник может так говорить со свето-рыцарем, как они вообще могут знать друг друга?

– Есть… такое дело, ты что же, мимо просто проходила или… – спросил ратник.

– К вам пришла бить ороков, скажешь командиру здешнему, если что.

– Пойду доложу уж, а то забуду еще, а потом, дрянь, высекут тут всех так раз так.

– Надо! – одобрила Верита.

Рыцарь выдохнул и, развернувшись, пошагал к дальнему тенту, разминая кисти рук. Фубитоссо взглянул ему вслед, хмыкнул и тут же сел на его место, выставив охолодевшие руки над костром. Верита неспешным шагом подошла к нему, и наемник резко выпросил:

– Откуда его знаешь, а?

Девушка остановилась и, не решившись садиться с наемником, ответила:

– Тебе это знать точно не нужно.

В то же мгновение рыцарь с золотистой бородой, который сидел напротив Фубитоссо с другой стороны костра, усмехнулся и сказал:

– Оба, дрянь, друг друга стоите!

– Кого? – крикнул ему Фубитоссо.

– Для тех, кто меня знает, и для тех кто не знает… Меня звать Дэвид, сержант, – рыцарь поднял ко рту флягу и сделал глоток. – Девчонку я еще головастиком помню, а теперь о-как, каланча какая.

Верита прищурилась и вспомнила, кто такой этот сержант, а Фубитоссо глянул на флягу в руке ратника и слегка нелепо спросил:

– Что пьешь?

– Эля в деревне взял, – ответил Дэвид.

– Дашь выпить?

Дэвид часто заморгал и поднял брови в легком недоумении и протянул наемнику раскрытую флягу, затем, поднявшись, он подошел к Верите и уже без доли шуток или наигранности сказал:

– Это тебе не бег на бревнах и борьба с чучелом, тут скотобойня, еще и выжить постарайся.

– Вы уже вступали в битву с ороками в окрестностях этих земель? – спросила Верита.

– Два раза уже было, два… Загнали их в лес, и кто его знает, как тварей этих выудить!

– На глаз сколько их было ?

– Больше сотни было точно, уродливые и рыла злые такие были, у них вожак есть здоровый, как лось, без глаза одного ходит.

Верита посмотрела на сержанта с сильным удивлением на лице и, разведя руки в стороны, резко вопросила:

– Больше сотни?! Вы как удумали своим числом идти на сотню ороков, вы с ума сошли, ваше сиятельство?

– Нас было сто тридцать пять мечей, а теперь вон какое уродство приключилось, в живых, дрянь, осталась жалкая двадцатка!

– Надо подкрепление запросить или вообще уходить отсюда.

– Мы отправили гонца в Нью-Дер два дня назад с просьбой о помощи. Нам ответили, что смогут собрать солдат только через пятнадцать дней. Если мы попытаемся сбежать, нас объявят дезертирами и предадут публичной казни.

– Тц, изумительно. – с раздражением сказала девушка.

– О-о, это не всё еще, на вопрос о том, как мы вообще протянем полмесяца без подмоги, – Дэвид поднял правую руку вверх и тряхнул ладонью, – сам король ответил, вот сейчас прямо как в письме его написано: «Придумайте»… А-а, вот так вот!

– Вот скотина поганая, – Верита резко опомнилась и прикрыла ладонью рот. – Ой… Извиняюсь.

Сержант лишь махнул рукой и дважды кивнул в знак понимания.

– С ороками мечом даже не повоюешь, их надо копьем да стрелой брать, – сказала Верита.

—Так это известная наука, копий у нас только мало осталось, поломали все, вот умельцы у меня из дерева начали колья точить, а стрелой пока только ороки нас сами берут.

– Что…

– Да, сам никак не смыслю, л-луки научились сгибать своими лапами, луки!

– Умнеют ороки, нечего сказать, – со вдумчивым выражением лица ответила свето-рыцарь.

Дэвид резко выдохнул и, шагнув к костру, выхватил флягу из рук расслабленного Фубитоссо. В этот момент из тента вышел командир, сопровождаемый их знакомым ратником. Подняв левую руку вверх, он сделал жест, призывающий всех к сборам и вниманию. Заметив это, сержант обернулся, сделал глоток эля и, перекрывая шум костра, громко крикнул: «Стройся!» Ратники начали поспешно выстраиваться, и наши герои, стараясь не отставать, втиснулись в ряды. Их лица были напряжены, а взгляды – полны тревоги и сосредоточенности. Командир, дождавшись, пока все выстроятся, вышел вперед и, обведя строй внимательным взглядом, начал разъяснять:

– Пойдем в бор да обложим ороков, брать зверя будем в две шеренги, в первой шеренге будут солдаты с кольями, во второй будут крестьяне, добровольцы пойдут позади строя, идем с первым лучом света, всем ясно?

Ратники все как один крикнули в знак одобрения, но Фубитоссо так и не услышал о вознаграждении, стоя в полном возмущении. Верита посмотрела на это и полушепотом сказала:

– Скорбно… Я могла так-то пойти впереди строя, но в боевом чародействе я неуч, стыдоба-то какая.

Фубитоссо взглянул на нее, а затем развернулся к командиру, поднял руку и раскрыл рот, будто хотел что-то сказать, как вдруг с высока древесных макушек прилетела горящая стрела, попавшая в одну из палаток, каждый из стоявших в том месте развернул голову, увидев это. В то же мгновение воздух пронзил оглушающий, словно гром, крик, это взревел командир ратников, ошалевший от случившегося.

– Клыры ослиные, овцы удные, ослепли что ли, вы как врага к ногам пустили?! – яростно крикнул командир.

Ратники тут же разбежались в стороны, туша костры. В ту же минуту алое вечернее небо озарилось градом горящих стрел, выпущенных откуда-то из лесных чащоб.

– Щиты на изголовье! – крикнул сержант, раздирая горло.

Верита схватила первый щит, который попался ей под руку, села на одно колено и подняла его над головой, а Фубитоссо укрыл голову руками, в панике мотаясь из стороны в сторону. Заметив чугунный котел, наемник схватил его и поднял над собой. Пламенные стрелы продолжали беспорядочно падать на землю, редко отскакивая от воинских щитов, как горох от стены. Свето-рыцарь поднялась на ноги и не спеша подошла к Фубитоссо Проходимцу, мысленно спрашивая себя, что тот вообще делает?

– Не трепыхайся ты так, из-за дождя ничего здесь не сгорит, а с такой дали стрелы не то что кирасу, кольчугу даже не пробьют, – спокойно, насколько смогла, сказала девушка.

Фубитоссо лишь трясся, сидя на корточках, бубня что-то себе под нос. Верита хмыкнула и задала ему вопрос:

– Ну что, «герой героев» тягался силами с ороком? – Наёмник резко замотал головой. – Оно и видно, живо возьми себя в руки, если жить хочешь.

Лавина из стрел стихла через три минуты, оставив после себя лишь тишину, нарушаемую лишь тяжёлым дыханием воинов. Внезапно тишину разорвал оглушительный, леденящий душу рёв, который, казалось, исходил из самой глубины земли. Этот звук был настолько мощным, что его вибрация ощущалась в каждом мускуле, заставляя кровь стынуть в жилах. Это был не просто крик – это был звериный рык, полный первобытной ярости и неумолимой силы.

И тут из-за деревьев вырвалась орда, словно тёмная снежная волна, сметающая всё на своём пути. Деревья трещали под натиском их тел, кустарник ломался, как хрупкие ветки, а воздух наполнился грохотом и криками. Это были не люди – это были ороки, взбешённые, разъярённые, движимые жаждой крови и разрушения. Их глаза горели безумным огнём, а в руках сверкали оружие, готовое к беспощадной бойне.

Племя ороков, на первый взгляд, может показаться дикарями, но это лишь поверхностное впечатление. Ороки гораздо смышленее обычного дикого зверя и обладают уникальными особенностями, которые выделяют их среди других народов.

Представители этого племени смуглые, с ростом около трёх с половиной локтей, что может варьироваться в зависимости от их среды обитания. Их внешность запоминается: круглая, грубо высеченная голова, длинный толстый нос, широкие тёмные глаза и плотное, громоздкое тело с густой шерстью на руках и голове. Особое внимание привлекают их длинный хвост с кисточкой, уши, похожие на свиные, и два заметных клыка. Назначение этих клыков до сих пор остаётся неясным.

Наука утверждает, что племя ороков имеет родство с троллями, основываясь на наличии хвоста у обоих видов. Кроме того, существуют подтверждённые наблюдения, что ороки умеют выделывать шкуры животных и создавать примитивные орудия труда.

Изучение ороков представляет сложность, поэтому о тонкостях их жизни и поведения известно немного. Однако их уникальные черты и способности вызывают интерес и уважение.

Вооруженные крупными ободранными дубинами, самодельными орудиями и, как было видно, краденым человеческим оружием, нелепо лежащим в их лапах, они нападали всем стадом. Во главе этих чудищ яростно бежал вожак, ратники короля прозвали его Черный глаз из-за шрама на его морде. Вожак был выше и шире остальных, а на голове он носил шкуру убитого медведя, в своих руках орок держал секиру да изящно выкованное кем-то копье с узоров в виде лоз с листвой.

Командир ратников, облаченный в сверкающие доспехи, величественно возвышался впереди строя. Его шлем, увенчанный тремя перьями, гордо развевался на ветру, словно знамя, символизируя его непоколебимую решимость и лидерские качества.

– Чёртовы нелюди! – командир выставил перед собой копье. – Колья на исходную! – крикнул он.

Солдаты подняли копья с выточенными лезвиями, готовые к бою. Черный глаз вскинул левую руку и с неистовой силой метнул копье в строй ратников, целясь прямо в грудь командира. Копье пронзило доспехи, словно раскаленный нож масло, и вонзилось в сердце воина. Кровь хлынула фонтаном, окрасив землю в алый цвет.

Армии схлестнулись, словно две гигантские волны, обрушившиеся друг на друга. Ороки, вооруженные тяжелыми кольями, пытались пробиться сквозь строй ратников, но их натиск был встречен стеной щитов и мечей. Колья пробивали доспехи, но не могли остановить волну ратников, которые с яростью и силой обрушивались на врага.

Ороки, потеряв строй, начали падать под ударами мечей. Ратники, не теряя времени, использовали момент замешательства, чтобы добить противника. Те, кто остался без кольев, быстро сомкнулись в оборонительный круг, обнажив сверкающие мечи. Они отражали атаки орков, их движения были слаженными и точными, как механизм.

Верита схватила тяжелую булаву, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Волнение и решимость смешались в её душе, а кровь закипела от пламени битвы. Но свето-рыцарь не мог нанести врагу серьезных ран – пока что ей удавалось лишь парировать неуклюжие удары ороков, не давая им прорваться. Внезапно Фубитоссо, шатаясь, поднялся на ноги. Его левая рука все еще цеплялась за котел, висящий над головой, а в правой он сжимал свой старый меч. Этот момент стал переломным.

Верита почувствовала, как силы покидают её. Дыхание сбилось, пот струился по лицу. Даже для неё сражение с таким количеством врагов в таком темпе было невыносимо. Она уже не могла отражать удары, её движения стали хаотичными, а уклонение от свистящих атакующих орудий и дубин превратилось в отчаянную попытку выжить.

– Га-аллус, брось котел и бей! – крикнула она стоящему на месте наемнику.

Вдруг один из ороков ударил Фубитоссо кулаком по голове, на которую все еще был надет котел. Наемник свалился наземь, как мешок с картошкой, потеряв сознание. Верита увидела это, но не успела ничего предпринять, так как была вынуждена уклониться от очередного взмаха дубины и тут же, взяв упор ногами, поднять булаву над головой. В ответ на это орок, копируя девушку, тоже поднял дубину над головой и запрокинул так, что конец почти доставал до земли за его спиной. Орок глядел в ее глаза, наполненные яростью и ненавистью глаза. Рывок и удар. Дубина чудища упала на землю, прозвучал хруст, чем-то похожий на разлом древесной ветви. Верита была быстрее, точнее, техника в битве всегда затмит звериный инстинкт. Обмякшее тело монстра упало в грязь следом за дубиной.

Свето-рыцарь выявила очевидное: как бы ни было сильно тело, ни одной живой твари не пережить крепкого удара в голову. За ее спиной возвысился орочий меч, жаждущий гибели. Резко развернувшись, Верита отразила удар и метнула треснувший деревянный щит в рыло орока. Увидев, как тварь трет свои глаза от боли, девушка сжала пальцами булаву что было силы и ударила. Дробящая атака ее орудия попала ороку прямо в висок, и обездвиженное тело чудища свалилось к его мертвому соплеменнику. Девушка резко выдохнула, тряхнув рукой, в которой была булава, смахнув с нее кровь. Время будто застыло на мгновение, крики солдат и ороков стихли на поле боя, словно кто-то из богов решил вмешаться, увидев сие кровопролитие.

Девушка подняла взгляд с тела чудища на его соплеменников, увидев страх и ужас в их глазах. Ороки стояли, опустив мечи с дубинами, то и дело толкая друг друга и пятясь назад. Убив очередного ратника, Черный глаз увидел эту картину и взревел на своих соплеменников, быстрым шагом пойдя на Вериту.

Свето-рыцарь увидела, как вожак замахнулся рукой, в которой была секира, и готовилась отразить, но это оказалось уловкой. Вместо удара секиры Черный глаз пнул ее ногой справа. Верита упала наземь, и ей мгновенно пришлось увернуться от удара секиры, перевернувшись на правый бок. Она поднялась на ноги так быстро, что сама не заметила, и резко попала булавой по затылку вожака ороков. Жалкий, ничтожный удар. Слишком слабый замах с глухим стуком в неустойчивом положении, из-за чего булава даже вылетела у нее из рук. Верита выругалась сквозь зубы, из-за чего вовремя не успела среагировать на копье в руках вожака, стремительным махом сбившее ее с ног. Бросив секиру, Черный глаз вскинул над ней копье с намерением убить. Девушка в последнее мгновение успела выцепить железный щит, лежавший рядом, и поставить перед собой. Изящное копье с легкостью пробило щит острием, остановившись в нескольких сантиметрах от груди Вериты, застряв гардой в щите. Разозлившись от такого упрямства, вожак начал давить со всей силы, впившись в копье лапами, но орок нежданно взревел, расцепив пальцы от копья, освободив девушку из оков гибели. Еле поднявшись на колени и тяжело дыша, свето-рыцарь отбросила от себя пробитый копьем щит, увидев еле стоящего Фубитоссо, вонзившего в бок вожака свой меч. Косым взмахом лапы наемник отлетел в сторону, а яростный взор Черного глаза снова упал на Вериту, которая отчаянно искала путь к победе. Краем глаза она заметила секиру, брошенную вожаком ороков, и ринулась туда. Орок заметил это и попытался схватить ее, но израненный бок дал о себе знать, было слишком поздно. Последнее, что увидел Черный глаз перед смертью, это лезвие своей же краденой секиры. Могучий вожак ороков был повержен, пав мордой вниз к ногам девы-свето-рыцаря.

Ороки, всей ордой стоявшие на поле боя, увидели это и в ту же секунду издали рёв, будто бы крикнув «Отступаем», забыв об убитых соплеменниках, ринулись бежать в ужасе от произошедшего. Верита выдохнула через нос и пренебрежительно отбросила секиру в сторону, одновременно ища взглядом Проходимца-наёмника. Заметив его, девушка аккуратно подошла и попыталась привести наёмника в чувство. Фубитоссо медленно раскрыл глаза и начал кряхтеть, бормоча себе чего-то под нос. Жить будет, подумала про себя свето-рыцарь. Как вдруг вдали кто-то крикнул: «Вери-ита», она узнала голос сержанта и ринулась в сторону, где был слышен его голос.

Перед ней предстала картина поникшего сержанта Дэвида, склонившегося над ее старым другом, лежащим среди тел людей и ороков. Он был ранен мечом. Верита склонилась перед ним и услышала, как он произнес:

– Умираю… умираю…

Глаза Вериты дернулись, но лицо не теряло спокойствия. Раненный солдат медленно повернул взгляд на девушку и тихо прохрипел:

– П-помнишь… помнишь, как ты упала с брев-бревна тогда, помнишь…

Свето-рыцарь положила обе руки ему на грудь и, слегка улыбнувшись, сказала:

– Помню…

Парень улыбнулся, подняв глаза к небесам, готовясь испустить дух, и Верита в тот момент закрыла глаза, будто взмолившись. В то же мгновение из ее рук начал источаться теплый белый свет, окутавший тело ее старого друга. Спустя время свет рассеялся, и смертные раны солдата исцелились.

– Увидишь еще, Эрик, увидишь, – сказала ему Лучезарная Верита, свето-рыцарь храма Игниса.

Сияние

Поставив старого друга на ноги, Верита обернулась к сержанту и спросила:

– Есть еще раненые?

– Не могу знать… Ороки почти всех побили.

– Я видел как это полчище изрубило кнехтов и многих добровольцев пришедших к нам. – сказал им пришедший в чувство Эрик.

Не теряя времени, Верита вместе с немногими выжившими начали осматривать тела ратников в надежде найти тех,