Полная версия
Айвен и омут души
Лейла прошла к креслу с самой высокой спинкой, украшенной замысловатой резьбой, изображавшей чешую. Остальные, немного растерянные, заняли свои места. Айвен сел рядом с Эштеном, напротив них устроились Тайлер, Лидия и Френика.
Лейла положила обе руки на стол, ее пальцы были длинными и тонкими.
«Рада всех приветствовать, – начала она, и ее голос, низкий и мелодичный, идеально подходил к атмосфере комнаты. – Я не вижу смысла повторять то, что уже сказал Бишоп Хейворд. Его слова должны быть выжжены у вас в памяти. Если нет – вам здесь не место».
От ее ладоней по темной поверхности стола снова поползли светящиеся узоры. Но на этот раз они были иными – не абстрактными, а складывающимися в четкие, изящные формы листьев, стеблей и соцветий. Пять светящихся трав, идеальных в своей детализации, медленно поползли от центра к каждому из пятерых студентов, остановившись прямо перед ними.
«Знакомьтесь, – сказала Лейла. – Основа нашей внутренней систематизации. Пять качеств, пять путей лекаря. Они не определяют вас полностью, но указывают на вашу врожденную склонность. Смелость. Гнев. Горе. Счастье. Покой».
Айвен смотрел на растение, остановившееся перед ним. У него были мелкие, резные листочки и крошечные голубоватые цветки. Оно излучало ощущение безмятежности и умиротворения. Трава Покоя.
«А почему именно в начале учебы нам определяют эти… качества? – первым нарушил молчание Тайлер. Ему досталось растение с острыми, колючими листьями и темно-красным, почти черным бутоном. Трава Гнева. – Не рано ли? Мы ведь еще ничего не умеем».
Лейла повернула к нему голову, и в ее глазах мелькнула искорка интереса. «Вопрос резонный, Корбелен. Ответ прост: это важнейшая часть жизни в Академии. И не только здесь. Это – систематизация. Так правильнее. Так проще следить… за вами». Последние слова она произнесла с легким, едва уловимым оттенком иронии. «Через эти качества формируются определенные… общества. Группы взаимопомощи, если угодно».
«А у меня… Горе, – тихо, почти шепотом произнесла Лидия, нервно теребя ремешок своей сумки. Ее растение было поникшим, с серебристо-серыми, слезовидными лепестками.*
Лейла поднялась и, плавно обойдя стол, подошла к ней. Она положила руку на ее плечо, и жест этот, вопреки ожиданиям, был не холодным, а ободряющим.
«Это не плохая трава, Кролфорд. Отнюдь. Это значит, что твое призвание – работать с самыми тяжелыми душевными ранами. Ты будешь помогать людям справляться с потерей, с травмой, с отчаянием. Восстанавливать психику солдат, вернувшихся с войны, или лекарей, переживших профессиональное выгорание. Это трудный путь, но один из самых благородных».
Затем она перевела взгляд на Тайлера. «А у тебя, Корбелен, Гнев. Не смейся, – она предупредила его поднимающуюся ухмылку. – Это не значит, что ты будешь вечно злиться. Твоя стихия – работа в условиях стресса и хаоса. Ты будешь тем, кто сможет действовать в пылу боя, под огнем, когда счет идет на секунды. Ты будешь не только лечить, но и защищать – и пациентов, и себя, и своих коллег от… скажем так, неадекватного командования или самих пациентов, одержимых боевой яростью». На ее губах снова появилась та ехидная, почти до ушей, улыбка.
Потом ее взгляд упал на Айвена. «А вот Покой… – Она сделала театральную паузу, подходя к нему. – Самая загадочная и раздражающая трава из всех».
Айвен почувствовал, как под ее взглядом ему становится не по себе.
«Ты можешь усыпить боль и взбодрить дух, – продолжала она, обходя его кресло. – Можешь сделать паникующего – собранным, а раздумчивого – решительным. Ты – универсальный инструмент. Общество Покоя успевает везде, его представителей ценят, но… – она наклонилась к его уху, понизив голос до шепота, – их же и недолюбливают. Ибо кто захочет, чтобы ковырялись в его самых сокровенных тревогах?»
Выпрямившись, она направилась к Эштену. «А тебя, если я не ошибаюсь, зовут Эштен».
Тот, до этого момента сохранявший полную непроницаемость, медленно поднял на нее взгляд. Его алые глаза сузились. «Откуда вы знаете? Я не припоминаю, чтобы сообщал вам свое имя».
«Айвен окликнул тебя, когда вы шли по коридору, – с явным удовольствием ответила Лейла, закидывая голову. – У меня от рождения идеальный слух. Я слышу шепот за три закрытые двери. Полезный навык, не находите?»
Эштен бросил на Айвена быстрый, колючий взгляд, полный немого укора.
«У меня Смелость, – сухо констатировал он, глядя на свое растение – с крепким стеблем и широкими, устремленными вверх листьями.*
«Боевая медицина в чистом виде, – тут же отреагировала Лейла, словно зачитывая с невидимой шпаргалки. – Применяется в самой гуще схватки, незаменима на передовой. Риск, скорость, решительность – твои союзники».
Наконец, ее взгляд упал на последнюю студентку. «Значит, у тебя… Счастье?» – ее тон стал мягче.
Френика, сидевшая с идеально прямой спиной, уверенно кивнула. «Да». Ее растение было ярким, солнечным, с желтыми лепестками, похожими на маленькие солнца.
«Общество Счастья занимается культивацией, – неспешно, с расстановкой, произнесла Лейла, возвращаясь на свое место и раскрывая перед собой небольшой, изящный свиток. – Выведением новых видов целебных растений, созданием бальзамов и эликсиров, улучшающих не только физическое, но и душевное состояние. Без вас наша работа была бы в разы сложнее».
Последующие два часа прошли в монотонном зачитывании правил, распорядка, расписания занятий и требований Академии. Айвен слушал вполуха, все еще переваривая то, что узнал о своем «качестве». Покой. Универсальный инструмент. Раздражающий.
Когда собрание наконец закончилось, и Лейла, свернув свиток, отпустила их, на улице уже стоял теплый, погожий вечер. Группа высыпала в коридор.
«Ну что, – первым нарушил молчание Тайлер, потягиваясь так, что у него хрустнули позвонки, – я голоден как волк после зимней спячки. Предлагаю отметить наше знаменательное вливание в ряды служителей Гигеи чем-нибудь съедобным и желательно не из академической столовой. Все вместе!»
«Я знаю одно местечко недалеко от главных ворот, – неожиданно предложил Эштен. – Готовят неплохо. И порции достойные».
«Отличная идея!» – подхватила Лидия, и ее лицо, до этого казавшееся немного грустным, озарила улыбка.
Айвен в это время уставился на свою ладонь, мысленно прокручивая, как Лейла управляла светящимися узорами. Он пытался представить, как бы он сам направил энергию Лираэль для создания такого же эффекта.
«Отвлекись немного, Айвен, – легонько, словно касаясь его мысли, произнес голос духа. – Успеешь еще насмотться на магию. А пока присоединяйся к своим новым… товарищам. Отдохни. Тебе это нужно».
«А я пока вздремну, – добавила она, и ее присутствие на задворках его сознания стало чуть более призрачным. – Не буди, если не случится апокалипсис».
В этот момент Френика тыкнула его в бок пальцем.
«Щекотно!» – всхлипнул Айвен, и на его лицо против воли наползла глупая улыбка и румянец смущения.
«Ты просто молчишь и ничего не говоришь? – с притворным возмущением произнесла Френика, резко наклоняясь к нему так близко, что он почувствовал ее дыхание и уловил легкий аромат яблока и чего-то цветочного. – Мы тут пытаемся общее веселье планировать, а ты витаешь в облаках!»
«Да я… я просто не знаю, что сказать, – поспешно отодвинулся Айвен, чувствуя, как уши наливаются жаром. – Я не очень хорошо умею… ну, это… праздновать».
«Там есть неплохое заведение, – повторил Эштен, уже стоя в нескольких шагах и явно торопя их. Во рту у него был кусок какой-то вяленой колбасы, откуда он ее достал – было загадкой. – Идемте, а то все хорошие столики разберут».
Вся группа – Айвен, Френика, Эштен, Тайлер и Лидия – дружной гурьбой направилась к выходу из Академии.
Кафе «У Ивового Пня» оказалось именно таким, как его описал Эштен – неброским, уютным и пахнущим настоящей, не академической едой. Оно располагалось в старом, приземистом здании из дикого камня, его окна светились теплым желтым светом, а из трубы поднимался душистый дымок. Внутри было шумно, накурено и полно народа, в основном студентов. Они нашли свободный столик в углу, под большой деревянной полкой, заставленной глиняными кувшинами с надписями, которые Айвен не сразу разобрал: «От кашля», «Для бодрости духа», «От тоски зеленой».
Эштен, не глядя в меню, заказал для всех «что-нибудь сытное и с мясом», а также кувшин темного, густого кваса. Френика, устроившись поудобнее, принялась оживленно расспрашивать Эштена о его семье и о том, откуда он родом. Тот отделывался односложными ответами, но Френика, казалось, не смущалась, находя в его скупости какой-то особый шарм. Тайлер и Лидия, сидя рядом, оживленно обсуждали только что закончившееся собрание и своего куратора.
«Ну что, Аррен, – обернулся к нему Тайлер, отпивая из своей кружки. – Как тебе наша новая начальница? Строгая дамочка, а?»
«Да уж, – кивнул Айвен. – Кажется, с ней шутки плохи».
«Зато видная, – с усмешкой заметил Тайлер. – Не каждому так везет с куратором».
«Мне кажется, она просто очень усталая, – неожиданно для себя вставил Айвен, вспомнив слова Лираэль.
Эштен, до этого молча ковырявший вилкой в поданной ему тарелке тушеной баранины с корнеплодами, вдруг поднял на него взгляд. Его алые глаза, обычно пустые, на мгновение выразили интерес.
«Почему ты так решил?» – спросил он.
Айвен замялся, понимая, что проговорился. «Ну, не знаю… Взгляд у нее такой. Отрешенный. Как будто она смотрит сквозь тебя куда-то вдаль».
Эштен медленно кивнул, словно соглашаясь, и снова уткнулся в свою еду.
Разговор постепенно оживился. Даже Эштен начал изредка вставлять реплики, обычно едкие и точные. Френика рассказывала забавные истории из жизни своего поместья, Тайлер – курьезные случаи из практики своего отца-хирурга. Лидия, к удивлению Айвена, оказалась прекрасной рассказчицей и поделилась парой забавных историй из жизни своей семьи, которая, как выяснилось, держала небольшую лавку магических ингредиентов. Айвен слушал, изредка улыбался и чувствовал, как ледяная скорлупа одиночества, в которой он пребывал с момента провала на Проверке Души, потихоньку начинала таять.
Когда они наконец вышли из кафе, на улице уже совсем стемнело. Фонари, подвешенные на цепях между домами, бросали на мостовую неровные круги света. Воздух был прохладен и свеж.
«Ну что, – сказала Френика, поворачиваясь к Айвену. – Не такой уж и ужасный первый день, да?»
«Да, – улыбнулся Айвен. – Не такой уж и ужасный».
Они молча постояли еще мгновение, глядя на освещенные окна Академии, высившейся на холме как неприступная крепость знаний и тайн.
«Завтра начинается настоящее, – философски заметил Тайлер. – Лекции, практики, эти дурацкие качества…»
«Справимся, – с неожиданной уверенностью сказал Айвен. – Вместе-то справимся».
Эштен фыркнул, но в его фырканье не было злобы. Скорее, скептическое одобрение. Лидия тихо улыбнулась.
Они разошлись по своим общежитиям. Айвен шел по тихим, почти безлюдным улицам студенческого городка, прислушиваясь к эху своих шагов. Внутри было непривычно тепло и спокойно. Он думал о траве Покоя, о Лейле, о своих новых товарищах, о том, что ему предстоит. И впервые за долгое время будущее не пугало его, а манило своей неизвестностью.
«Спишь, Лираэль?» – мысленно спросил он, поднимаясь по лестнице к своей комнате.
Ответа не последовало. Лишь тихое, ровное эхо ее присутствия, похожее на дыхание спящего озера в самой глубине его души. И этого было достаточно.
Глава 10. Часть 1. "Уроки и Нити"
Следующая неделя не принесла сильных изменений. Старшие курсы уже вовсю погрузились в свою специализацию, а первый курс, можно сказать, продолжал проходить ориентирование на местности под названием «Академия». Утро каждого дня начиналось с мягкого, но уже по-осеннему холодного света, пробивавшегося через высокое окно в их комнате. Айвен лежал на кровати, укрывшись одеялом, и безмятежно пускал слюну на подушку. Ему наверняка снился какой-то хороший сон.
Эштен тем временем уже собирался, его алые глаза были сосредоточенны. Первый по-настоящему учебный день, обещавший не только лекции, но и практику, должен был начаться через полтора часа.
Айвен проснулся, потянулся в своей мягкой постели с хлопковым одеялом и льняной подушкой. Его взгляд упал на стол, где в лучах утра особым, едва уловимым свечением светились заготовленные лекарства из рецептурной книги отца. В голове мелькнули воспоминания из далекого детства: он, маленький, помогает отцу растирать в ступке травы, а тот своим спокойным, уверенным голосом объясняет свойства каждого корешка.
Спустя пару минут Айвен начал собираться. «Так, сегодня у нас лекция по истории континента и начальные азы магии… а за ними практика с Лейлой в качестве куратора. Применение зелий и взаимодействие…» – сморщив лицо, думал он про себя, параллельно складывая в сумку книгу по травоведению и свои склянки с субстратом.
«ММММ!!!» – прозвучал довольный голос со стороны озера. Это была Лираэль, которая только что отходила ото сна. Она потягивалась, потирая лицо руками, и умывалась чистой, холодной силой из озера, которое с момента их прибытия в академию казалось, стало еще больше и светлее. «Какие у тебя на сегодня планы?» – вопросительно, но уже без раздражения в голосе, произнесла она.
«Да вот, на занятия, – мысленно ответил Айвен, переступая порог комнаты. – Сегодня как ни как первый серьезный учебный день, и мы наконец увидимся с Лейлой…» Он прошел пару метров и оперся на перила балкона, выходившего во внутренний двор академии. Внизу кипела жизнь: студенты, разбившись по группам, шли на занятия, переговариваясь о чем-то друг с другом.
«Смотри, там возле фонтана Лидия с Тайлером!!! – с ехидной ухмылкой вскликнула Лираэль. – Тебе не кажется, что они как-то уж слишком близко стоят?»
«Опа, эта парочка опять там! – негромко сказал Эштен, выходя из комнаты и хлопая Айвена между лопаток. – Погнали на учебу!» И он, как ни в чем не бывало, пошел вниз, покачивая головой из стороны в сторону.
«С каких пор Эштена стали подколки интересовать? – с большим удивлением спросила Лираэль, откинувшись на ствол своей ивы, что росла у самого края озера. – Он же обычно ходит мрачнее тучи».
«Нууу, наверное, с того момента, как он застал меня за пением в ванной… – краснея, подумал Айвен, вспомнив эту неловкую сцену. – Ладно, не отвлекай меня, надо идти».
Айвен к тому моменту уже успел подойти к центральному зданию, где проходили все лекции. Он вошел в большую аудиторию и устроился в пятом ряду от огромной доски, занимавшей всю стену. Рядом с ним молча сел Эштен. Вскоре к ним подошли Лидия и Тайлор.
«Доброго времени суток, дорогие друзья и мыслители!» – поприветствовала их Лидия с растянутой до ушей улыбкой.
«Привет, Лидия, Тайлор! И вам доброго утра. Готовы к сегодняшним занятиям?» – ответил Айвен.
«Да не то чтобы сильно, правильнее сказать, что мы переживаем и немного нервничаем…» – произнес с легкой дрожью в голосе Тайлор.
«А где Френика?» – спросил Эштен, оглядывая аудиторию.
«Осталось еще минут пятнадцать, надеюсь, она не опоздает…» – сказал Айвен, присаживаясь на скамью и раскладывая на столе книгу о травах и меридианах, а также свою записную книжку и перо, которое он уже начинал потихоньку контролировать магией.
За пять минут до начала лекции в аудиторию вбежала Френика с широко раскрытыми глазами, оглядывая всех вокруг в поисках их группы. Увидев их, она помчалась в их сторону, ловко пробираясь между плотно усаженными студентами, и плюхнулась на скамью рядом с Тайлором и Лидией.
«Фууух, еле успела. Эти сладости вам, ребята!!!» – запинаясь, произнесла она, передавая через Тайлора небольшую корзинку с пряными рисовыми булочками, начиненными агатовыми лепестками лилии, сваренных в сахарном сиропе.
«Хорошо, что ты успела… – с суровым лицом, глядя в сторону доски, произнес Эштен. Но после того как теплая, ароматная булочка оказалась в его руках, его лицо смягчилось и приняло легкий румянец. – Спасибо за угощение…» – пробормотал он, бросая в ее сторону беглый взгляд своих алых глаз.
Внезапно гул в аудитории стих, заглушенный отчетливым ударом тяжелого молотка по кафедре. За ней стоял старый, но высокий профессор Бисмарк Ройлер. Весь седой, с угрюмым лицом, но с неожиданно бархатным, глубоким голосом.
«С этого дня и до конца вашего первого курса я, Бисмарк Ройлер, буду вашим лектором! – произнес он, и его утомительно нежный голос заставил притихнуть даже самых шумных. – И приступим…» – с этих слов он начал лекцию, чертя на доске магией, словно мелом, сложные схемы и даты.
Следующие полтора часа оказались для Айвена испытанием на прочность. Лекция была настолько нудной и продолжительной, что он, чтобы не уснуть, решил начертить в тетради схему прохождения меридианов, которую он восстанавливал по отрывкам из отцовских книг. Он углубился в себя, стараясь представить, как энергия течет по невидимым каналам внутри тела.
На перерыве все болтали друг с другом о травах, которые они выбрали для своих первых зелий. Самое удивительное, что на всем курсе больше ни у кого не было Травы Покоя. В отличие от Айвена, которому она досталась…
Началась вторая лекция, но вместо того чтобы конспектировать, Айвен снова витал в облаках. Вернее, внутри своей души. Теперь Лираэль начала обучать его искусству плетения нитей.
«Представь, что ты черпаешь силу не ведром, а чайной ложкой, – наставляла она. – Медленно, аккуратно. Теперь попробуй вытянуть из этой капли тонкую-тонкую ниточку».
Айвен сосредоточился. Он чувствовал, как теплая энергия озера струится по его руке. Он мысленно сформировал крошечное веретено и попытался «намотать» на него сияющую паутинку. Получалось плохо. Нить рвалась, не достигая и тридцати сантиметров.
«Боже мой, у меня ничего не получается!!!» – сквозь стиснутые зубы мысленно простонал он, чувствуя разочарование.
«Что у тебя не получается?» – вскинув брови, спросил Тайлор, наклонившись к нему. «Забыл, как буквы пишутся???»
Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, Айвен повернулся к нему в пол-оборота. «Я уж никогда не забуду, как писать буквы, лучше посмотри, что я начертил…» – он отодвинул тетрадь с замысловатой схемой меридианов.
Тайлор неуклюже скривил лицо, будто пытался вникнуть в нечто важное, но в его глазах читалось лишь полное непонимание. «Э… кружева какие-то?»
Внезапно прозвучал удар о кафедру. Те, кто дремал, резко вздрогнули. «На этом у меня всё…» – сиплый голос старика был едва слышен из-за начавшегося гула. Вся их группа направилась в восточное крыло академии, где проходили практические занятия и располагался лазарет.
Не доходя пары десятков метров до входа, Айвена остановила Френика. «Айвен, можно тебя на минутку?»
Эштен, шедший впереди, обернулся, его выражение лица было вопросительным. «Мы ненадолго! – крикнула ему Френика. – Идите без нас!» Эштен, Лидия и Тайлор кивнули и скрылись за аркой, ведущей в лазарет.
«Так тебе интересно учение о меридианах?» – спросила Френика, и ее глаза загорелись энтузиазмом.
«Да, я очень сильно интересуюсь этим, – оживился Айвен. – У нас в библиотеке не так много книг, посвященных этой тематике. Вот я и восстанавливаю целостную картину по отрывкам из записей!» – он почесал затылок, стараясь говорить как можно проще.
«Ты тоже этим интересуешься?» – спросил он.
«Конечно! – воскликнула Френика. – Моя семья уже восемь поколений изучает меридианы и их природу! Я – девятое поколение. Нас учат шить полотна, которые мы напитываем своей силой во время шитья. Каждый узелок, каждый стежок делается в разной технике… и может сделать одежду неуязвимой к огню или порезам!» – она выпалила все это почти без передышки, переминаясь с ноги на ногу. «Если тебе интересно, жду тебя сегодня вечером у кафе, в котором мы праздновали начало обучения!» – тихо добавила она, подойдя к Айвену почти вплотную.
Айвен отступил на шаг назад, его лицо покраснело, а глаза забегали по сторонам, пытаясь найти точку для опоры. «Я… я приду в кафе сегодня вечером», – с робкой улыбкой ответил он.
«Ну тогда пошли, а то нас Лейла за опоздание съест!» – ухмыльнулась Френика и, прибавив шаг, скрылась в дверях лазарета.
Айвен молча последовал за ней. «Слушай, а девчонка-то не промах, – раздался в его голове монотонный, рассудительный голос Лираэль. – Рассказала тебе про третью часть твоей тренировки. Она кажется наивной, но ее одежда – это, можно сказать, национальное сокровище, которое спасет ее от любой атаки, кроме ментальной».
«Это что, я тут самый тупенький?..» – нахмурившись, мысленно пробормотал Айвен, пряча ладони под мышки.
Все собрались в просторном травматологическом отделении. Там их уже ждала Лейла, а за ее спиной стояли ряды столов, заставленных десятками, если не сотнями, стеклянных колб с чистой водой.
«Итак, все готовы к первой практике?» – ободряюще спросила Лейла, окидывая взглядом студентов.
«Естественно!» – хором ответила их группа, подходя ближе.
«Вам нужно зарядить все эти колбы энергией, – сказала Лейла, и в ее голосе прозвучала легкая ухмылка, – и так, чтобы везде было поровну!»
Началась работа. Эштен справился быстрее всех. Его алые глаза сузились, он провел рукой над группой колб, и они дружно заполнились ровным серебристым светом. Остальные мучились, пытаясь наполнить хотя бы одну, стараясь контролировать поток силы.
Айвен быстро сообразил. Он расставил несколько колб на равном расстоянии друг от друга и, концентрируясь, начал проводить энергию не в каждую по отдельности, а создавать над ними общее энергетическое поле, позволяя силе самой равномерно распределяться по сосудам. Это требовало тонкого контроля, но работало.
Так наступил вечер, и все, без исключения, покинули лазарет выжатыми и изможденными, но с чувством выполненного долга.
«Ну что, встретимся завтра и закрепим результат, – сказала Лейла, провожая их взглядом. – Сегодня эта партия отправится на передовую и будет, возможно, спасать кому-то жизни».
«Все, я больше не могу, пошлите по домам…» – спотыкаясь на ровном месте, говорила Лидия.
«Да, надо бы передохнуть, – поддержал ее Тайлор, придерживая ее за плечо. – Завтра будет новый день».
Айвен с Эштеном молча побрели в сторону общежития. Френика и остальные девушки пошли своей дорогой – их корпус находился в противоположном конце кампуса.
Переодевшись в простую уличную одежду, Айвен, собираясь уходить, предупредил Эштена: «Я вернусь поздно».
«И куда это ты нарядился? – ехидно выглянул из-под одеяла Эштен. – На свиданку с Френикой?»
«Да нет, все не так, как ты себе представляешь!» – с надутыми щеками произнес Айвен, торопливо закрывая дверь.
«Да, да!» – донесся из-за двери приглушенный, но все равно звонкий голос Эштена.
«Как ему удается быть настолько двуличным?..» – произнес Айвен у себя в голове, спускаясь по лестнице.
«Ну, это попахивает расстройством личности! – проскрипела Лираэль, и Айвену почудилось, что она в этот момент заплетает свою косу. – А ты правда не на свидание?» – нежно и скромно спросила она.
«Нет, конечно!!! Мы с ней просто друзья, и не более! Просто вышли погулять и все!» – мысленно, уже идя по центральной аллее, освещенной мягким светом фонарей и луны, падавшей на кроны деревьев, ответил он.
Подойдя к кафе, он увидел Френику. Она стояла, ожидая его, и ветер слегка шевелил полы ее простого, но изящного платья. Увидев его, она улыбнулась и помахала рукой.
Смутившись, Айвен продолжил движение. «Теперь я не уверен, что это не свидание…» – мысленно донес он свою мысль Лираэль.
«Ты здесь?» – спросил он, но в глубине своего сознания он услышал лишь тихий, одобрительный смех, а затем – благосклонную тишину. Лираэль давала ему возможность побыть одному. Или, может быть, она просто наблюдала.
Глава 10. Часть 2. "Предвестие бури"
Воздух в кафе «Изумрудная чаша» был густым и тёплым, наполненным ароматами жареных специй, сладкой выпечки и дорогих сортов чая. Вечерние огни, зажжённые в магических фонарях, отбрасывали мягкие, колеблющиеся тени на каменную мостовую и листву деревьев, обрамлявших уютную террасу. Френика стояла у входа, и Айвен, заметив её, на мгновение замер, поражённый переменой в её облике.
Она была одета не в привычную практичную форму студентки, а в платье. Оно было простого покроя, но изысканно сшито из ткани цвета спелого янтаря, по которой, словно прожилки драгоценного камня, струились тончайшие нити алой вышивки. Узоры повторяли изгибы её фигуры – не кричаще, а с намёком, с лёгкой игрой света на складках. Её обычно собранные в строгий узел каштановые волосы были распущены и спадали мягкими волнами на плечи, отливая медью в свете фонарей. В руках она вертела небольшой, расшитый бисером кошелёк, и всё её существо излучало нервную, смущённую энергию.